home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 10.


Никогда не разговаривайте с неизвестными. а главное – не играйте с ними в азартные игры. особенно незнакомые ВАМ.


Вован решительно толкнул дубовую дверь.

Перед ним открылось обширное помещение, тускло освещенное двумя десятками сальных свечей. Из мебели присутствовали дубовые лавки и грубые столы, уставленные глиняными мисками с разнообразной снедью. В дальнем углу за дубовой стойкой маячил чрезвычайно уродливый карлик с покрытым бородавками носом и длинными острыми ушами.

При появлении Вована шум в таверне мгновенно смолк. Присутствовавшие воззрились на Вована. Вован же с не меньшим изумлением разглядывал трактирную публику.

Впоследствии Вован, вспоминая о своем первом впечатлении от знакомства с жителями Семимедья, сравнивал его с посещением выставки уродов (надо сказать, что Вован чрезвычайно любил этот вид искусства и не пропускал ни одной такой выставки, включая бродячие и тематические). Справедливости ради следует заметить, что присутствовавшие в таверне образчики украсили бы любую коллекцию аномалий.

Помимо уже упоминавшегося трактирщика, здесь были три гигантских горных тролля, расположившихся вокруг большого дубового стола, казавшегося по сравнению с ними игрушечным. Рядом, прислоненные к стене, стояли три дубины, каждая размером с Вована.

По соседству с троллями восседали над миской с отрубями четыре гарпии, уродливые до такой степени, что для описания их безобразия ни в одном из существующих языков так и не придумали подходящих слов. Что же касается уже имеющихся описаний уродства, то по отношению к гарпиям они могли рассматриваться исключительно как комплименты.

Столик напротив был занят шумной компанией ведьм, возвращавшихся с шабаша.

Ведьмы были вдрызг пьяны и приставали ко всем прочим посетителям с требованиями "тяпнуть варева на брудершафт" и "прокатить даму на метле".

На краю стола, удобно устроившись в большой луже эля, громко храпел в стельку пьяный гном.

Отдельный столик в углу занимала компания, состоявшая из четырех посетителей.

Первому, долговязому худому человеку с бегающими глазами и быстрыми ловкими пальцами, было на вид около тридцати лет. Одет он был в неприметный серый плащ.

Под такими плащами чрезвычайно удобно прятать разные полезные предметы, вроде ножа, кастета или дубинки. Второй, помоложе, низенький и круглолицый, с вечно ухмыляющейся физиономией и гнилыми зубами, был выряжен в темно-синий бархатный кафтан, явно с чужого плеча, и в шерстяной жилет, какие носят купцы и зажиточные ремесленники. Ему не чуждо было франтовство, о чем свидетельствовала аляповатая розовая манишка, прицепленная поверх жилета.

Эта парочка – вор по кличке Долговязый Лис и мошенник Коротышка Су до появления Вована оживленно спорили, что составляет основу блюда, поданного им Цапгкорном.

На вид это была обычная каша-размазня с отдельными вкраплениями, подозрительно напоминающими тресковые внутренности. Для сокрытия истины блюдо было щедро полито дешевым рапсовым маслом и посыпано тертым вчерашним сыром. В меню все это кулинарное великолепие гордо именовалось "консоме из трепанга по-царски". Так и не придя к согласию, спорщики обратились к третьему участнику пиршества.

Этот третий, лет сорока с небольшим, плотный, коренастый, со свирепым лицом, перебитым носом и шрамом через всю щеку, спокойно посасывал из полуторапинтовой кружки крепчайший тролль-грог. Его профессия ночного грабителя не располагала к излишней суете, и потому он предпочитал бесполезным спорам хороший глоток спиртного.

– Послушай, Рубран, – обратился к нему Долговязый Лис. – Рассуди нас. Трепанг – это птица или рыба?

– Ни то ни другое, – подумав, ответил Рубран. – Это мурафский овощ.

Четвертый в компании, нищий с Рыночной площади по имени Слепой Хью, по обыкновению грязный, вонючий, обряженный в лохмотья, с жадностью поедал мясное рагу. Он выхватывал пальцами из подливки куски мяса и отправлял их в рот, давясь и громко чавкая. Время от времени он запрокидывал голову, чтобы быстрее проглотить очередной кусок, и тогда его отвратительные грязно-серые бельма, казалось, светились от удовольствия.

Появление в таверне Вована отвлекло эту четверку от их занятий.

Оглядев Вована цепким взглядом профессионального мошенника, Коротышка Су подмигнул Долговязому Лису и что-то зашептал ему на ухо. Долговязый Лис хищно усмехнулся, кивнул и незаметно толкнул локтем человека со шрамом. Последнее, впрочем, было совершенно излишним, так как Свирепый Рубран уже давно с живейшим интересом наблюдал за Вованом. На его изуродованном лице играла зловещая ухмылка.

Самое интересное, что и четвертый член шайки, Слепой Хью, также с большим вниманием следил за новым посетителем. Для этого ему пришлось на время вернуть себе зрение (на его товарищей это чудесное исцеление не произвело никакого впечатления – они-то прекрасно знали, что искусно подделанные бельма Хью одним быстрым движением превращаются в чрезвычайно острые глаза. Последствия это чудесного превращения в полной мере испытали на себе несколько залетных карманников, пытавшихся по незнанию стянуть у Хью собранную милостыню. Уж их-то слепота после короткого общения с заточкой, спрятанной в лохмотьях Хью, оказывалась самой настоящей).

Первым нарушил молчание Коротышка Су:

– А хомячок-то жирный! – сказал он с невыразимым удовольствием. – Наверняка какой-нибудь богатый купец, отбившийся от каравана.

– Скорее, зажиточный горожанин, – задумчиво сказал Долговязый Лис. – Сбежал от своей матроны в поисках приключений.

– Похож на придворного шута, – выдал версию Слепой Хью. – Смотри, как вырядился!

Говорят, король платит им за каждую удачную шутку по три реала чистым золотом.

Что же касается Свирепого Рубрана, то он никакого мнения не высказал, а только хищно ухмыльнулся.

Вован тем временем пытался объяснить Цапгкорну значение слова "хавка". Гоблин оказался поразительно понятливым, и уже спустя пару минут Вован мог пожирать тушеную свинину с фасолью не только глазами.

– Ну вот, – удовлетворенно сказал гоблин жене, возвратившись за стойку. – А ты хотела выбросить это жаркое. Подумаешь, малость протухло… Смотри, как славно уплетает! – умилился он, глядя, как Вован без устали работает большой деревянной ложкой. – Пожалуй, ему потребуется добавка. Где у нас позавчерашний гуляш?

Пока Вован торопливо поглощал вчерашнюю свинину, а потом и позавчерашний гуляш, четверка за дальним столом закончила совещаться. Коротышка Су кивнул Долговязому Лису и направился к Вовану.

Вован, утоливший первый голод, теперь сыто рыгал и благодушно осматривал таверну.

Коротышка подсел за его стол и улыбнулся. Вован улыбнулся в ответ.

Коротышка подмигнул и выставил на стол странное сооружение, похожее на узорчатую башенку высотой около двух локтей.

– Оба! – сказал пораженный Вован. – Это что за хрень?

– Туррикула, – ответил коротышка. – Сыграем? – спросил он, доставая из маленького кожаного мешочка полдюжины игральных костей.

Вован с интересом наблюдал, как коротышка трясет кости в кулаке и высыпает их в отверстие наверху башенки. Кости закувыркались в лабиринтах туррикулы, и сквозь ажурные стенки было хорошо видно, как они постепенно спускаются вниз по решетчатой лесенке.

Покувыркавшись с полминуты внутри башенки, кости со стуком вывалились на стол.

– Шесть очков, – сказал коротышка разочарованно. – Попробуй теперь ты.

Вован взял кости и бросил их в туррикулу.

– Тридцать шесть! – воскликнул пораженный коротышка. – Потрясающе!

Он взял кости и вновь вбросил их в башенку. Вован, впервые видевший столь странный игровой автомат, с интересом наблюдал за кувырканием костей внутри туррикулы.

– Снова шесть очков! – расстроился коротышка. – Интересно, сколько выпадет у тебя?

Вован хорошенько потряс кости в кулаке и пустил их кувыркаться в туррикулу.

– Тридцать шесть! – поразился коротышка. – Да ты играешь как бог! (Тут надо пояснить, что коротышка и в мыслях не имел сделать Вовану комплимент.

Выражение "играешь как бог", в Полусреднем мире означало буквально "играешь как покровитель воров и мошенников Плутмес", то есть безбожно мошенничаешь и передергиваешь, ухитряясь вытащить пять тузов из одной колоды).

Польщенный Вован, однако, принял похвалу за чистую монету. Он подхватил кости и снова вбросил их в туррикулу. Покувыркавшись, кости замерли на грязном столе.

– Тридцать шесть, – прокатилось по залу.

Долговязый Лис встал и направился к играющим.

Тем временем Коротышка Су еще раз попытал счастья, но и на этот раз у него выпало ровно шесть очков.

– Сегодня не мой день, – сказал он с досадой. – Верно, ты, купец, знаешь какое-то колдовство. Удача так и прет тебе в руки!

Вован горделиво задрал нос. Все-таки крутые – они в любом мире крутые!

Долговязый Лис, стоявший у стола и наблюдавший за игрой, вытащил кошелек.

– Я вижу, ты любимчик фортуны, – сказал он Вовану. – Но готов поспорить, что меня она любит больше. Сыграй со мной, счастливчик!

Вован пожал плечами и взял со стола кости, но Долговязый жестом остановил его.

– На интерес играют только дети, – презрительно сказал он. – Ставлю сорок сантимов на кон.

И положил на стол четыре серебряных монеты.

Вован презрительно хмыкнул, порылся за пазухой и шмякнул на стол пачку долларов.

– Штука баксов! – гордо сказал он.

Это не произвело ровно никакого впечатления. Долговязый смотрел на Вована, явно ожидая продолжения. Не дождавшись, он взял со стола зеленые бумажки и стал их недоверчиво разглядывать.

– Это что, лубочные картинки с ярмарки? – спросил он наконец. – В таком случае они недорого стоят. Слишком блеклые, да и цветов немного. К тому же они, кажется, заплесневели. Смотри, они все покрылись зеленью!

– Да ты че, лошара, баксов никогда не видел? – поразился Вован. Существование на свете человека, не знакомого с долларом, представлялось ему чистой воды фантастикой.

Коротышка Су тоже осмотрел бумажки.

– Это похоже на храмовые записочки, – сказал он. – Я видел такие, когда путешествовал по Краеземелью. Местные жители пишут на них просьбы богине достатка Аваль и бросают в большую глиняную свинью. В любом случае здесь тебе за них ничего не дадут.

Вован задумался. В ситуацию, когда у него отказывались принять доллары, он попал впервые в жизни. Но тут его осенило:

– Кредитная карточка! Платиновая Америкен экспресс!

Эти слова неизменно приводили в трепет продавцов, официантов и метрдотелей, но на Долговязого Лиса они не произвели ни малейшего впечатления:

– Если это такая же бумажка, как эти, то грош ей цена. Точнее, ни одного гроша ей цена, – поправился он.

Цапгкорн, внимательно прислушивавшийся к разговору игроков, быстро спустился в зал и поковылял к Вовану:

– Послушай, ты, чужеземец! – сказал он. – Я не знаю, безумен ты или просто глуп, – не в моих правилах вмешиваться в личную жизнь посетителей. Но одно я знаю твердо – тебе придется заплатить за все выпитое и съеденное сполна. Ты сожрал превосходное жаркое, и сверх того, отличный гуляш. Кроме того, ты выпил полпинты великолепного ячменного пива. Ты должен мне пятьдесять сантимов, и, клянусь горгульей, я не уступлю тебе ни единого гроша.

Со стороны могло показаться, будто после этих слов Цапгкорн улыбнулся, но Вован, которому была адресована эта улыбка, успел хорошо разглядеть в гоблиновой пасти два ряда острых и длинных как кинжалы зубов. С гоблинами шутки были плохи.

Вован, вцепившийся в край стола, инстинктивно отпрянул. При этом рукав его роскошного пиджака поднялся, обнажив могучее запястье.

– Что это? – спросил гоблин удивленно, уставившись на Вованову руку.

Вован проследил за его взглядом.

– Часы, – ответил он. – Натуральный "Ролекс", Швейцария. Шестьдесят штук баксов стоят!

– Это такой браслет? – спросил гоблин, разглядывая диковину.

– Сам ты браслет! Это часы.

Вован попытался объяснить, что такое часы, но быстро запутался. Впрочем, гоблина все эти подробности не особенно интересовали.

– Это золото? – спросил он, бесцеремонно ощупывая часы.

– Ясный хрен, – подтвердил Вован.

– Ясный… кто? – не понял гоблин. – Хрен… чего?

– Ну, короче, золото, – сказал Вован, понимая, что в лингвистические дебри лучше не углубляться.

– Продай! – предложил гоблин.

Вован задумался.

Предложение ему не особенно понравилось, но других вариантов, похоже, не было.

Баксы в этом вонючем городе не ходят. Америкен экспресс не принимают. Местных денег у него нет. В общем, раскинув мозгами на скорую руку, что заняло минут двадцать, и не найдя других альтернатив, Вован кивнул гоблину в знак согласия.

Цапгкорн, который все это время терпеливо ждал, оживился:

– Ты сказал, чужеземец, что этот браслет стоит шестьдесят реалов…

– Шестьдесят штук баксов, – поправил его Вован.

– Ну, это не одно и то же, – сказал гоблин. – Шестьдесят реалов – это огромная сумма, на нее можно купить множество ценных вещей, а за шестьдесят твоих бумажек не купишь даже сухой корки!

И он возмущенно фыркнул.

Вован подумал еще немного, вздохнул и снял часы:

– Ладно, хрен с тобой! Давай свои реалы!

Долговязый Лис и Коротышка Су с сожалением проследили за тем, как Цапгкорн взял браслет, и попробовав золото на зуб, удовлетворенно спрятал покупку в карман.

Браслет стоил добрых шестьсот реалов, и эта добыча уплыла у них из-под носа, но спорить с гоблином ни Лис ни Су не решились.

Цапгкорн отсчитал шестьдесят реалов, тут же вычел один реал за ужин и отдал сдачу мелкими серебряными монетами, ухитрившись при этом обсчитать Вована еще на двадцать сантимов.

Долговязый Лис и Коротышка Су перемигнулись.

– Похоже, этот хомяк прибыл издалека, коли не знает цену золоту, – пробормотал Лис вполголоса. – Если у него найдется еще хотя бы одна такая побрякушка, можно считать, что вечер мы провели не зря.

Он подождал, пока Вован спрятал мелочь и сказал:

– Ну, теперь ты настоящий богач. Шестьдесят реалов – это целое состояние. Почему бы тебе не поставить небольшую сумму на кон? Скажем, сантимов сорок?

Вован гордо поглядел на Лиса:

– Да чё там мелочиться, блин! Ставлю целую монету!

И он положил на стол золотой реал.

В глазах Долговязого Лиса загорелись желтые огоньки. Он с жадностью посмотрел на золото.

– Да ты настоящий денди! Ты щедр как король! Наверно, ты граф или герцог?

– А то! Ясен хр… Короче, граф, – подтвердил довольный Вован. – Играем!

На какое-то время в таверне воцарилось молчание, нарушаемое только стуком костей, напряженным сопением играющим да отрывистыми вздохами болельщиков. Все следили за кувырканием кубиков.

– Шесть очков! – вскричал Долговязый Лис, когда его кости вывалились на стол. – Клянусь Плутмесом, чужестранец, ты умеешь заговаривать туррикулы! Так скверно я играл только один раз в жизни! Но готов поспорить, твой результат будет не лучше!

Вован хмыкнул и вбросил кости.

– Тридцать шесть! – заорал Коротышка Су восторженно. – Черт возьми, мне нравится этот чужеземец! Ставлю десять су на то, что он выиграет следующую партию!

Долговязый Лис вытащил из кошелька пять монет.

– Ставлю пять реалов, – сказал он угрюмо. – Второй раз тебе не может так повезти!

Взгляды всех зрителей были прокованы к туррикуле.

– Тридцать шесть! – прошелестело по залу.

– Невероятно! – выдохнул Коротышка Су. – Теперь твоя очередь, Долговязый!

Долговязый с ненавистью посмотрел на Вована и сгреб со стола кости.

– Шесть очков! Да это какое-то наваждение! – рявкнул он, увидев результат. – Ставлю десять реалов, черт побери! Удача будет на моей стороне!

Вошедший в азарт Вован не задумываясь шмякнул на стол десять монет.

На этот раз кости кувыркались как-то особенно долго.

– Этого не может быть! – прошептал Долговязый Лис, закрыв глаза руками. – Шесть очков!

Казалось, он впал в прострацию, и когда у Вована снова выпало тридцать шесть, и трактир взревел, он даже не пошевелился.

Коротышка Су восторженно закричал:

– Это сам великий Марфур! Герцог игроков и король туррикулы! За него просто грех не выпить! Угости нас, счастливчик!

Вован, светясь от удовольствия, замахал рукой, подзывая Цапгкорна. Три реала вместе с мелочью перекочевали обратно к Цапгкорну, а все присутствующие получили по большой глиняной кружке с ячменным элем.

– Здоровье великого герцога! – завопил Коротышка Су.

– Здоровье великого герцога! – подхватили присутствующие.

Вован сиял как жених на свадьбе.

В этот момент Долговязый Лис отнял ладони от лица и отчаянно крикнул:

– Ставлю все, что у меня есть! – Он принялся лихорадочно выворачивать карманы.

Сосчитав золото, он воскликнул:

– Пятнадцать реалов. Ставлю на все!

Вован ухмыльнулся и вбросил кости.

– Тридцать шесть! – прозвучало в тишине. Долговязый Лис уронил голову на руки и зарыдал.

– О нет! Ты выиграл все мои деньги! – стонал он. – Теперь мне осталось только пойти к реке и утопиться! Молю тебя, чужеземец, дай мне последний шанс. Вот мой плащ, моя шляпа и мои сапоги. Ставлю всю одежду против пяти реалов!

Вован снисходительно пожал плечами. Плащ незнакомца ему был не нужен, но он подумал, что сможет продать его трактирщику и выручить еще пару реалов.

– Ладно, баклан! Хрен с тобой! Давай свой клифт.

Долговязый Лис стянул плащ и положил его на стол перед Вованом. При этом он на мгновение коснулся руки Коротышки Су. Незаметное для посторонних глаз короткое движение заставило обеих мошенников обменяться быстрыми взглядами.

– Отлично, Су, – прошептал Долговязый Лис. – Теперь начнем.

Он подал кости Вовану:

– Начинай, чужеземец!

Вован небрежно бросил кости в туррикулу, даже не глядя на стол. Он улыбался.

– Шесть очков!

Вован удивленно вытаращился на кости. Действительно, все шесть кубиков лежали единицей вверх.

Долговязый Лис взял кости и, ухмыляясь, вбросил их в туррикулу.

– Тридцать шесть! – сказал он. – Похоже, твоя фортуна, чужеземец, изменила тебе.

Теперь она прыгнула в мою постель!

Этого Вован вынести не мог.

– Ставлю десять реалов! – заревел он.

– Пять реалов и плащ, – спокойно сказал Лис.

– Давай!

Долговязый взял кости.

– Тридцать шесть! – и подал кости Вовану.

Вован схватил кости и изо всех сил швырнул их в туррикулу.

– Шесть очков!

Вован три раза пересчитал точки на гранях. Шесть очков!

Коротышка Су разочарованно посмотрел на Вована:

– Да, чужестранец, похоже, никакой ты не герцог. Просто тебе случайно повезло.

Это может случиться с любым мужланом. Ставлю пять сантимов на Долговязого Лиса.

Вован был уязвлен до глубины души. Он в ярости швырнул об пол глиняную кружку и принялся выворачивать карманы.

– Ставлю на все! – заорал он.

Долговязый Лис ухмыльнулся и взял кости.

В наступившей тишине стук костей казался стуком молотка по крышке гроба.

– Тридцать шесть!

Он взял со стола кости и передал их Вовану. Вован схватил их дрожащими руками.

Он долго тряс в кулаке скользкие кубики.

– Шесть очков! – громом прозвучало над ним.

Вован смотрел на кости и не верил своим глазам. Шесть очков! Третий раз подряд.

Это было какое-то наваждение.

– Скверный ход, приятель! – сказал Коротышка Су. – Пожалуй, ты самый невезучий игрок, каких мне только доводилось видеть.

Разъяренный Вован заревел и не помня себя, схватил Долговязого Лиса за бары.

Потайной карман на мгновение приоткрылся и из-за пазухи Лиса выкатились на стол кости. Кубики запрыгали по столу и застыли на тридцать шести.

Вован вытаращился на кости. До него начало кое-что доходить. Он схватил кости, которыми только что играл сам, и швырнул их на стол. На этот раз ждать пришлось недолго. Кости крутнулись и застыли – все одной и той же гранью кверху.

– Шесть очков! – заорал пораженный Вован. Он снова схватил Долговязого за бары:

– Ах, ты, падла! За лоха меня держишь!

И своим коронным хуком отправил Долговязого Лиса в нокаут.

Но Свирепый Рубран был начеку. Пришло его время, и старый грабитель не промахнулся. Вовану показалось, будто в его ухе взорвалась граната. Таверна закачалась перед его глазами, а лица посетителей заволокло туманом. Вован из последних сил старался удержаться на ногах, но второй удар обрушил его на пол.

Коротышка Су с сомнением изучил содержимое Вованова бумажника. Бумажные деньги, кредитные карточки и депутатское удостоверение были сразу же выброшены им как бесполезный хлам.

– Ну что? – спросил Свирепый Рубран.

– Ничего, – разочарованно ответил Су. – Попробую стянуть с него эти лохмотья.

Может, под ними что-нибудь есть.

Но и самый тщательный обыск не дал результатов. Мошенникам пришлось удовольствоваться остатками вованового золота, мятым костюмом и довольно приличными, хотя и уродливыми по меркам Полусреднего мира, башмаками чужеземца.

Рубран и Су подхватили бесчувственное тело Долговязого Лиса, так и не пришедшего в себя после Вованова удара.

Напоследок Слепой Хью тщательно осмотрел Вованов пиджак.

– Ничего нет, – сказал он разочарованно. – Ну да ладно, заберу с собой. Может, удастся продать тетке Фабри на ветошь.

И четверка быстро покинула трактир.

Цапгкорн, наблюдавший за ними, повернулся к жене:

– Неплохо мы нажились на этом чужестранце. На браслете я выгадал не меньше полутысячи реалов, да тухлая свинина, да позавчерашний гуляш…

Он спустился в зал и принялся собирать со стола грязную посуду.

– О боги! – вдруг вскричал он. – Какое несчастье!

– Что, что случилось? – испуганно спросила Цапфлея.

– Это ужасно, ужасно! – причитал гоблин, ползая под столом и едва не плача. – Какое страшное несчастье!

– Да что случилось в конце концов?!

– Ужасная беда! – дрожащим голосом сказал гоблин. – Я забыл взять с него один сантим за разбитую кружку!

В это время пьяный гном, все время храпевший на краю стола, проснулся и завопил дурным голосом:

– Р-р-рому!

– Тьфу! Чтоб тебе! – в сердцах плюнул Цапгкорн. – Напугал, проклятый!

Проходя мимо, он пихнул гнома локтем:

– А деньги у тебя есть, пропойца?

Пьяный гном зашарил в карманах, но ничего не нашел.

– Ах, нету! – рассердился Цапгкорн. – Ну так выметайся отсюда! Живо!

Гном икнул и попытался снова уснуть в луже, но Цапгкорн схватил его за шиворот и потащил к выходу. Гном упирался и бубнил что-то насчет несметных богатств в подземных пещерах и горах золота в сталактитовом гроте. Примерно на середине пути ему удалось выскользнуть из когтей гоблина. Гном попытался отползти под стол и там уснуть, но Цапгкорн вытащил его, схватил в охапку и вышвырнул за дверь.

Поднявшись, гном погрозил кулаком трактирной двери. Потом ему пришла мысль еще раз пошарить по карманам. Некоторое время гном, сосредоточенно пыхтя, исследовал содержимое камзола, штанов, пощупал за голенищами и даже заглянул в колпак.

Наконец он засунул руку за пазуху и вытащил оттуда какой-то странный предмет, похожий на большой орден на длинной цепи. В прозрачном свете луны тускло блеснуло древнее ацтекское золото. Гном долго смотрел на предмет непонимающим взглядом, пытаясь понять, как он попал к нему за пазуху, потом пожал плечами, сунул амулет в карман и поплелся домой.



Глава 9. добро ПОЖАЛОВАТЬ в пекло | Проблуждение миров (Полусредний мир - 1) | Глава 11 Волшебники бывают разные