home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА XVI


На Земле…

Мойрис Беттелз и ее дочь Джинива сидели на диване за большим прямоугольным столом. Кроме дивана и стола в комнате вдоль противоположной стены тянулся чуть более высокий и узкий стол, сделанный под тип барной стойки. На нем стояло несколько раскрытых ноутбуков и по микрофону с парой наушников на каждое из пяти мест. В стене находилось большое и длинное окно, через которое можно было наблюдать, как в просторном зале ЦУПа работали сотни людей, сидя за своими компьютерными терминалами и какими-то пультами, располагавшимися ровными рядами во всю ширину помещения. Перпендикулярно рядам терминалов тянулись два прохода, выводившие к площадке перед тремя огромными экранами, прикрепленными к стене.

Средний и наиболее крупный экран заполняла карта мира с множеством дугообразных линий, высвечивающихся на ней разными цветами. Это были орбиты спутников, орбитальных обсерваторий и станций. Экран слева давал видеоизображение земли, получаемое из космоса с какого-то спутника, а правый пока не работал.

Прошло несколько часов с момента, когда Беттелз приехали сюда для выяснения всех обстоятельств трагедии, произошедшей с Первой пилотируемой марсианской экспедицией. То, что там случилась настоящая трагедия, уже не вызывало никаких сомнений и опровержению не подлежало. Специалисты закончили обработку сигналов специальной аварийной системы "Созвездия", и женщины вместе с Кларком Труманом смогли просмотреть и прослушать весь материал. Их взору предстали волнующие, пугающие, непонятные кадры последних минут существования космического корабля и его экипажа. На видеозаписях было видно, как модули "Созвездия" взрываются один за другим, а из одного вылетают тела двух или трех погибших астронавтов. Записи, сделанные внутри отсеков, сохранили момент, когда все помещения и коридоры заполнились потоками искр, огнем, дымом и обломками, а затем все разлетелось к чертям. Все сопровождалось душераздирающим шумом, и сквозь этот шум, грохот гибнущего "Созвездия" пару раз проскользнули крики обреченных членов его команды.

Одна из камер поймала момент, как один мужчина выбегает из какого-то отсека в коридор, ведущий в другие модули и… прямо перед ним в переход влетает что-то, пробивает его насквозь, разрывает пополам, и мужчину, вопящего от боли и страха, высасывает в вакуум космоса с температурой -273,4 градуса по Цельсию. Тело за секунду замерзло, превратившись в сверхтвердый кусок льда. В следующий момент, видимо, была повреждена камера, снимавшая все это, так как изображение оборвалось.

Одна из камер на корпусе взрывающегося "Созвездия" поймала момент, когда шаттл отсоединился от остальной массы корабля – модулей, переходов, блоков с двигателями, кислородных и топливных баков. Он отделился и начал удаляться куда-то вниз, исчезая из поля зрения камеры. Но проходит еще мгновение, и один из взрывов сбрасывает эту камеру с корпуса, с того места, где та была прикреплена.

Секунду – другую она еще работает и успевает "увидеть", как шаттл, летящий среди огненных стрел и мелькающих черных объектов, приближается к планете и начинает входить в ее атмосферу.

Все видеокамеры, размещенные внутри челнока, передали кадры, на которых двое мужчин забегают в отсек экипировки и начинают поспешно облачаться в скафандры.

Они что-то говорят, но слова очень трудно разобрать – корабль трясло, были слышны взрывы, вой аварийных сирен, шуршание и лязганье герметичными костюмами…

Все смешалось, но специалисты НАСА с помощью особых компьютерных программ смогли выделить из общего шума голоса людей и сделали распечатку фраз, которыми обменивались первый и второй пилоты – Джон Беттелз и Аксель Стокард. Распечатка слов была предоставлена жене и дочери первого из них.

Узнав своего мужа, Мойрис чуть не вскрикнула, а сердце ее забилось сильно-сильно в предчувствии самого ужасного. Она до смерти перепугалась, что увидит смерть того, кого любила и с кем жила в мире и согласии вот уже более двадцати лет. Но нет, не увидела.

И звук, и изображение оборвалось еще до того, как двое мужчин полностью оделись в скафандры. На этом аудио- и видеоматериалы закончились, но в распоряжении ученых было еще несколько десятков килобайт текстовой информации, переданной специальной аварийной системой с помощью главного бортового компьютера челнока.

После просмотра всего этого кошмара Мойрис и Джинива остались одни, чтобы немного успокоиться и усвоить увиденное, а руководитель НАСА вышел за кофе и еще не на долго отвлечься на другие дела. Не смотря на прибытие Мойрис и Джинивы Беттелз, НАСА продолжало работать в своем обычном режиме, а Кларк Труман продолжал оставаться его главным сотрудником, с участием которого решались почти все вопросы Управления.

Ханна Стокард, просмотрев те же материалы, была расстроена еще больше, чем Мойрис и Джинива вместе взятые. Ей стало очень плохо, и ее увезли домой. Она не могла больше здесь оставаться. Она не верила, что ее муж – Аксель – мог выжить в том кошмаре, начавшемся непонятно из-за чего, и у нее началась истерика. К такому же состоянию были близки и Беттелзы, но они держались. Ни сама Джинива, ни ее мать не хотели сойти с ума прямо здесь и сейчас, на виду у сотен работников организации, в которой они находились. К тому же истерика никак не могла помочь делу. Уж лучше было собраться, постараться быть спокойными и ждать, когда станет точно известно, все погибли, или же кто-нибудь уцелел.

Пока они сидели одни в прямоугольной комнате с окном в зал ЦУПа – молчали.

Каждая думала о несчастье, свалившемся на них. И каждая хотела надеяться, что Джону Беттелзу повезло, что он выжил. А в уме постоянно крутились слова, произнесенные в страхе одним из мужчин, находившимся в модуле, из которого затем выбежал другой, чтобы сообщить тревожную весть капитану, но попал в лапы смерти.

Он произнес: "Быстрее к командиру! Немедленно покидаем орбиту! Уходим! Огромный поток метеоров движется на Марс, и он уже здесь!". Они так напугались, что даже забыли о существовании переговорных устройств и бросились сообщать пилотам о своем открытии лично.

Метеоры. Метеоры!

– В корабль попали метеоры, из-за них он и взорвался,- вдруг нарушила тишину в помещении Джинива.- Это были метеоры, мама! Ты поняла это? Я только сейчас сообразила!

Ее голос был напряжен и почти дрожал от пережитого волнения, полученного при просмотре и прослушивании переданных на Землю записей катастрофы.

– Да, дочка. Метеоры,- согласилась женщина, поставив локти на стол и закрыв лицо ладонями. Но она не плакала – только пыталась немного собраться, взять себя в руки и подавляла желание разрыдаться во весь голос.

Наконец, вернулся Труман. Он поставил перед своими гостями поднос с чашками крепкого черного кофе, горсткой шоколадных конфет и несколькими круасанами.

– Спасибо, мистер Труман,- поблагодарила Мойрис, открыв лицо и убирая руки со стола.- Это били метеоры? Мы не ошиблись?

– Нет, вы все правильно поняли. Это подтверждает и текстовая информация, отосланная главным компьютером "Созвездия".- Мужчина взял папку с распечаткой информации и, поглядывая то на листы, то на женщин, продолжил говорить.- Бортовой компьютер "Созвездия" обладает определенной долей интеллекта и может общаться с пилотами, составляя на специальном дисплее в кабине целые предложения.

Точно так же он за секунды составил отчет о случившемся, получив для этого необходимые данные от специальной аварийной системы, и отправил его нам, сообщая обо всех неисправностях на борту, а так же о количестве выживших человек.

– Так значит, этот отчет был послан уже после того, как эта аварийная система передала нам видео- и аудиоматериалы?- спросила Джинива.

– Да. Значительно позже. Компьютер пронумеровал каждую строчку, каждое предложение, поставив время его отправки с точностью до десятых долей секунды.

Последний килобайт был отправлен спустя четверть часа после завершения передачи видеоматериалов.

– И что это означает?- спросила Мойрис.

– Компьютер сообщил, что они сошли с орбиты и начали стремительное сближение с атмосферой Марса. Это было последнее, что мы узнали от него. Завершающее передачу слово было отправлено 30 июня вскоре после полуночи по нашему времени.

– То есть уже после того, как мы услышали о трагедии из срочного выпуска телевизионных новостей,- заметила Джинива.

Кларк Труман кивнул ей, давая понять, что услышал, и продолжал:

– Экипаж "Созвездия" должен был выйти на связь с Землей еще вечером, как раз в то время, когда включились передатчики специальной аварийной системы.

– Мистер Труман, я не могу сообразить, к чему вы ведете, и что хотите всем этим сказать,- промолвила Мойрис.

Джинива молчала, внимательно слушая ученого и руководителя НАСА, и очень хотела верить, что догадалась, к чему тот клонит.

Мужчина стал объяснять все дальше:

– Сейчас вы все поймете. Данная аварийная система была разработана специально для "Созвездия". Она очень сложна, но эффективнее любого обычного черного ящика.

Случись авария с каким-нибудь аппаратом на чужой планете, мы о ней не сможем узнать абсолютно ничего, кроме того, что она произошла, используя старые черные ящики. Мы получим кое-какую информацию, только когда найдем их. Опять же, где их искать? А наша система при любой неисправности корабля или небольшого исследовательского аппарата начинает не только записывать и сохранять все подробности происходящего в системах корабля и на его борту, но и передавать их нам, в Центр управления полетами. И она, как вы могли уже убедиться сами, может доставлять нам не только видео- и аудиосообщения, но и текстовые тоже, в которых, помимо подробной сводки о функционировании тех или иных систем, указываются координаты места расположения терпящих аварию. У нашей уникальной в своем роде аварийной системы есть лишь только один недостаток: она не может действовать, если сильно поврежден или вовсе не работает главный бортовой компьютер шаттла или другого аппарата, на котором она установлена. Полученные данные и сам факт их получения позволяют сделать смелое предположение. Мы даже можем не предполагать, а с большой долей уверенности заявить, что Джону Беттелзу и Акселю Стокарду каким-то образом удалось уцелеть в метеоритном дожде и совершить посадку на планете. Если бы погиб и шаттл – а они находились, как я понял, именно в нем, а не в модулях – ЦУП не получил бы той информации, какой мы сейчас располагаем.

– Господи, мистер Труман!- не сдержала восклицания Джинива.- Неужели они, правда, выжили? Я чувствовала, что вы так скажите!

– Я хотел бы так утверждать, но я пока вынужден лишь предполагать, пусть и с немалым процентом уверенности.

– Я все это понимаю,- сказала девушка,- но я уверена, что можно и утверждать. С моим отцом просто не может что-либо случиться, с ним должно быть все в порядке.

Я это чувствую!

– Мистер Труман,- обратилась к молодому мужчине миссис Беттелз,- а я не могу сообразить, из-за чего вы беретесь строить такие догадки по отношению к моему мужу.

Тот нисколько не растерялся при таких словах, так как знал, почему посмел объявить, что пилоты вполне могли быть сейчас живы и вселить надежду в их сердца и хотел что-то ответить, но Джинива его опередила:

– Мама, все же понятно. Они приземлились на Марсе, и пока происходила посадка, шла передача всей информации, что мы с тобой сейчас видели.

– К тому же передача несколько раз повторилась: так предусмотрено той специальной аварийной системой,- добавил Кларк.

– Поэтому,- продолжала девушка,- есть шанс на то, что папа жив. Разве не понимаешь? Они приземлились на Марс, шаттл не разбился и не взорвался, раз передача продолжала повторяться!

Женщина только кивнула, осмысливая услышанное и тупо глядя в пол. А ее дочь была готова уже радоваться, хотя все-таки не могла пока знать наверняка, жив ли отец.

Но она очень-очень хотела надеяться на это и надеялась. Внутренний голос подсказывал ей, что с отцом все в порядке.

Наконец, Мойрис выговорила:

– Дай бог, чтобы так все и было, как вы говорите.

Она с благодарностью за сочувствие и поддержку, которую пытался оказать им глава НАСА, взглянула на Трумана, а потом даже улыбнулась дочери, взяв ее за руку. Она также стала пропитываться верой в счастливое спасение мужа и хотела, чтобы эта вера, которую разжег в ней и Джиниве Кларк.



ГЛАВА XV | Ярость космоса | ГЛАВА XVII