home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА IX


На Аризону опустилась глубокая ночь. Мириады звезд сверкали на чистом черном небосводе, словно бесчисленные жемчужины, напоенные собственным светом, словно искристый бисер, разбросанный по бескрайнему фантастическому полю. Звездный свет молча лился на землю и завораживал. Такая ночь была бесценным подарком природы для любого астронома, будь то профессионал или любитель. Но для любителя с его минимумом оборудования и большой зависимостью от погодных условий все-таки в первую очередь.

Стоял июнь, и эта восхитительная ночь, возможно, была последней такой перед приближавшимся пасмурным, дождливым сезоном. Наверное, поэтому во многих западных штатах, а особенно в Аризоне и Калифорнии, где сосредоточена основная масса всех американских астрономических обсерваторий, при которых действуют крупнейшие любительские клубы, на природу выехали сотни людей, увлекающихся самой прекрасной, интересной и таинственной наукой. Но было немало желающих провести свои наблюдения в самих клубах с помощью многочисленного профессионального оборудования, в связи с чем на всех астрономических объектах стало очень людно. Огромной популярностью среди простых энтузиастов пользовалась крупнейшая в стране любительская обсерватория Вега-Брей, оснащенная по последнему слову. Были и другие, официально не именуемые любительскими, но являющиеся еще более крупными научными центрами, настоящими гигантами: Китт-Пик, обсерватория имени Фреда Л. Уиппла, Ликская обсерватория, Маунт Вилсон, Маунт Паломар, МакДональдская. Каждый, кто занимался астрономией, знал все эти названия, и сердце его начинало трепетать, когда он их слышал.

В нескольких милях к востоку от Тусона было темно и тихо. Здесь была пустыня и вокруг не находилось ни души. Только двое молодых людей, развернувших свой наблюдательный пост на пригорке под открытым звездным небом. Они приехали сюда на своем джипе по шоссе, убегающему дальше в Нью-Мексико. Машину оставили в трехстах футах от дороги, а сами взошли на небольшую возвышенность, вокруг которой росли высокие кактусы, и решили, что место для астрономических наблюдений найдено. Прямо здесь поставили раскладное кресло с регулируемым углом наклона спинки, маленький столик, телескоп на треножнике и профессиональную зеркальную фотокамеру на штативе. Теплая безветренная погода позволяла провести всю ночь в легких летних брюках и рубашках с коротким рукавом, в которые и были одеты эти двое.

В салоне автомобиля негромко работало радио, а друзья возились неподалеку со своим оборудованием. Один из них – среднего роста, в меру упитанный, с открытым лицом и ясными зеленоватыми глазами – устроился в кресле и, откинув спинку так, чтобы сидеть полулежа, настраивал небольшой телескоп, зависший прямо над ним на специальной опоре, отходившей от мощного тяжелого треножника. Видя, как другой зарядил в фотоаппарат пленку и открыл коробочку со съемными объективами, он заговорил:

– Если будем фотографировать звезды и туманности вместе, лучше взять объектив с фокусным расстоянием 70-210 миллиметров. Кстати, какую пленку ты поставил?

– Цветную,- несколько удивленно ответил парень, сидевший на корточках возле штатива с камерой.- У нас и нет другой. Чувствительность около ста единиц.

– Да? А мне показалось, что я еще и черно-белую взял. Хорошо. У меня все готово.

А у тебя?

– Тоже готово.

– Отлично. Я начну наблюдения первым, если ты не против. Хочу внимательно рассмотреть Марс. Вон как он сверкает!

– Да, пожалуйста. Я все равно ничего там не понимаю, когда смотрю в телескоп, так что не буду отнимать у тебя драгоценное время. Смотри в него, сколько тебе нужно, а я лучше буду заниматься фотографированием.

– Ты ничего не понимаешь?- удивленно воскликнул парень с кресла.- Ну, не скажи, Стен! Ты хорошо знаешь созвездия и галактики, можешь отличить эллиптическую галактику от иррегулярной! И не только это.

– Ну, это же просто,- отмахнулся Стенли.- Мне все равно далеко до такого специалиста, как ты, Крис. По сравнению с тобой я еще очень мало знаю и умею.

– Ты преувеличиваешь. Я пока еще не специалист,- произнес молодой человек, названный Кристофером, а потом мечтательно добавил, подняв свой взгляд к небу.- Вот мой отец… вот он настоящий профессионал. Он один из лучших астрономов страны. Если бы мне стать таким же, как он!

– Будешь, если хочешь.

Крис ничего не ответил, усмехнулся сам себе и с мыслью "Хочу, хочу, но буду ли?" припал к окуляру 100-миллиметрового рефлектора.

Марс сверкал ярчайшей красноватой звездой недалеко от горизонта. Рядом с ним даже такие звезды, как Альдебаран, Вега или Ригель, были бы значительно меньшей яркости.

Кристофер Катферт серьезно увлекся астрономией несколько лет назад, еще обучаясь в школе, а сподвигло его заниматься этой наукой то, что отец парня Сэм Катферт являлся одним из ведущих ученых-астрономов Соединенных Штатов, с некоторых пор работал в одной из крупнейших обсерваторий всего континента Китт-Пик ведущим специалистом и директором программы по составлению новейших звездных атласов, руководил работой двух ее павильонов с новыми крупными рефлекторами и преподавал физику с астрономией в Аризонском университете, где с позапрошлого года стал учиться его сын.

Крис гордился своим отцом, любил и боготворил его, старался ему подражать и во многом хотел быть на него похожим. Да, для него Сэм Катферт был лучшим отцом в мире. С ним не сравнился бы ни один другой. Вот, к примеру, отец Стенли Диксона был обыкновенным фермером, глуповатым от природы и таким толстым, каких еще поискать. Ну, разве мог с ним сравниться отец Кристофера? Конечно же, нет!

Разумеется, Крис не говорил об этом своему лучшему другу, с которым был знаком чуть ли не с детского сада, но тот сам догадывался об этом. Но он не ставил на обсуждение вопрос о том, чей отец лучше, так как прекрасно видел все сам. Было бы глупо спорить с очевидным.

Стенли начал понемногу интересоваться астрономией вскоре после того, как ею начал заниматься его друг. Тот просто заинтересовал его своими постоянными рассказами о звездах и галактиках, фотографиями и книгами, которыми пользовался сам. Однажды Стен получил от него приглашение поехать с ним в обсерваторию к отцу и посмотреть, как работают истинные профессионалы, настоящие ученые. Потом начались регулярные совместные любительские наблюдения. И вот с недавних пор они активно осваивали астрономию вместе, рука об руку.

Кристофер был влюблен в звезды и являлся ярым фанатом своего увлечения. Он знал о космосе все, что может знать обычный любитель, а быть может, и больше. Стенли решил отдать этому часть своей жизни, чтобы поддержать друга и просто с интересом и пользой проводить свободное время, постоянно узнавая что-нибудь новое о Мироздании. Ему тоже стало интересно. Однако все же не до такой степени, как Кристоферу. Он не ставил перед собой целью стать великим ученым и добиться выдающихся успехов в изучении Вселенной.

Начались астронаблюдения. Кристофер Катферт непрерывно высматривал что-то в свой небольшой любительский рефлектор, а Стенли Диксон делал снимки звездного неба.

– Не забывай описывать каждый кадр в форме, которую я составил,- напомнил приятелю Крис.

– Нет, нет, не забуду. Не беспокойся.

Отсняв одну пленку и зарядив в фотокамеру вторую, Стенли произнес:

– Приготовлю кофе! Ты будешь?

– Угу,- послышалось от молодого астронома.

Отходя к машине, его напарник сказал:

– Сейчас будет сделан отличный капуччино, к которому прилагается по хот-догу и круасану. Ну, а потом я бы все-таки хотел взглянуть в телескоп. Я хоть и не понимаю многого из того, что происходит в космосе, но посмотреть-то интересно!

– Конечно, посмотришь!- сказал сидевший в кресле у телескопа молодой человек.- И не только полюбуешься, но и поработать попробуешь. Я придумал для тебя задание.

– И что же это за задание такое?- спросил Стен Диксон уже от джипа.

– Я хочу, чтобы ты самостоятельно отыскал несколько комет и астероидов по координатам, которые я тебе дам.

– Да? Может, скажешь, чтобы я еще для них эфемериды* нашел?

– А что, было бы неплохо!

– Ну, уж нет. Мне и первого хватит. Занимайся эфемеридами лучше сам.

Спустя несколько секунд Стенли спросил:

– Послушай, ты уже минут двадцать или тридцать так внимательно что-то наблюдаешь, что ни разу не оторвал глаз от окуляра. Что ты увидел?

Кристофер, наконец, отодвинулся от телескопа и встал. Выпрямив уставшую от своего пребывания около получаса в одном положении спину, он переместился к своему джипу и заговорил, роясь в багажнике:

– Я рассматривал Марс и Сатурн. Они стоят сейчас рядом. Только с Сатурном происходит какая-то чертовщина. Он должен быть хорошо виден в эту ночь, и сверкать как звезда 1-й звездной величины, но его будто какая-то пелена закрыла!

Его диск почему-то плохо просматривается, выглядит размытым. Должны быть хорошо видимы и кольца, но их я вообще не увидел!

Кажется, Кристофер был озабочен тем, что увидел в космосе. По крайней мере, он выглядел таким.

Порывшись в вещах, парень достал звездный каталог – толстое издание, похожее на журнал, – в котором, как он пояснил товарищу, имелись не только карты звездного неба с положением на нем планет, комет и крупных астероидов на каждый день, но и с координатами их прямых восхождений и дополнительной информацией. Он собрался читать без всякого искусственного освещения, довольствуясь только природным, исходившим от звезд.

– Ты удивлен, что увидел не то, что думал увидеть? Или же ты озадачен? Быть может, ты даже в смятении? Дела пошли совсем не так, и ты не знаешь, как поступить дальше? Неужели ты в тупике?

– Ты чего?- полюбопытствовал Катферт, испугавшись, что его приятель как-то странно и необычно заговорил.- Откуда сразу столько вопросов и предположений?

Но потом, посмотрев на него, Крис понял, что тот пытается над ним подшучивать, и они оба засмеялись. Успокоившись, Кристофер молвил:

– Не знаю, что тебе могло показаться, но я не озадачен и не удивлен тем, что с Сатурном происходит какая-то чертовщина. Скорее, я дико заинтересован этим и теперь не обрету покоя, пока не выясню, что это такое.

– Ясненько. Знаешь, кто ты?

– Нет. Ну-ка просвети.

– Ты – астроном-маньяк!- соответствующим тоном объявил молодой человек, на мгновение оторвавшись от приготовления капуччино.

Катферт вновь рассмеялся, а затем со звездным атласом в руках присел к тому на маленькую складную табуретку и, спустя около минуты общего молчания, произнес:

– Вот незадача! Я не вижу ничего, что бы мне помешало в данную ночь смотреть на эту планету-гиганта. На прямой линии между Землей и Сатурном, если верить моей книге, сейчас не может быть ничего. Не понимаю.

– Дай мне взглянуть,- попросил Стенли.

– Пожалуйста. Будто ты сможешь узнать и поведать мне, что это за явление! Недавно говорил, что мало чего понимаешь в этом деле, а тут вдруг…

– Посмотрю ради интереса. А вдруг у меня возникнут какие-нибудь соображения по этому поводу! Вдруг смогу помочь!

– Смотри, смотри…

Закончив готовить кофе, разлив его в чашки, убрав кофеварку, работавшую от автомобильного аккумулятора, в машину и распаковав хот-доги, Стен сел в кресло у телескопа и начал всматриваться сквозь инструмент в черное бездонное небо Аризоны.

– Нашел Сатурн?- спросил его через небольшой промежуток времени астроном-маньяк, сам в тот момент взявшийся за еду, которая была оставлена на столике.

– Вроде как нашел. Он должен быть рядом с Марсом, не так ли?

– Не просто должен, он и есть там! Совсем рядом, в нескольких градусах от Красной планеты.

– Красной!- усмехнулся тот.

– Что-то не так?- не понял Катферт.

– Нет, ничего,- заверил его друг.- Так просто, название интересное…

– Не название – прозвище!- уточнил сидевший за едой астроном.- Так что, ты видишь что-нибудь непонятное?

Произнеся эти слова, он тут же понял, что спросил немного не так, как было нужно.

Стенли еще новичок, не такой опытный астроном, как он, а поэтому для него могло быть еще многое непонятным. Но поправить себя было уже поздно. Тот самый новичок ответил:

– Слушай, я смотрю на Сатурн и узнаю его по расцветке! Это, несомненно, он!

Только… Я, может, и плохо разбираюсь в астрономии, однако мне кажется, что диск этой планеты закрывает какой-то туман. Диск выглядит расплывчатым и… даже каким-то искривленным… Не знаю, как это описать.

– Вот! О чем я и говорил! Знаешь, на что это похоже?

– На что?

– На гравитационное поле, создаваемое группой очень больших астероидов! Это подозрительно!

– Да?

– Ну, для меня, по крайней мере. Знаешь, что я хочу сейчас сделать?

– Что?

– Позвоню отцу в обсерваторию и спрошу у него об этом. Возможно, он знает что-нибудь!

– Хорошая идея! Звони ему, а я еще полюбуюсь Марсом.

Так и сделали. Кристофер сел на водительское место своего "Шевроле" и, запихивая остатки хот-дога в рот, потянулся свободной рукой за мобильным телефоном, оставленным на приборной панели.

Астрономы-любители находились в полной темноте. Свет вообще никакой не включали: ни фары джипа, ни лампочку внутри кабины, ни даже карманный фонарик, так как любая минимальная вспышка света сразу могла оказать пагубное воздействие на глаза, привыкшие к его отсутствию. Если бы такое произошло, то на повторную адаптацию зрения к ночным условиям ушли бы драгоценные минуты, во время которых наблюдатели могли просмотреть на небе что-нибудь для себя интересное и важное.

Все без исключения астрономы знали, что чем больше глаза находятся без света, тем они лучше адаптируются к темноте, и через некоторое время человек начинает видеть даже в полнейшем мраке, а это означает, что он сможет рассмотреть на небе значительно больше объектов.

Глаза Катферта и Диксона к этой минуте очень хорошо привыкли к ночи, и им было более чем достаточно света, исходившего от бесчисленного количества звезд над их головами. В кабине светился лишь электронный дисплей автомагнитолы, чего уже хватало для того, чтобы рисковать своим зрением, настроившимся на "ночное видение".

Под негромкие звуки одного из хитов Chantal Kreviazuk был набран номер сотового Сэма Катферта – одного из ведущих специалистов в области астрономии и астрофотографии в Соединенных Штатах. Гудки не заставили себя ждать. Длинные.

Отлично. Значит, его телефон не занят и не отключен.



ГЛАВА VIII | Ярость космоса | ГЛАВА X