home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 8

Я проводил отца взглядом и повернулся к управляющему.

– Ну, рассказывайте.

– Рассказывать собственно нечего. Да, я воровал, но видит бог, воровал не по своему желанию.

– Это как? – удивленно спросил я, слегка ошарашенный подобным высказыванием.

– А так. Ты же видел Зигера? – Не знаю от отчаяния или по какой другой причине, Терегий перешел со мной на ты. Конечно в моем мире не было бы в этом ничего удивительного, но управляющий просто не мог сказать барону, в каком бы возрасте тот не был, ты! Именно из-за того, что он начал говорить ты, я понял, что он не врет, более того, сейчас впервые за долгое время он может выговориться. Сказать все, что накипело у него на душе. – Это негодяй! Самый подлейший из всех негодяев, которых я только знал! Я не знаю, как он умудрился втереться в доверие Буефару, но он вскоре стал капитаном. Впрочем, если быть откровенным, произвести впечатление на Буефара было несложно – достаточно показать свое воинское искусство. Если оно впечатлит Буефара, то он навеки твой друг.

Я согласно кивнул, вспомнив, что именно мое искусство владения мечом впервые привлекло ко мне внимание Буефара.

– А с мечом Зигер обращаться умеет, – продолжал рассказа управляющий. – Никогда не видел такого рубаку. Пожалуй, даже сам Буефар с ним справился бы с трудом. В замке же капитан стал абсолютным властелином, особенно если учесть, что бывший барон годами не наведывался сюда. За восемь лет он был здесь два раза. Это и дало Зигеру возможностью полностью прибрать всю власть в замке. Никогда не видел такого жадного до денег человека! Кажется, из-за денег он готов на все. Тогда-то он и начал воровать.

– Но ведь все деньги было сосредоточены у вас? Как он мог воровать?

– У меня деньги, а у Зигера меч. Когда этот меч приставляют мне к горлу, то все деньги мира оказываются бессильны мне помочь. Что я мог против стали? Я подумывал о том, чтобы уйти, но тогда у Зигера совсем не осталось бы препятствий. А так я хоть изредка заставлял его подумать не только о своем кошельке. Будь его воля, он вообще бы ничего не тратил на баронство, а только забирал. Мне с трудом удалось его убедить, что нельзя только забирать. Если все забрать сейчас, то на следующий год уже нечего будет взять. Я так подозреваю, что сейчас у него довольно крупный счет в Амстерском банке.

– В банке? – встрепенулся я. – Вы уверены?

– Ну, поскольку он не держит денег у себя, то значит, он хранит их в банке. К тому же мне несколько раз попадалась на глаза его чековая книжка.

– А вы не помните, какой банк ее выдал?

Терегий нахмурил лоб.

– Кажется «Амстериком». Точно, «Амстериком».

– Ну надо же, – тихонько произнес я. Бывают же такие совпадения. Именно в этом банке лежали и мои деньги. Этот банк Нарнах характеризовал как один из самых надежных в мире.

– Вы что-то сказали, милорд?

– Нет-нет, это я так, мысли вслух. Вы все мне рассказали?

– Да. Я ничего не скрывал.

– Хорошо. Тогда идите отдыхать, а я пока посижу здесь, если не возражаете.

Терегий удивленно посмотрел на меня.

– Как я могу возражать, милорд? – Управляющий осторожно вышел и прикрыл за собой дверь.

Минут десять я молча переваривал услышанное. Впрочем, чтобы понять, что одному мне никак не справиться, я понял уже через минуту, остальное время я потратил больше на сожаление о том, что вообще влез в это дело, поддавшись уговорам Мервина. В конце концов, это не он сейчас рисковал здесь своей жизнью. Однако я тут же устыдился этих мыслей. Убедив себя в том, что сожалением делу не поможешь, я стал обдумывать, что делать дальше. Ясно, что если я не справляюсь сам, то надо посоветоваться с кем-то более опытным, чем я. Я достал даль-связь с Мастером и задумчиво покрутил ее в руке. Нет! Это не то. Мастер в таком дело не очень хороший советчик. С ним можно поговорить о смысле жизни, посоветоваться по поводу взаимоотношений между людьми, получить какие-нибудь сведения, но в таком деле он не советчик. Отложив палочку, я решительно достал даль-связь с Нарнахом и сжал палочку в кулаке.

Нарнах ответил сразу… и еще как ответил.

– Энинг, черт тебя раздери! Два часа ночи! Тебя что там, бессонница замучила? Не рановато ли?

– Нарнах, мне надо с тобой посоветоваться.

Кажется, по моему голосу Нарнах тут же понял, что дело действительно серьезно, поэтому перестал ругаться и уже серьезно спросил:

– Что там у тебя стряслось?

Минут десять я пересказывал все, что со мной случилось. После того, как я выговорился, Нарнах долго хранил молчание.

– Да-а-с, – протянул он. – Не ожидал я такого от Мервина. Впрочем, вряд ли его можно винить. Скорее всего, он сам не знал, что тебя там ждет. Даже не знаю, что сказать. Конечно, зря ты сразу накинулся на этого Зигера. Этим ты сразу показал, что ты его враг, но да ладно, все это пустые сожаления.

– Нарнах, но что ты можешь мне посоветовать?

– Что? Есть у меня одна мысль, но не знаю, справишься ли ты…

– Говори. У меня все равно никаких мыслей нет.

Нарнах начал говорить, рассказывая о своих мыслях. Чем больше он говорил, тем меньше мне это нравилось.

– Нарнах!!! – в конце концов, не выдержал я. – Неужели ты хочешь, чтобы я вот так хладнокровно устроил все, что ты предлагаешь?

– Не хотелось бы тебя пугать, но иначе у тебя нет никаких шансов справиться с этим негодяем. Знавал я подобных людей. И пойми, Энинг, если ты не справишься с ним, то он справиться с тобой, но учти, на тебе он не остановится. Ведь у тебя есть семья. Ты думаешь, что, расправившись с тобой, он пощадит твою семью?

– Хорошо, я сделаю так как ты сказал, – мрачно ответил я. – Однако мне почему-то кажется, что после этого я возненавижу себя.

– Не надо так мрачно.

– А как надо? Ладно, замнем. Что по поводу счетов Зигера?

– Здесь я тоже постараюсь все сделать и сообщить тебе сразу, как только что-нибудь узнаю. Придется действовать через Мервина, однако, думаю, он поможет, как только узнает, что дело касается тебя.

– Жду с нетерпением!

Я с отвращением отшвырнул даль-связь. То, что предлагал Нарнах, мне не нравилось. Чертовски не нравилось. Превращаться в такого хладнокровного чудовища, которое играет людьми как куклами? И дело было тут уже не только во мне. Как мне потом смотреть в глаза матери, Мастеру? Нет! Я не могу так действовать. Не могу убивать столько людей, среди которых наверняка есть и невиновные. Надо как-то отделить негодяев от порядочных людей, тогда пострадают только негодяи! Но как это сделать? На что ловят рыбу? На червя. На что ловят негодяев? На пороки. Чем живут эти негодяи? Своими удовольствиями. Одного я видел на рынке. Обычный грабеж. Значит, если ограничить удовольствия, то негодяи сами завизжат и покажут зубки. Как прижать? Вот об этом стоит посоветоваться с Терегием.

Будить его не хотелось, тем более что я сам отпустил его, но мысль так захватила меня, что я понимал: до утра не выдержу. К счастью, Терегий еще не успел лечь. Он удивленно посмотрел на меня и пригласил в комнату.

– Терегий, чем промышляют солдаты? Я видел, как один просто брал у крестьян на рынке то, что ему нравилось и не платил. Так многие делают или только несколько человек?

Терегий явно был застигнут врасплох моим натиском и теперь слегка растерялся. Однако быстро справился с собой.

– Зигер не наводил порядок, хотя я постоянно говорил ему, что эти поборы плохо сказываются на торговле. При таком отношении командира… чего ж вы хотите, милорд.

– Понятно. А как еще солдаты наживаются?

– Еще на барщине.

– На барщине? Это как? И что это за зверь?

– Вы не знаете что такое барщина? – удивленно посмотрел на меня управляющий. – Когда вы подъезжали к замку, вы видели засеянное поле около реки?

– Да. Ну и что в нем особенного?

– Это ваше поле.

– А разве все остальные поля вокруг не мои?

– Вы не поняли, милорд. Все земли вокруг замка ваши, но их обрабатывают крепостные или они сдаются в аренду. Вся продукция с этих полей реализуется самими крестьянами, вы только получаете часть ее.

– Понятно. Это как налоги.

– Да. А земля у реки ваша и вся продукция идет вам.

– Что-то я не помню, чтобы я работал на том поле. Да и Буефар вряд ли там трудился.

Терегий закатил глаза.

– Конечно, Буефар там не работал. Там работали крепостные…

– Что-то я не пойму…

– Сейчас поймете, милорд. Все крепостные обязаны три раза в неделю отработать на этом поле. Эта обязанность и называется барщина.

– И крестьяне за это деньги получают?

Терегий издал отчетливый стон.

– Нет.

– Тогда почему они работают? – искренне удивился я.

– Потому что это их обязанность по отношению к своему господину.

– Ясно. Мне кажется это не очень справедливо. Но как на этом солдаты наживаются?

– Очень просто. Ведь это именно они сгоняют людей на барщину. Естественно крестьянам не очень хочется работать где-то на стороне, когда собственное поле стоит не убранное. Вот солдаты и берут откуп у крестьян. А если те не платят, то их ведь можно и четыре раза в неделю забрать на барщину, а то и все пять.

Я хмыкнул.

– Чего у крестьян брать-то? Видел я, как они живут.

– Все что можно, все и берут. И не всегда деньгами. Ведь у многих крестьян и взрослые дочери есть.

– Вы хотите сказать, что…

– Вам незачем было это знать, милорд. Вы еще слишком молоды.

Я быстро заходил из угла в угол.

– Да нет, было зачем. Итак, господа присяжные заседатели, – вспомнил я известную фразу, – начинаем рыбалку.

– Рыбалку, милорд? – Управляющий слегка побледнел и чуть отодвинулся от меня.

– Именно рыбалку! Будем ловить негодяев! Сначала основательно проредим строй неприятеля, а потом перейдем в атаку и захватим его врасплох! Враг разбит и бежит! За ними конница пустилась! Все замечательно, Терегий!

– Так точно, милорд.

Только тут я заметил, что управляющий стоит какой-то бледный и с ужасом смотрит на меня.

– Что с вами? – Я подошел к зеркалу. Вроде ничего необычного нет. – Что вы так испугались? Ладно, не важно. Вот что, до утра составьте документ об отмене барщины.

– Что!!! Милорд, вы не можете этого сделать! По крайне мере пусть сначала крестьяне уберут хлеб!

– Нет! Именно завтра этот приказ и должен быть объявлен! Причем одновременно и в замке и за его пределами. А хлеб… – я задумался. – Объявите, что те крестьяне, что придут на уборку получат половину урожая!

– Милорд, это же какие убытки!!! Половина урожая!!!

– Неверно, Терегий! Кто получает прибыль с барщины замок или Зигер?

Тут я заметил, как с лица управляющего стала постепенно исчезать выражение ужаса, которое сменилось пониманием.

– Зигер придет в ярость!

– Это меня мало волнует, как и его доходы от барщины! Мне же хочется посмотреть, кто закричит больше всех! Вы сможете все подготовить? А утром я подпишу приказ.

– Зигер меня убьет.

– Валите все на меня. Скажите, что я поднял вас с утра, потребовал этот приказ, подписал и тут же велел зачитать всем. Кстати, это будет не так уж далеко от истины. Ну ладно, больше мешать вам не буду.

Я вышел из комнаты и задумался. Спать совершенно не хотелось. Пожалуй, стоит, пока не иссяк азарт, заняться чем-нибудь более полезным. Например, исследовать то, что находится за дверью в подвале, которая была закрыта и в которую не пускают никого из слуг. Стараясь не шуметь, я быстро сходил к себе в комнату и взял небольшой магический фонарик. Потом начал осторожно спускаться вниз. Конечно, зрелище было довольно глупое. Я, по сути, владелец замка и полный здесь господин, крадусь ночью, как вор, боясь потревожить слуг и охрану, которая изредка проходила по коридорам замка. Это обстоятельство мешало, но не сильно, поскольку служба охраны была организована довольно паршиво. Только в одном месте я увидел по настоящему хорошую охрану – около дверей Зигера. Надо будет поговорить с Ригером, пусть он организует дополнительную охрану из своих солдат.

Я никем незамеченный быстро миновал первый этаж и спустился в подвал. Здесь уже освещения не было и пришлось зажечь фонарик. Подойдя к заинтересовавшей меня двери, я воровато осмотрелся и нагнулся к замку. Замок был изготовлен без помощи магии и, как всякое технологическое изделие в мире магии, был примитивен до крайности. Не надо быть вором-домушником со стажем, чтобы справиться с этим примитивным запором. С помощью кинжала я отжал пружину и быстро открыл дверь. Снизу дохнуло затхлым сырым воздухом. Пришлось немного постоять наверху, чтобы привыкнуть к этому. Осмотрев дверь, я убедился, что с другой стороны этот замок можно открыть так же легко, как и с этой.

Захлопнув за собой дверь и закрыв замок, я, на всякий случай достал меч и, светя вокруг фонариком, осторожно двинулся по каменной лестнице вниз. Лестница кончилась довольно быстро, и я очутился прямо в подвальном помещении замка.

Выйдя из узкого коридора, куда привел меня спуск, я огляделся. Сперва было даже непонятно, куда я попал и только уловив какое-то шевеление внутри клеток, расставленных вдоль стен, я понял, что попал в тюрьму. Раньше о тюрьмах под замками я только читал, но сейчас я впервые все это увидел, и это сильно выбило меня из равновесия. Как-то даже странно было осознавать, что пока ты ходишь по уютным чистым коридорам замка внизу в грязи, запертые в сырых клетках томятся люди, которые могли видеть свет только сквозь узкое окошко под потолком. В легком шоке я шел вдоль с запертых клеток, провожаемый тупыми, ничего не выражающими лицами узников. Это были явно те, кто находился здесь уже давно. Тех же, кто попал сюда недавно, можно было отличить по ненавидящим взглядам, которые они бросали в мою сторону. Эти люди пробыли здесь недостаточно давно, чтобы полностью потерять человеческий облик и в то же время достаточно давно, чтобы возненавидеть тех, кто остался по другую сторону запоров.

– Эй, парень, ты кто такой и что здесь делаешь?

Я обернулся и посветил на человека, который меня окликнул. Это был уже пожилой мужчина в грязных лохмотьях с густой бородой. Однако глаза мужчины были живыми. В них не было ни ненависти, ни тупой покорности обстоятельствам, приведшим его сюда.

– Гуляю, – не нашел лучшего ответа я.

– Да? – мужчина удивленно выгнул брови. – Хорошее место ты выбрал для прогулок. Однако что-то я не помню, что видел тебя здесь раньше.

– Может это потому, что меня здесь раньше не было?

– Может, – усмехнулся человек. – И все же, кто ты такой?

– Я новый барон и владелец этого замка.

При этих словах брови человека резко взлетели вверх, и тут я совершенно отчетливо увидел в глазах этого человека боль. Его не сломили никакие страдания в этой темнице, но мои слова что-то переломили в этом человеке.

– Новый барон? – переспросил он хрипло. – Значит, Буефар мертв. – Голос мужчины упал. – Вот значит, как… не пережил ты меня старый друг… – Человек замолчал. Я отчетливо увидел, как на щеке мужчины появилась влажная полоса.

Я стоял рядом и не мешал, понимая, что ему сейчас не до меня. Наконец человек снова посмотрел на меня.

– А ты кто такой? Что-то я не помню, что у Буефара были родственники.

– Насколько мне известно, у Буефара никого не было. А я с ним познакомился около полугода назад. Мы с ним вместе путешествовали, а потом он погиб в бою. Его тело было отправлено на родину и здесь в его вещах было обнаружено завещание, где он все свои владения отдавал мне.

– Понятно. – Человек посмотрел на меня внимательным взглядом. – Как удачно все получилось. Твой друг погибает, а когда его тело прибывает на родину, обнаруживается завещание.

Я некоторое время смотрел на него, не сразу сообразив, в чем он меня обвиняет. Потом дошло, и почти сразу меня захлестнула ярость. Ярость и гнев на этого человека, который посмел обвинить меня в убийстве друга с целью получения наследства. Только благодаря урокам Деррона мне удалось овладеть собой, хотя я поймал себя на том, что уже сделал шаг вперед, готовый нанести удар. Человек лежал почти у самых прутьев, и клетка никак не смогла бы защитить его.

– Вы обвиняете меня? – хрипло спросил я.

Моя ярость никак не могла остаться незамеченной для него.

Человек откинулся назад.

– Нет. Ты еще слишком молод для подлости. Ей учатся постепенно. Скорее всего, ты даже не знал о богатстве Буефара.

– Тогда почему вы обвинили меня?!

– Почему? Чтобы ты нанес удар. Чтобы прекратил мои мучения. Однако ты сдержался.

– Воин разгневанный – воин мертвый, – повторил я любимые слова Деррона.

– Ого, – человек с интересом посмотрел на меня. – Похвально. Однако ты так и не объяснил зачем пришел сюда.

– А мне кажется, что я не знаю с кем разговариваю и за что вы попали сюда?

– Сначала гость представляется, а уж потом хозяева, – усмехнулся человек.

– А я уже представился. Мое имя Энинг и я теперь хозяин этого замка…

– …именно поэтому ты как вор тайком проникаешь в тюрьму, расположенную в твоем замке, если то, что ты сказал, правда.

– Я сказал правду. Что касается моего посещения, то, во-первых, я не обязан оправдываться. Мой замок, когда хочу, тогда и прихожу, а вот вам следовало быть повежливей.

– А то, что ты мне сделаешь? Бросишь в тюрьму?

Это было логично. Я ничем не мог угрожать этому человеку кроме смерти, но смерть для него избавление, а не мука.

– А все-таки, кто вы такой? Вы не очень похожи на остальных узников.

– А ты многих узников видел? Вот то-то. А я… я когда-то был ближайшим помощником Буефара. Я ведь начинал службу еще при его отце и помню самого Буефара еще мальчишкой.

Ого! Буефару было лет шестьдесят, значит этому человеку сколько? Семьдесят? Восемьдесят? Даже после заключения в тюрьме этому человеку нельзя было дать больше пятидесяти.

– Я был всегда рядом с Буефаром. Однако около года назад он посчитал, что я уже староват для военных походов. Это я-то?! Мальчишка! В общем, он велел мне отправляться в замок и помочь капитану советами. Он назначил меня ему в помощники, чтобы своими советами я помог ему в управлении. Я был старым солдатам, поэтому не спорил, посчитав, что здесь мой опыт действительно может пригодиться. Однако то, что я застал здесь, ужаснуло меня. Этот негодяй Зигер пользуясь отсутствием господина, прибрал все к рукам и грабил барона. Его безудержный грабеж довел до нищеты крестьян в округе. Я обо всем написал Буефару и решил навести порядок, но мое письмо было перехвачено, а ночью меня схватили и отволокли сюда. А потом потихоньку перетащили сюда и всех солдат, что прибыли вместе со мной и отказались служить Зигеру.

– Солдат? – встрепенулся я. – Сколько здесь ваших солдат?

– Осталось пятнадцать человек. Кто-то умер за год, кто-то предал. Остались самые верные.

Пятнадцать и мои двенадцать! Это уже сила! До этого момента я сомневался, что у меня хватит сил справиться с сотней солдат гарнизона. Конечно, сейчас тоже не стоило встревать в открытый бой, но открытый бой я и не планировал. Если все пойдет так, как я задумал, то гарнизон можно будет уменьшить постепенно. И теперь у меня появилось новое войско, о котором не знает враг, а значит не готов к его появлению. Но вот согласятся ли они мне помочь? Впрочем, это, наверное, глупый вопрос. Согласятся ли они мне помочь справиться с человеком, который засадил их сюда?

– Кхм, – откашлялся я, – Э-э… а как вас зовут?

– А какая сейчас разница? Впрочем, если тебе хочется узнать мое имя, то когда-то меня называли Хоггард.

– В общем, Хоггард, вы спрашивали, кто я такой и как стал владельцем замка. – Я постарался отыскать чистый уголок на полу, куда можно было бы сесть. Не отыскал. В конце концов, плюнул и уселся около клетки, не особо выбирая место. Стараясь игнорировать сырость, я стал рассказывать как познакомился с Буефаром, как он отправился со мной в путешествие. Рассказал о последней битве Буефара и о том, как узнал о завещании своего друга. – Когда погиб Буефар мне было совсем не до того, чтобы смотреть его вещи, а мои друзья не решились этого сделать. Поэтому тело Буефара и было отправлено вместе с вещами. И только здесь Отто обнаружил завещание. Когда же мне сообщил об этом Мервин, для меня это стало настоящим сюрпризом.

– Погоди, Мервин – это властитель Амстера?

– Ну да, я же об этом и говорил. Мы же с Буефаром познакомились, когда мы ехали из Амстера.

– Интересные у тебя знакомства, парень.

– О да, мои родители мне то же самое говорят. Но это не главное. Главное в том – почему я появился здесь ночью. – Тут я рассказал о своем разговоре с Отто и управляющим.

– Отто – это принц Тевтонии? – уже менее удивленно спросил Хоггард.

– Да. Он сейчас здесь в замке. Думаю, если я завтра утром расскажу ему о вас, то он прикажет отпустить вас и ваших солдат, но мне хотелось бы предложить вам другой вариант, но сразу хочу предупредить, что он более опасный. Думаю, что вы уже догадались, почему я оказался здесь ночью?

– О да Зигер! Так что ты хочешь мне предложить, парень?

– Понимаете, если принц прикажет вас завтра выпустить, то Зигер послушает, но сразу после отъезда принца он пойдет на открытое столкновение, поскольку почувствует опасность. А у него сотня солдат гарнизона. Не все, конечно, негодяи, но я не хочу доверяться тому, что они откажутся выполнять его приказ. Второй же вариант: вы пока остаетесь в темнице, а в нужный момент появитесь со своими солдатами. Ваш отряд может стать той соломинкой, которая сломает слону спину.

– Все это хорошо, однако годовое заключение на тюремных харчах не способствует здоровью…

– Это ерунда. Думаю, что смогу обеспечить ваше питание и даже вооружу вас. Вы говорите, что сидите здесь год? Значит, знаете всех заключенных. Вы скажете тому, кто придет от моего имени, кому здесь можно доверять. А сейчас извините. Я не могу больше здесь сидеть. Итак, ваш ответ?

Хоггард задумался.

– Ты прав, парень. Если принц отпустит нас сейчас, то Зигер пойдет в открытую и у него все шансы победить. Наверное, я схожу с ума, но я готов тебе довериться. В конце концов, судя по твоему рассказу, тебе доверял и Буефар.

– Хорошо. Тогда до свидания. Наверное, больше я сюда не смогу прийти, но это не важно.

Я быстро поднялся, отряхнулся и вышел из подвала. Аккуратно запер дверь. К себе в комнату мне удалось добраться ни кем незамеченным.

Поскольку ложиться спать уже не имело смысла, так как начинало светать, я не стал раздеваться, а плюхнулся в кресло и постарался спокойно, как меня учил Мастер, разобраться в обстановке. Это заняло все оставшееся время, до рассвета. Утром же я разбудил Ролона и Далилу и рассказал им все о своих ночных похождениях.

Ролон недоверчиво покачал головой.

– Ну ты даешь! Наш пострел везде поспел. Значит, ты предлагаешь, чтобы мы с Далилой занялись снабжением едой заключенных?

Я кивнул.

– Если уж я справился с тем замком, то не думаю, что у тебя возникнут какие-нибудь проблемы. Деньги я вам дам, так что можете закупать все, что нужно. Кстати, не мешало бы сразу и вооружить их. Я не знаю когда понадобиться их помощь, но лучше, чтобы они были готовы.

– Если надзиратели обыскивают клетки, то они обнаружат оружие, – вмешалась Далила. – Тогда весь наш план провалится.

– Так спрячьте оружие не в клетках, а в подземелье.

– Это действительно мысль, – согласился Ролон. – Ладно, это все мы обсудим с твоим новым знакомым. А вот чем ты сегодня собираешься заниматься?

– Сегодня? Продолжу осмотр замка, а так же полюбуюсь на физиономию Зигера, когда он узнает о моем приказе.

– Каком приказе? – насторожился Ролон. – Ни о каких приказах ты не рассказывал!

Поняв, что проговорился и скрывать правду глупо, я все рассказал.

– Ты что, совсем рехнулся? – высказался Ролон. – Ты не понимаешь, что играешь с огнем?

– Ролон, только не смей сейчас со мной спорить! – прошипел я. – Если я начну сомневаться в своих действиях, то это будет гораздо хуже любых моих ошибок!

Ролон несколько мгновений смотрел на меня.

– Что ж, это справедливо, только постарайся в следующий раз хотя бы советоваться со своими друзьями.

Я коротко кивнул, а потом направился во двор замка, где стал наблюдать за мельтешением слуг. Здесь же я застал и тот момент, когда управляющий объявил мой приказ. Догадываясь, что Зигер захочет обязательно со мной поговорить, а разговор этот может закончиться чем угодно, я не стал уходить со двора, чтобы были свидетели, если Зигер совсем выйдет из себя. Однако я понял, что недооценил его, когда увидел капитана, идущего ко мне с широкой улыбкой на устах. Не знать о приказе он не мог, значит, его улыбка наверняка фальшива.

– Милорд, рад приветствовать вас.

– Я тоже рад, капитан.

– Чудесное утро, милорд. И хочу поздравить вас за это великодушный жест. Это было действительно очень похвальный поступок.

Раз уж дошло до лицемерия…

– О-о, ничего особенного капитан. Кстати, хочу извиниться за то, что накричал на вас вчера днем. Сами понимаете, трудное путешествие, а тут этот солдат. Я понимаю, что вы не можете проследить за всеми.

– С тем болваном я еще поговорю. Кстати, он пришел вчера под вечер. Должен признать, что ваше довольно оригинальное наказание произвело сильное впечатление на солдат. Однако, милорд, я хотел бы заметить, что в вашей благородной попытке облагодетельствовать крестьян не все продумано.

Наконец-то! Я уж думал, что он никогда не доберется до сути.

– Что именно капитан?

– Понимаете, милорд, может эта мера и великодушная, но в данный момент вы не учли того, что благосостояние замка держится на торговле зерном, которое мы получаем с этого поля. Ваш приказ снизил доходы почти на половину. Сами понимаете…

– Да нет, капитан, – вежливо перебил я. – Это вы не все учли. Впрочем, понятно почему. Вы ведь военный, а не финансист. Я же вчера до половины третьего утра сидел за отчетами. Так вот, я заметил, что по документам около восьмидесяти процентов средств, которые мы получаем с этого поля, идут на закупку продовольствия для тех крестьян, у которых выдался неурожайный год. Так что на самом деле мы выиграли. Во-первых, теперь крестьяне получат всего половину урожая, а во-вторых, они будут прославлять меня как милостивого барона.

Я с откровенной насмешкой посмотрел на капитана: попробуй, опровергни! Ясно как день, что те восемьдесят процентов было только на бумаге. Надо быть полным идиотом, чтобы три дня в неделю заставлять крестьян трудиться на барщине, не давая им тем самым собрать урожай на собственном поле, а потом на вырученные с продажи средства закупать зерно, чтобы отдать его тем самым крестьянам, которые не успели собрать свой собственный урожай. Тут даже двойной идиотизм. Зачем продавать зерно, чтобы снова его покупать? Почему бы сразу не отдать урожаем? Впрочем, ответ на этот вопрос был очевиден, но не мог же капитан сообщить мне эту причину. Было видно, что такой поворот разговора для него неожидан и готов он к нему не был.

– Я не совсем уверен, что в реальности дело обстоит именно так, – неуклюже попытался оправдаться он.

– Что?! Вы хотите сказать, что управляющий пудрит мне мозги отчетами? В таком случае надо немедленно организовать независимую проверку всей документации. Капитан…

– Нет-нет, милорд, в этом нет необходимости, – поспешно заговорил Зигер. – Терегий честный человек. Вы не так меня поняли. Понимаете, на самом деле восемьдесят процентов идет с чистой прибыли. А ведь мы тратим на посредников, на перевозку. Это существенно уменьшает наши активы. Таким образом, ваши пятьдесят процентов оказываются гораздо меньше тех двадцати, что мы имели раньше.

Даже не особо разбираясь во всех этих делах, я понимал, что Зигер несет откровенную ерунду. Весь его расчет строился на том, что я абсолютный профан в финансовых делах. В любом другом случае он был бы прав на двести процентов, но здесь он ошибся. Зигер просто не мог знать, что я из другого мира, где логика являлась необходимой стороной жизни – это во-первых. А во-вторых, я почти полгода вел дела с Вильеном Нарнахом и кое-чему научился. Имея же на счету столько денег, сколько имел я, поневоле научишься разбираться во всей этой финансовой ерундистики.

– Да, – нахмурился я, делая вид, что серьезно задумался. – Об этом я действительно не подумал. Так что же делать? Не могу же я отменить свой приказ? Это будет воспринято не очень. Ладно, придется нам найти другие способы получения доходов, и если они себя не оправдают, то через годик восстановим барщину.

– Через годик? – кисло спросил Зигер.

– Другого обещать не могу. Однако, капитан, ваши познания в финансах довольно странны для солдата.

– Что делать, милорд. Господин Буефар не показывался здесь годами, и мне поневоле пришлось освоить множество новых профессий. Но вот солдаты будут недовольны вашим приказом.

– Не понимаю, какое собственно солдатам дело до вопросов управления замком? – искренне удивился я, хотя прекрасно понимал, в чем тут дело, благодаря разъяснению Терегия. – В любом случае, это ваша проблема, капитан. Надеюсь, вы сумеете образумить идиотов, иначе ими займусь я.

– Как скажете, милорд, – процедил капитан сквозь зубы.

Понятно, что он ожидал иного окончания нашего разговора, посчитав, что легко сможет переубедить какого-то мальчишку. К тому же он не мог не сознавать, что этот мой шаг резко поднимет мою популярность среди населения. Впрочем, пока он держал в своих руках гарнизон замка, ему нечего было волноваться. А вот мне необходимо было исправить это недоразумение.

Ко мне подошел Отто Даерх и, удивленно смотря через плечо, спросил:

– Ты случайно не знаешь, что случилось с Зигером? Он проскочил мимо меня даже не поздоровавшись. При этом опрокинул по дороге подставку вместе с цветами.

– Да? Я думал, он будет держать себя в руках.

– А что случилось?

– Да так. Просто он сегодня получил неприятное известие.

Отто заинтересовано посмотрел на меня, однако ответить я не успел. За воротами замка неожиданно раздался какой-то шум. Из казарм стали выскакивать солдаты и занимать места на стене, приготовив арбалеты.

Мимо нас проскочил Зигер.

– Доигрались, милорд, со своей добротой! – зло бросил он.

Мы с Отто удивленно переглянулись и быстро поднялись на стену. Нашим глазам предстало довольно удивительное зрелище: около тысячи крестьян стояли перед замком и смотрели на стены не решаясь двигаться дальше. Нападать они явно не собирались. Реакция Зигера была для меня совершенно непонятно.

– Энинг, если солдаты сейчас откроют огонь, то люди обвинят в этом тебя, – быстро шепнул Отто.

Я побледнел, представив то, что будет твориться внизу, если ударит арбалетный залп со стен.

– Не стрелять!!! – что есть силы закричал я. – Кто выстрелит, того я лично сброшу вниз!!!

Я заметил, как зло посмотрел на меня Зигер и опустил руку. Видно я чуть-чуть опередил его приказ открыть огонь.

Крестьяне тоже услышали меня и нерешительно подошли поближе. Задрав головы, они стали смотреть на стены, очевидно искали меня. Заметив Отто, они, скорее всего, приняли его за нового барона.

– Барон, просим вашей милости! Выслушайте нас!

– Зигер, прикажите открыть ворота, – потребовал я.

– Что!!! А если они бросятся…

– Зигер! Надеюсь, вы не будете сейчас оспаривать мой приказ?

Зигер зло посмотрел на меня, но наткнулся на ледяной взгляд принца и не посмел спорить. Ворота медленно раскрылись. Я быстро сбежал вниз и двинулся к выходу. За мной шел заинтересованный Отто. Рядом тут же пристроилось человек пять из охраны принца. Даерх сердито отмахнулся от них, и те нехотя отстали.

Выйдя за пределы замка, я быстро отыскал предводителей этого необычного собрания, и двинулся туда. Крестьяне встретили мое появление удивленным гулом.

– Я новый барон. Вы хотели поговорить со мной? – я решил заговорить первым, чтобы не ставить никого в неловкое положение, как это случилось бы, если крестьяне заговорили с Отто, приняв его за барона.

Однако мое заявление тоже вызвало некоторое замешательство. Но тут один из мужчин низко поклонился и заговорил:

– Милорд, правда то, что сообщили сегодня утром?

– Не могу сказать, поскольку не знаю, что сообщили вам. Если вы скажете, то тогда могу сказать, правда это или нет.

Крестьянин с некоторым замешательством посмотрел на меня.

– Э-э, это на счет отмены барщины.

– Это правда. Более того, как я и сообщил через своего человека, те, кто примут участие в уборке моего поля получат половину урожая, который смогут разделить между собой. Заставлять же трудиться на поле силой никого не будут. Однако мне будет жаль, если урожай на нем погибнет.

– Милорд! – неожиданно все крестьяне разом попадали на колени. Я едва самым позорным образом не убежал отсюда, и только подбадривающий взгляд Отто удержал меня от этого в высшей степени идиотского поступка. Я только растерянно попросил всех подняться и больше никогда так не делать, чем заслужил недоумевающий взгляд крестьян и удивленный Отто.

Поняв, что ляпнул что-то не то, я стал поспешно прощаться, ссылаясь на то, что как у нового барона у меня много дел, но завтра я обязательно начну объезд своих владений, где каждый сможет высказать свои жалобы. Впрочем, на этот объезд наверняка напросится и Зигер, так что крестьяне вряд ли начнут жаловаться на него – не рискнут. Но это меня пока устраивало. Я не собирался торопить события, и в мои планы пока не входила ссора с Зигером. Ситуация должна созреть, а там уж он сполна ответит за все свои дела и делишки.

– Теперь я понимаю, почему Зигер был такой злой. Эта барщина, наверное, приносила ему большие деньги. Этот ход явно был неожидан для него, а ты к тому приобрел поддержку людей. Однако ума не приложу, как ты собираешься снова заставить крестьян выполнять свои обязанности потом, когда справишься с Зигером?

– А никак не собираюсь. Эти земли я отдам в аренду и поверьте, в скором времени я получу с аренды больше, чем до этого Зигер выколачивал с барщины.

– Да? – с сомнением спросил Отто. – Не знаю, но как я слышал, ты славишься своей непредсказуемостью и главное тем, что твоя непредсказуемость дает очень поразительные результаты. Я буду следить за твоими шагами. Если твой опыт удастся, я, пожалуй, тоже откажусь от барщины.

– Но я ведь хочу не только это поле отдать арендаторам. Я хочу полностью избавиться от крепостных.

– Ты хочешь дать им волю! – Такого Отто никак не ожидал.

– Нет-нет, – поспешно заговорил я, потом честно признался: – Я думал над этим, но посчитал, что это будет неправильным. Подобное не принесет пользы ни мне, ни самим крестьянам. Пока я ехал сюда, то поговорил с несколькими. Многие просто не будут знать, что делать со своей волей. Это вызовет массу ненужных осложнений, вплоть до бунтов. Но ведь есть и такие, для которых воля желанна, которых их подчиненность душит, и они не могут развернуться в полную силу. Я хочу дать свободу именно таким людям.

– А как ты определишь таких людей?

– Просто. Я установлю сумму в двадцать динаров, за которую любой крепостной может получить вольную. Если у человека достаточно ума, чтобы заработать эту сумму, то он сможет быть свободным человеком.

– Они будут грабить из-за денег, чтобы получить вольную.

– Попавшийся на грабеже навсегда лишается права на свободу, – тут же парировал я. – К тому же я собираюсь давать ссуды под, скажем десять процентов в год с отсрочкой на год. Расплатился, человек свободен, нет, остается крепостным. Поверьте, Отто, самые энергичные люди будут так желать получить свободу, что напридумывают массу способов получения прибыли. Это подстегнет развитие ремесел в моих владениях, будут расти города и развиваться торговля, поскольку именно на торговле и ремеслах больше всего шансов получить прибыль. Развитие же ремесел и торговли увеличит поступления и в мой кошелек.

Я так разгорячился, что стал бегать вокруг Отто, излагая свои мысли. Сами того не заметив, мы с ним остановились почти около ворот замка, обсуждая планы.

– Я установлю не оброки и подати, а налоги, Отто. Скажем, четвертая часть прибыли. Оставшейся вполне хватит людям чтобы не только выжить, но и начать покупать разные мелочи, что в свою очередь подстегнет производство этих мелочей.

– Не обольщайся, Энинг! Получив свою свободу, люди просто сбегут.

– Куда? Да и зачем? Если они сумели что-то сделать, чтобы скопить деньги на свободу, то зачем они будут бежать от этого? Они будут продолжать работать, только уже на себя.

– Ты мечтатель, Энинг, – рассмеялся Отто. – Наивный мечтатель. В жизни все не так просто, как тебе кажется.

– Посмотрим, – обиженно буркнул я.

– Посмотрим, – согласился Отто. – Я внимательно буду смотреть за твоими действиями. А сейчас пошли в замок, думаю, что нас уже заждались. К тому же мне нужно сегодня к вечеру быть у отца, так что не стоит задерживаться.

К тому времени в замке уже все проснулись, а с кухни аппетитно пахло приготовленным завтраком. Правда Танька отказалась вставать, заявив, что еще рано, и она не собирается подниматься чуть свет, тем более что в школу идти не надо. Пожав плечами, я оставил ее досматривать свой сон.

За завтраком отец бросал на меня вопросительные взгляды, но я делал вид, что не понимаю и увлечен только едой. Это переглядывание не укрылось от мамы.

– Что это вы там перемигиваетесь? – поинтересовалась она.

– Да так. Просто мы вчера весь вечер с отцом разбирались в финансовых делах баронства и обнаружили кое-что интересное. Отец думает, что, возможно, увеличить прибыли.

– Твой отец ни о чем, кроме прибыли думать даже здесь не может! – сердито заметила мама. – Мало ему одного опыта! А ты бы, Егор, лучше подумал бы, как вернуть бедную девочку домой к родителям.

– Бедную девочку!!! Это Танька-то бедная девочка?! Да она чувствует себя лучше всех нас, наслаждаясь своим богатством.

– Егор! Нельзя же так! В конце концов, у нее есть родители, по которым она скучает.

– Мама, но что я могу сделать? Ключ у Эльвинга, а он сейчас выполняет посольские обязанности у своего народа. Я оставил для него сообщение у Мервина, как только Эльвинг закончит свою миссию, он приедет сюда и тогда я смогу отправить Таньку домой.

– Извините нас, – вмешалась Далила, – но мы никак не предполагали, что так получится. Мы посчитали, что Ключ должен быть у Эльвинга, как у самого близкого друга вашего сына. Мы просто предположить не могли, что встретим вашего сына раньше Эльвинга.

– Да я все понимаю. Просто я так переживаю за бедную девочку.

Завтрак был закончен в молчании.

– Вы не желаете осмотреть замок? – спросил я у родителей. – Вчера я так и не успел осмотреть все. Зигер, не желаете показать нам замок?

Зигер слегка удивленно посмотрел на меня с другого конца стола. В нем явно боролась подозрительность к моей просьбе и желание не отпускать меня ни на минуту. Победило последнее.

– Конечно, милорд.

– Без нас. – Ролон встал и подошел к Далиле. – Что мы, замков не видели?

Далила благосклонно кивнула и подала Ролону руку, которую тот осторожно принял. Вдвоем они покинули столовую.

Прекрасно. Зигер вряд ли заподозрил их в чем-либо. А поскольку он будет таскаться за мной по всему замку, у Ролона с Далилой будет много времени на посещение Хоггарда. А я постараюсь, чтобы этого времени у них было действительно много. Только Рон проводил парочку подозрительным взглядом, а потом покосился на меня. Наверняка этот пострел что-то заподозрил. Но Рон будет молчать, в этом можно быть уверенным.

А после завтрака началась наша экскурсия по всему замку, возглавляемая Зигером, который, кажется, понимал, что его в чем-то обманули, но никак не мог понять в чем.


Глава 7 | Рыцарь двух миров | Глава 9