home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 27

– Пес, – Девяносто Шестой потянул контролера за рукав и заговорил шепотом, то и дело озираясь по сторонам. – Послушай, Драммр, а эти местные чародеи и алхимики не могут снова наложить на меня узы, чтобы я опять выполнял всякие приказы, ну, как эти красные?

Ага, значит, ему не показалось: Летун действительно, когда они были в архиве, глазел на рукатых. Что ж, подобный вопрос вполне закономерен и заслуживает подробного ответа.

– Понимаешь, узы штука довольно сложная и относится к магии лишь частично. Узы можно наложить только на того, кому дал жизнь. Например, на выращенного в колбе гомункула, а когда…

– А как же демоны? – не выдержал Девяносто Шестой.

– С демонами все примерно так же: колдун делает возможным появление их тела в нашем мире, что при соблюдении всех правил приравнивается к рождению.

Гомункул на какое-то время задумался – похоже, его познавательный аппетит начал пробуждаться.

– А люди?

Драммр припомнил университетские лекции.

– Во времена империи люди путешествовали далеко на восток. Так вот, по сведениям древних историков, на северо-востоке Руна живет народ черных ведьм, женщины которого накладывают узы на своих детей. Также им якобы известен обряд Дарения Жизни, с помощью которого можно подчинить себе пленника. Впрочем, сведения эти не считаются особо достоверными, да и за две тысячи лет все ведьмы могли исчезнуть.

– Хм, – гомункул нахмурил редкие, едва заметные брови и начал водить глазами из стороны в сторону. «Решает, грозит ли ему новое порабощение», – подумал Драммр.

– В общем, конечно, минимальный шанс снова попасть в узы у тебя есть, но он не больше, чем, скажем, у меня или у любого другого человека.

Приют для чародеев, пострадавших от собственной научной работы, находился в самом дальнем от ворот углу территории. Несколько симпатичных домиков в саду с настоящими деревьями, лужайками, прудом с разноцветиками и речными дракончиками. Живая изгородь отделяла приют от рабочих и учебных корпусов. Несмотря на свободный вход, студенты и преподаватели не часто заглядывали сюда. Большинству хватало единственного посещения на первом курсе. Тогда они повидали достаточно магов, спаливших, заморозивших или растворивших в кислоте свои руки и лица. А профессор Идржи, величайший ученый, открывший телесные ячейки – мельчайшие частички, из которых строится все живое, изобрел и опробовал на себе заклинание, превращающее мертвые ячейки в строительный материал. Первые несколько лет ученый прибавлял в росте, силе и твердости тела, но потом процесс вышел из-под контроля, у него срослись пальцы, язык перестал слушаться. Ни один демагнетизер не брался удалить чары, сохранив ему жизнь. Только сам профессор Идржи мог бы исправить заклинание, если бы не потерял способность произносить формулы и производить пассы. Драммр часто видел его, огромного, ороговевшего и страшного, сидящим у пруда.

– Как профессор Идржи? – спросил контролер первым делом у дежурного.

– Вы что, не слышали, он вот уже шесть лет, как покинул нас.

– Бедняга.

– Возможно, после конфликта с деканом факультета телесной магии он ушел. Кажется, куда-то в Синие Горы. Кто его знает, может, нашел там себе троллиху, проживет счастливо тыщу-другую лет, – дежурный ухмыльнулся, видно, это была одна из его любимых шуток. Драммр не стал смеяться. Он официально осведомился, где можно найти профессора Уортока, и потащил за собой гомункула.

Контролер гулко стукнул в сталь двери и, не дожидаясь ответа, вошел. В комнате был полный разгром. Кажется, все вещи, за исключением массивного стола с серой мраморной крышкой, были разбросаны страшной силой. Стальной книжный стеллаж лежал, поваленный на горку старинных томов. Толстый слой пыли. По всей видимости, у профессора был конфликт с уборщицей. Уорток сидел в кресле, укрытый нестираным полосатым пледом. Смотреть на изуродованное огнем лицо не хотелось, Драммр отвел взгляд вверх. Потолок, впрочем, как и стены, был выщерблен неизвестной напастью.

Профессор прорычал что-то совсем уж невразумительное. Заметив недоумение контролера, повторил никак не лучше и указал растопыренной пятерней на потолок.

– Заклинание телекинеза?! – сообразил Драммр. Уорток заворчал утвердительно. Ну да, с помощью очень схожих действий можно направить предмет к себе или же отослать от себя. То же движение руки, только вместо «кыф» надо говорить «гев». С такой дикцией результат практически непредсказуем. Контролер хотел уже было продемонстрировать другой вариант этого заклинания, без слов, широко распространенный в студенческой среде из-за схожести с неприличным жестом. Но понял, что у профессора действует только одна рука.

Настроение Уортока испортилось внезапно. Он прорычал что-то, закончившееся громким: «Вот!» При этом профессор подбросил над столом темный средних размеров конверт. Драммр немного выждал, но под указующим взглядом старика распечатал послание. Уорток кивнул, чуть забирая головой вбок. На сероватой шершавой бумаге вился убористый, идеально ровный почерк писчего гомункула:

«Отчет профессора кафедры Специальных Магических Проявлений Г. Уортока. Касательно экспериментального образца 37-21-красный, именованного мной Овером Мегри. Предназначен представителям официальной власти (какая будет заправлять в Нармроте на момент прочтения), заинтересованным в розыске, поимке или обезвреживании вышеозначенного образца». – Драммр присел на книжную стопку – изощренный научный слог автора не предполагал быстрого и легкого чтения. Может, он поиздеваться решил? Впрочем, слушать объяснения профессора будет посложнее. Наверное.

«Пункт Огонь. В годы 3006—3011 К.Т. мною были проведены архивные, сопоставительные и сравнительно-аналитические работы с документами поздней империи и Дарагской иерократии на предмет составления обобщенной картины применения техник магического манипулирования в высокоразвитых магических социумах», – хух, контролер выдохнул, взяв штурмом длиннющее предложение. Может, дальше ученый муж распишется или он попривыкнет.

«По результатам исследований мной был опубликован труд „Консолидирующая роль магнетического манипулирования в структуре высокопроизводительного магического хозяйства“ в университетском альманахе за ЗОН год. В 3013 году со мной связался некий не назвавший себя представитель новой власти и предложил стать консультантом проекта „Щит Молчания“. По результатам консультаций с ректором Ирандуароном Университет вынес официальное решение, запрещающее сотрудникам принимать какое-либо участие в вышеуказанном проекте. На данный момент не имею никаких причин скрывать от той же самой власти, – Драммр так и представил ехидную ухмылку профессора – …его суть. Проект предусматривал разработку методов отсечения человека от магического канала, раз и навсегда. Основная трудность виделась в том, что магнетическая энергия присуща любому живому организму, и полное ее блокирование приводит к гибели существа. В 3014 году ко мне заявился все тот же субъект, кажется, тогда у него самого были проблемы с властями, и предоставил на мое попечение результаты „Щита Молчания“. Среди них десять взрослых, ни один из которых не прожил с того момента больше двадцати фаз. И десять детей в возрасте от пяти до двенадцати лет. Субъект заявил, что Университет не должен разглашать тайны проекта, следует держать его результаты под присмотром, иначе это затронет кого-то в самых верхах власти, – на этом слове перо гомункула-писаря дрогнуло, видно, кто-то сильно напугал несчастное существо криком или жуткой гримасой, иначе такого никогда бы не случилось. – И этот кто-то вынужден будет ликвидировать чуть ли не всех, включая меня и ректора». – Неужели это тот самый кто-то? Драммр прогнал от себя безосновательную, но такую привлекательную догадку.

«Пункт Холод. Пострадавших от проекта нужно было поставить на довольствие и выделить для них помещения, при этом не посвящая в правительственные секреты посторонних. Для научного учреждения самым очевидным решением было внести их в сметы как экспериментальные образцы. Вскоре мы заметили у детей те же симптомы, что у взрослых. Но на этот, раз время не было столь же неумолимо. Мы еще раз проштудировали обрывки документации по „Щиту Молчания“, „любезно“ предоставленных незнакомцем». – Интересно, что это еще за «мы»? Был ли кто-то, кроме Уортока и ректора, осведомлен о проекте?

«Снять блокировку мы не могли, как и толком разобраться, что она собой представляет. Коллега с факультета телесной магии помог лишь чуть облегчить течение этого странного недомогания, не более. Предположение о том, что экспериментаторы просто перестарались, не проходило: у взрослых и детей кто-то сохранил способность применять в ослабленном виде простейшие заклинания, другие утратили даже возможность воздействовать на магнетическую юлу – и те и другие страдали одинаково. Я решил, что нарушена некая природная циркуляция магической энергии в организме».

«Пункт Движение. В 3006 году мной была опубликована работа „Альтернативные мнемонические системы магии“, в которой рассматривались магические практики, не основывающиеся на декламации формул и демонстрации жестов. Пытаясь восстановить нарушенную циркуляцию, я начал тренировать детей как по общепринятым, так и по старинным и малоизвестным методикам. Успешность этих занятий оценить довольно трудно. Но скорей всего она не была хоть сколько-нибудь существенна. В начале 3015 года живых осталось лишь четверо детей. Их состояние также внушало серьезные опасения, В то же время одной экспедиции удалось обнаружить редкий дарагский документ, в котором упоминалась методика обучения манипуляторов, основанная на постепенном утяжелении магнетической юлы. Поначалу новые тренировки давали хоть и небольшой, но положительный результат. Затем наступил кризис. Еще двое детей погибло, зато двое оставшихся быстро пошли на поправку». – Двое! Это становится еще интересней.

«Пункт Взаимодействие. Овер Мегри приступил к разработанному мной курсу специалиста манипулятора в возрасте семи лет. Он, как и остальные дети „Щита Молчания“, принадлежал к уничтоженным родам магической аристократии. Мальчик, именуемый в дальнейшем Овером Мегри или специалистом, вероятнее всего, внук магистра Назджока Ревенуэрона, о чем свидетельствует портретное сходство и фамильная способность к магическому зрению. – Во как! Наш парень наследник одной из сильнейших чародейских линий Дасии. – Науку осваивал быстро. Даже слишком. Уже лет через пять он мог представлять реальную боевую угрозу, но осознал это позже, после чего пришлось принять меры по обеспечению безопасности занятий, которых, как вам известно, оказалось недостаточно».

«Пункт Свет. В дарагском государстве специалисты-манипуляторы стояли на самой вершине иерархической лестницы. Правда, помимо способности управлять магией, они и сами являлись высококлассными чародеями. Так что возможности Овера Мегри впечатляющи и ограничены одновременно Специалист может осуществлять сложные действия (такие, например, как умерщвление или вскрытие замков) заклинаниями минимальной силы и с малыми затратами энергии, может делать неэффективными или обращать против мага его же чары, комбинировать магнетические сгустки, получая сложные заклинания».

«Пункт Звук. Известно, Овер Мегри ограничен в манипулировании магией расстоянием и быстрым утомлением. В то же время не ясно, будут ли расти или сходить на нет эти ограничения со временем. Также непредсказуемо будущее поведения „Щита Молчания“ – блокировка может убить его, рухнуть по прошествии лет или же сохраниться в неизменном виде».

«Пункт Вещество. Овер Мегри замкнут, непредсказуем и одержим жаждой магического могущества. То ли в силу врожденной предрасположенности, то ли в силу пережитой травмы и неблагоприятных условий содержания… – Драммр подумал, что старик прячется за казенным языком, не показывает своего истинного отношения к детям „Щита Молчания“. Был он холодным и бессердечным экспериментатором или имели место какие-то человеческие чувства? Контролер поглядел на Уортока – по нынешнему его облику слишком сложно было что-либо разобрать. – …может оказаться по-настоящему опасным, расчетливым и хитроумным».

«Пункт Тело. На составление данного не слишком подробного и объемистого отчета ушло около двух лет. Поэтому, если возникнут какие-либо дополнительные вопросы, прошу попробовать вначале разрешить их самому и лишь в случае крайней необходимости обращаться ко мне. Если все-таки подобное обращение последует, то дополнительная информация будет предоставлена только в обмен на новые сведения об Овере Мегри. Я собираюсь исследовать отдаленные последствия своего эксперимента». – Старик еще и права качает, а эти отдаленные последствия теперь приходится изучать мне. Уорток отвернулся к окну. Похоже, если он и ожидал запроса, то по классической, разложенной по восьми пунктам, соответствующим видам магнетической энергии, форме. Брр, пора отсюда выбираться, пока мозги не закипели.

– У-у-у, страшный, – только и сказал гомункул, стоило им выйти из дома Уортока.

– Точно, – согласился контролер. Интересно, имел ли в виду Девяносто Шестой внешний вид или внутреннюю природу профессора? А он сам? Располагая обрывочными и односторонними данными, Драммр не мог и не хотел разделять персонажей этой истории на плохих и хороших.

К разбирательству контролер опоздал, нисколько, впрочем, не сомневаясь, что его официального заявления по обоим делам дождутся. Но то ли судебный механизм, уверовав в свою непогрешимость, посчитал возможным вынести решения, основываясь на его предварительных докладах, то ли кто-то усердно подталкивал его колесики, ускоряя работу. Впрочем, особого значение это не имело – любое дело не считалось закрытым ровным счетом никогда. И контролер всегда смог бы внести коррективы в расчет баланса справедливости. Посему Драммр вызвал знакомого техника и расспросил о судьбе Раждана и Шадугерат. Змей получил двойной условный срок: двенадцать лет армейской службы в рядовом составе, если его сообщник так и канет в Лету, семь, если отыщутся свидетельства участия Овера Мегри в ограблении, и всего три, если специалист угодит в руки Службы. Что ж, стандартное решение, не придерешься. С вердай все оказалось сложней. На заседание заявился младший контролер. Начал канючить о недостоверности и неподтвержденное™ сведений, значительных претензиях игномерийской стороны, баснословной стоимости вызова демон-знает-откуда эксперта в данной области. Потом предложил погасить все долги из бюджета, если дама-некроном поделится своими профессиональными секретами. Возможность отказа, по всей видимости, не предусматривалась. В общем, голубоглазая теперь надолго застряла в научном крыле пирамиды. Слишком уж все выходило для кое-кого складно. Драммр даже засомневался, что по чистой случайности битый час не мог поймать шрада, чтобы успеть на разбирательство. Хотя вряд ли смог бы чем-нибудь помочь Шадугерат. Разве что тот разукрашенный жрец-клоун заявится в пирамиду да продемонстрирует свои фокусы.

Приближающийся вечер наполнил солнечный свет липким оранжевым блеском. В эти часы Драммр любил заглядывать в свой кабинет, потому и не покинул здание Службы, разобравшись с делами. На столе его поджидал конверт. Контролер ничуть не удивился, узнав, что вещи из гномского банка всплыли в Ревенуэре. Он и так собирался завтра же отправиться туда. Но надоедливая чехарда событий, похоже, опять обогнала его. А значит, лететь придется сегодня. Драммр с дрожью вспомнил жесткие деревянные лавки воздушных лодок.

Небесные пристани, против обыкновения, оказались практически пусты. Кто-то по секрету сообщил, что в результате ночных погромов была каким-то (спрашивается, каким?) образом нарушена связь с войсками, и правительство бросило весь воздушный флот ее восстанавливать. На Каменный Кулак гражданские воздушные суда ходили не слишком часто, и Драммр очень сомневался, что сможет что-то найти в столь поздний час. Теперь же его шансы росли – почти вся дасская армия сосредотачивалась на юге и юго-востоке. И действительно, первая же отдающая концы лодка, «Танцующая фея», направлялась именно в Ревенуэр. На борту оказалось восемь магов, три пехотных офицера с какой-то громоздкой, тщательно упакованной штуковиной и один гражданский, очевидно, пронырливый торгаш, выложивший за путешествие приличную сумму. Никаких одеял, лишь жесткие накидки от дождя и ветра. Драммр уже отлично представлял, что скажут завтра с утра его кости. Все сидели скучные и хмурые, веселился только гомункул, он нырял с переднего крыла, .чтобы, прокатившись на холодных потоках, взобраться на заднее.


ГЛАВА 26 | Специалист | ГЛАВА 28