home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement




3

– Послушайте! А зачем у меня мозги высасывать?

– Хм-м... Потому что ученые мозги, говорят, уж очень хороши. Густые, комочками такими...

– Значит, целый месяц я буду накачиваться знаниями, чтобы их потом высосали?

– Вот-вот. Точно.

Человек-Овца достал из пришитого кармана пачку «Севен Старз» и прикурил от дешевой зажигалки.

– Вот влип. Но это же несправедливо, жестоко.

– Ну как сказать... – протянул Человек-Овца. – Такое во всех библиотеках происходит. Короче, не повезло тебе, брат.

– Во всех библиотеках?

– Да-да. Ведь библиотеки знания в долг дают. Им от этого одни убытки. Правильно? Ты не представляешь, сколько в библиотеках типов, которые ради всех этих знаний готовы чужие мозги высасывать. Вот ты зачем пришел? Решил здесь поднабраться того, чего в других местах не получишь?

– Вовсе нет. Просто в голову пришло. Ни с того ни с сего.

Человек-Овна с озадаченным видом слегка наклонил голову:

– Надо же, как вышло! Жалко.

– Может, вы меня выпустите?

– Не-е. Ничего не выйдет. Мне тогда такое устроят! Мало не покажется. Электропилой по животу. Кошмар, скажи?

– Кошмар.

– Как-то раз, давно, они со мной проделали этот номер. Две недели срасталось. Две недели! Так что ты брось.

– Ну хорошо. А если я откажусь эти книги читать?

Человек-Овца задрожал как осиновый лист:

– Об этом и думать забудь! И не говори! Под этим подвалом есть еще подземелье пострашнее. Так что высасывать мозги – еще не самое ужасное.

Человек-Овца ушел, я остался в своей тюрьме один. Повалившись ничком на жесткую кровать, целый час плакал навзрыд. Подушка в голубой наволочке промокла от слез.

Что же делать? Я не имел ни малейшего понятия. С отвращением думал о том, как у меня будут высасывать мозги, и так же с ужасом представлял еще более ужасный мир, лежащий где-то там, внизу.

На часах полседьмого. Время ужина. Мама наверняка вся извелась. А если я и ночью домой не вернусь, она же с ума сойдет. Такой человек. Ей всегда только плохое мерещится. Или о плохом думает, или телевизор смотрит. Интересно, скворца моего покормит или нет?

В семь послышался стук, дверь отворилась и на пороге появилась девочка. Она катила перед собой столик на колесах. Я никогда не видел таких красивых девчонок. Даже глазам больно стало. Лет ей было примерно сколько мне. Руки, ноги, шея – такие тонкие, что, казалось, возьмут сейчас и сломаются с хрустом. Длинные волосы блестели, как расплавленные драгоценные камни. Существо, которое всякий человек когда-то видел во сне и которое только во сне и приснится. Внимательно посмотрев на меня, девочка молча принялась расставлять привезенную еду. Я, словно завороженный, наблюдал за ее спокойными движениями.

Еда была изысканная. Суп из икры морского ежа, макрелевая сметана, салат из спаржи с кунжутным дрессингом, виноградный сок. Выставив все это на стол, девочка знаками сказала: «Не плачь, поешь лучше».

– Ты что, говорить не можешь?

«Не могу. Связки порвались, в детстве».

– Человеку-Овце помогаешь?

«Да, – еле заметно улыбнулась девочка. От ее чудесной улыбки у меня чуть сердце не разорвалось. – Человек-Овца – добрый. Только я старика очень боюсь».

Не вставая с кровати, я пристально посмотрел на нее. Она опустила глаза и тут же вышла из камеры. Выпорхнула легко, точно майский ветерок. Я даже не услышал, как за ней закрылась дверь.

Все было вкусно, но я съел от силы половину. Больше просто не лезло. В желудке будто лежал свинцовый комок. Убрав посуду, я лег на кровать и стал обдумывать свое положение. Вывод напрашивался только один: надо бежать. Никакого лабиринта в подвале библиотеки быть не должно, и никто не имеет права у людей мозги высасывать. И не должно быть такого, чтобы мама с ума сошла, а скворец околел с голоду.

Но как отсюда можно сбежать? Я не имел ни малейшего представления. К ноге прикована гиря, дверь заперта на ключ. Даже если удастся покинуть камеру, что дальше? Как выбраться из этого темного лабиринта?

Я вздохнул, и слезы снова полились из глаз. Я очень слабохарактерный. В такой момент думаю только про мамочку и про скворца. Почему все так получилось? Не иначе из-за собаки, которая меня укусила.

Я еще поплакал немного, потом, вспомнив, что сказала девочка, решил встряхнуться. Надо что-то делать. Хотя бы то, что можно. Это куда лучше, чем просто сидеть и горевать. Человек-Овца, девочка... Не такие уж они плохие люди. Должен появиться какой-то шанс. Наверняка.

Я взял «Дневник сборщика податей в Османской империи», повернувшись к столу, полистал. Чтобы поймать свой шанс, надо для начала прикинуться смирным, послушным... Это в общем-то совсем нетрудно. У меня от рождения характер такой.

Книга оказалась сложной, да еще написана была на старом турецком языке. Однако, как это ни странно, я легко его понимал. Вдобавок прочитанное запоминалось как-то само собой, от первой до последней буквы. Это замечательно – ощущать, что ты поумнел. Читаешь – и все ясно. Как тут не понять тех, кто хочет стать умнее всего за какой-нибудь месяц. Многому можно научиться, высасывая чужие мозги.

Перелистывая страницы, я превращаюсь в сборщика податей ибн Армуда Хасюра (полное его имя куда длиннее). Пристегнув к поясу кривую саблю, обхожу улицы Багдада, заставляя горожан раскошеливаться. Улицы, как в стоячей воде, утопают в ароматах куриного мяса, табака и кофе. На базарах идет бойкая торговля диковинными фруктами.

Тихий человек Хасюр, у него три жены, пятеро детей и два попугая в придачу. Таких же милых, как мой скворец. Хасюр, то есть я, не забывает одарять своих жен супружеским вниманием. Как это странно...

В половине десятого Человек-Овца принес кофе и печенье.

– Ого! Молодец! Уже занимаешься?

– Да, – ответил я. – Очень интересно.

– Вот и славно. Но надо все-таки перерыв сделать, кофейку попить. С головой в это дело тоже влезать ни к чему.

Мы выпили кофе, похрустели печеньем.

– Я хотел у вас спросить... А как это, когда мозги высасывают? Какое чувство?

– Хм-м... Да ничего особенного. Не так плохо, как ты думаешь. Как будто из головы вытягивают спутанные нитки. Бывало даже, некоторые просили повторить.

– Дану!

– Факт. Можешь не сомневаться.

– А потом что? После того, как мозги высосут?

– Потом вся оставшаяся жизнь как в тумане. Точно спишь. Ни тебе страданий, ни боли. Ни о чем не переживаешь, о времени не беспокоишься, домашние задания – по боку. Чем плохо, а?

– Но вы же говорили, что пилой голову будут пилить.

– Ну, это немножко больно. Зато быстро. Раз – и все.

– Да-а? – протянул я. Что-то уж больно здорово у него получается. – А у девочки... ну у той, красивой... у нее мозги не высасывали?

Человек-Овца подскочил на стуле сантиметров на двадцать, взмахнув пришитыми ушами.

– Чего? Какая еще девочка?

– Та, что еду приносила.

– Ты чего говоришь-то? Еду я тебе принес. А ты в это время дрых. Я что, на девочку похож?

У меня опять голова пошла кругом.


предыдущая глава | Хороший день для кенгуру | cледующая глава