home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



06:40 am


Комната Эри Асаи.

За окном светлеет. Эри лежит в постели. В ее облике ничего не изменилось. Глубокий сон по-прежнему окутывает ее невидимым покрывалом.

Входит Мари. Осторожно, чтобы не услыхали домашние, открывает дверь, проскальзывает внутрь, затворяет за собой. Чуть заметно ежится от внезапной тишины и прохлады. И, застыв у двери, оглядывается вокруг. Словно проверяет, та ли это комната, что и прежде. Тщательно изучает, ничего ли не изменилось, не шевелятся ли по углам непонятные тени. Затем подходит к кровати и смотрит на сестру. Протягивает руку, легонько касается ее лба, чуть слышно зовет по имени. Никакой реакции. Как и всегда. Мари подкатывает от стола к постели кресло, садится в него. И, склонившись над Эри, смотрит на нее в упор. Словно пытается разглядеть некий тайный знак. Между их лицами – несколько сантиметров.

Проходит пять минут. Мари встает с кресла, снимает кепку «Red Socks», поправляет непослушные волосы. Расстегивает ремешок часов, кладет их на стол. Стягивает джемпер, футболку. Снимает фланелевую рубашку и джинсы. И, оставшись в одной белой майке, забирается к сестре под одеяло. Несколько секунд Мари лежит неподвижно, привыкая к постели. Затем, вытащив из-под одеяла тонкую руку, обнимает сестру за талию. Легонько прижимается щекой к ее груди и долго лежит так, не шевелясь. Закрыв глаза, прислушивается к каждому удару сердца Эри.

Из-под мирно сомкнутых век вдруг выкатывается слезинка, потом еще одна. Очень легко и спокойно слезы сбегают по щекам Мари и капают Эри на пижаму. Одна за другой.

Мари садится на постели и кончиками пальцев стирает слезы со щек. Кажется, будто ей нестерпимо стыдно – хоть мы и не знаем, за что. Словно она сотворила что-то ужасное, чего теперь не исправить. И осознание этого разъедает душу, как щелочь. Слезы капают на ее белую майку – теплые, точно кровь. Мари ловит их ладонью. Каждая упавшая слезинка еще несколько секунд живет теплом ее тела. Мари удивлена. Ей кажется, будто она только что была не здесь, а совсем в другом месте. И не одна, а с сестрой.

На всякий случай Мари еще раз оглядывается. Переводит взгляд на сестру. Во сне Эри потрясающе красива. Хоть укладывай в стеклянный саркофаг и сохраняй для Вечности. Абсолютная красота без единого проблеска мысли. Сознание Эри скрыто от наших глаз. Словно подводное морское течение, лавирует оно где-то в бездне – там, где его не разглядеть никому. Но, возможно, Мари расслышит его потаенный пульс? Она обращается в слух. «Это где-то совсем недалеко, – вдруг понимает она. – И где-нибудь обязательно пересекается с моим течением. Я чувствую это. Совершенно отчетливо. Мы же все-таки сестры…»

Наклонившись к сестре, она губами касается ее губ. Чуть-чуть. Очень мягко, совсем ненадолго. И, отпрянув, снова смотрит на Эри сверху. И уже через пару секунд целует еще раз. Чуть дольше, чуть мягче. Ей вдруг кажется, что она ласкает саму себя. Мари и Эри. Отличаются только первые буквы… Мари улыбается. Ложится, прижимается к Эри всем телом и с облегчением закрывает глаза. Решив отдать все свое тепло за ее пробуждение. «Вернись, Эри! Пожалуйста…» – шепчет она сестре на ухо. И наконец расслабляет каждую мышцу усталого тела. Сон накрывает ее огромной мягкой волной, и слезы унимаются сами.

За окном все светлее. Жизнерадостный лучик пробирается в щель жалюзи. Старое время сдается, отступая туда, откуда не возвращаются. Многие люди по привычке еще говорят вчерашними словами. Но смысл этих слов меняется в лучах нового солнца, требуя новых определений. И пусть эти новые слова проживут лишь до вечера, – без них нам не сдвинуться во Времени и не сделать ни шагу вперед.

Телеэкран в углу на секунду вспыхивает. В недрах кинескопа что-то мелькает. Так, словно кто-то пытается выйти на связь. Затаив дыхание, мы ждем, что дальше. Но уже в следующее мгновенье все исчезает. В кинескопе – мертвая пустота без объема и цвета.

Наверное, то был всего лишь обман зрения. Просто свет из окна отразился в стекле экрана. Вокруг по-прежнему тишина. Но уже не такая тяжелая и густая. За окном слышно пение птиц. Если прислушаться еще внимательнее, можно различить, как шуршат по асфальту велосипеды, негромко болтают люди, а по радио передают прогноз погоды. И даже – как из тостера выскакивает поджаренный хлеб. Обычное утро совершенно задаром вымывает из уголков мира остатки ночной темноты.

Две юные сестры крепко спят, прижимаясь друг к дружке, в одной постели. И, кроме нас, об этом не знает никто на свете.



05:38 am | Послемрак | 06:43 am