home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 3


Эта неделя была не лучшим временем в жизни Сенны.

Хотя отдельные сектора столицы были перестроены, оставались еще целые районы, которые по-прежнему отчаянно нуждались в обновлении и восстановлении. Но денег выделялось явно недостаточно, потому что правительство должно было одновременно действовать в столь многих направлениях. И вот неожиданное совпадение - хотя, правду говоря, настолько ли уж неожиданное? - меньше всего внимания уделялось тем районам города, в которых проживали беднейшие слои населения Примы Центавра.

И не было района, которому уделялось бы меньше внимания, чем кварталу, известному под названием Гхехана.

Гхехана имела репутацию, распространившуюся далеко за пределы ее границ, как место, где могут прожить те, кто оказался в крайне затруднительных финансовых обстоятельствах. И если кто-либо был готов на все ради того, чтобы выжить, здесь он легко мог найти себе пристанище.

Даже в детстве, когда Сенна жила в богатой аристократической семье, ей доводилось слышать страшные истории о Гхехане. Это было не то место, где хотел бы оказаться порядочный человек, и, тем не менее, похоже, там обитало удивительно большое число жителей. Но никогда Сенна даже представить не могла, что ей самой придется искать там убежища.

Однако сбежать ей пришлось именно в Гхехану. Поначалу она попробовала остаться в центральных районах города, но они были чересчур фешенебельными, рассчитанными на тех, у кого, по меньшей мере, были деньги в карманах и крыша над головой. Сенна не хотела унижаться до такой степени, чтобы выпрашивать милостыню на улицах, но, как оказалось, такой возможности ей и не представилось бы. Солдатам, приписанным к Департаменту Развития, были даны инструкции обеспечивать отсутствие на улицах бродяжек, чей вид мог бы подорвать моральный дух благонамеренных граждан.

А этот дух был сейчас высок. Жребий был брошен. Перспективы были радужными. Весь этот город, весь этот мир были сейчас на подъеме. Работы шли полным ходом. Все знали, что рано или поздно великая Республика Центавра сведет счеты с теми надменными самоуверенными расами, которые заключили друг с другом Альянс. Ничтожные, отсталые, никчемные создания, которые будут недостойны даже того, чтобы Республика тратила время на их завоевание. О, да… Придет время, и Великий Создатель воздаст им сторицей. Но для этого сейчас от всех и каждого требовался упорный труд, самопожертвование и патриотизм.

Но оставались в этом мире и бездомные попрошайки, которые настолько уже пали духом, что не могли воспринимать высокие слова. А потому все усилия были направлены на то, чтобы они не путались под ногами при осуществлении великих планов. Пусть они исчезнут куда угодно, неважно куда, лишь бы не высовывались.

Несколько раз армейские патрули заставляли Сенну поспешно удирать от дверей, за которыми она пыталась найти убежище. Один или два раза солдаты выгоняли ее из темных уличных углов, в которых она задерживалась подозрительно долго, и при этом начинали смотреть на нее подозрительно пристальными взглядами, будто смутно припоминая, что встречали ее совсем в другом месте. Тогда Сенна сама спешила скрыться подальше от их взглядов, так быстро, как только могла.

И, в конце концов, она обнаружила, что попала в Гхехану.

Вид, открывшийся глазам Сенны, испугал ее. Даже спустя два года после бомбардировок, здесь на месте зданий лежали груды мусора и обломков. Хуже того, среди этих куч ютились люди, выкапывая себе убежища-землянки. Улицы, на которых вряд ли часто убирали мусор, покрывал толстый слой грязи. Кое-где горели костры, возле которых, сгрудившись, сидели люди, пытаясь согреться.

Сенна ухитрилась получить немного денег на первое время, когда продала несколько роскошных платьев, обнаруженных ею среди вещей, схваченных в последний момент. На вырученные деньги она купила себе еды. Оставшихся средств было крайне недостаточно, а между тем урчание в желудке заставило Сенну осознать, что скоро придется раскошелиться еще раз.

А еще Сенна чувствовала, что ей уже надоело ночевать на улице, сидя в какой-нибудь подворотне или примостившись в темной аллее. Ее одежда запачкалась, ей отчаянно хотелось принять ванну, а под ногтями скопилось столько грязи, что казалось, от нее уже никогда нельзя будет избавиться, даже если все-таки представится возможность принять ванну.

Сенна прислонилась к стене разрушенного здания, пытаясь придумать хоть какой-нибудь план дальнейших действий, и тут услышала, как рядом с ней кто-то громко прокашлялся. Она обернулась и увидела мужчину - центаврианина, худого, среднего роста, с коротко подрезанными волосами, и в целом весьма дурного вида. Мужчина оскалился в ухмылке, так что Сенна смогла заметить, как у него во рту, с правой стороны, поблескивает золотой зуб.

- Ты сколько берешь? - поинтересовался мужчина.

Сенна непонимающе уставилась на него.

- Что?

- Сколько стоит поразвлечься с тобой? - Он еще раз закашлялся, и в груди у него при этом раздался отвратительный рокот.

Сенна снова не поняла поначалу… но затем сообразила.

- О, нет. Нет, нет. Я не… не занимаюсь этим.

- О, я думаю, занимаешься. Или начнешь заниматься прямо сейчас, - мужчина, казалось, смотрел не на Сенну, а куда-то сквозь нее, словно раздевая ее своим взглядом. Сенне показалось, что этот взгляд покрыл грязью саму ее душу. Она запахнулась в свое обносившееся пальто, но мужчина подошел к ней вплотную и резким движением отбросил пальто в сторону. - Если тебя почистить хоть немного, ты станешь очень даже хорошенькой, - вынужден был признать мужчина. - Ты совсем молоденькая. Что ты умеешь? Скольких можешь обслужить за раз? Троих? Четверых?

- Уйди от меня! - воскликнула Сенна, пытаясь отпихнуть навязчивого кавалера. Тот слегка качнулся, но затем неожиданно шагнул вперед, и сам толкнул ее. Это застигло Сенну врасплох, и она, потеряв равновесие, упала, ударившись об твердый грунт. Прохожие, спешившие по своим делам, большей частью нелегальным, заметив происходящее, лишь ускорили свои шаги.

- Не надо было стоять здесь, дорогая, если ты не собиралась заниматься тем, чем сейчас мы займемся, - заявил мужчина.

И в этот момент у него за спиной появился некто, и раздался спокойный, уверенный и сдержанный голос:

- Мне показалось, юная леди высказала пожелание, чтобы вы ушли от нее. Вам лучше исполнить это пожелание, и поскорее.

У Сенны перехватило дыхание, когда она разглядела, кто пришел к ней на выручку. Но ее противник, тем не менее, не потрудился даже обернуться.

- Ах, вот как. И кто же в нашем мире дал вам право распоряжаться здесь?

- Картажа. И после него регент.

Было что-то в этом голосе такое, что заставило мужчину медленно повернуться и посмотреть, кто же это обращается к нему. И обернувшись, он увидел перед собой лицо, хорошо знакомое с некоторых пор всем жителям Примы Центавра. Мужчина почувствовал, что спина его одеревенела, а колени слегка задрожали.

А Лондо Моллари, одетый в обыкновенный наряд, который позволял ему не привлекать к себе внимания, продолжил:

- Если вам очень хочется умереть здесь и сейчас, я, безусловно, могу вам это обеспечить, - он щелкнул пальцами, и с обеих сторон от Лондо материализовались двое мужчин. Хотя они также были облачены в непримечательные одежды, с первого взгляда было ясно, что это гвардейцы. Двигаясь абсолютно синхронно, они слегка приоткрыли свои пальто и показали рукояти бластеров, укрытых под складками одежды. Кроме того, у каждого из них на поясе виднелся смертоносный клинок.

Мужчина, пытавшийся приставать к Сенне, немедленно дал задний ход, а ноги его дрожали так, что он едва в состоянии был устоять.

- Ва… ва… ва…

- «Ваше Величество». Я полагаю, вы эти слова пытались припомнить, - ядовито сказал Лондо. - Слушайте. Мне кажется, всем будет лучше, если вы немедленно отправитесь по своим делам, не так ли.

- Да… да, конечно, - сказал мужчина, и опрометью бросился наутек, оставляя вонючий след позади себя.

Лондо посмотрел ему вслед с выражением некоторого удовлетворения на своем лице, а затем повернулся к Сенне.

Сенна, со своей стороны, до сих пор не могла поверить в происходящее. Лондо протянул ей руку, и только тогда она поняла, что до сих пор лежит на земле.

- Ну, - спросил Лондо, - позволишь ли ты мне помочь тебе подняться? Или, может, опять бросишь в меня камень?

Сенна ухватилась за протянутую руку и, поднявшись, попробовала стряхнуть пыль со своего платья.

- Ваше Величество, как… Как вы узнали, где искать меня?

Лондо недоуменно пожал плечами, будто более простой задачи и придумать было нельзя.

- У императора есть средства, чтобы узнать все, что он пожелает, моя дорогая. Идем, - и он жестом пригласил девушку идти вперед. - Давай прогуляемся немного пешком.

- Ваше Величество, - тихо сказал один из гвардейцев, с большим подозрением озираясь по сторонам. - Быть может, более мудрым решением будет не задерживаться здесь. С точки зрения безопасности…

- Может ли самый могущественный житель этой планеты быть одновременно и самым беззащитным? - спросил Лондо. - Любой другой центаврианин, от малого до великого, может спокойно ходить по улицам нашего города. А я один составляю исключение? Это мой народ. Какими бы они ни были, но это мои подданные. Идем, Сенна, - и император зашагал вперед.

Но девушка все еще колебалась, и Лондо обернулся, жестом указывая ей следовать за собой. На этот раз Сенна поступила, как он велел, следуя на шаг позади императора. Они шли, а встречные узнавали Лондо, и реагировали с разной степенью изумления. Некоторые низко кланялись. Другие застывали в растерянности. Один или двое приняли презрительные позы. Лондо невозмутимо проходил мимо всех них, и вел себя так, будто сам был простолюдином, но при этом все-таки соблюдал дистанцию.

- Я… не ожидала снова увидеть вас, Ваше Величество, - сказала ему Сенна. - После того, как мы… Как я…

- Вторглась в мою личную жизнь?

- Я… я не хотела этого…

Лондо остановился и наставил на Сенну указательный палец.

- Не смей так говорить. Никогда даже и думать не смей одурачить меня. Благодаря своим женам, я слишком хорошо знаю, как работает женский ум. Ты сделала именно то, что намеревалась.

- Но я думала, вы пишете историческое сочинение. Которое рано или поздно станет достоянием публики. Мне и в голову не приходило, что вы пишете что-то настолько личное, настолько приватное…

- Но это и в самом деле историческое сочинение. Летопись. Только вот опубликовать ее я предполагал лишь после своей смерти. В те времена, когда меня не станет, - Лондо пожал плечами, - какое мне будет дело тогда, что люди узнают о моих самых сокровенных чувствах и переживаниях.

- Если бы люди знали о ваших чувствах и переживаниях, Ваше Величество, они… - голос Сенны вдруг замер.

Лондо с интересом взглянул на нее.

- Они что?

- Они бы оптимистичнее смотрели на будущее Примы Центавра, - продолжила девушка. - А может, и на свое собственное будущее. Я… Ваше Величество, последнее время мне стало казаться, будто я совсем вас не знаю. И если даже я, прожив столько времени во дворце, так и не смогла понять вас, то кто же вообще способен на это?

- Тимов, - уныло ответил Лондо. - Если кто-то и может меня понять, так это она. Она была первой из моих жен. Самой миниатюрной из моих жен. Самой шумной из моих жен. Пожалуй, не самой опасной… опаснейшей из всех была Мэриэл. Но Тимов, она была…

- Она умерла?

- Нет. Она поклялась, что переживет меня. Она ни за что не захочет порадовать меня, первой представ перед Великим Создателем, - Лондо махнул рукой, словно отгоняя видение. - Это все равно бесполезно, говорить о ней. Зачем тебе понадобилось убегать?

- Потому что вы напугали меня, Ваше Величество.

Лондо остановился, взял Сенну за локти и посмотрел ей прямо в глаза.

- Я разгневался на тебя. Я накричал на тебя. И это все, это предел того, с чем тебе довелось столкнуться… И ты испугалась? Дитя мое, да если бы за все время, проведенное со мной, ты усвоила лишь один урок, то это должно было бы быть умение лучше разбираться в том, чего надо бояться, а чего бояться не следует. В этой галактике есть вещи, которые действительно ужасают, Сенна. В жизни можно встретить нечто настолько чудовищное, настолько злое, настолько темное, что требуется потрясающая храбрость только для того, чтобы просто взглянуть ему прямо в глаз… глаза, - быстро исправился Лондо, хотя Сенна даже и не поняла, зачем. - Если ты собираешься самостоятельно прожить свою жизнь, ты обязана научиться обуздывать свои эмоции и не позволять себе пугаться таких простых и тривиальных вещей, как стариковская брань.

- Ваше Величество, вы вовсе не старик.

- Ну, пожилой человек, если это убережет твои деликатные чувства. Пожилой человек накричал на тебя, - Лондо сделал паузу и посмотрел на Сенну так, будто от ответа на следующий вопрос зависели судьбы Вселенной. - Как далеко… успела ты продвинуться в чтении моей рукописи? И заодно, с какого места начала читать?

- С начала и до конца вашего обеда и разговора с Шериданом и Деленн.

- И не больше?

Сенна потрясла головой с настолько честным видом, что ни один разумный человек не стал бы сомневаться в правдивости ее ответов.

- Нет, Ваше Величество. Ни слова больше. А что? Там написано нечто, чего мне лучше не знать?

- Тебе не следовало читать вообще ничего из того, что там написано, - спокойно ответил Лондо, но Сенне показалось, что с плеч императора свалился тяжкий груз. - Это просто… первый набросок, черновик, и ничего больше. И он, в самом деле, не для того, чтобы хоть кто-то, кроме меня, читал его. То, что я записал на этих страницах, это мои первые впечатления, но когда я буду готовить свою историю к печати, я превращу эти наброски в нечто более… более подобающее перу императора, и менее политически тенденциозное, если ты понимаешь, что я имею в виду.

- Я… да, мне кажется, я понимаю, Ваше Величество. Но только…

- Что?

- Нет, ничего.

- Ну, нет, - жестко сказал Лондо. - Со мной, Сенна, так поступать нельзя. Никогда. Нельзя, чтобы какая-то мысль вырвалась у тебя, а ты вот так просто схватила ее и затолкала назад к себе в рот, будто ничего и не было вовсе. Закончи мысль. Это приказ.

- Я… просто не хотела бы ненароком задеть ваши чувства, Ваше Величество.

Лондо насмешливо хмыкнул.

- Не воображай о себе слишком много, Сенна. Не в твоих силах задеть мои чувства, уверяю тебя. Итак?… - и он умолк, ожидая ответа.

- Ну, просто… когда вы выхватили книгу у меня из рук, мне показалось, что вы не просто разгневаны… но вы также еще и… ну… боитесь. По крайней мере, мне так показалось, когда я глянула в ваши глаза. Боитесь, будто я прочитала что-то, чего мне не следовало знать.

- Неудачное время ты выбрала, чтобы читать, - без обиняков сказал Лондо, - Я спал, и видел сны, не очень приятные, скажем так. А потом проснулся, в смятении и тревоге, а тут ты. Был ли в тот момент страх в моих глазах? Возможно. Все, что угодно, пронеслось тогда у меня в голове. Так что не стоит придавать слишком большого значения тому, что ты могла увидеть в моих глазах.

Объяснение, которое дал Лондо, и тот тон, каким оно было сказано, все это звучало очень разумно. Сенне очень хотелось поверить в искренность объяснений императора. Ей хотелось вернуться во дворец, потому что, сказать по правде, ей там было уютно. Она уже привыкла считать дворец своим домом. Да, там были люди, которых она считала противными, даже страшными. Но ведь так будет повсюду, где бы она ни поселилась, не так ли? И Сенна также чувствовала, что Лондо… почему-то тоже, в свою очередь, нуждается в ее присутствии. Нет, и речи не было о каких-либо романтических отношениях. Сенна даже и на миг не допускала, будто в этом может быть ключ к разгадке, и была уверена, что император никогда даже и пытаться не будет воспользоваться преимуществом своего положения, чтобы установить с ней интимные отношения, хотя бы по причине ее юности и уважения к памяти ее отца. Она была уверена, что Лондо счел бы это совершенно неуместным.

- Было ли там еще что-нибудь, - медленно сказал Лондо, - что вызвало у тебя смущение или тревогу? Сейчас самое время поговорить об этом, Сенна.

- Что ж, - допустила она, - то, что вы написали в этой книге… звучит так, будто у вас есть великая тайна, которую вы храните глубоко внутри себя. Некоторые фразы построены так странно… можно подумать, что вам кажется, будто кто-то постоянно шпионит за вами.

Лондо кивнул.

- Справедливое замечание. И вполне понятное, учитывая, что ты не читала предыдущие части летописи. Эти тайны…

Его речь оборвало появление человека, который едва не врезался в них в этот момент. Незнакомец был закутан в серую робу, на голову был накинут капюшон, и похоже, он очень спешил куда-то. Его движения были столь торопливы, что на одно мгновение он даже прикоснулся к Лондо. Гвардейцы среагировали молниеносно, в тревоге выступив вперед, прикрывая собой императора. И Сенне была понятна их тревога, потому что такой инцидент вполне мог быть лишь прикрытием для удара кинжалом. Но человек в капюшоне быстро ретировался, и Лондо, похоже, вряд ли даже успел разглядеть его. Но прежде чем исчезнуть, на одно мгновение этот человек успел встретиться взглядом с Сенной и улыбнуться ей. Она не могла не отметить про себя, что он весьма симпатичен, и затем он растворился в толпе… Толпе, которая постепенно становилась все гуще, поскольку слух о появлении императора уже пронесся по Гхехане. Гвардейцы настороженно следили за толпой.

- Так вот, об этих тайнах, - продолжил Лондо. - Часть из них ты должна уже знать. Рано или поздно, но Республике Центавра судьбой предрешено вновь попытаться занять надлежащее место в расстановке сил в галактике. Когда мы встретимся… Если мы встретимся с Шериданом снова, мы будем врагами. Было время… Пожалуй, такого я не чувствовал с тех пор как…

Лондо умолк.

- С каких пор, Ваше Величество?

- С тех пор, как я выступил координатором нашего военного нашествия на Нарн, - ответил, наконец, Лондо. - Детали не имеют значения; достаточно сказать, что это был первый удар Республики Центавра во время нашей попытки уничтожить Нарн. Когда атака уже началась, но об этом еще не было объявлено публично… Нарнский посол на Вавилоне 5, некий Г’Кар, угостил меня выпивкой, пожал мне руку в знак дружбы и рассуждал о светлом будущем. Он не знал о том, что должно было вскоре произойти, зато об этом знал я. Не могу сказать, что я испытывал тогда приятные чувства. До сих пор не могу забыть. (26) Иногда, Сенна, смотришь на врага и думаешь, как все могло бы обернуться там, в другой жизни, где он и я были бы друзьями.

Так вот, я искренне был другом Шеридану и Деленн. Я оглядываюсь на те дни, и словно наблюдаю за чьей-то чужой жизнью, а не моей собственной. Я не сознавал… каким чертовски удачливым я был в то время. Наоборот, тогда я чувствовал лишь досаду. Досада росла во мне, пока не вытеснила все остальные чувства. В те дни, когда во гневе я говорил о том, чем когда-то была Прима Центавра, я просто пламя изрыгал. И вот тебе на заметку интересное наблюдение, Сенна… когда изрыгаешь пламя, во рту обычно остается вкус пепла.

- Но раз так… то зачем же мы снова вступаем на тот же путь? Если вам этот путь не принес ничего, кроме несчастья…

- Потому что это нужно нашему народу, Сенна. Людям нужно верить во что-то. Быть может, это было не актуально еще совсем недавно, всего лишь одно поколение тому назад, когда молодежь не знала, что значит держать в страхе всю галактику. Но нынешнее поколение центавриан запомнило, что значит быть покорителями Вселенной. Они попробовали вкус крови, Сенна. Они вкусили сырого мяса. После этого нельзя надеяться, что они просто станут снова копаться на грядках да пасти скот на лужках. Кроме того… теперь все будет по-другому.

- Как? Почему все будет по-другому?

- Потому, - убежденно ответил Лондо, - что до сих пор те, кто заправлял делами на Приме Центавра, либо безумно жаждали власти, либо были просто безумны, либо и то, и другое сразу. Они упускали из виду то единственное, о чем действительно нужно помнить всегда: наш народ. Народ всегда должен быть на первом месте, Сенна. Всегда, без каких-либо исключений, не правда ли?

- Да, конечно.

- Я об этом не забываю никогда. И моя цель в том, чтобы просто вернуть народу Центавра то уважение, которого он вполне заслуживает. Но мы не будем бессмысленно разрушать, мы не будем стремиться уничтожать все, с чем сталкиваемся. В прежние времена, мы всегда захватывали больше, чем могли удержать, становились алчными и чересчур самонадеянными, и в результате заплатили за это… ужасную цену, - сказал Лондо, глядя на разрушенные здания. - Но, заплатив такую цену, мы усвоили уроки из наших ошибок, и ныне вступили на путь, который прославит Республику Центавра, но не принесет при этом новых разрушений.

- Это… представляется не столь уж неразумным, - медленно сказала Сенна. - Вы могли бы точно так же изложить все это Президенту Шеридану…

- Нет, - последовал решительный ответ. - Ему нельзя доверять, Сенна. Пока что мы не можем позволить себе доверять никому, разве что друг другу. Мы должны продвигаться вперед, соблюдая максимум предосторожности. Кто знает, в конце концов, как Шеридан может интерпретировать мои слова. Стоит их лишь немного исказить, и… Так что я говорю о дружбе, но остаюсь верен генеральному плану. Только так можно вести себя на подобных свиданиях, по крайней мере пока что. Ты меня понимаешь?

- Я… думаю, что да, понимаю. Я бы только очень хотела, чтобы вы не были таким, ну… таким одиноким.

- Одиноким? - на губах Лондо промелькнула улыбка. - Так вот, значит, каким ты увидела меня?

- Да. В этом дневнике, а иногда и при личном общении. Очень одиноким.

- Поверь мне, Сенна… Слишком часто меня пронизывает ощущение, что я никогда не смогу хотя бы одну минуту побыть в одиночестве.

- Я точно знаю, о чем вы говорите.

- Ах, вот как? - Брови Лондо настороженно приподнялись. - Что значит «точно»?

- Гвардейцы постоянно на посту, и эти Дурла, Лионэ, Куто, и все прочие… Они постоянно крутятся вокруг вас…

- Ты очень проницательная девушка, - сказал Лондо, и, как показалось Сенне, еще раз позволил себе вздох облегчения.

- Но это не то же самое, что иметь возможность дружески пообщаться в компании с кем-нибудь. Совсем не то же самое.

- Пожалуй, в этом ты права.

- Я… думаю, что, возможно, я могла бы… составить для вас такую компанию, Ваше Величество. Если только… вы сочтете уместным вот так просто общаться со мной.

- Сенна… Чем ты действительно могла бы сейчас порадовать меня, так это тем, чтобы вернуться во дворец и жить там спокойно и счастливо. Если честно, это все, что я от тебя требую. Ты сделаешь это для меня?

- Если… если это действительно доставит вам радость, Ваше Величество. Иногда мне кажется, ничто не может порадовать вас. Так что если мое присутствие во дворце может помочь в этом отношении…

- Очень даже может помочь, - уверенно сказал Лондо.

- Прекрасно. Только я хотела бы, чтобы вы знали… Я смогла бы выжить здесь, сама по себе, если бы это было необходимо. И я бы хотела, чтобы мы оба об этом помнили.

- Я вполне тебя понимаю, - сказал Лондо. - И ценю, что ты открыто говоришь мне об этом.

Один из гвардейцев подошел ближе и с некоторой тревогой в голосе сказал:

- Ваше Величество, я, в самом деле, полагаю, что уже пора уходить.

Сенна огляделась, и увидела, что толпа вокруг растет с каждой секундой. Люди, похоже, появлялись отовсюду. Еще немного, и пройти станет просто невозможно.

Императору потребовалось буквально одно мгновение, чтобы оценить ситуацию, а потом он тихо приказал гвардейцу:

- Шаг в сторону, пожалуйста.

Гвардеец подчинился, хотя на лице у него отразились недоумение и беспокойство. И тогда Лондо оказался лицом к лицу с толпой. Он не сказал ничего, абсолютно ничего. Вместо этого он просто простер перед собой руки, словно приветствуя народ, несколько мгновений простоял так… А потом развел руки в стороны, простым жестом выразив свою просьбу к собравшимся.

И к изумлению Сенны, люди расступились перед ним, образовав коридор, по которому можно было пройти.

Именно так и поступил император. Он шествовал по этому живому коридору, кивками приветствуя народ, и тем самым он приводил в восторг людское море по обе стороны от себя. Вот он кивнул одному, дотронулся до руки другого, бросил несколько воодушевляющих слов третьему… И происходило самое удивительное из того, что когда-либо видела Сенна. Вот так запросто, без каких-либо видимых усилий, Лондо превратил свой проход в импровизированный парад, возглавляемый им лично, следом шла Сенна, и замыкали процессию гвардейцы.

Так они шли по Гхехане, и тут кто-то выкрикнул родовое имя императора:

- Моллари!

Кто-то подхватил возглас, а затем еще, и еще, пока вся толпа не стала дружно скандировать:

- Моллари. Моллари. Моллари!…

Лондо наслаждался их поклонением, улыбался и жестами приветствовал подданных, и Сенна осознала, что в высказываниях Лондо была огромная доля правды. Людям действительно требовалось во что-то верить, что-то такое, что поднимало их над собой. И пока что этим «чем-то» был сам Лондо Моллари. Лондо - Император, Лондо - Восстановитель, Лондо - Любимец Народа, тот, кто принесет процветание Приме Центавра и возродит Республику, сделает ее предметом гордости для каждого центаврианина.

И все равно он был одинок.

И Сенна твердо решила, что ей нужно что-то в связи этим предпринять.



Глава 2 | Долгая ночь Примы Центавра | Интерлюдия