home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 8


Зак Аллан, глава Службы Безопасности Вавилона 5, смотрел на Вира, подняв одну бровь. Его пронизывающий взгляд был полон изумления.

- Рем Ланас? Вы хотите узнать о Реме Ланасе?

Вир сидел в офисе Зака, сложив руки на коленях.

- Если это не будет слишком затруднительно.

- Он один из ваших? Я имею виду, центавриан?

- Это верно. Обычно мы, конечно, легко можем отыскать своих. Но, знаете ли, из-за бомбардировок многие наши записи пропали. Сейчас мы полагаем, что он здесь, но не уверены в этом.

- А что, это так важно?

Вир от дискомфорта заерзал на своем стуле.

- Почему вы задаете мне столько вопросов, мистер Аллан? Не то, чтобы я имел что-то против, - добавил он поспешно. - Вовсе нет. Я не возражал бы отвечать на ваши вопросы хоть весь день. В моем расписании на сегодня действительно ничего не запланировано. Так что, если вы хотите продолжить…

Зак поднял ладонь, пытаясь затормозить словесный поток, лившийся из уст Вира.

- Я только хочу знать, - медленно произнес Зак, - представляет ли Рем Ланас какую-либо угрозу безопасности станции? И следует ли мне проявлять беспокойство по этому поводу.

- Угроза безопасности! О нет… нет. Это смешно, - Вир попытался поспешно хихикнуть, но вместо этого у него получился какой-то странный звук, больше похожий на икоту. - Это, в самом деле, смешно, чтобы мы, центавриане, представляли угрозу безопасности. Нет, - повторил он, и внезапно стал серьезным. - Ныне никто из нашего народа не представляет угрозу ни безопасности, ни чему-либо еще. Мы, то есть я, не хотим, чтобы кто-нибудь думал, будто центавриане представляют угрозу. Потому что, знаете ли, как только кто-нибудь начинает так думать, сразу прилетают корабли, бомбят, стреляют, в общем… возникает недоразумение. Мы этого не хотим. Никто этого не хочет. Во всяком случае, я знаю, что я не хочу, и вы не хотите, и…

- Рем Ланас.

- Да, я уверен, что и он тоже не хочет.

- Я другое имел в виду, - терпеливо пояснил Зак. - Кто такой Рем Ланас? Почему вам необходимо его найти?

- Ну… - некоторое время Вир сопел, пытаясь выиграть хоть несколько секунд на обдумывание ситуации, а потом выпалил: - Деньги.

- Деньги? Что с ними такое?

- Рему Ланасу привалила огромная куча денег. Его отец умер. И Ланасу полагается огромное наследство, так что его родители хотят немедленно его отыскать, чтобы дать ему знать…

- «Родители»? Но вы только что сказали, что его отец умер.

- Да… верно. Но я имел в виду, его приемные родители. Отец отдал Рема Ланаса приемным родителям, еще в раннем детстве, и когда этот настоящий отец умирал, он почувствовал себя таким виноватым, что все завещал сыну. Это такая трагедия. Очень неожиданная смерть. Понимаете ли, его отец был оперным певцом, и они давали представления на открытом воздухе, и он широко раскрыл рот, чтобы взять высокую ноту, а тут внезапно прилетела эта дурацкая птичка…

- Хорошо, хорошо, - торопливо оборвал Вира Зак, очевидно, не желая выслушивать окончание душещипательной истории. - Давайте посмотрим, есть ли у нас какие-нибудь записи о прибытии на Вавилон Рема Ланаса.

Зак рылся в компьютере, а Вир переживал страшный душевный дискомфорт. Умение врать никогда не относилось к числу его сильных сторон. Казалось бы, проработав столько времени вместе с Лондо, он должен был стать настоящим асом среди лжецов, но единственное, чему Вир на самом деле сумел научиться, так это забалтывать людей до такой степени, когда они уже готовы согласиться на все что угодно, лишь бы он заткнулся. Когда Вир просто врал, это было неэффективно. Когда он извергал лавину лжи, это обычно приносило результат.

Сейчас ситуацию осложняло еще и то, что Вир и сам не знал, кто такой Рем Ланас, и почему так важно отыскать этого доселе никому не известного центаврианина, который вдруг оказался знакомым самого императора.

Вир вспомнил тот день на Приме Центавра, когда Лондо произнес свою пламенную и гневную тронную речь, призывавшую народ, скорее, к мести, чем к примирению. Когда Шеридан, Деленн и Г’Кар выразили свое недоумение по поводу такой странной речи, Вир лояльно уверил их, что у Лондо были свои причины, чтобы ее произнести. В то время он и в самом деле так считал, продолжал считать и сейчас. Лондо никогда не делал ничего без особых на то причин. Конечно, иногда оказывалось, что причины эти ужасны, но все-таки они были.

Поэтому, когда Лондо заговорил вдруг о некоем Реме Ланасе, Вир - справившись со своим первоначальным замешательством - решил, что это не могло быть случайно брошенным словом, но, по каким-то неведомым причинам, Лондо просто не счел возможным объяснить ему все открытым текстом. Поэтому, вернувшись на станцию, Вир направился прямиком в офис Зака. Вир и сам не знал, чем закончится этот визит, что он пытается найти, что будет делать с теми сведениями, которые, возможно, удастся отыскать. В начале нужно узнать хоть что-то, и тогда, возможно, станет ясно, что делать дальше.

- Ага, попался, - сказал Зак. Его голос вывел Вира из задумчивости.

- В самом деле? И как же его поймали?

- Я вовсе не имел в виду, что мы арестовали его… А что? Есть за что?

Вир нервно усмехнулся.

- Нет, нет, конечно, нет.

- Судя по этим записям, - продолжил Зак, глядя на экран, - Рем Ланас прибыл на станцию около шести месяцев назад. - Зак молча просматривал компьютерный экран еще в течение нескольких секунд, а затем добавил. - А вот с этим могут быть проблемы.

- Что? Какие проблемы?

- Отсутствует всякая информация о том, что он делал дальше, - пояснил Зак, задумчиво почесывая подбородок. - Нет записей о том, где он поселился. Нет записи о трудоустройстве. Насколько я понимаю, он обитает где-то на нижних уровнях.

- На нижних уровнях? Вы уверены?

- Нет, я не уверен. К примеру, он мог ухитриться ускользнуть со станции, не зарегистрировавшись, и тогда его здесь уже нет. Или он мог снять комнату и получить работу, используя поддельные документы.

- Это было бы неразумно. Если он живет по поддельным документам, почему тогда прибыл по настоящим? - возразил Вир.

Зак ухмыльнулся.

- Очень хорошо, мистер Котто. Вы могли бы стать видной фигурой в такой захватывающей области, как безопасность.

- В самом деле? Вы так думаете? Или вы просто шутите?

- Я шучу.

- Ох! - Вир слегка упал духом.

- Но вы правы. Нет смысла прибывать на станцию под настоящим именем, а затем повсюду использовать фальшивое. А это заставляет меня вернуться к первоначальной версии: Рема Ланаса нужно искать на нижних уровнях. Там живет много тех, кто любит оставаться в тени. Отгороди себе угол и живи. Соглашайся делиться заработком с теневым дельцом, и у тебя будет работа. Вы хотите, чтобы я послал людей на нижние уровни отыскать там этого вашего Рема Ланаса?

- Нет, - поспешно ответил Вир. - Я с этим справлюсь сам. Я, видите ли… Я друг семьи. Я обещал уладить все это лично. Это что-то вроде… дела чести.

- Вот как. Дело чести.

- Совершенно верно. Что ж, мистер Аллан, спасибо за помощь. Я был бы вам очень обязан, если бы вы переслали фотографию Рема Ланаса и записи о нем в мою резиденцию.

Вир встал, потряс руку Заку, так неистово, что едва не оторвал её от запястья, а затем выскочил из офиса со всей прытью, на которую был способен.

Когда, слегка запыхавшись, он добрался до своей двери, то остановился возле нее и попытался собраться с мыслями. Оба сердца бились учащенно, но вовсе не от быстрого бега, а, скорее, от волнения, причин которого Вир даже и сам не понимал. Но теперь у него было уже отчетливое ощущение, что грядет нечто важное… Причем Лондо знал, что именно. Но Лондо не скажет ему больше, чем уже сказал, не даст ему никаких подсказок, кроме тех, которые уже дал.

Не скажет? Или… не сможет сказать?

Мыслимо ли такое, чтобы Лондо просто не имел возможности сказать ему все напрямую? Это казалось абсурдным. В портретной галерее они с Лондо были наедине. Значит ли это, что во дворце нет такого места, где императора не подслушивали бы и не шпионили бы за ним, и Лондо знает об этом? Но тогда они могли бы выйти наружу, найти место, какое-нибудь место, любое место - которое было бы укрыто от любопытных глаз и ушей. Лондо, несомненно, достаточно искушен, чтобы отыскать какое-нибудь тайное убежище.

Может быть, кто-то ухитрился имплантировать Лондо следящее или подслушивающее устройство? Но тогда, почему он с этим смирился? Почему ничего не предпринимает? Он ведь император. Император Республики Центавра! Пусть даже Республика по большей части лежит в руинах, но она по-прежнему существует. И значит, должно быть уважение к титулу, если уж не к человеку, который его носит.

Но с другой стороны, возразил Вир сам себе, я ведь убил предшественника Лондо, так что мне ли говорить об уважении…

Если дело обстоит именно так… Если Лондо попался в сети какого-то заговора, кто мог бы стоять за этим?

Дурла. Вот ответ на все вопросы.

Допустим, рассуждал Вир, Дурла каким-то образом шантажирует Лондо. Допустим, он раскопал что-то очень грязное в грязном прошлом Лондо, и вытребовал власть в обмен на молчание. И пока уговор соблюдается, он держит Лондо на коротком поводке.

Однако интересно, что же такого мог узнать Дурла, чтобы заставить Лондо смириться? Ведь, в конце концов, величайшие и ужаснейшие деяния Лондо вовсе не были секретом, наоборот, они были той частью его резюме, которая как раз и позволила ему обойти других претендентов на вакантную должность императора. Что же такого мог натворить Лондо, что было бы еще отвратительнее?

Все это дело привело Вира в крайнее раздражение. У Вира возникло тревожное предчувствие, что он также может попасть под удар. Дурла, несомненно, знал всю его подноготную, так что все, конечно, зависит от того, насколько серьезно Дурла воспримет его, как угрозу, и от того, окажется ли Вир - намеренно или нет - помехой для Дурлы на пути к достижению его целей, какими бы они ни были.

У Вира закружилась голова, и он, наконец, открыл свою дверь и вошел в резиденцию, и чуть ли не на фут подпрыгнул вверх, услышав чей-то голос:

- Привет!

Вир прислонился к стене, схватившись за свое основное сердце.

- Мистер Гарибальди, - сумел, наконец, выдавить он из себя. - Что вы здесь делаете? Как вы сюда вошли?

- Когда работаешь начальником службы безопасности, - ответил Майкл Гарибальди, поднимаясь с кресла, в котором он, удобно устроившись, поджидал Вира, - у тебя накапливается некоторое количество кое-каких полезных вещей. И ты так к ним привязываешься, что не можешь расстаться, даже когда поднимаешься вверх по служебной лестнице на пост главы службы охраны Президента Альянса. Кстати, о Президенте… он хотел бы вас видеть.

- В самом деле?

- Да. А что? Что вам не нравится?

- Не нравится? - Вир попытался хихикнуть. - С чего вы взяли?

- Ну, когда вам что-нибудь не нравится, вы начинаете слегка похлопывать ладонями, как раз так, как сейчас.

- Что? Ах, это. Нет, нет… Просто у меня сейчас небольшие проблемы в малом круге кровообращения, и я пытаюсь разогнать кровь. - Вир некоторое время молотил ладонями, а затем продолжил. - Ну, кажется, все в порядке, - и он крепко сложил руки на груди. - Зачем Президент хочет меня видеть?

- Не могу знать. Как всегда… «Наше дело не спрашивать, наше дело или то, или это»… ну, сами знаете.

- Да, конечно, знаю. Хотя… пожалуй, на самом деле не знаю. «Наше дело или то, или это»… или «что»?

- Или исполни, или умри.

- Ах! Какое изумительное высказывание. - прокомментировал Вир без всякого энтузиазма в голосе.

- Просто цитата. «Атака легкой кавалерии». (20)

- Ох! А «кавалерия» - это что, опасная болезнь?

Гарибальди, ухмыльнувшись, вздохнул и направился к двери.

- Объясню по дороге, - сказал он.

Они вышли и направились по коридору. В голове Вира воцарился еще больший беспорядок. Гарибальди, как всегда, даже не намекнул, что у него на уме. Что он знал? Как много он знал? И что Вир знал о том, о чем знал Гарибальди?

Гарибальди болтал о чем-то абсолютно постороннем. Вир продолжал улыбаться и периодически поддакивать, старательно делая вид, что он внимательно слушает, чего на самом деле, конечно, не было. И тут он краем глаза заметил нечто.

Видение появилось буквально на одно мгновение, а когда Вир повернулся, чтобы посмотреть внимательнее, оно уже исчезло. Вир моргнул, протер глаза, и попытался еще раз заметить что-нибудь, сам не понимая толком, что же он стремится увидеть.

- Вир, у вас все в порядке? - спросил Гарибальди. На этот раз в его голосе в самом деле слышалась некоторая озабоченность.

Вир попытался восстановить в памяти то видение, которое обеспокоило его. Кажется, это был некто в плаще с капюшоном, низко надвинутым на насмешливо скривившееся лицо. Но этот некто исчез настолько быстро, что Вир спросил себя, уж не померещилось ли ему все это из-за стресса.

Да, именно так - стресс. Большего стресса, чем сегодня, он еще никогда не испытывал. И самое мерзкое, что у него по-прежнему нет никакого представления о том, из-за чего же он этот стресс испытывает.

С большей откровенностью, чем было уместно в данной ситуации, Вир ответил:

- Нет, мистер Гарибальди, нет, у меня не все в порядке. И знаете что? Знаете, что хуже всего? - Гарибальди озадаченно помотал головой. - Хуже всего, - продолжил Вир, - что, если бы у меня было все в порядке, то это оказалось бы столь необычно, что у меня, наверно, душа ушла в пятки, и я не знал, что же делать. Понимаете, о чем я?

- Ага. Пожалуй, понимаю. Боитесь потерять бдительность.

Но Вир покачал головой.

- Нет, не совсем так. Не то, чтобы я этого боялся. Я просто забыл, каково это.

- Вир, - медленно сказал Гарибальди, - учитывая, что происходило здесь… и что творится сейчас на Приме Центавра, вы за это не обижаться на судьбу должны, а возносить хвалу за этот благословенный дар.

- Ага, благословенный дар судьбы, - отозвался Вир. - Определенно, Великий Создатель благословил меня самым извращенным способом.



Интерлюдия | Долгая ночь Примы Центавра | * * *