home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава тринадцатая. ПЕСНЯ СЕРДЦА

И она, и Кит проспали до самого вечера. Когда Нита оделась и спустилась вниз по лестнице, она обнаружила, что Кит уже сидит за столом и самозабвенно набивает рот горстями чипсов. Он отдавался этому занятию с такой сосредоточенностью, будто совершал самое важное дело в жизни. В гостиной гремел телевизор, наполняя весь дом говором и криками разноголосой толпы. Мама старалась перекричать этот невероятный гам.

– Его? Да он… Ты же просто глазеешь… Кит посмотрел на вошедшую Ниту:

– Хочешь есть?

– Не очень.

Она осторожно – у нее все болело – села рядом с ним и, взяв пакетик чипсов, стала рассеянно читать мелкие буковки надписей.

– А здесь все по-прежнему, – оживленно бубнил Кит набитым ртом.

– Да, я слышу.

– Я собираюсь выйти из дому. Пойдешь со мной?

– Поплавать?

– Ага. – Он помолчал, энергично похрустывая чипсами. – Я должен вернуть Сеть.

– А она все еще работает?

– Ага, – кивнул Кит. – Именно поэтому я предпочел бы больше не влезать в нее. Но надо вернуть.

Нита тоже кивнула, положила на стол пакетик и несколько мгновений посидела молча, положив подбородок на руки.

– Знаешь, я подумала…

– НЕЕЕЕЕЕЕЕТ!..

Нита смерила Кита взглядом и отвела глаза.

– ..я подумала, что мы опять выиграли.

– Ага.

Почти вызывающая беззаботность не покидала его.

– Ты заметил, – продолжала Нита, – что в награду за трудную работу нам дают работенку потрудней? Кит подумал и важно кивнул.

– Беда в том, – сказал он, – что трудная работка нам НРАВИТСЯ.

Нита поморщилась. Ей не понравилось это НРАВИТСЯ. Именно потому, что было правдой. Она, тихая маленькая Нита, сидевшая всегда отдельно от всех на последней парте и получавшая приличные отметки, вовлечена в такую работу, которая час от часу становится все труднее и опасней.

– Кит, – сказала она, – они не остановятся.

– «Они»? Кто это?

– Силы. Они будут продолжать до тех пор, пока в один прекрасный день мы НЕ СМОЖЕМ выиграть. Один из нас или мы оба.

Кит рассеянно перебирал рассыпающиеся в пальцах чипсы.

– Лучше бы сразу оба, – тихо сказал он. Она с интересом глянула на него.

– Оставим без объяснений. – Он кинул горсть чипсов в рот и забавно надул щеки. – Но разве есть у нас выход? Нита нахмурилась.

– Мы можем остановиться, – сказала она. Кит громко хрумтел, молча глядя на нее. Прожевал, проглотил и серьезно спросил:

– Ты этого хочешь?

Она помедлила с ответом, стараясь угадать по лицу, что думает он. Бесполезно. «Когда-нибудь он будет отличным игроком в покер», – усмехнулась про себя Нита.

– Нет, – твердо сказала она.

– И я тоже. – Кит поднялся из-за стола, смахнул в ладонь хрустящие крошки и отправил их в рот. – Похоже, мы сдвинулись на нашем волшебстве, а?

Она улыбнулась:

– Угу.

– Тогда пошли к воде и пожнем заслуженную славу. Кит небрежно толкнул дверь ногой и вышел, громко бухая башмаками по ступенькам. Нита покачала головой и, продолжая улыбаться, последовала за ним.


Поздний вечер незаметно перешел в ночь. Поднималась чуть ущербная луна. Она была такой яркой, что почти высветлила черное ночное небо. Над головой висели, мерцая, крупные темно-синие звезды. Нита и Кит решительно ступили на вздымающиеся волны. Ветер донес голоса китов, греющихся у поверхности воды в нескольких милях отсюда. В первый раз они слышали такие высокие, дикие, но приятные звуки. Почему-то в пении китов сквозили тревожащие сердце нотки печали, расставания и неожиданно – удивления. «О, Эд'рум, – подумала Нита и тяжело вздохнула, вспомнив победные, торжествующие звуки последней Песни Властелина акул, – Мне будет тебя не хватать…»

Нита заплыла подальше и, почувствовав под собой достаточную глубину, приняла привычный уже облик кита-горбача. Затем взяла на буксир Кита и потащила его еще дальше, на глубину, подходящую для кашалота. Теперь они, два кита, плыли бок о бок навстречу голосам, рассекая светящуюся зелено-голубую воду, словно бы растворившую холодный лунный свет. Навстречу им выплыли темные фигуры. Посвященные легко скользили в ярко светящейся воде и пели. Ш'риии первой коснулась Ниты, приветствуя ее этим мимолетным прикосновением.

– Поплавайте вместе с нами немного, – сказала она. – Сегодня ночью никаких дел. Только пение.

– Лишь один маленький вопрос. – Нита сама удивилась, что все еще не может выйти из роли Молчаливой, стряхнуть с себя груз тяжкой ответственности. – Как дела на глубине?

– Тихо. Ни единого толчка. И почти все выходы горячей воды затянулись. На какое-то время у нас, кажется, воцарился мир, за что мы благодарим вас. Обоих.

– Не стоит благодарности, – откликнулся Кит с важностью уверенного в себе кашалота. – Если потребуется, мы готовы свершить это снова, – Нита кинула на него насмешливый взгляд. Он поймал его и отвернулся. – В конце концов, это и наш мир тоже…

Они плыли все вместе – Посвященные, Нита, Кит. Они плыли долгое время и проделали долгий путь в мельтешащих яркими рыбами водах, среди морских водорослей и кораллов, в теплых от вчерашнего извержения и просто от солнца струях.

– Вот так мы и должны существовать, – промолвила Ш'риии, плывущая рядом с Нитой. – Никакой крови в воде. Просто длинные ночи, пение и тихие мысли…

– Оно такое яркое, – задумчиво проговорила Нита, любуясь Морем. Наверное, этой ночью криль был особенно оживлен. Вся вода светилась, и казалось, что в глубине криля скопилось намного больше, чем у поверхности: здесь, внизу все просто сияло.

– Посмотри! – Кит нырнул, устремляясь к свету, идущему со дна.

Опустившись примерно на сотню футов в глубину, Нита вдруг поняла, что не криль был причиной этого несказанного свечения воды. Она сияла сама по себе. Это было мягкое лучистое тепло, которое шло из самой глубины Моря. И там, в невероятных морских глубинах, сияло и переливалось все. Свечение, казалось, исходило ИЗНУТРИ водорослей, раковин, ветвистых кораллов. Хрустальное эхо разносило песню китов. Постепенно Нита стала различать и подспудную музыку Моря, которая возникала и звучала сама по себе. Нет, она не слышала эту музыку, она ее ощущала всем телом. И тело ее наполнялось силой, уверенностью, счастьем. Ни одного печального звука, ни единой ноты горечи и потерь. Нита чувствовала, как погружается в беспредельную пучину времени, в вечность, озаренную вспышками постижения цели жизни, ее предназначения. Эти внезапные вспышки могли остановить переполненное сердце, если бы оно с каждым мгновением не становилось сильнее. Нита знала, что готова сейчас вынести несравненно больше того, что выпало на их долю.

И наконец не осталось ничего, кроме света, заливавшего все вокруг. Они скользили в этом море света, будто он, а не вода был сейчас их родной стихией. И сердца полнились восторгом. Ниту осенило понимание того, что они с Китом сделали свою работу хорошо и до конца. Это знание влилось в нее так же свободно, как перетекают одна в другую волны Моря, которое так, безмолвно и ясно, разговаривает с китами-Волшебниками.

Кит-кашалот был молчалив, будто не знал, что сказать. Нита знала, но боялась, что звук ее голоса разорвет тишину, нарушит гармонию Моря.

– ЭТО БОЛЬНО, – еле слышно пропела она.

– ЗНАЕМ, – ответили ей. – МЫ ПЕЧАЛИМСЯ.

– О ТОМ, ЧТО СЛУЧИТСЯ?

– НЕТ. О ТОМ. ЧТО СЛУЧИЛОСЬ. ТАКОВА ЛИ ТЫ, О ЧЕЛОВЕК, ЧТО БЫЛА НЕДЕЛЮ НАЗАД?

– …НЕТ.

– НЕТ, – эхом подхватил Кит.

– ВЫ ГОТОВЫ СНОВА ПРОЙТИ ИСПЫТАНИЕ?

– ДА… ЕСЛИ НАДО.

– ЭТО МОЖЕТ СЛУЧИТЬСЯ И ЗАВТРА, И МЫ НЕ ОБЕЩАЕМ СПАСЕНИЯ. НАДЕЙТЕСЬ. НАДЕЖДА, КАК И СТРАХ, ЗАРОЖДАЕТСЯ В НАШЕМ СЕРДЦЕ.

Нита качнулась всем телом в знак согласия. ПРОИЗНЕСЕНО. И ни капли печали не примешалось. Обычное предупреждение. Как в Учебнике. Они с Китом одновременно отвернулись: невыносимый свет исходил от говорившей с ними Силы.

Нита устремилась к поверхности. Какая-то огромная тень проплывала над ними. Столь огромная, что заслонила все вокруг. Она светилась. Но свет этот был холодным, мертвенным. Тень скользила с такой грозной грацией, что Нита повсюду узнала бы ее. «Я НЕ ВОЛШЕБНИК», – произнесла тень. Да, он не волшебник. Но как же Властелин акул мог знать и предвидеть, что заемное волшебство может стать силой, а существо, не бывшее волшебником, частью Сердца Моря? Но может быть, здесь не только волшебство? «ЛЮБЯЩИЕ ВЫЖИВАЮТ», – говаривал Карл. И сердце Ниты наполнилось ликующей радостью.

Проплывающая над ней тень не обернулась, не остановилась. Нита поймала лишь взгляд черных глаз, этих двух черных точек на белоснежном торпедообразном теле тени. И глаза эти неожиданно вспыхнули холодным пламенем. Что мог означать этот мимолетный взгляд? Все что угодно.

И все же Нита поняла. Она смотрела вслед растворяющейся в плотной воде тени этого вечного скитальца, Бледного Убийцы, который никогда по-настоящему не сможет умереть и мечется в поисках боли, что поможет прекратить холодное, одинокое существование.

Нита повернулась к Киту. Он глянул на нее, столь же удивленный и обрадованный.

– …О'кей, – бодро сказал он. – ЖДЕМ СЛЕДУЮЩЕЙ РАБОТЕНКИ?

Она молча согласилась.


Глава двенадцатая. ПЕСНЯ ДВЕНАДЦАТИ | Глубокое волшебство |