home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 24

Меч Ангела хранился в морозильнике биологического факультета колледжа Льюиса, в паре кварталов от Совета, между Лексингтон-авеню и Третьей авеню. Он находился в плотно запечатанной колбе, на которой карандашом было написано: «Не трогать — Азиз Хелми». Она ничем не выделялась из стоящих вокруг нее пробирок, колб и бутылочек. И, открыв ее по ошибке, ты и представить себе не мог, какую беду выпускаешь на свет.

Все должно было случиться через пару недель. Ослепляющая лихорадка, охватывающая все тело. Кожа, покрывающаяся рытвинами и гноем. Америку охватила бы паника. Тысячи, возможно, сотни тысяч людей испытывали бы страшные страдания. Больницы оказались бы переполненными, врачи первый раз в жизни увидели бы своими глазами эпидемию оспы.

Считалось, что этого заболевания больше не существует. По крайней мере не здесь. И не в такой форме. Если поискать информацию в энциклопедиях или в Интернете, как это делал я, то можно было узнать, что Мировая организация здоровья объявила, что эта болезнь официально исчезла в 1980 году. Последний случай заболевания в естественных условиях был зафиксирован в 1977 году в Сомали. Последней заболевшей стала женщина-фотограф из Бирмингема, которая в 1978-м работала около закрытой лаборатории, охранявшейся недостаточно хорошо. С тех пор проделали огромную работу по уничтожению всех возможных форм вируса.

Официально вирус оспы находился теперь только в двух местах: в Российском научно-исследовательском центре вирусологии и биотехнологии в Новосибирске и в Атланте, в серебристо-голубом холодильнике, обмотанном цепями, на замке, заклеенном клейкой лентой в комнате 318-Би в Центре контроля заболеваемости. Когда-то русские и американцы объединились, чтобы уничтожить шестьсот пробирок с вирусом, имевшихся в их распоряжении. Затем объявили о триумфе человечества над ужасной болезнью, победе науки над природой во имя всеобщего блага. Они взяли на себя роль Бога и выиграли.

По крайней мере такова официальная версия. Но никто среди военных, американских или русских, в нее не верил. В списке вирусов, проходящих испытания как биологические агенты, оспа всегда оставалась на одном из первых мест. Не исключено, что где-то в резерве еще хранилось несколько колб с вирусом. Американцы не доверяли русским. Русские не доверяли американцам. И никто не мог быть полностью уверен в том, что другие страны, Китай, возможно, Иран, Ирак или Ливия, или просто какие-то исследователи не хранили у себя несколько пробирок. Конечно, все говорили ООН, что у них нет вируса. Но кто сообщит ООН правду? Поэтому американские солдаты по-прежнему вакцинировались против оспы даже спустя десять лет после того, как «был зафиксирован последний случай заболевания в естественных условиях». Ведь она могла существовать как оружие. И хотя испытания биологического оружия были запрещены, а эксперты в форте Детрик штата Мэриленд настаивали на том, что оспа не очень хорошо подходила для военных целей — слишком медленное течение, слишком легко остановить эпидемию с помощью вакцинации, — ученые по-прежнему изыскивали средства, чтобы повысить и развить ее смертоносный потенциал. Они экспериментировали с ее ДНК, перестраивали генетический код. На самом деле единственная причина, по которой правительства Америки и России признались в том, что у них есть вирус, заключалась в том, что они хотели узнать как можно больше о ее молекулярной структуре, словно речь шла о самом обычном научном исследовании.

Но если верить новостям, то даже самые обычные формы оспы могли до смерти напугать специалистов по вирусологии. Прежде чем в 1790 году изобрели первую вакцину, от этой болезни каждый год в Европе умирало около шестисот тысяч человек. В Америке оспа сделала намного больше для завоевания местного населения, чем солдаты. Индейцы не обладали иммунитетом против этой болезни, и она уничтожала их всех. Даже в 1970-х, если у тебя не было вакцины, ты был обречен. В 1974 году эпидемия оспы в Индии за один месяц убила более десяти тысяч человек. Без прививки никто не мог спастись от нее, «от фараона до служанки за ткацким станком» — как говорилось в Библии. С каждой минутой мир становился все уязвимее. Вирус, ставший живой историей, просто затаился и ждал своего часа отмщения, и никто не знал, где он воскреснет снова. В 1985 году в Лондоне случилась паника, когда археологи, проводившие раскопки под старой церковью, нашли тела людей, умерших от оспы столетие назад. Даже малейший намек на вирус мог посеять панику.

Поскольку я служил в армии и мне регулярно делали прививки, то, возможно, у меня был иммунитет. Но мирным жителям в этом отношении не повезло. Вакцинация прекратилась в 1970 году. Природный иммунитет был снижен, особенно в больших городах, жители которых никогда не вступали в контакт с более мягкой, животной формой вируса вроде коровьей оспы. Наибольшему риску подвергались дети. Большинство людей моложе двадцати никогда не вакцинировались.

Оспа распространялась воздушно-капельным путем и при физическом контакте. Было достаточно рукопожатия, поцелуя, вздоха. Если выпустить капельки жидкости, содержащие вирус, в закрытое помещение вроде кинотеатра или стадиона, эффект будет огромен, а то, что симптомы проявляются не сразу, только усугубит последствия. Ты даже не узнаешь, что произошло. Никто не поймет этого, пока через двенадцать — шестнадцать дней не возникнет первая вспышка заболевания, но к этому времени болезнь уже начнет передаваться. Вскоре будут проведены обязательные прививки. В медицинских центрах еще оставался некоторый запас вакцины. Но никакое лечение не поможет тем, кто уже заболел. Около тридцати процентов первой волны заболевших умрет. Остальные ослепнут или останутся изуродованными на всю жизнь. Воспоминания об эпидемии запечатлятся на лицах целого поколения. И чтобы устроить подобное, нужно только поместить вирус в жидкость — для его хранения вполне подходил двадцати процентный раствор глицерина — и распылить в воздухе.

Азиз, работавший в «Отличных бубликах», чтобы оплатить свою учебу в аспирантуре, провел все необходимые обработки вируса в биологической лаборатории колледжа Льюиса. Мы не общались с ним, за исключением тех моментов, когда обменивались записками. В назначенное время мне нужно передать ему прибор. Он должен загрузить его, когда будет работать в лаборатории один, и вернуть мне. После чего я помещу его в назначенное место.

Приступая к работе над прибором, я думал, что возникнет много технических проблем. Но одно из главных преимуществ оспы заключается в том, что ее легко хранить. В отличие от вирусов герпеса или СПИДа, которые нужно держать при очень низкой температуре, для оспы достаточно обычного холодильника. Оттаяв, вирус активизируется. И все, что тебе остается, — это распылить его.

В декабре я составил предварительный список мест, которые могли бы стать нашей мишенью, и передал его Рашиду. Я собирался участвовать в операции, и меня не устраивала роль исполнителя, я хотел разрабатывать план действия. Мы стремились, чтобы вспышка эпидемии была связана с особым для американцев местом и событием, чтобы наше послание указало бы на их алчность и слепоту. В наши цели также входило вызвать смятение. Хорошо, если в этом несчастье обвинят американское правительство. По крайней мере на первых порах.

Одно из указанных в списке мест — Всемирный торговый центр. Он находился неподалеку, и в нем было полно странных правительственных офисов, включая службу охраны. Мы могли выпустить вирус через вентиляционную систему. Но тогда возникли бы некоторые технические проблемы. Я боялся, что большая часть вируса пропадет в трубопроводе. Другие объекты — здание ООН и Капитолий в Вашингтоне. Но эти цели тщательно охранялись, и все могло раскрыться раньше времени. В списке также значились Лас-Вегас и Атлантик-Сити. Нам могло подойти любое казино с большой шоу-программой. Тогда эпидемия стала бы посланием людям о расплате за грехи. Я думал, что Рашиду понравится эта идея. Еще два объекта из моего списка располагались на юге.

Американский военный медико-биологический исследовательский центр и Медицинский информационный центр вооруженных сил в форте Детрик в округе Фредерик, штат Мэриленд, примерно в сорока пяти милях от Вашингтона. Округ Фредерик — маленький, тихий городок с кинотеатрами, спортивными комплексами и многочисленными супермаркетами. Чтобы выполнить работу, не нужно даже проникать в форт. Достаточно выпустить вирус в его окрестностях, чтобы возникновение эпидемии связали с этим местом, и тогда им пришлось бы за все ответить.

Еще один объект, который заинтересовал меня, — Центр контроля над заболеваниями в Атланте. Если эпидемия разыграется вблизи от него, то подозрение падет на центр. «Как они допустили утечку вируса?» — будут спрашивать люди. Возникнет много версий, что осложнит принятие контрмер. К тому же Атланта — крупный культурный центр, куда прилетали люди со всего мира, и это делало ее особенно удобной для достижения наших целей.

Но Рашид выбрал Мэдисон-сквер-гарден, на вокзале Пенн. До него просто добраться. Закрытое помещение, толпы людей, отправлявшихся в путешествие по всей стране. Это практично. Но мне казалось, что выбор сделан не совсем верно.

Рашид назначил дату: все должно случиться между понедельником пятого апреля и воскресеньем одиннадцатого апреля. Когда я посмотрел на календарь, то понял почему. Об этом говорилось в Ветхом Завете и Коране. В это время Бог послал мор на фараона и его народ. И евреи отмечали в эти дни Пасху.


* * * | Кровь невинных | * * *