home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 8

Кто-то тряс Таула. Потом в лицо ему плеснули ледяной водой.

— Ну давай, дружок, приходи в себя.

Таул открыл глаза.

— Гляди, очнулся. Отойди-ка, Старику не понравится, что ты так круто с ним обошелся.

Теперь Таула били по щекам.

— Да нет же, Мотылек, он еще не очухался. — За этими словами последовала новая оплеуха.

— Не видишь — он глаза открыл? Уйди.

Таул посмотрел вокруг. Он лежал в темной каморке со связанными за спиной руками, и над ним склонились двое мужчин.

— Голова болит, да? — спросил тот, что поменьше ростом. — Ты уж прости. Заморыш всегда перегибает палку — так ведь, Заморыш? — Заморыш кивнул. — Мы не со зла. Кого нам Старик велит привести, мы того и приводим — так ведь, Заморыш? — Заморыш кивнул. — Без шишки, ясное дело, не обойдется, но знаешь, как Заморыш говорит?

— А как я говорю, Мотылек?

— Лучше шишка на голове, чем на тюфяке, — так ведь, Заморыш?

— Ага.

— А теперь надо поторопиться — негоже заставлять Старика ждать. Дело за тобой, Заморыш.

Заморыш достал огромный, страшный на вид нож и разрезал веревку, связывавшую руки Таула.

— Он просит прощения, если связал тебя чересчур туго, да, Заморыш? — Заморыш кивнул. — И еще за то, что должен будет завязать тебе глаза, — да, Заморыш?

Следующего кивка Таул уже не видел — плотная черная повязка легла ему на глаза. Его взяли за руку и вывели из комнаты.

— Да ты, дружок, точно аршин проглотил. Не бойся, Заморыш не скинет тебя с утеса, — верно, Заморыш?

Таула свели по ступеням вниз, где в нос ударила резкая вонь нечистот.

— Ты не гляди на вонь, друг, — от нее вреда нет. Вот Заморыш всю жизнь тут прожил, и ничего. Верно, Заморыш?

— Верно, Мотылек. Как пойдем — короткой дорогой или с выходом?

— Давай с выходом. Охота морским воздухом подышать. Таула вывели по ступеням на солнце, и он ощутил дуновение соленого бриза.

— Хорошая нынче погода, а, Мотылек?

— Лучше не бывает, Заморыш. Такой дивный, бархатный бриз — а ведь зима на носу.

— Тебе бы менестрелем быть, Мотылек.

— Увы, Заморыш, может, я и стал бы им, кабы воровская жизнь не затянула.

— Это великая потеря для поэзии, Мотылек.

Таула снова свели вниз, и смрад сточной канавы стал еще сильнее. Пройдя какое-то расстояние, они стали подниматься вверх, делая множество поворотов, и наконец остановились. Запахло цветами.

— Старик любит приятные запахи — да, Заморыш? Побудь-ка с нашим приятелем, а я пойду доложу.

— А повязку с него снять, Мотылек?

— Подожди лучше, пока Старик сам не распорядится. Таул и Заморыш в молчании дождались возвращения Мотылька.

— Ну, теперь, Заморыш, можешь снять повязку. — Таул заморгал от хлынувшего в глаза света. — Старик велел ввести его.

И рыцаря направили в какую-то дверь. В комнате, полной цветов, сидел у яркого огня маленький старичок.

— Входи, молодой человек. Не хочешь ли чашку крапивного отвара? Выпей непременно. Ничто так не помогает от ушибов головы. Все, кого приводят ко мне, могут это подтвердить. Лакус, конечно, еще лучше — ты ведь испытал это на себе, верно? — Старик пристально взглянул на Таула. Тот решил, что лучше промолчать. Старик налил в чашку зеленоватой жидкости и подал ему. Таул не шелохнулся. — Полно тебе — ты пожалеешь, что отказался, когда на голове вздуется шишка величиной с твою мошонку. —

Таул нехотя принял чашку с малоприятным на вид напитком. — Садись, Таул. Ничего, что я зову тебя просто по имени? В моем возрасте уже нет времени на церемонии — я ведь одной ногой в могиле стою. — Таул подумал, что у Старика удивительно здоровый вид для завтрашнего покойника. — Ты прости, что тебя доставили ко мне насильно, но я убедился, что такой способ самый верный. Ни лишних вопросов, ни препирательства. Я уверен, что ты поймешь меня.

Тут в дверь тихо постучали, и вошел Мотылек.

— Извини, что помешал, Старик, но тут Ноуд докладывает, что с Пуртиланом возникли хлопоты.

— Ты же знаешь, что надо делать в таких случаях, Мотылек. — Тот хотел уже уйти, но Старик добавил: — И без церемоний, Мотылек. Придумайте что-нибудь особенное — вы с Заморышем на это мастера. Слишком много дрязг в последнее время на рынке.

Мотылек вышел, и Старик продолжил:

— Тобой, Таул, интересуются большие люди. Знаешь ли ты, что архиепископ Рорнский установил за тобой слежку? А тот, кто интересует достопочтенного архиепископа, интересует и меня. Особенно если у меня с этим человеком имеются общие друзья. Вот мудрец Бевлин, к примеру, — мой старый друг, — не без гордости заявил Старик.

— А может, я никогда не слышал об этом твоем Бевлине? — заговорил наконец Таул.

— Ты разочаровываешь меня, Таул. Я полагал, что рыцари Вальдиса говорят одну только правду. — Старик взял в одной из многочисленных ваз оранжевую хризантему и вдохнул ее аромат. — Когда приспешники Тавалиска схватили тебя, при тебе нашли мех с лакусом. Я, пустив в ход свои скромные средства, достал этот мех. На нем, как я и предполагал, стояло клеймо Бевлина. Зачем, по-твоему, Бевлин дал его тебе? Он ведь не дурак и знал о клейме. Стало быть, он надеялся, что оно когда-нибудь сослужит тебе службу, — у Бевлина много друзей, готовых оказать ему помощь. К несчастью, Тавалиск тоже видел клеймо — потому ты и просидел год у него в темнице. — Старик вернул цветок на прежнее место, заботливо поправив букет. — Я же хочу тебе помочь. Я многим обязан Бевлину и буду рад хотя бы частично расплатиться с ним.

Таул, взвесив все сказанное Стариком, решился:

— Мне нужно быстроходное судно, чтобы доплыть до Ларна. Старик и бровью не повел.

— Будь по-твоему. Я найду тебе корабль. Еще что-нибудь?

— Я тоже хотел бы расплатиться кое с кем.

— С девушкой по имени Меган? Я позабочусь, чтобы ей возместили расходы.

Таул с трудом скрывал удивление — есть ли что-нибудь, о чем этот человек не знает? Ему, однако, понравилось, что Старик не стал расспрашивать его о цели его плавания. А Старик, словно прочтя мысли Таула, сказал:

— Я не хочу знать, что поручил тебе Бевлин, но хочу высказать тебе два предостережения. Вот первое: у меня широкие связи в Обитаемых Землях, и я знаю, что рыцари во многих местах перестали быть желанными и ненависть к вашему ордену растет. Не показывай своих колец никому: они ничего не принесут тебе, кроме бедствий. — И Старик добавил, видя выражение лица Таула: — Ты молод, полон возвышенных идеалов и, возможно, не понимаешь того, что происходит.

— Я заметил, что в Рорне к рыцарям относятся враждебно.

— И есть за что. А всему виной Тирен. Он прибирает к рукам деньги и власть, прикрываясь маской борца за веру.

Таул встал.

— Нельзя осуждать человека на основании одних только слухов. Тирен был мне другом, когда я нуждался в друге больше всего.

Старик махнул рукой:

— Сядь, я не хотел тебя обидеть. Мне до рыцарей дела нет. Если ты хочешь по-прежнему следовать за ними, я не собираюсь становиться у тебя на дороге. Ты мечтатель и полагаешь, что главное в жизни — это добиться третьего кольца. Так вот, я знавал многих рыцарей и могу тебе сказать: третье кольцо — это не конец, а только начало. Что ты, собственно, собираешься делать, получив его? Совершать подвиги, которые тебя обессмертят?

Таул почувствовал, что краснеет. Так далеко он не загадывал, если не считать смутных мечтаний о славе. Будущее не для него. Настоящее — единственное платежное средство, которое он может тратить без опаски.

— О чем, бишь, я говорил? — с обезоруживающей улыбкой спросил Старик.

— Ты говорил, что у тебя два предостережения, а я пока выслушал только одно.

— А, да. Второе состоит вот в чем: Ларн — предательский остров, будь осторожен, когда речь зайдет о цене. — Старик взял у Таула чашку с крапивным отваром. — Мотылек о тебе позаботится. К сожалению, они с Заморышем сейчас заняты. Тебя проводит Ноуд, мой слуга. Мотылек даст тебе знать, когда все будет готово.

На тихий зов Старика вошел мальчик и вывел Таула из комнаты, а Старик вернулся на свое место у огня.

Таул вновь проделал тот же путь с завязанными глазами, на сей раз без выхода на свежий воздух. Мальчик, приведя его в ту же каморку, достал с полки нож Таула и кривую саблю.

— Старик не хочет, чтобы тебя опять треснули по башке, — сказал он, отдавая оружие Таулу. Вновь завязав Таулу глаза, мальчик вывел его по ступеням наружу, провел еще немного и снял повязку. — Ну вот и все. В конце улицы повернешь налево и мигом окажешься в квартале шлюх. — И Ноуд исчез, юркнув в какой-то закоулок.

Таул, последовав его указаниям, вышел на знакомую улицу и в глубокой задумчивости вернулся к Меган.


* * * | Ученик пекаря | * * *