home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



18

Карим позвонил директрисе школы Жана Жореса, чтобы узнать, нашла ли она в отделе образования сведения о Жюде Итэро. Та действительно сделала запрос, но ответ был отрицательным – никакой информации о мальчике в архивах департамента не оказалось. «Наверное, вы на ложном пути, – набравшись смелости, заметила она. – Ведь ребенок мог и не жить в нашем районе».

Карим повесил трубку и взглянул на часы. Тринадцать тридцать. Он дал себе два часа на то, чтобы проверить архивы других школ и просмотреть списки учеников младших классов.

Он управился меньше чем за час, но нигде не нашел ни малейшего следа Жюда Итэро. Тогда он вновь поехал в школу Жана Жореса: пока он копался в архивах, ему пришла в голову одна мысль. Женщина с большими зелеными глазами встретила его в самом возбужденном настроении.

– Я еще кое-что сделала для вас, офицер!

– Слушаю.

– Я стала искать учителей, которые преподавали здесь в те годы.

– И что же?

– Нам опять не повезло. Бывшая директриса давно на пенсии.

– Малышу Итэро было в восемьдесят первом – восемьдесят втором годах девять – десять лет. Можно найти учительниц этих классов?

Женщина уткнулась в свои записи.

– Конечно! Тем более что в них работала только одна учительница. Это довольно распространенная практика, когда учителя «переходят» из класса в класс вместе с детьми.

– И где же она сейчас?

– Не знаю. Она ушла из школы как раз в конце восемьдесят первого – восемьдесят второго учебного года.

Карим мысленно выругался. Но директриса многозначительно продолжала:

– Знаете, я много думала и поняла, что мы упустили одну вещь.

– Какую?

– Школьные фотографии. Мы ведь храним у себя снимки всех классов.

Карим прикусил губу: дурак, как же он мог это забыть!

– И вот я просмотрела наши фотоархивы. Вы не поверите: снимки этих классов тоже украдены!

Внезапная догадка, словно молния, блеснула в голове Карима. Ему вспомнилась пустая овальная рамка на стене склепа. Значит, кто-то хотел стереть саму память о мальчике, уничтожить его имя, украсть лицо. Женщина недоуменно спросила:

– Почему вы улыбаетесь?

– Извините меня. Я уже давно жду этого. Жду вот такого, настоящего дела, понимаете? И мне тоже пришло кое-что в голову. Хранятся ли у вас классные дневники прошлых лет?

– Дневники?

– В мое время в каждом классе имелась такая тетрадь, что-то вроде журнала, куда записывалось, кто из детей отсутствовал, что задано на дом.

– Да, у нас тоже есть такие.

– Вы их храните?

– Конечно. Но там нет списков учеников.

– Зато есть фамилии пропускавших уроки.

Лицо женщины просияло, глаза ее радостно заблестели.

– Вы надеетесь, что мальчик когда-то пропускал занятия?

– Я надеюсь главным образом на то, что эта мысль не посетила наших воров.

Директриса снова открыла шкаф с архивами. Карим перебрал темно-зеленые тетради и выбрал две из них, за нужные годы. Увы, его ждало разочарование – фамилия Итэро там не значилась.

Скорее всего, он действительно шел по ложному следу: несмотря на его глубокую уверенность, что ребенок учился в школе Жана Жореса, никаких подтверждений этому не было. Однако сыщик упрямо листал тетради, надеясь на чудо.

И вдруг он увидел. Ему помогли цифры, аккуратно проставленные в правом верхнем углу. В тетради за 1982 год отсутствовало несколько страниц. Их явно вырвали – с 8 по 15 июня. Эти даты походили на клещи, ухватившие кусочек... пустоты. Кариму померещилось имя мальчика, написанное все тем же округлым четким почерком на недостающих листках.

Он тихо попросил директрису:

– Дайте мне телефонный справочник.

Несколько минут спустя Карим обзванивал одного за другим всех врачей Сарзака. Сердце его бурно колотилось, он был уверен, что с 8 по 15 июля Жюд Итэро пропустил школу по болезни.

Он опросил всех врачей подряд, требуя, чтобы они сверялись с картотеками, и каждый раз называя по буквам имя мальчика. Но ни один из них не знал его. Сыщик выругался сквозь зубы и стал названивать в соседние коммуны – Кайяк, Тьермон, Валюк. И вот наконец свершилось: в Камбюзе, городке, расположенном в тридцати километрах от Сарзака, один из врачей ответил:

– Жюд Итэро? Да, конечно, я хорошо помню этот случай.

Карим не поверил своим ушам.

– Хорошо помните? Четырнадцать лет спустя?

– Приезжайте. Я вам все объясню.


предыдущая глава | Пурпурные реки | cледующая глава