home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Муха

Жила-была девочка Настя. Полгода назад ей исполнилось тринадцать лет. У неё были непонятного цвета волосы и голубые с зелёным отливом глаза. Впрочем, цвет глаз зависел от погоды и от фазы луны.

Настя жила с родителями в большом красивом доме недалеко от морского побережья. Однажды, после школы (это был весьма неудачный день, Настя получила двойку по эстонскому языку), она сидела дома перед компьютером с чашкой чая в руках и в весьма грустном настроении. Компьютер был выключен, Настя просто смотрела в окно на падающий снег. Море темнело на горизонте, пляж был пуст и более походил на кладбище — так там было безлюдно и тоскливо. Вдруг Настя услышала странный, совершенно не привычный для зимней поры звук. Это было похоже… на жужжание большой мухи. Девочка допила чай. Жужжание не прекращалось. Настя обвела взглядом комнату…

— Привет! — внезапно сказал чей-то голос; жужжание смолкло.

Настя вздрогнула от неожиданности и, наконец, увидела того, кто с ней поздоровался. Тогда она снова вздрогнула. На столе, возле клавиатуры, сидела огромная муха с мохнатым тёмно-зелёным брюшком и смотрела прямо на неё. Настя на всякий случай отъехала в кресле подальше. Муха потёрла сначала задние лапки, потом — передние и вдруг ещё раз произнесла, уже погромче:

— Привет!

— Здрасте…

Муха улыбнулась (так во всяком случае показалось Насте) и спросила:

— Как поживаешь?

У мухи был не очень приятный голос, но в целом она выглядела безобидно. Настя осмелела и без запинки ответила:

— Нормально!

Муха задумалась. Она рассматривала Настю, Настя рассматривала муху, и обе молчали. Вдруг муха откашлялась и сказала:

— Настя, поцелуй меня, я тогда превращусь в прекрасного принца!

Насте не хотелось целовать муху. Она подумала о том, что целоваться с первыми встречными нельзя, и о том, что летающие паразиты переносят микробы. К тому же, ей не нужен был принц, ведь сама она была совсем обычной девочкой. Ну зачем, скажите на милость, какому-нибудь принцу нужна такая девочка, как она, с непонятного цвета волосами? И притом, один из её знакомых принцев умер этим летом, как раз в день рожденья Настиной мамы. Его убил Белый Китаец. Белый Китаец — это не человек, а волшебный белый порошок, от которого люди начинают видеть наяву прекрасные картины, а затем в страшных муках умирают. Потом наша героиня посмотрела на компьютер, который почему-то никак не хотел работать, когда на нём нужно было что-то сделать. Иногда компьютер казался Насте жуткой бездонной пропастью, в которой обитали неуправляемые монстры, постоянно пытавшиеся сломать и испортить всё вокруг. Девочке приходилось отчаянно и безуспешно воевать с ними.

— А можешь превратиться в простого милого программиста? — спросила она муху.

— Ни за что! — нагло ответила та.

А за это Настя, изловчившись, проколола говорящую козявку булавкой и положила в коробочку рядом с прекрасной бабочкой «павлиний глаз». Настя была умной девочкой и сообразила, что эта жирная муха никак не могла быть принцем, просто этому насекомому захотелось поцеловаться… С чистой совестью она засунула коробку с наколотыми на булавки насекомыми на шкаф и до вечера забыла о ней. Когда на землю опустилась ночь, Настя почистила зубы, надела пижаму, которую мама заказала ей по каталогу Анттила, и собиралась уже лечь спать, как вдруг её внимание привлекли новые посторонние звуки. Кто-то тихо-тихо плакал. Настя достала коробочку с насекомыми и увидела, что муха вся дрожит, всхлипывает, а из её огромных выпуклых глаз текут не менее огромные слёзы.

— С тобой всё в порядке? — спросила Настя, она была немного озадачена.

— Да так, — ответила муха мученическим тоном, — как обычно. Но не могла бы ты позвать священника?

— Нет, — сказала Настя. — Мне уже пора спать.

Муха посмотрела по сторонам, на трупики разных бабочек и жучков.

— Приятное соседство, — заметила она, высморкавшись в крохотный платочек.

— Я знала, что тебе здесь понравится, — Настя ехидно улыбнулась.

— Слушай… — сказала муха, немного успокоившись. — Если бы я был заколдованным программистом, ты бы меня поцеловала?

— Нет! — нахмурилась Настя. — Ни за что! Я тебе не верю. На тебе микробы и всё такое прочее… Ещё доброго, меня стошнит на мою хорошенькую пижамку…

— В таком случае, ты никогда не узнаешь, правда ли то, что меня заколдовал злой волшебник по имени Ворон, который живёт в хижине среди скал…

Настя засомневалась. Вдруг судьба послала ей испытание, пройдя которое, она обретёт счастье? Поколебавшись ещё немного, девочка собрала всю волю в кулак и, зажмурившись, приблизила лицо к гадкому насекомому. Как только губы коснулись мухи, Настя поняла, что ошиблась. Та превратилась в нечто лысое, сгорбленное, мелкое, противное, которое обидно засмеялось и завопило дурным голосом, а потом, разбив дорогой витраж, выскочило в окно.

Всю ночь напролёт бедная Настя не могла заснуть. Она рыдала, орошая слезами постельное бельё, а утром решила прыгнуть с крыши высотного здания возле своей школы.

Небоскрёбов в Настином городе не было, поэтому пришлось удовлетвориться жалкой девятиэтажкой. Наверху, на крыше, было не так много снега, наверное, его сдувало ветром, но зато было гораздо холоднее, чем внизу. Настя осторожно стала подбираться к бортику, огораживающему крышу по краю. Зубы её стучали от холода, колени дрожали, а на носу сразу выросла сосулька. Девочка шаг за шагом подходила к краю крыши, и вдруг предательский порыв ветра подтолкнул её ещё дальше… И тут сказке пришёл бы конец, если что-то не прожужжало бы стремительно в воздухе, и чьи-то цепкие руки не схватили бы Настю за талию. Она почувствовала, что летит, но летит не вниз, согласно силе земного притяжения, а куда-то вверх и вперёд.

— Этих девчонок без присмотра не оставишь — сразу глупости начинаются, — сварливо произнёс у неё за ухом знакомый противный голос.

Но Настя ничего не могла ответить, потому что у неё захватило дух от стремительного полёта, и вдобавок она боялась, что с ног упадут сапожки и она останется без обуви. Но всё обошлось, вскоре они приземлились точно возле дома Насти. Девочка вырвалась из обнимавших её лапок, обернулась и с отвращением воскликнула:

— Это ты!!!

Человек-муха за сутки успел приодеться в какой-то немодный тёмно-зелёный пиджак и брючки (наверное, нашёл их где-то на свалке), его тонкая шея была обмотана шарфом.

— Ну а кого ты ещё ожидала увидеть, ангела с огненным мечом? — он скрестил на груди руки, по всему было видно, что он рассержен.

— Я просто хотела прогуляться по крыше, — соврала Настя, она почему-то немного растерялась.

— Да-да, конечно, я именно так и подумал.

Человек-муха достал из внутреннего кармана пиджака клетчатый платок, долго разворачивал его, затем высморкался в уголок и печально посмотрел на Настю. Кстати, сейчас он совсем не был похож на муху (жёсткие крылья спрятались за спиной), а выглядел просто как маленький толстый неприятный человечек с лысым черепом и большими странными глазами.

— Тебя как зовут? — спросила Настя.

— Моха, — ответил человек-муха и улыбнулся.

И тут Настя вспомнила про монстров, населявших её компьютер, и Моха представился ей одним из них. Она посмотрела на человека-муху, и её всю прямо передёрнуло от омерзения и ненависти к нему. Всё было мерзко — его лысина, толстый живот, противный голос.

— Ну как же ты надоел мне, урод! — завопила Настя. — Завтра же попрошу своего лучшего друга разобраться с тобой, и ты загнёшься, гад!

Моха испуганно отпрянул от Насти.

— Ну вот, — сказал он расстроено. — А если бы я был программистом, ты бы со мной дружила?

Настя не отвечала.

— Однажды я жил у одного программиста, — человек-муха сел на бордюр и предался воспоминаниям. — Честно говоря, он был немного сумасшедший. Хотя у него было неплохо. Он был неряхой, и на столе у него было всегда много крошек или даже сладких пятен от сгущённого молока…

Злость Насти куда-то улетучилась. Она села рядом с Мохой и задумалась. Человек-муха вдруг застонал.

— Ой, — сказал Настя. — Это, наверное, рана болит? От иголки?

— Да, — признался Моха. — Пару миллиметров в сторону — и ты разбила бы мне сердце. И тогда мне было бы намного хуже.

— А у тебя есть сердце? — недоверчиво хмыкнула Настя.

— Подозреваю, что да, — Моха осклабился.

Они помолчали, рассматривая низкое зимнее солнце.

— Хочешь мороженого? — неожиданно предложил человек-муха.

Настя потрогала сосульку на носу и спросила:

— А у тебя есть деньги?

— Нет, — Моха захихикал. — Я никогда ничего в жизни не покупал.

— Не хочу.

Моха пожал плечами.

— А что ты хочешь?

Настя опять не ответила.

— Слушай, может быть, ты хочешь всё, совершенно всё изменить? Изменить полностью всю свою жизнь? Хочешь стать мухой?

— Фу! — Настя смешно наморщила нос. — Не хочу, конечно!

Про себя Настя представила, на что бы она садилась, будучи мухой, но не произнесла этого вслух из вежливости. Но зато у неё было встречное предложение:

— Может быть, лучше ты станешь программистом?

— Я уже довольно старый, — Моха понурил голову. — И к тому же я тупой. Я даже писать не умею. А читаю только печатными буквами.

— Вот видишь, — Настя развела руками.

Девочка и человек-муха устроились рядом на заснеженном тротуаре и замолчали. На них падали лучи садящегося солнца. Они заворожено, с какой-то грустью, наблюдали за закатом. Они сидели совершенно неподвижно и вместе с тем неслись по незримой реке времени. Наверное, им было немного печально, потому что эта река несла их к излучине, после которой они расстанутся, возможно, навсегда. Секунды вереницей уносились в безвестность. Солнце исчезло за горизонтом, ещё какое-то время оно подсвечивало облака, но потом небо совсем потемнело.

— Моха? — позвала Настя.

Человека-мухи рядом не было.

Февраль 2003 г.; 24 июня 2008 г.


Звонок | Моха и другие | Рисунок