home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Даешь «артиллерийско-судостроительный» завод!

Руководство завода за годы первой и второй сталинских пятилеток уже привыкло к неожиданностям, однако очередное задание партии все же повергло всех в шок. В 1938 г. завод получил приказ срочно организовать производство 76-мм орудий образца 1927 г.! [198 — ГУ ЦАНО, Ф. 15, Оп. 4, Д. 49, Л. 1.] Данный пример показывает, насколько мало в вышестоящих инстанциях учитывались реальные производственные возможности предприятий. «Красное Сормово», едва справлявшееся с постройкой подводных лодок и еле спихнувшее с себя производство надводных боевых кораблей, теперь ежегодно должно было выпускать еще 1100 орудий и 800 стволов к ним!

После просчета мощностей выяснилось, что для этого потребуется задействовать не менее 338 станков при затратах 1200 станко-часов на одно изделие. И это при условии, что работа будет вестись в три смены.

Для производства деталей и узлов пушки требовалось не менее 6400 кв. метров площадей и 2500 кв. метров для сборки, а всего 12 000 кв. метров. Минимальное число дополнительно необходимых рабочих оценивалось приблизительно в 1000–1100 человек.

После этих расчетов стало ясно, что разместить производство пушки в существующих цехах и при имеющемся контингенте рабочей силы невозможно. Выделение станков, и без того дефицитных, могло произойти только за счет сокращения других производств. Кроме того, выпуск орудий требовал организовать крупную молотовую штамповку, сборочный участок производства мелких пружин, поставить трехтонный паровой штамповочный молот, 800-тонный гидравлический пресс, винтовой фрикционный пресс и т. д. и т. п. [199 — Там же, Л. 9.]

В октябре 1938 г. несколько сотрудников заводоуправления выезжали в командировку на Кировский завод в Ленинграде. Там они выяснили, что производство орудия весьма сложно. Но самое главное, использовалась сталь тринадцати марок, в т. ч. хромомолибденовая, никелевая и хромоникелевая. Кировцы делали пушку на особо точных английских и американских станках, коих на заводе № 112 и в помине не было. В конце концов невероятными усилиями нового директора завода Мочалова удалось доказать нецелесообразность данного начинания на «Красном Сормове», и приказ об организации производства 76-мм орудий отменили.

В 1939 г. преодолеть кризисные явления в советском судостроении так и не удалось. Завод № 112 не стал исключением, и годовой план в очередной раз выполнен не был. В течение года были отправлены на достроечные базы 14 лодок IX и XII серий. Там они прошли достройку и испытания, после чего три из них были сданы флоту. В годовом отчете о работе потом написали, что, не имея опыта сдачи спецсудов данных серий, завод в момент их постройки не смог «правильно оценить действительный объем и сложность работ и предвидеть целого ряда изменений и дополнений». [200 — ГУ ЦАНО, Ф. 15, Оп. 4, Д. 57, Л. 6.]

И действительно, переделки «по ходу» вообще были настоящей болезнью советского военного судостроения. Они вносились самыми различными инстанциями не только до момента сдачи корабля, но даже и после нее. Это приводило к потере времени и средств, оттягивало сроки сдачи подлодок. Достроечные базы, удаленные от завода, затрудняли руководство и организацию производственных работ по достройке.

Другой постоянной проблемой оставалось неравномерное распределение загрузки основных обрабатывающих цехов заказами спецсудостроения. Так, например, цех № 4 систематически задерживал монтаж изделий и механизмов.

Общий уровень технологического планирования на заводе, особенно в цехах № 1, 2 и 3, оставался очень низким. Отсутствовала жесткая технологическая дисциплина, что сказывалось на четкой последовательности отдельных работ, удлиняло цикл производства и приводило к переделкам. Даже в официальном отчете отмечалась низкая трудовая и производственная дисциплина среди рабочих. [201 — ГУ ЦАНО, Ф. 15, Оп. 4, Д. 57, Л. 7.]

В то же время на завод зачастили высокие начальники. 10 апреля на собрании партактива выступал первый секретарь Горьковского обкома Шахурин. Он отметил плохое положение с оборонными заказами, неэффективную систему оплаты, плохую работу военной приемки, высокую текучесть. Только за первый квартал с завода были уволены 2000 человек. Шахурин кинул камень и в огород директора: «Не руководит заводом. Поток всевозможных приказов, резолюций, выговоров, огромная масса совещаний не дают эффекта».

К 1939 г. так и не была изжита практика планирования со значительным опозданием. Так, производственная программа на тот год была утверждена только 17 апреля (!) и затем неоднократно изменялась. [202 — Там же, Л. 8.] Завод со своей стороны не смог тщательно подготовить производство, потерял время на приостановленные во втором полугодии (вероятно, в связи с началом Второй мировой войны) заказы на танкер, землечерпалки, подлодки Х серии и к концу года имел по ним огромное незавершенное производство.

В течение 39-го года на «Красное Сормово» поступали многочисленные устные и письменные указания, противоречащие друг другу. В первом полугодии не было никаких указаний о количестве и времени закладки лодок Х серии. В программе третьего квартала их тоже не было, и лишь 6 сентября было приказано заложить шесть единиц. Необходимость изготовления такого количества субмарин вынудила завод начать закладку двух единиц в судояме, что еще больше осложнило работу.

Во время уже развернувшихся авральных работ поступило новое указание. Оно отменяло постройку четырех спецсудов и оставляло изготовление лишь двух. Видимо, руководство страны из-за начавшейся войны в Европе буквально лихорадило. Пришлось разбирать стапели, уже установленные вдоль берега затона. Впоследствии оставшиеся две «Щуки» так и не были достроены, а их незаконченные корпуса разобрали на металлолом.

Особенно осложняло работу постоянное внесение конструктивных изменений при сдаче подлодок на достроечных базах. Имел место массовый срыв поставок. Задержки по металлу для субмарин IX и XII серий определялись в четыре-пять месяцев. Почти все листы обшивки, поставленные для XII серии, оказались браком. [203 — ГУ ЦАНО, Ф. 15, Оп. 4, Д. 57, Л. 8.] Многие из них попросту расслаивались. В целом за год по заводу забраковали 10 354 тонны металла, включая 4476 тонн — болванки мартеновские, 94 тонны — бронзовое литье. [204 — Там же, Л. 24.]

Подготовка к сдаче и сама сдача спецсудов производились на четырех достроечных базах, удаленных от завода на тысячи километров. На каждую базу требовались до 400 рабочих, которых приходилось отрывать от основного производства. Четыре лодки XII серии были отправлены на достроечную базу даже без проведения швартовых испытаний. Число требований на переделки и изменения, исходящих от личного состава субмарин и приемочных комиссий, не предусмотренных проектами и чертежами, составило свыше 300 штук по каждому спецсудну.

Например, на лодках IX серии переделки заняли 17 700 человекочасов и оттянули их сдачу флоту на 1940 г. Устранение дефектов в полученных от поставщиков моторах заняло 12 дней, а переделка торпедных аппаратов — два месяца. На уже собранных субмаринах приходилось производить демонтаж целых отсеков для того, чтобы исправить дефект моторов, принятых военной приемкой на заводе «Электросила», как годных. ЦКБ-18 вообще не представило ряд чертежей на лодки, уже сданные флоту, что было просто вопиющим фактом! [205 — Там же, Л. 22.]


Прогуляно 18 тысяч человеко-дней | Все для фронта? Как на самом деле ковалась победа | Дисциплина, граничащая с безответственностью