home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 4

Нитро решил, что лучшего места для устройства склада, чем в скалах за городом, придумать нельзя. Сюда не доберутся ни правительственные войска, ни ликвидаторы. Наемникам Мастера это просто—напросто теперь не нужно, а правительство вряд ли засечет. Неверо­ятных трудов стоило управлять несколькими грузовиками на узком серпантине, а затем пришлось последние пару де­сятков метров перетаскивать тяжелые ящики на своем гор­бу. Но зато потом, когда начнется шумиха, в мутной воде можно будет наловить много рыбы.

Правительство наконец—то решило узаконить производс­тво Топлива. А это значило, что теперь это снадобье будет продаваться легально в специальных заведениях. Любые другие «лавочки» будут безжалостно прикрываться и унич­тожаться. Раньше правительство не обращало особого вни­мания на то, каким образом умножает свои капиталы тот или иной Мастер. И уж тем более не обращало внимания на крысиную возню мелких торговцев. Борьбой с последними занимались Мастера. Теперь же в течение всего нескольких дней у всех Мастеров было конфискованы все лаборато­рии, склады, фабрики и заводы по производству Топлива, а каждый Мастер, уличенный в нелегальной торговле или производстве Топлива, будет немедленно осужден или даже казнен. Но при этом на всякую мелочь, как и прежде, пра­вительству некогда будет обращать внимание. Много ли «лавочники» и «притонщики» могут навредить государс­твенной машине, которая, как оказалось, тоже работала на Топливе?... Канцлер считал, что не много. Потому не было создано никаких специальных войск для выслеживания и уничтожения нелегалов, не было внесено никаких попра­вок в конституцию к уже имеющимся из тех, что касались теневой экономики.

Можно практически под носом у Мастеров торговать Топливом, а те пусть скрежещут зубами в бессилии отоб­рать лакомый кусочек. Сами Мастера имеют реальный шанс превратиться в таких же нелегалов. Но они не рискнут...

Колонна осторожно продвигалась к уговоренному месту будущего склада. Клубы желтоватой пыли зависли над ка­менистой дорогой, и казалось, что грузовики плывут в по­лупрозрачных волнах, как древние корабли—призраки. Один из водителей мельком глянул в зеркальце заднего вида, подумав, что ему показалось. Нет. Вот, опять. Что—то блес­нуло. И в рокоте моторов грузовиков послышался чуждый призвук. Все усиливающийся гул мотора байка. Черт. Байк — это плохо. Как правило, дикие байкеры ездят большими группами, а не поодиночке. А поодиночке обычно ездят только цепные псы Мастеров. Водитель включил рацию, вышел на общую волну.

— Ребята, здесь ликвидатор. Что будем делать?

— Какого хрена он вылез из мегаполиса? — прошипел ис­каженный помехами голос Нитро, — Ну ладно, попробуем уничтожить. Продолжаем движение...

Мертвая Голова поравнялся тем временем с последним гру­зовиком. Стрелять в бак с горючим нельзя — машина взорвется вместе с грузом. А груз, надо сказать, тоже довольно взрывоо­пасен. Зацепит все остальные грузовики, и многочасовая пого­ня и выслеживание окажется напрасным. Водитель посмотрел в зеркальце заднего вида, поджал губы и передал по рации:

— Ребята, у меня проблема...

Ликвидатор не отставал. Он плавно вынул из кобуры дикрайзер. Водитель — вот ведь идиот! — чуть опустил бронированное стекло, просунув в щель дуло винтовки. Пару раз выстрелил. Естественно, промахнулся, ведь он был всего—лишь человеком. Мертвая Голова выстрелил всего один раз. Грузовик медленно повело в сторону. Ликвидатор набрал на панели своего байка режим автопилота, потом быстро перепрыгнул на подножку под дверцей грузовика, проник внутрь и выровнял руль, спихнув мертвого водителя с си­дения. Байк, лишившись управления, медленно снизил ско­рость и затормозил. Ликвидатор включил рацию.

— Господа нелегалы, с вами говорит Мертвая Голова. Если вы остановитесь, сдадите весь груз и не будете тратить моего драгоценного времени, то я оставлю вам ваши жалкие жизни.

Вместо ответа зазвучали выстрелы — огонь вели через щель между чуть приоткрытых дверей грузового отсека едущей впереди машины.

Мертвая Голова завалился набок, и сразу же бронирован­ное лобовое стекло треснуло и осыпалось внутрь кабины.

— Ну что ж, так я и думал... — прорычал киборг, снова вы­прямляясь и стреляя прямо сквозь обшивку. Дикрайзер про­шивал даже броню танка. Стоит сказать, что все трансмегаполисные грузовики, созданные для дальних и опасных путешествий, тоже во многом напоминали танки. Даже стекло было бронированным. Дикрайзер пробьет, другое оружие — вряд ли. Откуда у этих голодранцев дикрайзеры?!

Более того, этим оружием могут пользоваться только ки­борги, да еще и имеющие более 70 процентов электроники в теле. Иначе дикрайзер, не фиксируя необходимого элект­ромагнитного поля, попросту откажется работать, автома­тически перейдет в режим удерживания выстрела. Значит, среди нелегалов — киборги с более чем 70—процентным со­держанием неорганики?! Что за ерунда?!

Мертвая Голова поджал губы, увеличивая скорость свое­го грузовика и приближаясь к тому, что шел впереди. Огонь открыли снова. Стреляло теперь гораздо меньше человек. От­крывать огонь по грузовому отсеку опасно, можно зацепить груз, и тогда все взлетит на воздух. Мертвая Голова перебрался через разбитое лобовое стекло на капот грузовика, перекатился по нему и вломился в двери грузового отсека впереди идущей машины. Сразу же окружил себя полукругом выстрелов. Ему пытались отвечать, падали на пол раньше, чем Мертвая Голова оказался хотя бы ранен. Оглядевшись по сторонам, он заметил одного выжившего. Точнее, еще пока что не умершего. Но вре­мени оставалось все меньше. Ликвидатор быстро подскочил к нему, схватил за ворот и притянул к себе.

— Кто вы такие?! Почему киборги работают с нелегала­ми? — прорычал он в окровавленное осунувшееся лицо.

— Иди к черту, пес Шакса, — прохрипел раненый, скалясь, а затем затих и вытянулся. Мертвая Голова встал. Труп у его ног принадлежал человеку, то есть, киборгу, который явно зависел от Топлива.

Вот оно, дождались — разношерстная толпа зависимых хоть как—то начала организовываться, и сотрудничать с теми, кто обеспечивает их Топливом. Любому зависимому гораздо выгоднее примкнуть к нелегалам, чем, как добропорядочному гражданину, пройти регистрацию, встать на учет и после смер­ти перейти в полное владение нескольких государственных инстанций (проще говоря, стать вторсырьем биологического и кибернетического характера). Каждый из них — тряпка. Но вместе сильны. Конечно, один Мертвая Голова стоит десяте­рых зависимых. Но здесь, в грузовом отсеке убитыми валялось всего четверо. А если бы их было, например, пятнадцать—двад­цать?... Конечно, сидящий на Топливе киборг — это не «чис­тый» и здоровый ликвидатор, работающий легально. Но все же это лучше, чем ничего. Защита нелегалов уже поднялась на качественно новый уровень. Может быть, скоро наступит время других Мастеров, невидимых для правительства.

Почему нужно было дождаться этих реформ, чтобы на­чать действовать?

Мертвая Голова зашагал по узкому проходу между ящи­ками к водительской кабине, постучал в плотно сжатые створки двери. Они разъехались в стороны. Прежде чем об­манутый водитель успел воскликнуть «Ты же не наш!», его лицо разлетелось от выстрела в упор. Мертвая Голова на­клонился через обмякшее тело, выровнял руль и осторожно снизил скорость. Вскоре он заметил, что впереди идущие грузовики тоже тормозят, и из них выскакивают вооружен­ные люди. И не только люди — судя по дикрайзерам.

— Идиоты, жить надоело? — проговорил Дэл, хмурясь.

Не выходя из машины, Мертвая Голова за доли секун­ды охватил взглядом число нападавших, направление их движения и открыл огонь. По ногам. Зачем убивать? Это не приказ от Мастера, и торговля Топливом не отнимет у Мастера его прибыль. Пусть живут, пусть копошатся себе в тени, незаметные для всевидящего ока правительства.

Кто—то попытался стрелять по колесам. Громадный гру­зовик с шипением стал медленно крениться набок. Мертвая Голова стиснул зубы. Выскочив из машины, он определил, откуда могли стрелять, и прикончил двоих раненых, оказав­шихся там. Прочие замерли.

— Я не знаю, кто из них это сделал, так что пришлось, для верности, — прорычал ликвидатор, медленно поворачивая руку с дикрайзером и обводя взглядом жалкую реденькую толпу, — Я не хочу вас убивать. У меня не было такого при­каза. Но если хоть кто—то из вас еще попытается рыпнуться, погибнут все, понятно?!

Словно для пущей убедительности он резко повернулся к одному из киборгов, который упрямо стискивал рукоять своего дикрайзера и, кажется, не отказывался от идеи дож­даться удобного момента для выстрела. Мертвая Голова оказался быстрее и прострелил ему плечо. После этого никто не выказывал никаких попыток сопротивления. Мертвая Голова потратил почти полчаса на то, чтобы перенести коробки из одного грузовика в другой. Потом сбросил все еще валяюще­гося на сидениях мертвого водителя в дорожную пьшь и сдал назад. Добравшись до своего байка, остановившегося почти у самого обрыва, ликвидатор загнал его в грузовой отсек и, снова забравшись в кабину, отправился в город.

Такой партии вполне хватило бы для открытия неболь­шого Притона. Но Дэлу это было не нужно. Ему и так живется неплохо. Он хотел лишь, чтобы неплохо жилось и другому существу.

Он понял это всего пару дней назад. Понял резко и явственно.

Дэл пришел к Эру на следующий же день после того, как продемонстрировал Диджу своего найденыша.

— Хм. Ты на сей раз один, без напарника? — полупрезри­тельно хмыкнул Эр.

— А тебе понравилось быть между? — без тени улыбки прорычал Дэл. Он чувствовал, как в воздухе сгущается не­ видимое облачко ненависти, зависшее между ними.

— Нет, не понравилось, — сухо ответил Эр.

— Вот потому я и пришел один, — проговорил Дэл, глядя в затуманенные наркотиками темные глаза Эра. Тот неопре­деленно пожал плечом и усмехнулся.

— Строишь из себя крутого, пытаешься норов показы­вать?! — взвился Дэл, вскочив с кресла, — Да ты никто! Ты проститутка! За дозу Топлива с тобой можно делать все, что угодно! А ты все корчишь из себя ликвидатора, который просто переживает трудные времена!

Эр молчал, поджав губы и глядя в стену. Дэл подошел к нему и процедил:

— Твои трудные времена никогда не кончатся... То есть, кончатся. В канаве. Потому что со временем тебе пона­добится все больше и больше Топлива. А ты слышал, что творится в мире? Скоро Папочке негде будет добывать тебе это зелье. И ты сдохнешь, как канализационная крыса... Не погибнешь в бою, как надлежит ликвидатору. А просто за­гнешься, вырвав с мясом стабилизаторы, до которых смо­жешь дотянуться...

— Думаешь, ты погибнешь в бою? — прошипел Эр, неожи­данно повернув лицо к Дэлу, — Где гарантия, что ты не сдох­нешь вместе со мной в той же канаве?

Дэл оскалил зубы в ухмылке, став похожим на череп—нашив­ку на своей футболке. Потом резко сорвал эту футболку. А затем и сероватый свитер. Повернулся спиной, разведя руки в сторо­ны. Па гладкой спине перекатывались мышцы. Ровный желобок позвоночника не нарушали никакие посторонние элементы.

— Вот она, моя гарантия, — произнес ликвидатор, оглянув­шись через плечо, — Я не такой идиот, чтобы напичкать себя стабилизаторами.

Потом он повернулся. Эр сморгнул призрак этого зрели­ща — светлой и гладкой спины, словно след от солнца под закрытыми веками.

— А ты... — ликвидатор схватил его за горло, приблизив лицо почти вплотную, — А ты ничего не можешь поделать. Потому и пытаешься показать самому себе, что ничего не изменилось, что ты — прежний, просто пока в твоей жиз­ни такие обстоятельства. Так вот, девочка, — он выделил это слово, — Брось эти жалкие выпендрежи. Не строй из себя гордого пленника. Ты — шлюха. Просто—напросто шлюха...

Эр медленно прикрыл глаза. Протяжно вздохнул. Открыл глаза и с усилием растянул губы в улыбке.

— Да. Я знаю. Я шлюха. Чего хочет мой господин?

Дэл наотмашь ударил его в скулу кулаком. Эр пова­лился на пол.

— Ты издеваешься?! — заорал Дэл, пнув его по лодыжке,— Смеешься надо мной!

— Я? Смеюсь? — прохрипел Эр, с трудом приподнимаясь, —Мне не до шуток, уж поверь! Это у тебя паранойя... Может, подумаешь о стабилизаторах?

Вместо ответа Дэл ударил его рифленой подошвой по губам. Эр снова откинулся на спину.

— Ты должна меня бояться, поняла?! — прошипел Дэл, чуть наклонившись, — Ты должна мне подчиняться! Твоя жизнь полностью в моих руках!

— Я знаю, — проговорил Эр, сплевывая кровь, — И я подчи­няюсь...

— Но не боишься! — заорал Дэл.

— Нет, — спокойно ответил Эр, посмотрев на него, — Какой смысл?

Дэл схватил его за ворот и притянул к себе. Потом выхва­тил дикрайзер из кобуры, уткнул его дулом под кадык Эру.

— Я могу убить тебя в любую секунду... И никто тебя не хватится! Никто мне слова не скажет!

— Я знаю, — Эр смотрел в оранжевые стекла очков, — И если тебе важно это знать, то умирать я не хочу. Но ты так и не ответил. Какой смысл тебя бояться?... Тебе станет легче, если я скажу, что боюсь? Или, может, легче станет мне?... Или ты передумаешь меня убивать?

— Какая обреченность, подумать только... — процедил Дэл, напряженно дыша и показывая зубы, — Это у тебя от приро­ды или Топливо превратило тебя в такую размазню?

Наверное, Топливо, — пожал плечом Эр, — Потому что раньше я бы даже не стал с тобой разговаривать, а пристре­лил бы молча. Мертвая Голова...

Дэл помолчал, глядя в карие мутноватые глаза Эра, по­том чуть отошел и приказал:

—  Раздевайся.

Эр скинул с плеч куртку. Расстегнул ремень. Под дулом дикрайзера спустил брюки и осторожно освободил из шта­нины сначала одну ногу, потом другую. Распрямился. Дэл уселся в кресло, расстегнул ширинку. Легким движением дикрайзера поманил Эра к себе. Тот молча подошел. С при­вычным безразличием встал перед креслом на колени.

—  Нет, не так, — рявкнул Дэл, — Сразу. Садись давай...

Потом он медленно отвел руку с оружием в сторону и положил пистолет на столик между креслом и постелью.

Без смазки и предварительной подготовки было сложно и довольно болезненно. Эр стискивал челюсти и жмурился. Но молчал. Крепкие ладони ликвидатора сжали его бедра, с силой опуская их вниз. Рывком. Эр коротко и тихо вскрикнул, отки­нув голову назад, когда член Дэла вошел в него до упора.

—  До сих пор не привык?... — хрипло выдохнул Дэл ему в ухо. Потом обвил руками талию, прижимая к себе. Эр оказался к нему спиной. Руками ради удобства пришлось упираться в чуть разведенные колени ликвидатора. Дэл двигался размеренно и сильно, но при этом словно сдержи­ваясь, словно пытаясь все—таки действовать аккуратнее. Эр склонил голову, и распущенные волосы соскользнули впе­ред. Через их завесу Эр разглядывал пол и ботинки — свои и ликвидатора. И старался выбросить из головы любые мыс­ли. Их почти не было. Но то и дело что—то поднималось в душе, металось в полутьме задурманенного сознания. Руки ликвидатора лежали на косточках таза. И пальцы ритмично вдавливались в кожу при каждом движении вперед. Что—то странное с Дэлом сегодня. Он что, пытается доставить своей игрушке хотя бы немного удовольствия? Эр прикрыл глаза. Да. Немного. Приятно. Если при этом еще немного прогнуть спину в пояснице. Тогда получается упор на ка­кую—то точку внутри. И по телу прокатывается теплая чуть колючая волна. И хочется едва слышно простонать. Одна рука ликвидатора погладила бедро Эра, заскользила вверх по его груди, потом переместилась на спину, на загривок, на шею. Потом — чуть выше, на затылок. Пальцы медленно, но с силой, погрузились в волосы. Притянув к себе голову Эра, Дэл прошептал ему на ухо:

— Видишь? Тебе это уже начинает нравиться... Ты шлюха...

— Да... — отрывисто произнес Эр, готовый согласиться сейчас с чем угодно, не обращая особого внимания на какие бы то ни было слова вообще. Он медленно растворялся и

уплывал в темное удушливое марево дергающегося зеле­ного или малинового света. Тонул в вязкой и черной, как мазут, грязи собственной слабости и никчемности.

Ярость и ненависть хлестнули изнутри внезапно и силь­но, до взорвавшейся в раскаленных стабилизаторах боли. Рука, помнившая прошлое, с невероятной скоростью мет­нулась вправо, к столику, схватила дикрайзер, резко согну­лась в локте, от чего прямоугольное дуло уперлось в ниж­нюю челюсть Дэла. Следующая доля секунды — и черепная коробка ликвидатора прыснет в разные стороны фонтаном кровавых ошметков.

Выстрел неслышно пискнул — но в потолок.

Дэл во мгновение ока успел отпрянуть назад и при этом немного отодвинуть руку Эра. Эр замер и похолодел. Дэл сжал его запястье одной рукой, и бедро — другой. Вдавил пальцы до боли. И прорычал в ухо, резко рванувшись в Эра несколько раз:

—  Молодец! Хорошо! Давай, злись! Ненавидь меня!

Эр взвыл в отчаянии, весь изогнулся, пытаясь вырваться. Ликвидатор не отпускал, с силой проникая в него резкими ритмичными движениями.

—  Ну же... Давай! Давай, убей меня! — хриплый шепот жег ухо. Влажные зубы скользили по мочке, каждую секун­ду грозя впиться в нее.

Эр запрокинул голову и оскалился. Ликвидатор был сильнее. Рука, все еще сжимавшая бронебойный пистолет, онемела, но не выпускала оружие.

—  Давай, докажи, что ты не сучка! Ты... ведь... не веришь в это! И я... Я тоже... не верю!

Эр закатил глаза, когда его накрыло теплой внутренней волной. Охнув, он расслабился, откинувшись на грудь Дэлу и медленно обмякая в его объятиях.

—.. .Ты солдат. Ты до сих пор солдат. Ты мог не опускать­ся. Ты мог не становиться тем, кем стал...— прошептал Дэл несколькими секундами позже, когда они немного пришли в себя и отдышались, а он обнимал Эра и поглаживал его по груди, — Почему ты не убил себя, когда погиб твой Мастер и ты остался без инъекций?

— Я не смог, — хрипло буркнул Эр, чуть повернув лицо в бок и опуская глаза, — Никто не может. Как только тебе уста­новят стабилизаторы, ты это поймешь...

— Черта с два! — рявкнул Дэл, одним рывком отобрав пис­толет и спихнув Эра с себя, на пол. Потом вскочил с кресла, застегнувшись и сразу же направив оружие на согнувшееся у его ног голое и уязвимое тело.

— Давай, я тебя убью, если ты не можешь сам? Я освобо­жу тебя от этой грязи, от Папаши и наркоты, от Топлива! Подумай, Эр! Ведь это выход!

— Может быть, — глухо отозвался Эр, медленно поднима­ясь и садясь на коленях. Волосы черным пологом скрыли от ликвидатора его лицо, — Но...

Он повернулся к Дэлу. Посмотрел в оранжевые стекла, скрывавшие глаза.

—  Но я не хочу умирать...

—  Почему?! — взвыл Дэл, всплеснув руками, — Объясни мне, что тебя держит на этой вонючей земле?! Что ты теря­ешь? Свою зависимость?! Уродов, которые тебя трахают и вообще делают с тобой все, что хотят?!

Карие глаза Эра мягко прищурились от печальной улыб­ки. Потом он встал. Приблизился к Дэлу.

—  Уродов?... Ты не урод...

Дэл чуть приоткрыл рот, потом, словно очнувшись, отошел, и принялся метаться по комнате из стороны в сторону, цедя сквозь зубы:

— Черт, я все никак не пойму, то ли ты издеваешься, то ли говоришь, что думаешь! Тебя только за одно это пришить надо!

— Я не издеваюсь, — проговорил Эр негромко, отойдя и опустившись на край кровати, где оставил свою одежду, сваленной в кучу, — Я действительно считаю, что ты не такой гад, каким хочешь казаться. Только зачем ты хо­ чешь казаться гадом, я не понимаю. И почему прячешь глаза...

— Я не прячу глаза! — огрызнулся Дэл, остановившись и вытянув в сторону Эра указательный палец.

— Да уж! — парировал Эр с легкой усмешкой.

Дэл в мгновение ока оказался рядом с постелью и опро­кинул Эра на нее одной единственной оплеухой.

—  Ты забываешься, девочка!

Эр поднял голову, глянув на него через разметавшиеся пряди:

— То девочка, то солдат. Кто же я?

— Слушай... — прорычал было Дэл, но умолк, напряженно и сердито пыхтя. Эр медленно и плавно поднялся и, мол­ча протянув руки к лицу ликвидатора, снял очки. На пару секунд, словно вспышка — зрелище черных блестящих, как ониксы, глаз. Потом Дэл крикнул:

— А ну отдай!

И грубо забрал очки, судорожно нацепив их обратно. Он стушевался. Растерялся. Даже отвернулся. Но упрямо уставился на Эра снова. Тот негромко проговорил:

— У тебя красивые глаза...

— Перестань! — Дэл скривился, как будто хлебнул гнилой болотной жижи, — Ты говоришь, как сучка!

— Потому что я и есть... — начал было Эр глухим отстра­ненным тоном, но ликвидатор перебил его:

— Нет! Ты не такой, как эти тряпки! Они — просто маль­чишки, которые не хотят напрягаться в жизни! Пришили си­ликоновые сиськи, красятся, дают в задницу и думают, что весь мир падет к их ногам только за красивые глазки. А у тебя не было выбора. Это тебе Папа мозги промыл. Я знаю Блисаргона, он умеет... Но ты не такой!

Эр помолчал. Потом поднял глаза и спокойно спросил:

— Чего ты боишься, Дэл?

— Я тебе не Дэл, а Мертвая Голова! И я ничего не боюсь! — взвился ликвидатор.

— Ты видишь во мне свое возможное будущее? — продол­жал Эр, не обратив внимания на выкрик, — Тебе больно от этого зрелища? И противно?... Но тебе нечего бояться. Утебя нет ни единого стабилизатора.

— Не боюсь я! — упрямо повторил Дэл, мотнув головой,—Просто... просто...

Эр терпеливо ждал. Дэл проговорил:

—  Я думал, ты просто строптивая сучка. Но ты не такой.

Эр почти улыбнулся. Дэл не сказал «но я ошибся». Он никогда этого не скажет. Дэл, тем временем, продолжал:

—  Не нужно было привозить тебя сюда...

Он не скажет «это было моей ошибкой».

—  Надо было застрелить еще в Притоне, — помолчав, Дэл прорычал, — Черт... Чтобы ты умер как подзаборная шавка? Нет уж.

Он поднял лицо. Глаза были надежно спрятаны за непро­ницаемым стеклом жизнерадостного солнечного цвета, но Эр видел сквозь это стекло призрак ониксовых глаз.

— Значит, так, — заговори Дэл четким и не терпящим ника­ких возражений тоном, — С этого дня ты бросишь наркоту и не будешь спать с клиентами...

— Тогда Папа лишит меня Топлива, — вставил было Эр, но ликвидатор перебил его:

— Плевать на Папу! Я дам тебе Топлива. Первое время. А потом найду способ тебя вылечить от зависимости...

Эр горько, коротко расхохотался.

— Это невозможно!

— Возможно! — отчеканил Дэл, — Блисаргон сидел на Топливе восемь лет. Обычно умирают на шестом году. И ничего — как ви­дишь, жив! Хоть и не вполне здоров. Зато место из—под удаленно­го легкого с успехом приспособил под магазин с разными типами боеприпасов к своей левой «руке». Не плохо устроился, правда?

— Это единичный случай... — начал было Эр. Но внутри тоскливо заныла, как старая рана, робкая надежда.

— Далеко не единичный! Я выясню, каким образом ему удалось избавиться от зависимости... И помогу тебе...

— Почему? — Эр смотрел на ликвидатора, пока тот не от­вернулся.

— Потому что ты солдат. Как я.

Дэл замер. Ему показалось, что это звучит слишком сенти­ментально. Он совсем уж собрался отпустить какую—нибудь сальную шутку вдогонку, вроде «А еще потому, что ты классно трахаешься». Но промолчал. То, что сказано — есть суть. Они оба — солдаты. Что бы ни произошло в жизни Эра, он все тот же ликвидатор. Просто переживающий трудные времена.

Дэл вышел из комнаты, не улыбнувшись и не попрощав­шись. Эр проводил его взглядом и медленно притянул к себе ворох своей прохладной виниловой одежды.

На следующий день стало известно о реформах отно­сительно Топлива. И еще через пару дней Мертвая Голова угнал и спрятал в трущобах мегаполиса два грузовика с не­легальным Топливом, получив информацию о перевозке от пришедшего на помощь и поклявшегося молчать Диджа.

Этого должно хватить Эру на всю оставшуюся жизнь, даже если вылечить от зависимости его не удастся. Но Дэл не намерен был сдаваться.


Глава 3 | Топливо | Глава 5