home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 5. Рассмотрение разногласий по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев на производстве

Разногласия могут возникнуть:

1) по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев;

2) непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая;

3) отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта;

4) несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом – лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае. Отметим, что в новой редакции Кодекса формулировка расширена. Так, ранее говорилось лишь о несогласии пострадавшего или его доверенного лица с содержанием акта. Таким образом, законодатель дополнил статью упоминанием о лицах, защищающих интересы погибших работников.

Возникшие разногласия рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на проведение государственного надзора и контроля за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами.

Постановление № 73 также предусматривает случаи, когда между членами комиссии возникают разногласия в ходе расследования несчастного случая (о его причинах, лицах, виновных в допущенных нарушениях, учете, квалификации и др.). Решение принимается большинством голосов членов комиссии. При этом члены комиссии, не согласные с принятым решением, подписывают акты о расследовании с изложением своего аргументированного особого мнения, которое приобщается к материалам расследования несчастного случая. Особое мнение членов комиссии рассматривается руководителями организаций, направивших их для участия в расследовании, которые с учетом рассмотрения материалов расследования несчастного случая принимают решение о целесообразности обжалования выводов комиссии в порядке, установленном ст. 231 ТК РФ.

Очевидно, что законодатель предусмотрел не все разногласия, которые могут возникнуть, их перечень может быть расширен. Так, могут возникнуть разногласия по процедурным вопросам ведения расследования несчастного случая. В подобных ситуациях заинтересованная сторона также вправе обратиться с жалобой в указанные инстанции.

Могут возникнуть разногласия по вопросам установления диагноза профессионального заболевания и его расследования. Эти разногласия рассматриваются органами и учреждениями государственной санитарно-эпидемиологической службы РФ, Центром профессиональной патологии Министерства здравоохранения РФ, федеральной инспекцией труда, страховщиком или судом. Лица, виновные в нарушении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний (утв. постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 г. № 967), привлекаются к ответственности в соответствии с законодательством РФ. Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 г. № 967 «Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний» Минздраву России разрешено давать разъяснения по применению указанного Положения. Минздрав России своим приказом № 176 «О совершенствовании системы расследования и учета профессиональных заболеваний в Российской Федерации» (БМТ. 2001. № 8) от 28.05.2001 г. утвердил формы ряда документов, которые даны в качестве приложений к приказу.

Так, приказом утверждена Инструкция о порядке применения Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний. Данная инструкция обязательна для всех лечебно-профилактических учреждений независимо от ведомственной подчиненности, организационно-правовой формы и формы собственности. Она предусматривает, что расследование каждого случая острого или хронического профессионального заболевания (отравления) проводится комиссией с момента получения извещения об установлении заключительного диагноза:

1) незамедлительно (группового, со смертельным исходом, особо опасными инфекциями);

2) в течение 24 часов – предварительного диагноза острого профессионального заболевания (отравления);

3) в течение 10 суток – хронического профессионального заболевания (отравления).

Комиссия устанавливает все обстоятельства и выявляет причины возникновения случая профессионального заболевания (отравления). По результатам расследования специалистом центра Госсанэпиднадзора составляется санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника.

Также комиссия в 3-дневный срок по истечении срока расследования должна составить акт.

В случае несогласия работодателя (его представителя, пострадавшего работника) с содержанием акта о случае профессионального заболевания (отравления) и отказа от подписи он (они) вправе, письменно изложив свои возражения, приложить их к акту, а также направить апелляцию в вышестоящее по подчиненности учреждение госсанэпидслужбы.

Действующее законодательство предусматривает право представителя страховщика на участие в расследовании страховых случаев. Федеральный закон «Об основах обязательного социального страхования» в ст. 11 устанавливает, что страховщик имеет право при необходимости назначать и проводить экспертизу для проверки наступления страхового случая[7]. Целью проведения страховщиком экспертизы страхового случая является установление обоснованности и правомерности признания несчастного случая на производстве или профессионального заболевания при их расследовании в установленном порядке страховым случаем, влекущим возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Фонд социального страхования 3 июля 2001 года направил письмо № 02—18/07-4808, содержащее Методические рекомендации о порядке назначения и проведения исполнительными органа Фонда социального страхования Российской Федерации экспертизы страхового случая.

Вопрос о проведении представителями страховщика экспертизы несчастного случая на производстве или профессионального заболевания решается в каждом конкретном случае исполнительным органом Фонда социального страхования РФ в соответствии с Федеральным законом от 16 июля 1999 г. № 165-ФЗ.

Руководитель исполнительного органа Фонда должен выяснить обстоятельства случившегося и после этого принять решения о проведении экспертизы. Решение принимается при согласовании с председателем комиссии по расследованию несчастного случая на производстве или профессионального заболевания.

В случае возникновения разногласий между представителем ФСС и страхователем или комиссией, проводившей расследование несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, в части признания их страховыми случаями, экспертизу несчастного случая на производстве или профессионального заболевания проводит страховщик в соответствии со ст. 11 Федерального закона от 16 июля 1999 г. № 165-ФЗ. В данном случае экспертиза проводится на основании материалов расследования при взаимодействии с Федеральной инспекцией труда.

Если представитель страховщика не участвовал в расследовании, то при получении материалов расследования руководитель исполнительного органа Фонда рассматривает их с точки зрения признания случая страховым или принятия решения о назначении экспертизы наступления страхового случая.

В случае несогласия с решением данных органов, пострадавший и другие лица, указанные в ст. 231 ТК РФ вправе обжаловать это решение в суд.

Обратим внимание на то, что подача жалобы в данном случае не является основанием для невыполнения работодателем (его представителем) решений государственного инспектора труда.

В соответствии со ст. 29 Гражданского процессуального кодекса РФ любой гражданин имеет право подать исковое заявление в суд.

Пункт 5 ст. 29 ГПК РФ устанавливает, что иски о возмещении вреда, причиненного увечьем, иным повреждением здоровья или в результате смерти кормильца, могут предъявляться истцом также в суд по месту его жительства или месту причинения вреда. Приведем формы исковых заявлений о возмещении вреда лицу, понесшему ущерб в результате смерти кормильца, и о возмещении вреда, причиненного здоровью гражданина.


Новое в расследовании несчастных случаев на производстве

Новое в расследовании несчастных случаев на производстве

Новое в расследовании несчастных случаев на производстве

Новое в расследовании несчастных случаев на производстве

Новое в расследовании несчастных случаев на производстве

Приложения:

1. Трудовой договор – на ____ стр.;

2. Копия (выписка из) приказа № __ от «__»________ 20__ г. о приеме

на работу – на ____ стр.;

3. Акт о несчастном случае – на ____ стр.;

4. Заключение о причине несчастного случая – на ____ стр.;

5. Заключение МСЭК о степени утраты трудоспособности – на ____ стр.;

6. Справка о среднемесячном заработке до увечья – на ____ стр.;

7. Справка о среднемесячном заработке в настоящее время (если

имеется) или о том, что истец не работает (состоит на учете в службе

занятости; получает пенсию по инвалидности и т. п.) – на ____ стр.;

8. Копия (выписка из) приказа № _____ от «__»___________ 20__ г. об

освобождении от занимаемой должности (вариант: о переводе на другую

работу) – на ____ стр.;

9. Расчет утраченного заработка – на ____ стр.;

10. Расчет дополнительных расходов – на ____ стр.;

11. Доказательства, подтверждающие дополнительные расходы, – на ____

стр.;

12. Доказательства, подтверждающие необходимостьдополнительных

расходов, – на ____ стр.;

13. Копия заказного письма от «__»________ 20__ г. – на ____ стр.;

14. Уведомление о вручении ответчику заказного письма – на ____

стр.;

15. Другие доказательства – на ____ стр.;

16. Копия искового заявления.


Дата подачи заявления:


«__»___________ 20__ г.

Подпись истца


Рассмотрим несколько примеров судебных дел, связанных с расследованием реально произошедших несчастных случаев.

7 марта 2002 г. произошел несчастный случай с уборщицей Н. производственного участка № 2 СУ-22 ОАО «М», ей была нанесена травма другим лицом. Произошедшее расследовалось с участием государственного инспектора труда в г. Москве на основании сообщения о несчастном случае от 14.03.02 г. Случившееся было квалифицировано как несчастный случай на производстве, о чем составлен акт по форме Н-1 от 14.04.02 г.

Заключением по квалификации несчастного случая от 29.04.02 г. Государственное учреждение Московское региональное отделение Фонда социального страхования РФ (далее – ГУ МРО ФСС РФ), филиал № 17 несчастный случай с уборщицей Н. СУ-22 ОАО «М.» от 07.03.02 г. квалифицирован как не страховой, а в адрес Государственной инспекции труда в г. Москве было направлено заявление о признании акта Н-1 от 14.04.02 недействительным.

Государственная инспекция труда в г. Москве письмом от 05.01.04 г. постановила, что оснований для признания указанного акта недействительным нет.

Кроме того, ГУ МРО ФСС РФ, филиал № 17 аналогичное заявление направило в адрес Федеральной инспекции труда при Минтруде России, в удовлетворении которого также было отказано письмом от 20.04.04.

ГУ МРО ФСС РФ, филиал № 17 указал, что решения Государственной инспекции труда в г. Москве и Федеральной инспекции труда при Минтруде России, а также акт о несчастном случае на производстве с уборщицей СУ-22 ОАО “М.” не соответствуют требованиям Федерального закона от 24.07.98 г. № 125-ФЗ “Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний” по следующим основаниям.

В момент несчастного случая уборщица не исполняла трудовых обязанностей, ее нахождение на производственной территории не было обусловлено производственной необходимостью. Обстоятельства, указанные в материалах расследования несчастного случая, свидетельствуют о том, что травма была получена в момент праздничного застолья с распитием спиртных напитков, что является грубым нарушением правил внутреннего трудового распорядка. Кроме того, несчастный случай произошел в нерабочее время.

На это заявление Государственная инспекция труда в г. Москве представила письменный отзыв, в котором указала, что из имеющихся материалов расследования несчастного случая, произошедшего с уборщицей Н., вступившего в законную силу приговора Нагатинского районного суда г. Москвы от 10.09.02 г. по делу в отношении бригадира участка № 2 СУ-22 ОАО “М.”, привлеченного к уголовной ответственности, и фактических обстоятельств усматривается, что уборщица находилась на производственном участке в связи с тем, что по заданию прораба занималась уборкой производственных помещений. Примерно в 15.30 бригадир производственного участка № 2 нанес ей удары рукой по лицу. Следовательно, травма, нанесенная другим лицом, произошла в рабочее время на территории организации, при выполнении работы по заданию прораба.

Уборщица Н. обратилась в Тимирязевский районный суд г. Москвы с заявлением о признании несчастного случая страховым и требованием к ОАО “М.” и ГУ МРО ФСС РФ, филиалу № 17 о взыскании единовременной компенсационной выплаты, ежемесячного пособия и возмещения морального вреда за причинение вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве.

Суд решением от 17.09.04 г. постановил:

признать несчастный случай на производстве, произошедший 7 марта 2002 г. с уборщицей Н. на производственном участке № 2 СУ-22 ОАО “М.”, страховым случаем;

обязать ГУ МРО ФСС РФ, филиал № 17 выплатить уборщице Н. единовременную компенсационную выплату вследствие несчастного случая на производстве в размере 36 000 руб.;

обязать ГУ МРО ФСС РФ, филиал № 17 выплачивать Н. ежемесячное пособие вследствие несчастного случая на производстве, повлекшего стойкую утрату трудоспособности, начиная с 14 апреля 2002 г.;

взыскать с ОАО “М.” в пользу Н. возмещение морального вреда в сумме 15 000 руб.

ГУ МРО ФСС РФ, филиал № 17, не согласившись с таким решением, обратился с кассационной жалобой в судебную коллегию по гражданским делам Московского городского суда.

Судебная коллегия, изучив материалы дела, заслушав представителей сторон, заключение прокурора, полагавшего решение частично подлежащим отмене, обсудив доводы кассационной жалобы, нашла решение суда первой инстанции в части признания несчастного случая на производстве в отношении уборщицы Н. страховым случаем, возмещении морального вреда в размере 15 000 руб. изменению и отмене не подлежащим, как постановленное в соответствии с требованием закона.

Решение суда в части взыскания с ГУ МРО ФСС РФ, филиала № 17 в пользу уборщицы Н. единовременной компенсационной выплаты в размере 36 000 руб. и ежемесячного пособия вследствие несчастного случая на производстве, повлекшего стойкую утрату трудоспособности, начиная с 14 августа 2002 г. подлежит отмене.

Судебная коллегия исходит из того, что при определении размера единовременной компенсационной выплаты суд первой инстанции не принял во внимание, что действие п. 1 ст. 11 Закона № 125-ФЗ приостановлено на 2004 г. в части определения размера единовременной страховой выплаты по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний Федеральным законом от 18.12.03 г. № 166-ФЗ “О бюджете Фонда социального страхования РФ на 2004 год”.

Статья 14 Закона № 166-ФЗ установливает, что в 2004 г. размер единовременной страховой выплаты по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, предусмотренный ст. 11 Закона № 125-ФЗ, определяется в соответствии со степенью утраты профессиональной трудоспособности застрахованного исходя из суммы 30 000 руб. Поэтому судебная коллегия не согласилась с определенной судом первой инстанции единовременной компенсационной выплатой в сумме 36 000 руб.

При постановлении суда первой инстанции в части взыскания в пользу пострадавшей ежемесячных платежей вследствие несчастного случая на производстве суд не произвел их расчет, что затрудняет исполнение решения в указанной части исковых требований пострадавшей.

Судебная коллегия полагает решение суда в части взыскания с ГУ МРО ФСС РФ, филиала № 17 в пользу пострадавшей единовременной компенсационной выплаты в размере 36 000 руб. и ежемесячного пособия, начиная с 14 августа 2002 г., вследствие несчастного случая на производстве постановленным при нарушении норм материального права, что является основанием к его отмене.

Судебная коллегия определила решение Тимирязевского районного суда г. Москвы от 17.09.2004 г. в части взыскания с ГУ МРО ФСС РФ, филиала № 17 в пользу пострадавшей Н. единовременной компенсационной выплаты в сумме 36 000 руб. и ежемесячного пособия, начиная с 14 августа 2002 г., вследствие несчастного случая на производстве отменить.

Дело в указанной части возвратить в суд первой инстанции на новое рассмотрение в ином составе судей.

В остальной части решение суда оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с определением судебной коллегии от 18.04.05 г. Тимирязевский районный суд САО г. Москвы 21 августа 2005 г. рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску пострадавшей Н. в соответствии с п. 1 ст. 10 и п. 1 ст. 12 Закона № 125-ФЗ о единовременной страховой выплате и сумме задолженности по пособиям с 14 августа 2002 г. вследствие несчастного случая на производстве, повлекшего стойкую утрату трудоспособности в размере 30%. Согласно расчетам, установленным судом, единовременная страховая выплата составляет 9000 руб.; сумма задолженности с 14 апреля 2002 г. (момента возникновения права на ежемесячные страховые выплаты) по август 2005 г. составила 86 044 руб. 06 коп.; сумма ежемесячных страховых выплат с учетом индексации с 1 января 2005 г. в 1,094 раза – 2626 руб. 25 коп.

Своим решением от 24.08.05 г. суд обязал ГУ МРО ФСС РФ, филиал № 17 выплатить единовременно сумму задолженности по ежемесячным пособиям в сумме 86 044 руб. 06 коп. и единовременную страховую выплату в сумме 9000 руб., выплачивать пострадавшей с 1 сентября 2005 г. ежемесячное пособие вследствие несчастного случая на производстве, повлекшего стойкую утрату трудоспособности в размере 30%, в сумме 2626 руб. 25 коп. с последующей индексацией согласно действующему законодательству.

Еще один пример.

Автомобильный кран КС-3562, принадлежащий строительно-монтажному поезду 214 (СМП-214), был направлен из г. К. в г. Д. для диагностики и установки отсутствующих на нем приборов безопасности. Машинист автомобильного крана, работавший на нем, заболел, поэтому в г. Д. отправили крановщика А. для окончания ремонта и перегона автокрана обратно.

Руководил строительством пункта обогрева в г. Д. мастер П. Он же являлся ответственным за безопасное проведение работ кранами. Ему было необходимо отправить на базу в г. К. часть механизмов. Мастер П. дал устное распоряжение машинисту автомобильного крана А. погрузить на автомашину МАЗ 53366 бетономешалку, находившуюся на открытой площадке в непосредственной близости от линии электропередач. Разрешение организации, эксплуатирующей эти линии, не было получено, кроме того, не было наряда-допуска для производства работ стреловыми кранами. Сначала на автомашину МАЗ 53366 погрузили часть механизмов, строповку, руководство погрузкой осуществлял сам мастер с помощью маляра-штукатура Н. Затем мастер ушел на другой участок работ, дав команду крановщику А. переставить кран, поскольку тот находился в опасной близости от проводов линии электропередач, и, указал место, где должен стоять кран.

Крановщик А. переставил кран, при этом расстояние до проводов линии электропередач составило около 10 м. Находящийся рядом маляр-штукатур Н. дал команду крановщику на погрузку бетономешалки, произвел ее строповку, а затем, поднявшись в кузов автомашины, стал подавать бетономешалку вперед. В это время произошел контакт стрелы крана с токоведущим проводом линии электропередач, в результате чего маляр Н. был смертельно травмирован электрическим током.

Комиссией по расследованию несчастного случая на производстве было установлено:

1) производство работ вблизи линии электропередач велось без разрешения организации, эксплуатирующей эти линии, и без наряда-допуска;

2) обязанности стропальщика выполнял неподготовленный работник, не имеющий удостоверения стропальщика;

3) на автомобильном кране КС-3562 отсутствовали приборы безопасности и штатный заземлитель.

На основании материалов расследования был составлен акт о расследовании несчастного случая на производстве, который в соответствии с п. 32 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях был направлен в прокуратуру для рассмотрения вопроса о привлечении к уголовной ответственности виновных лиц.

Следователь прокуратуры пришел к выводу о привлечении к уголовной ответственности мастера П. и крановщика А., материалы по данному несчастному случаю переданы в районный суд г. Д.

Районный суд, рассмотрев материалы уголовного дела в отношении мастера П. и крановщика А. СМП-214, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ, установил, что мастер П., являясь ответственным за безопасное производство работ кранами, дал устное распоряжение крановщику А. погрузить на автомашину МАЗ 53366 бетономешалку, находившуюся на открытой площадке в непосредственной близости от линии электропередач, без разрешения организации, эксплуатирующей эти линии, не имея наряда-допуска для производства работ стреловыми кранами.

Отдавая распоряжение крановщику, мастер П. нарушил требования Правил устройства и безопасной эксплуатации грузоподъемных кранов ПБ 10-382-00, утвержденных постановлением Госгортехнадзора России от 27.12.99 г. № 98:

1. Пункт 9.5.17. “Производство работ стреловыми кранами на расстоянии менее 30 м от подъемной выдвижной части крана в любом ее положении, а также от груза до вертикальной плоскости, образуемой проекцией на землю ближайшего провода воздушной линии электропередачи, находящегося под напряжением более 42 В, должно производиться по наряду-допуску, определяющему безопасные условия работы.

Работа крана вблизи линии электропередачи должна производиться под непосредственным руководством лица, ответственного за безопасное производство работ кранами, которое также должно указать крановщику место установки крана, обеспечить выполнение предусмотренных нарядом-допуском условий работы и произвести запись в вахтенном журнале крановщика о разрешении работы.

При производстве работ в охранной зоне линии электропередачи или в пределах разрывов, установленных Правилами охраны высоковольтных электрических сетей, наряд-допуск может быть выдан только при наличии разрешения организации, эксплуатирующей линию электропередачи”.

2. Пункт. 9.4.11. “Для зацепки, обвязки (строповки) и навешивания груза на крюк крана должны назначаться стропальщики”.

Мастер П. организовал производство погрузочных работ в опасной близости от линии электропередачи без разрешения организации, ее эксплуатирующей, не оформил наряд-допуск на производство работ, указал место переустановки крана в недопустимой близости от линии электропередачи, не проконтролировал выполнение крановщиком производственных инструкций по заземлению металлических конструкций автомобильного крана. В качестве помощника на погрузочные работы привлек маляра-штукатура Н., не имеющего удостоверения стропальщика, не обученного и не аттестованного в установленном Правилами ПБ 10-382-00 порядке.

В суде мастер П. показал, что, уходя на другой участок работ и давая команду переставить кран, он не разрешил продолжать погрузку, и это слышал работавший в качестве стропальщика маляр-штукатур Н., но машинист крана А. мог этого не услышать. Нарушая требования нормативных документов по охране труда, мастер П. надеялся, что при соблюдении определенных мер предосторожности ничего не произойдет, предвидел наступление вредных последствий своих действий, но при этом самонадеянно рассчитывал предотвратить их.

Крановщик А., получив распоряжение мастера на производство погрузочных работ вблизи линии электропередач, приступил к их выполнению, нарушив требования п. 9.5.17 Правил ПБ 10-382-00, без выданного ему на руки наряда-допуска, определяющего условия безопасной работы.

Выполняя команду маляра-штукатура Н., не имеющего удостоверения стропальщика, начать погрузку, он нарушил требования Инструкции по безопасному ведению работ для машинистов (крановщиков) железнодорожных, автомобильных, гусеничных, пневмоколесных кранов ЦРБ-296, утвержденной зам. Министра путей сообщения от 05.11.94 г.:

п. 3.1. «Машинист крана перед началом работы должен проверить наличие удостоверения на право производства работ у стропальщика, если стропальщик впервые приступает к работе с ним. Если для производства строповки грузов выделены рабочие, не имеющие прав стропальщика, машинист крана не имеет права приступать к работе»;

п. 3.20. «При установке для работы крана на резиновом ходу вблизи электрофицированных участков железных дорог или ЛЭП металлические конструкции крана должны быть заземлены на рельс или на отдельный металлический заземлитель, забиваемый в землю на глубину не менее 1 м».

Металлические конструкции автомобильного крана не были заземлены, так как на кране не имелось штатного заземлителя, отсутствовали приборы безопасности, о чем знали мастер П. и крановщик А, однако записи об этом в вахтенном журнале отсутствовали.

В судебном заседании мастер П. и крановщик А. виновными себя в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ, признали полностью.

Исследовав материалы дела и заслушав в заседании суда показания свидетелей, суд пришел к выводу о том, что в ходе предварительного расследования действия мастера П. и машиниста крана А. правильно квалифицированы по п. 2 ст. 143 УК РФ, поскольку каждый, независимо друг от друга, совершил нарушение правил по охране труда, являясь лицом, на котором лежала ответственность по соблюдению этих правил, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Суд не установил отягчающих обстоятельств, рассматривая вопрос о назначении наказания. Смягчающими обстоятельствами приняты положительные характеристики подсудимых, ранее не судимых, наличие у них несовершеннолетних детей. В силу этого суд полагает, что оба они не являются социально опасными, исправление и перевоспитание их возможно без применения реального наказания, т. е. имеется возможность для применения ст. 73 УК РФ и назначить наказание условно.

Кроме того, суд посчитал, что применять в отношении обоих подсудимых дополнительное наказание в виде вынесения запрета занимать определенные должности нецелесообразно, так как мастер П., согласно приказу по СМП-214, уже используется на нижестоящей должности. Лишение права подсудимого А. работать в качестве крановщика как основной его специальности поставит в тяжелое материальное положение семью подсудимого.

По делу со стороны жены потерпевшего Н. был заявлен гражданский иск о взыскании с мастера П. и крановщика А. компенсации причиненного морального вреда в связи со смертью мужа. Суд принял решение в удовлетворении этого иска отказать по причине того, что смерть маляра-штукатура Н. наступила вследствие воздействия на него объекта повышенной опасности – автомобильного крана, через металлические конструкции которого прошел электрический ток, поразивший потерпевшего.

В данном случае ответственность за наступивший вред согласно ст. 1079 ГК РФ несет владелец средства повышенной опасности, т. е. СМП-214. Мастер П. и крановщик А. в этом случае являются ненадлежащими ответчиками.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 307—309 УПК РФ, суд приговорил признать мастера П. и крановщика А. виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ, назначив наказание в виде 1 года лишения свободы, без лишения права занимать определенные должности. В соответствии со ст. 73 УК РФ считать данное наказание условным, с испытательным сроком 1 год.


Глава 4. Регистрация и учет несчастных случаев на производстве | Новое в расследовании несчастных случаев на производстве | Глава 6. Возмещение вреда работнику