home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



3

Если честно, этого можно было ожидать. Только немой не сказал мне, что мы с Юрой не пара. Его родители ждут не дождутся, когда он найдет себе кого-нибудь поприличнее обычной учительницы, которая к тому же постоянно влипает в истории типа «пошла непонятно куда, наткнулась на непонятно чей труп». И вот, видимо, он, наконец, нашел. Можете радоваться и пить шампанское, только я не уверена, что голая блондинка – такой уж приличный вариант.

Справедливости ради надо сказать, что девица была не совсем в стиле ню, но уж точно без одежды. Ведь мое любимое махровое полотенце персикового цвета не считается платьем даже у минималистов.

Итак, неизвестная мне загорелая дылда, завернувшись в мое полотенце, лежала на животе в кровати моего жениха и листала какой-то глянцевый журнал. В ушах – плеер с безголосой попсой, длинные ноги движутся в такт музыке. Меня она пока не заметила. Так что я еще могла сделать вид, что ошиблась спальней, и поспешно ретироваться. Ничего не вижу, ничего не знаю и знать не хочу. Или мне придется вцепиться ей в волосы и под пытками выбить признание: как давно Юра обманывает меня.

Ужасное чувство! За моей спиной эти двое встречались, да еще и, наверное, смеялись надо мной. Никому нельзя верить! Нельзя даже на минутку почувствовать себя счастливой. Я считала, что мне повезло с парнем, но кто знает, сколько еще девиц заворачивались в персиковое полотенце в мое отсутствие. Нужно встроить туда микрочип – этакий журнал учета – и как можно чаще его проверять. Если постоянно подозревать худшее, рано или поздно подозрения подтвердятся. Но если не подозревать, тоже подтвердится…

Кстати, а где сам герой-любовник? Принимает душ после подлой измены? Хочет смыть следы своего мерзкого предательства?

Но тут громко мяукнула Терка, хлопнула входная дверь, и появился гнусный иуда. Выглядел он, как всегда, безупречно. Отличный костюм, модный галстук и ботинки явно не за тридцать серебреников. Даже заметив меня, он не смутился, не превратился в растерянного щенка, которого уличили в авторстве лжи.

Он улыбнулся мне и как ни в чем не бывало сказал:

– Привет, Клубничка!

Это ласковое прозвище, ведь зовут меня Викторией. Но сегодня я смотрела на любителя клубнички совсем другими глазами. Я была настолько ошарашена, что, стоя в дверях спальни, позволила ему чмокнуть себя в щеку. Потом он прошел на кухню и стал разгружать на стол и в холодильник содержимое двух больших пакетов.

Какое, однако, самообладание! Нет, мне известно, что психологи советуют изменникам отрицать все, даже самое очевидное. Всегда можно вывернуться, найти невероятное объяснение, которому поверят. Ведь с рогами и на работе неудобно, и дома некомфортно. Уж лучше: «Дорогая, это не то, что ты думаешь. Это наша участковая медсестра. Она пришла делать ежегодную прививку от гриппа, но вдруг выяснилось, что у нее редкая болезнь – аллергия на белый халат. А другой одежды у бедняжки не оказалось. Так что пришлось предложить ей прилечь и твое полотенце…»

Ну уж нет! Я не из тех, кто рад обманываться. Я не стану прятать голову в песок: волосы же потом не промоешь. Во мне закипало негодование. Шагами командора я проследовала за Юрой на кухню и спросила с металлом в голосе:

– Что это значит?! Что эта обнаженная дылда делает в нашей спальне?

На самом деле мне хотелось заорать:

– Кобель! Подлец! Конец!

А потом еще начать бить тарелки. Но я сдержалась. Пока.

– Это Лана, наша стажерка, – спокойно ответил мне Юра.

– И чему же эта Лама будет у нас учиться?

– Не у нас, а у тебя. Она – студентка и пишет дипломную работу о предвыборных технологиях. И просто мечтает познакомиться с тобой и с Ритой. Я не смог отказать.

– Еще бы, таким ногам не откажешь! – фыркнула я.

– Ее папе не откажешь. Она – дочка моего начальника – заместителя нашего министра. Хотя и внебрачная дочка. Приехала из Питера. Супруга замминистра детей иметь не может, поэтому не жаждет принимать Лану у себя. Да и почему я должен отказывать? – пожал плечами Юра. – Мне не трудно выполнить эту просьбу.

– Даже приятно, – язвительно заметила я. – Будь она толстухой с бородавкой на щеке, вряд ли ты с такой же готовностью пустил эту дочку в нашу спальню.

– Вообще-то Лана вчера устроилась в гостиницу. Но сегодня пожаловалась, что там допоздна шумят в коридоре и запах такой, будто тараканов травят. Вот я и предложил ей сегодня переночевать у меня. Заодно и с тобой познакомится…

– В нашей постели?! – Мои глаза метнули в Юру молнию, но, кажется, не попали.

– Лана сказала, что не может спать на диванах, проблемы со спиной, – объяснил мой парень. – Я уступил ей спальню. Ничего страшного, Клубничка, на диване поспим мы. Это всего пара дней. Потом она вернется в свой Питер.

То есть измены не было? Вернее, была, но изменил не мой жених, а его начальник лет этак 19 назад. И теперь не может устроить свое чадо на ночлег в квартире официальной супруги. А Юрка все такой же мой, классный и порядочный. У него ничего нет с этой папиной дочкой. Просто так сложилась ситуация, что она замоталась в мое любимое полотенце и разлеглась на нашей кровати.

– Господи, она приехала в чужой город и при этом не может спать ни в гостинице, ни на диване! Это же все равно, что прибыть в Арктику в босоножках, – возмутилась я.

Не буду скрывать, меня дико раздражала эта приезжая пигалица.

– И что это за имя такое – Лана? Небось зовут ее всего лишь Светкой!

– Светланой, с вашего позволения, – вдруг произнес жеманный женский голос. – Но лучше все-таки Лана.

Я резко повернулась. Теперь уже наша гостья маячила в дверях. Каким-то образом она умудрилась одеться, но при этом остаться голой: на ней был короткий шелковый пеньюар красного цвета. Разве в таком виде ездят в гости к отцам? Может, ей мои старые джинсы подарить?

– Это Лана, это Вика, – вежливо представил нас Юра.

– Это твоя учительница? – заинтересовалась питерская штучка.

Ого, похоже, они все-таки обсуждали меня за моей спиной.

– Учительница? – хмыкнула я. – Вообще-то Юра уже закончил школу и даже университет.

– Я имела в виду, твоя девушка, которая работает учительницей, – пояснила Лана, как будто разговаривала с кем-то из ясельной группы.

– Да, я его девушка. И я работаю учителем, – с достоинством сообщила я.

В конце концов, у меня классная профессия, без нее обществу никуда. Есть ли у вас любимый депутат? А вот любимая учительница есть у каждого!

– Господи, я уже много лет не встречала живую учительницу! – с энтузиазмом людоедки воскликнула гостья. – Где же ваша указка?

Она что, издевается? Или перед нами типичная блондинка, у которой волос долог, а ум короток, как юбка? Я тоже, между прочим, светловолосая красавица. Но у меня короткая стрижка, энергично-растрепанная. А эта русалка полдня расчесываться должна, так что думать ей некогда.

– Указкой я пригвоздила к доске двоечника, который достал меня глупыми вопросами. Пусть повисит до завтра, – зловеще проинформировала я.

– Это шутка? – неуверенно захихикала Лана.

– Ну конечно, – поспешил разрядить обстановку Юра. – Давайте ужинать, дамы.

Оказалось, что в микроволновке уже приготовилось мясо с брокколи, а в холодильнике стоит овощной салат, который лишь осталось приправить оливковым маслом и базиликом. Я достала тарелки и бокалы, Юра открыл вино.

Остаток вечера прошел корректно. Мы говорили ни о чем. Лана ела только овощи – она на диете.

– Идеальная фигура дается не просто так, – со знанием дела рассуждала она. – Приходится себе отказывать. Но это стоит того. Так приятно ловить на себе восхищенные взгляды.

– По-моему, можно есть что угодно. Нужно только вести активный образ жизни, тогда не поправишься, – парировала я, накладывая себе еще мяса.

Лана посмотрела на это с осуждением. Но фигура у меня что надо, так что моя «диета» ничуть не хуже ее.

Вскоре гостья удалилась в нашу спальню. И мы с Юрой, наконец, смогли обсудить то, что нас волнует. Я рассказала ему об убийстве.

– Нет, только не это, – простонал он. – Ты просто магнит для криминальных историй. И ты, конечно, займешься расследованием, будешь тратить на это все свое свободное время и не успокоишься, пока не вырвешь у убийцы признание?

– Что я, с ума сошла? – удивилась я. – Расследование ведут правоохранительные органы. Я всего лишь – свидетель, который обнаружил труп.

– Ты хочешь сказать, что тебя не заинтересовала эта история?

– Немного необычно, что погибшего зовут как кандидата на пост мэра. Но меня это не касается.

Юра взглянул недоверчиво. Я же совершенно искренне не собиралась вмешиваться. Убийство – это страшно. Я даже инстинктивно стану шарахаться от людей в черных шарфах…

Кстати, диван оказался вполне удобным. Мягкий, не скрипит. Я даже пожалела, что он такой тихий. Хотелось вызвать зависть у незваной гостьи. Есть вещи, которые за деньги и папины связи не получишь. Так что я своих эмоций не сдерживала. Хотя Юре это не слишком понравилось.

– У нас все-таки не реалити-шоу, нам зрители и слушатели ни к чему, – сказал он.

– У нас реальная любовь, – возразила я и страстно поцеловала его.


На следующий день в школе, помимо уроков, мне предстояла воспитательная работа. Забыла сказать, что английский я преподаю и не в школе даже, а в интернате для сирот. Младшие язык учат с энтузиазмом, мечтают об усыновлении за границу. А старшие уже мало на что надеются… Так что с моими учениками непросто.

Люся Короткова из 9-го класса опять не подготовилась к занятию. Из всех английских слов на уме у юной барышни было лишь одно – бойфренд. Пришлось оставить ее после урока и вести себя, как пастух с заблудшей овечкой.

– Люся, ну почему ты не хочешь стать умной, а значит, красивой? Никакая тушь, даже такая густая, как у тебя, не придаст взгляду интеллект.

Двоечница воззрилась на меня с некоторым интересом. Видимо, другие душеспасительные беседы касались совести, души, светлого будущего, но не косметики.

– Знаешь, что меня удивляет? У тебя «тройки» и «двойки» по всем предметам! Не может же быть, что тебя вообще ничего не интересует. О чем же ты будешь говорить на свидании? С такими внешними данными, как у тебя, можно рассчитывать на интерес даже иностранного студента. Так что нужно заранее подготовиться, подучить язык международного общения, чтобы не ударить в грязь лицом. Неужели тебе в школе не нравится ни один предмет?

– Почему же! – возразила девица. – Один нравится.

– Какой же? – спросила я с надеждой.

– Мобильник нашего директора! Клевый, с фотокамерой…

Да, тяжелый случай… Если честно, мне он тоже нравился. И мобильник, и сам директор. Николай Сивоброд больше походил на высокого, бородатого археолога, чем на директора школы-интерната. Впрочем, он и был высоким бородатым археологом. Он преподавал детям историю, возил их на раскопки и всячески внушал, что никакие они не бедные сиротки, трудности вообще закаляют.

Вот и мне сегодня предстояли трудности: визит в прокуратуру города N, до которого еще добраться надо. Электричка, конечно, исключает пробки на выезде из столицы, но на перроне бывает такая давка…

На двери кабинета № 8 висела табличка: следователь Елозина Елена Дмитриевна. Я постучала и вошла. Следователь пристально смотрелась в зеркало, видимо, заметила новорожденный прыщик.

– Проходите, садитесь, – строго сказала она мне, захлопывая пудреницу. – Фамилия, имя, отчество.

Я представилась:

– Виктория Викторовна Победкина.

– Год рождения? – с явным удовольствием спросила она.

Вот нахалка! А если бы я поинтересовалась ее возрастом, она бы небось рявкнула: «Тайна следствия!»

Пришлось честно отвечать на этот и другие вопросы. Еще раз рассказывать, как я собирала подписи в поддержку кандидата. Нет, в этом подъезде у меня знакомых не имеется. Ничего подозрительного, кроме открытой двери, я не заметила. Никого, похожего на убийцу, не встретила. Кто-нибудь в черном шарфе? Так еще не сезон, холода не наступили.

Наша встреча явно подходила к концу, когда зазвонил телефон. Елена Дмитриевна сняла трубку.

– Следователь Елозина слушает. Что?! Опять?! На нашей территории? Совесть есть у людей? Ну почему в мое дежурство? Хорошо, выезжаю. Давайте машину. Только не такую грязную, как в прошлый раз. Ваш шофер вообще знает о таком благе цивилизации, как автомойка? И чехлы на сиденьях пусть пропылесосит…

Она положила трубку на рычаг и тяжело вздохнула.

– Неужели опять убийство? Вроде городок у вас провинциальный, старинный, тихий, а оказалось, прямо Сицилия, – посочувствовала я.

– И не говорите.

– Кого на этот раз?

Она посмотрела на меня оценивающе, видимо, прикидывала, можно ли доверить мне секрет.

– Геннадия Костина.

– Мэра?! – охнула я.

– Нет, конечно. У мэра есть охрана. Опять однофамильца.

– Точно так же, как Афанасия Табуреткина? Странно…

– Послушайте, Виктория Викторовна, – в голосе следователя вдруг появились интонации заговорщицы. – Вы ведь знакомы с той журналисткой. Как ее зовут? Кажется, Маргарита Снегина. Вот и шепните ей, что в городе завелся маньяк, помешанный на политике.

– На самом деле?! – воскликнула я, страшно заинтересованная этой новостью.

Раньше я про маньяков только в книжках читала. И даже там это было до мурашек пугающе.

– Ну откуда я знаю, – передернула плечами Елозина. – Я же его пока не допрашивала. Но слух пустить можно. Тогда областная прокуратура заберет у меня эти дела. Терпеть не могу «висяки». То ли дело, муж жене по голове бутылкой из-под водки съездил. Покушение на убийство. Подозреваемый налицо…


Из прокуратуры я сначала позвонила на мобильник Ритке, сообщила последние новости, а потом отправилась в предвыборный штаб Афанасия Табуреткина. Марго как раз находилась там, да и мне не мешает заглянуть, подписные листы сдать.

Штаб располагался на верхнем этаже местного торгового центра, который работает без перерывов и выходных. Цивильное место. Правда, существовала опасность тут же потратить все заработанные на выборах деньги. Так что я старалась не смотреть на витрины, пока поднималась.

Кто-то нацарапал возле нужной мне двери «Табуреткин-хаус». Внутри – в двух больших смежных комнатах – было многолюдно и накурено. Я почти сразу же споткнулась о пачку листовок, лежавших на полу. Потом долго искала глазами подругу среди сосредоточенных мужчин. Они сидели за столами с компьютерами и телефонами и одновременно говорили по мобильникам, обычным аппаратам и друг с другом.

Заметив меня, Маргарита вышла в коридор, прикрыв за собой дверь.

– Слушай, все совпадает, – возбужденно затараторила она. – Я уже выяснила. Этот Костин – наш ответ Чемберлену, то есть штабу мэра. У него фамилия куда более распространенная, мы этих Костиных с десяток нашли. Но полный тезка, чтобы не только фамилия, но и имя-отчество совпадали, был только один. И сегодня его убили. Задушили черным шарфом. Правда, не в квартире, а в машине. Этот Костин работал таксистом. Местные жители заметили, что во дворе слишком долго стоит машина с шашечками и включенным двигателем. Заглянули в салон, а там труп. Водителя задушили черным шарфом. А на грудь положили газетную вырезку про честные выборы и открытый паспорт.

– Да ты что?! Как по сценарию, – изумилась я. Я все-таки полагала, что это совпадение. – Каждый день аналогичные убийства! А я-то думала, следовательша просто хотела дело скинуть. Кажется, ей работать лень, надо на чистку лица бежать. Нет, здесь все серьезнее. Похоже, у нас действительно орудует маньяк.


предыдущая глава | Бутик модной мадам | cледующая глава