home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



21

Седовласый любитель костюмов. Значит, он – бывшая правая рука Табуреткина. Он берет его машину и звонит с его мобильника. Он знает про Ритку. Он знает про меня. Он все время был рядом…

Но что это такое? Что за свет бьет в окно? Посадочные огни?

Егорыч метнулся к двери. Свет погас так же внезапно, как и включился. Но гул превратился в шум, крики и топот. Боже, что происходит?!

Дверь с грохотом отлетела, и я снова увидела свет, на этот раз свет лазерных прицелов. Огоньки плясали у меня на лбу и шарили по комнате.

– Чисто! – услышала я резкий голос.

А потом – голос знакомый:

– Дайте одеяло девушке. Тут собачий холод, а ей еще детей рожать…

Я бросилась на шею Стасу, так как это был он.

– Если беспокоишься о моем здоровье, мог бы быстрее меня спасти! – пробурчала я, хотя меня переполняла благодарность.

Меня укутали и вывели из домика. Он оказался садовым. У калитки стояло несколько машин. Грядки вытаптывали люди в камуфляже.

– Садоводческое товарищество «Энергетик»? – спросила я у Стаса, когда он усадил меня в свой «жигуленок».

– Так точно, – хмыкнул он. – Давно надо было проверить этот адресок. Но в тот раз мы подумали, что дачу выбрали случайно, первую попавшуюся.

– А на самом деле?

– На самом деле она принадлежит Евгению Тимофеевичу Смирнову. Знаешь такого?

– Вроде нет.

– В штабе Табуреткина его Джеком кличут.

– Личный шофер кандидата?

– Он самый.

Да, озадачил меня начальник убойного отдела.

– А он здесь при чем? Ничего не понимаю! – воскликнула я.

– Мы тоже не сразу сообразили, – Стас завел мотор. – Слушай все по порядку. Сегодня вечером мне сообщили, кто хозяин дачи. И мы с ним опять очень душевно поговорили.

– Но он же за наших, – напомнила я. – Он же помог тебе найти Регину. А плохой – Егорыч. Именно он похитил меня. Именно его скрутили ребята с винтовками с оптическим прицелом, если только он не ушел огородами.

– Тот, кто на тебя напал и привез сюда, задержан, – успокоил меня страж порядка. – Но он лишь исполнитель.

– Как же это? У него же и мотив, и возможность. Он же сам рассказал… – изумилась я.

– Виктория, всему, что говорят, верят лишь зомби. Впрочем, наш предвыборный маньяк и был зомби…

– Стоп! – У меня сейчас мозги закипят, можно будет забрасывать в них креветки и доводить до готовности. – В нашей программе произошла серьезная ошибка. Просто сбой в сети какой-то.

– Что ты имеешь в виду?

– Не бывает никаких зомби, – нервно хихикнула я. – Всему есть разумное объяснение. И у Егорыча оно есть. Его жена бросила, и Табуреткин подвел.

– Именно такие люди легко поддаются влиянию, – кивнул Стас.

– И как же на него влиял шофер?

– Не шофер, а чекист.

– Бывший, – напомнила я.

– У них бывших не бывает, – отмахнулся Стас.

– Но чекисты же охраняют интересы государства. Как там могут служить убийцы? Там же отбор. Психов не берут. А предвыборный маньяк вряд ли здоров.

– Говорю же, убивал Егоров. Но толкнул его на этот путь Джек.

– Зачем ему это?

– Он получил такое задание. На самом верху некоторые люди хотят отменить муниципальные выборы. А для этого их надо сначала дискредитировать. Громкие разоблачения мэров-взяточников, скандальные разводы муниципальных глав, а теперь еще и предвыборная бойня. Джек воспользовался обидой Егорыча на весь белый свет и подсказал, как отомстить всем и сразу.

– Ничего себе! Ты хочешь сказать, что все эти убийства и похищения одобрило государство? – ужаснулась я.

– Не уверен, – покачал головой Стас. – Есть отдельные политики. У них свои интересы, свое лобби. Они хотят собрать негатив и инициировать кампанию за отмену муниципальных выборов. Ну а уж сам сценарий, подозреваю, вообще импровизация Смирнова и Егорова. Может, политики и не ожидали столько трупов. Хотя по большому счету им наплевать на все, кроме денег.

– И кто же им платит? Запад? – предположила я.

– Не исключено. Если отменить муниципальные выборы, демократии у нас станет еще меньше. А это повод для нападок и всяких санкций. Или заграница тут ни при чем. Просто те самые политики надеются сделать себе кормушку из назначения мэров. В такие дебри я не лезу и тебе не советую. Да и кто ж тебе правду скажет?

– Стас, а я-то им зачем? Зачем меня похитили? – не понимала я.

Неужели я настолько вчера не понравилась Джеку?

– Деньжат они решили срубить, Вика. Банально на деньги развести. Они слышали, что у тебя вполне обеспеченный жених.

– При чем тут мой жених? Какой еще выкуп? – У меня голова шла кругом от всего этого.

– После того как тебя похитили, с твоего мобильника позвонили Юре и запросили 100 тысяч евро за твое освобождение, – сообщил Стас.

Ничего себе! И все из-за того, что одна девица слишком громко и много болтает. Верка тогда в штабе представила меня какой-то невестой олигарха.

– Интересно, если бы он не заплатил, меня бы убили? – задумалась я.

– Боюсь, они бы убили тебя в любом случае. Ты задавала слишком много вопросов. Но спасибо нам! Мы явились на дачу, задержали убийцу и похитителя и освободили тебя. Кстати, мы использовали передовые технологии – звуковую завесу. Имитация рева самолета, чтобы вы не расслышали двигатели наших машин.

– Значит, маньяк пойман и обезврежен? – подвела я итог.

– Думаю, да. Мы, конечно, будем еще все проверять. Но Павел уже нагрянул с обыском в квартиру Егорова и обнаружил шарфы и газеты. И его идейный вдохновитель тоже не отвертится. Но вот своих заказчиков Джек, конечно, не назовет. Не тому его в разведшколе учили.

У меня в голове не укладывалось. История Егорыча еще понятна. Но вот политический заговор – это уже ни в какие ворота…


Организовать романтический ужин у меня не получилось. Это не я встретила Юру, а он меня. Приготовил горячую ванну, накормил рыбой и салатом, напоил подогретым красным вином с корицей и лимоном. И уложил спать, крепко обняв.

Мне сразу стало тепло и хорошо. Я так устала и измучилась за этот день, что заснула тут же. К счастью, потом было воскресенье. И можно было продрать глаза лишь к полудню и потом еще целый день валяться, разговаривать и приходить в себя. В конце концов, поцелуй с утра более важен, чем поцелуй в полночь…

– Опять ты оказалась в эпицентре какой-то жути, – вздохнул Юра. – Представляешь, как я обрадовался, когда мне позвонили и потребовали за тебя выкуп?

– Неужели 100 тысяч для тебя так много? – изогнула я бровь. – Взял бы кредит.

– Клубничка, ты бесценна! – заверил он. – Но нужно же быть осторожнее!

– Разве я виновата, что в нашем штабе окопались народный мститель и политический засланец?

– Если бы не участвовала так активно в расследовании, не выворачивала чужие карманы и не выдвигала бы столько версий, они бы не стали тебя похищать. Нашли бы другую дурочку.

– Да ладно, не ворчи. Меня, между прочим, из-за тебя похитили. Узнали, что ты у меня крутой дипломат. Нужно было с каким-нибудь механизатором встречаться, с которого ничего, кроме ржавого плуга, не стребуешь. Или была бы я девушкой Шустрова, – подразнила я Юру. – Сразу понятно – этот выкуп платить не станет.

– Не знаю насчет выкупа. А вот его девушки из тебя не получится, – возразил мой жених.

Причем сделал это спокойно, а не закричал ревниво и нервно: «Что ты такое говоришь? Мне в лицо? Как не стыдно!»

– Почему это?

– Вынужден тебя разочаровать, Клубничка. Ты не во вкусе Виталия Максимовича.

– А кто же в его вкусе?

– Скорее уж я.

– Что ты имеешь в виду?

– У господина Шустрова не родственные отношения с заместителем министра. Но тоже очень близкие… Настолько, что его жена потребовала убрать мальчика из столицы. Вот его и прочат в заместители нашего мэра, если им станет Табуреткин.

– Да ты что?! – Я вытаращила глаза, словно собиралась рекламировать тушь. – Ты хочешь сказать, что Виталий Максимович предпочитает мужчин?

– Говорят. А дым без огня – редкость. Так что Лана тут не просто так крутилась. И не из-за меня, не волнуйся. Думаю, она хотела присмотреться к тому, кто, по слухам, милый друг ее отца. Проверить, правда это или нет. Вот Шустров и старался, из кожи вон для нее лез, тобой прикрылся. Мол, я как все, за девушкой ухлестываю.

– Черт! Мир сошел с ума! У твоего начальника и жена есть, и внебрачная дочь, значит, и любовница была. Зачем же ему Шустров?

– Говорят, это сейчас модно…

– Теперь понятно, почему ты меня не ревновал к этому типу.

– Я тебя не ревновал, потому что люблю тебя и доверяю, – Юра всегда говорит правильные вещи.

– А я тебя ревную, потому что люблю и не хочу потерять, – заявила я. – Хорошо, что все выяснилось и эта история закончилась.


Действительно, убийства через удушение черным шарфом и присыпание газетными вырезками в городе N прекратились. В прессу попали лишь отголоски этого скандала. Так что репутация Афанасия Ивановича в частности и муниципальных выборов в целом испорчена почти не была.

Но я-то знала, что за фрукт наш кандидат. Совершенно неполезный, лишенный витаминов. История с Лидой, да и с Егорычем характеризовала его с отрицательной стороны. Неужели теперь он исправится и будет хорошим мужем Рите и отцом ее двойняшкам?

Последнюю неделю перед выборами Маргарита вообще не вылезала из штаба. Я даже не успела обсудить с ней как следует волнующие события и сенсационные разоблачения. Но в пятницу она проявилась сама. Позвонила и пригласила вечером в гости.

Мы уложили детей спать и расположились на кухне. Ритка достала бутылку шампанского и фрукты.

– Давай выпьем за освобождение! – провозгласила она. – Завтра агитация запрещена. Послезавтра – голосование. Моя каторга закончена.

– Каторга? – удивилась я. – Думала, тебе это нравится!

– Мне нравится профессионально делать свое дело. Надеюсь, у меня это получалось. Еще мне нравится сумма, которую я заработала. Кстати, Афанасий Иванович просил и тебе передать кое-что. Он остался доволен твоей работой в его штабе и даже выписал премию за помощь в поимке особо опасных преступников, чуть было не сорвавших выборы.

Ритка вручила мне конверт. В нем лежала тысяча баксов. Я аж подпрыгнула на стуле. Не ожидала такой щедрости, мне же еще и официально заплатили. А это, так сказать, сверх того. Но, с другой стороны, я заслужила. Потому что отдала разоблачению много энергии и сил, подверглась опасности. И все по милости кандидата. Не обижал бы он девушек и ветеранов пиара, кривая преступности в нашем городе не взмыла бы вверх, несмотря на политические заказы.

– Какая польза от твоего Табуреткина, – вынуждена была признать я. – Может, он и ничего…

Особенно после шампанского.

– Да ладно тебе, Вик. Ничего хорошего в нем нет, кроме избирательного счета, – усмехнулась моя подруга.

– Как? Ты его больше не любишь?

Вот это новости! Больше чем на тысячу долларов.

– Я его никогда не любила. Я просто делала свою работу и позволяла ему за собой ухаживать, – с достоинством произнесла Маргарита. – Я же вижу его насквозь. И знаю, что он уже заказал себе авиабилеты в Арабские Эмираты. Летит во вторник отдыхать после выборов. С очередной студенткой.

– Откуда известно?

– Людка сказала. Он через ее агентство едет. Вот ведь как тесен мир.

– Ну и скатертью ему дорога, – не расстроилась я. – Рит, ты еще легко отделалась. Этот Афоня – просто Синяя Борода, даром что бритый. Лида ведь не просто так после романа с ним убила себя и неродившегося ребенка. Глупая была, думала, что первая любовь она же последняя. Мол, вся жизнь под откос. Не нужна никому. Раз этот бросил, разве ж кто подберет.

– Невероятно, как мужчинам удается влиять на нашу самооценку! – возмутилась Ритка. – Причем не каким-то талантливым, особенным личностям, а обычным бабникам. Из тех, что если он долго-долго смотрит тебе в глаза, значит, все остальное уже осмотрел. Вместо того чтобы страдать по таким, лучше бы ядерной физикой занялись. Сколько времени и сил впустую уходит. Поэтому так мало женщин среди великих…

– Вот-вот, – поддакнула я. – Чем он только вас берет? Гипнотизирует, что ли, – девушек и избирателей?

– Просто Афанасий приятный, легкий в общении человек, – признала Марго. – Если и загрузит своей агитацией, тут же нальет хорошего шампанского. И говорит он именно то, что люди хотят услышать. Обещает то, что они мечтают получить.

– Ты молодец, на все это не купилась, чарам не поддалась.

– Ну я же не вчера родилась. Всем известно, политика – дело грязное. И политики не могут не запачкаться.

В свете последних событий это прозвучало особенно зловеще.

– Я до сих пор в шоке от всех этих разоблачений, – вздохнула я. – Если честно, Егорыча мне даже жалко.

– Есть немного, – подтвердила Ритка. – Я слышала, что жена у него – хищница, и сын из Америки даже не звонит. Нашли себе новую корову и доят. Сами не работают, прислугу им подавай. Сын учиться не хочет, даже на права. Машина у него с шофером. Но только если новый муж вдруг разорится, бабенка эта бросит его в ту же минуту. Найдет себе другого богатенького буратину.

– Неужели это так легко? Хотя этим-то она американского бизнесмена, наверное, и зацепила. С ней приходится быть в тонусе, – пришло мне на ум. – Есть жены, с которыми хорошо на диване лежать, она все за тебя сама сделает. А есть такие, которые заставляют много работать, добиваться большего.

– Во всем можно найти плюсы, – усмехнулась Марго. – Иногда я думаю, что мой жадный работодатель тоже не так и плох. А то я сидела бы на одном месте до пенсии. А так приходится в другие места соваться, приобретать опыт, узнавать новое.

– Вряд ли Егорыч видел позитив в своей жене и Табуреткине, – заметила я. – Кандидат наш, похоже, людей использует – и на помойку. Что с женщинами так, что с теми, кто на него работает. Представляю, каково было Егорычу в штабе. Был начальником, стал пешкой. Вот он и слетел с катушек, накупил шарфов и изрезал газеты… Но вот заказчики эти политические. Уму непостижимо. Для них все мы – пешки…

– Думаю, что и их кто-то использует в своих целях. Акула ест мелких рыбешек, но и на нее саму охотятся…

– Ладно, давай о чем-нибудь позитивном, – предложила я. – Николай передает тебе привет.

Избирательная кампания закончилась, пришла пора сделать правильный выбор.

– Николай заходил на днях, – огорошила меня подруга. – Купил мне микроволновку. Вернее, не мне, а детям. Не надо газ зажигать, нажал кнопку – и горячая еда готова.

– Вот это да! Вот это забота! – восхитилась я. – А ты что?

– Конечно, не хотела брать. Я и сама могу теперь им эту печку купить. Но он слушать ничего не стал, всучил и все.

– Рит, здорово же, когда так опекают. Не когда сама, а когда для тебя. Ты сказала тогда про газ, и он запомнил. Решил проблему. Он настоящий, правда!

– Вот именно. Так что пусть найдет себе кого-нибудь получше. И с приданым, а не с двумя горластыми хулиганами, – вздохнула Марго.

– Глупости!

– А ты не замечала, что именно из них и состоит жизнь?


предыдущая глава | Бутик модной мадам |