home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement




Лавина 1965 г. в Ледюк-Кемп.

Охотники за лавинами

Вверху: общий вид лавиноопасного склона, поселка, дороги, сушилки и входа в туннель (едва видного в нижней части снимка).

Внизу: вид снизу на разрушенный поселок и путь схода лавины. Нагромождение обломков у подножия склона указывает на то, что сошла катастрофическая лавина наивысшей силы.

Семьдесят человек оказались погребенными. Из них двадцать находились в туннеле и не подверглись прямой опасности, потому что вход в него не был закрыт герметически. Пятьдесят человек были засыпаны под открытым небом или в зданиях, разрушенных лавиной. Часть из них погибла сразу, другие сумели откопаться сами, как, например, Сальваторе Малиотти, прокопавший руками туннель длиной 10 м. Некоторые были живы, но не могли двигаться.

Среди этих последних был и Эйнар Миллила. Когда мастерская рухнула, он подумал, что крыша провалилась под тяжестью снега. Он был распластан лицом вниз и зажат между листом фанеры снизу и плотным снегом сверху. Единственной частью тела, которой он мог двигать, была левая рука. Но он ожидал, что быстро придет помощь.

Для оставшихся в живых спасательные операции представляли собой сложную задачу. Буран продолжался без перерыва, уже начинало засыпать те немногие следы, которые имелись на поверхности. У этих спасателей не было специального поискового снаряжения. Но даже если бы они располагали лавинными зондами или имели обученных собак и сложные приборы для поиска, которыми сейчас начинают пользоваться, все равно это принесло бы им довольно мало пользы.

Поселок превратился в бесформенную массу снега, смешанного с самыми разнообразными предметами — от кусков оцинкованного железа с крыши до расщепленных досок, от мешков с картошкой из разрушенной столовой до человеческих тел. Каждый действовал сам по себе, с инструментом, какой мог найти, а иногда и без всякого инструмента, ища того, кто находился поблизости, когда ударила лавина. А некоторые из пострадавших были унесены воздушной волной на сотню метров. В конторе происходила поспешная проверка списков и проводился опрос начальников, чтобы выяснить, сколько человек пропало, кто именно и где пропавшие были в момент катастрофы. Последним, кого извлекли из-под снега живым через пять с половиной часов, был прораб Оскар Луст. Но остался еще один.

Под тремя метрами снега лежал Эйнар Миллила. Он не потерял сознания. Он слышал крики людей и лязганье бульдозеров, но никто не слышал его. Он был одним из тех, кого специально искали, потому что было известно, где он находился перед катастрофой. Но будка столярной мастерской исчезла; Миллила был погребен в пятнадцати метрах от ее первоначального местоположения.

К 17 ч, через семь часов после схода лавины, установилось некоторое подобие организации и порядка. Известие о катастрофе было передано по радио, и для поисков начали собираться силы со всей южной Аляски и западной Канады. В Ледюк-Кемп бульдозерист приступил к подготовке посадочной площадки для вертолетов. Он срезал ножом полтора метра снега, а затем начал водить машину, весившую много тонн, туда и обратно по площадке, утрамбовывая ее. Выбранное место находилось перед разрушенной столовой и как раз над финским плотником. Его могила выдержала нагрузку. В последующие два дня Миллила из-за холода и недостатка воздуха почти все время находился в бессознательном состоянии. Когда на краткие мгновения сознание возвращалось к нему, он слышал отзвуки жизни, слышал шум работы и ощущал вибрацию когда вертолеты садились и взлетали в полутора метрах над ним.

На четвертый день начали методично вскапывать поселок бульдозерами. Хотя уже не оставалось надежды найти кого-либо в живых, бульдозеры снимали за один раз только по 10–15 см отложений, а рабочие просматривали срезанный слой. Когда в середине четвертого дня трактор Роджера Мак-Ферсона срезал вертолетную площадку, отвалилась целиком большая глыба плотного снега. Эйнар Миллила взглянул на пораженных спасателей и сказал: «Не двигайте меня. Я думаю, у меня отморожены ноги». Он пролежал под снегом трое с четвертью суток.

Его отправили на вертолете в больницу в Кетчикане на Аляске, где группа врачей спасла его отмороженные руки и ноги, применив использованный лишь один раз до этого метод, состоящий в том, что пациента помещают в кислородную палатку. Он лишился только пальцев на одной ноге и нескольких фаланг пальцев на одной руке. По иронии судьбы этот крепкий финн, переживший одно из тяжелейших испытаний за всю историю лавин, погиб через два года под колесами такси в Ванкувере.

Поисково-спасательные работы, связанные с лавиной в Ледюк-Кемп, можно считать уникальными не только по своим масштабам, но и из-за связанных с ними невероятных событий и совершенных героических дел. Об этом рассказывается в гл. 11.

Когда первые известия о несчастье появились в прессе и были переданы по радио, Джоан сказала мне: «Тебе нужно складывать чемодан».


Через восемь дней я с вертолета обозревал Ледюк-Кемп. Моей первой мыслью было, что это, наверное, самое заброшенное, отрезанное от всего мира и негостеприимное место на свете. Справа и слева тянулись две ветви ледника Ледюк, сливаясь затем друг с другом и образуя один широкий белый поток. Там, где они сливались, сверкали пики гор Уиллиберт и Грендюк. Внизу, на мысе, я видел неестественно правильные линии и углы возведенных человеком сооружений, которые были укутаны в снег. И брешь в поселке, сделанная лавиной, была тоже слишком правильной.

Я попросил пилота пролететь вдоль склона горы Грендюк. Несмотря на то что ветер и свежевыпавший снег замаскировали все следы, опытному глазу нетрудно было различить снежные уступы, отмечавшие линию отрыва лавины. Я стоял перед проблемой.

Консультанта по лавинам обычно приглашают после катастрофы, хотя он, вероятно, предотвратил бы ее, если бы его вызвали раньше. С вертолета все было так ясно видно. Конечно, Грендюк — лавиноопасная гора. А чего же еще ожидать при склонах крутизной 30°, перепаде высот 1000 м и таком количестве снега?! Но какой толк в этом открытии сейчас, когда уже известен результат, выразившийся в миллионе долларов ущерба и двадцати семи погибших?

Катастрофа уже случилась, и ни я, и никто другой ничего не могли с этим поделать — разве что рассортировать остатки имущества и расставить его в другом порядке. Уже во время встречи в Ванкувере с группой представителей компании «Нью-монт» я понял, что моя задача в первую очередь будет психологической, а не технической. Эти люди находились в состоянии шока, вызванном гибелью людей, разрушениями и, будем говорить прямо, опасностью для предприятия стоимостью в много миллионов долларов. Во всяком случае, гора напугала их неожиданностью и силой удара, который нанесла лавина. Они были убеждены, что этот удар может повториться в любую минуту. Но на самом деле это было не так.

Даже еще не осмотрев местности, я знал, что Грендюк не сможет повторить такой удар до тех пор, пока снова не накопит боеприпасов. Однако это соображение находилось уже за пределами их мыслительных способностей. По их бессмысленным взорам я понял, что контакта с ними не нашел. Здесь, в Ледюк-Кемп, я должен был иметь дело с людьми, прошедшими сквозь это несчастье, с закаленными людьми, которые понесли ужасные потери, с людьми, которые по причинам, не подвластным разуму, не успокоятся, пока не будет найдено последнее тело. Доблесть такого рода не оплачивается. С того самого момента, когда вертолет приземлился, я как никогда в жизни ощущал свое несовершенство.

И вот меня, крупного специалиста, привезли сюда из Калифорнии, чтобы я сказал им, что надо делать. Я познакомился с Лу Биггеманом, офицером Канадской королевской конной полиции, обладавшим некоторым опытом в обращении с лавинами, который был прислан сюда после катастрофы. Я встретил здесь специалиста по туннелям Джорджа Алтонена, который все время был в Ледюке. Невольно я выделил его из всех. Казалось, он меньше других потрясен случившимся; как и Эйнар Миллиал, он был финном.

Все были испуганы. За кофе в конторе, теперь единственном обитаемом помещении поселка, они вежливо слушали мой полный специальных терминов рассказ о глубинной изморози, интенсивности снегопада и воздействии ветра, а сами все время настороженно косились в сторону горы. Надо было что-то сделать, чтобы поднять их дух. Мне нужно было наглядно продемонстрировать им, что Грендюк не может повторить все это снова в любой момент. Они слишком долго имели дело со смертью.

Возникший у меня план уже не раз обсуждался специалистами. Вертолет с его маневренностью и способностью летать низко и медленно мог служить отличной платформой для бомбардировки лавин, и, как член своей гильдии, я, разумеется, не забыл специальных инструментов.

Насколько я знаю, никто еще не пытался применить на деле такую методику, но я постарался скрыть это от избранных мною коллег — Джорджа Алтонена и Алена Жодо, пилота вертолета.

При бомбометании помощник не был абсолютно необходимым, но я решил взять одного человека для обучения, чтобы он выполнял эту работу, когда я уеду, и, естественно, мой выбор пал на Алтонена. Но главным действующим лицом всего мероприятия был Жодо. Если он откажется лететь в своем пластиковом пузыре, когда его наполнят заряженными бомбами, это будет конец. Но оказалось, что беспокоиться нечего.

Я не хочу преувеличивать драматизм бомбометания с вертолета. С моей стороны это не было подвигом. Взрывчатка и вертолеты являются моими рабочими инструментами, и я основательно знаю все их особенности, но соединить их друг с другом я попытался впервые. Как специалист, я предпочел бы постепенную разработку метода с использованием холостых бомб и без зрителей. Именно так надо поступать, когда разрабатываются новые приемы использования взрывчатых веществ. Но в данной ситуации я не должен был бороться с лавинами. Оставшийся на горе Грендюк снег едва прикрывал траву. Я старался вселить веру в этих потрясенных катастрофой людей, а потому должен был провести операцию так, чтобы она выглядела совершенно обычной — испытанной и проверенной опытом.

Я не отправился бы бомбить лавины с вертолета с кем-либо другим, кроме Жодо. Я знаю, что он показал невероятное искусство, летая в плохую погоду во время поисково-спасательной операции. И я лично уже знал его как лучшего пилота, с которым мне когда-либо приходилось летать. Свидетельство тому — наш полет с ледника Техас, когда он сумел вытащить нас из белой мглы.

Белая мгла мало приятна и тогда, когда вы ощущаете под ногами твердую землю. В вертолете же она может совершенно лишить вас присутствия духа. Настоящая белая мгла бывает в облачную или туманную погоду, не в бурю. Свет становится настолько рассеянным, что тени отсутствуют. Если все вокруг неопределенно белое, как на ледяном поле, человек полностью дезориентируется. Вы не знаете, передвигаетесь вы или все еще стоите на месте, где верх и где низ. Помню, однажды я был захвачен такой белой мглой в Чили. Я остановился, чтобы рассмотреть загадочную черную линию, прежде чем переехать через нее на лыжах. Она выглядела как трещинка в снеге. В белой мгле ощущение глубины столь искажено, что я подумал: трещина может быть шире, чем кажется. Вдруг мгла внезапно исчезла. Черная полоска превратилась в тридцатиметровый обрыв, а я стоял на самом краю его.

В пластиковом пузыре вертолета при белой мгле вы чувствуете себя, как муха, жужжащая внутри замороженного светлого шара. Я знаю, как Эл Жодо сумел пройти сквозь белую мглу. Вдали на леднике он видел валун, который, как мне известно, был размером с многоквартирный дом. Это один из ориентиров на однообразной трассе полета в Ледюк-Кемп. Он выглядит как очень маленькая точка в середине огромного листа белой бумаги. Эл просто нацелился одним глазом на валун, чтобы держать направление, а другим наблюдал за высотомером, чтобы не воткнуться в лед. Остается загадкой, как он смог пробалансировать таким образом весь путь над ледником.

Втроем с Алтоненом, подававшим мне бомбы, и Жодо, летавшим, как на параде, взад и вперед над склоном горы Грендюк, мы отбомбили всю гору вдоль и поперек. Воздействие на людей в Ледкж-Кемп было мгновенным. Они не сразу полностью забыли про гору, но уже перестали следить за ней напряженными взорами, готовясь бежать при первом же звуке или движении.

Однако слава новатора недолговечна. Сегодня это новшество, а завтра банальность. Когда я через месяц вернулся в Грендюк, никто уже не помнил и дня, когда бы эти идиоты не летали на вертолете, бросая свои бомбы в лавины.

Через удивительно короткий срок после того, как опять возродилась вера в успех предприятия, работы по проекту Грендюк были продолжены. В зимнее время Ледюк-Кемп больше не использовался. Подсчитав стоимость противолавинных сооружений, инженеры пришли к выводу, что выгоднее пробивать туннель с одного конца. Но проблема лавин не была таким образом разрешена. Сорокакилометровое шоссе между обогатительной фабрикой и берегом моря в Стьюарте также страдает от лавин. Для обеспечения безопасности движения по шоссе Грендюк располагает противолавинной службой, снаряжение которой можно считать одним из лучших в Западном полушарии.


За тридцать секунд. Ледюк-Кемп, Британская Колумбия, 1965 г. | Охотники за лавинами | За семь минут. Невадо-Уаскаран, Перу, 1962 г.