home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



АРЕСТ ФАУ-5

Дверь бесшумно открылась, и в кабинет капитана Попеску вошел полковник.

— Как дела, товарищ капитан? Систематизировали данные, которыми мы располагаем? Сделали их оценку? Какие конкретные данные мы имеем для разоблачения Фау-пять? Ведь все вертится вокруг этой загадочной особы…

— Товарищ полковник, к сожалению, имеющихся у нас данных пока недостаточно. Без сомнения, Фау-пять — центральная фигура, шеф группы, но ни Гереску, ни агент двести восемнадцать его не знают, так они, по крайней мере, заявляют. Может быть, Панайтеску…

Полковник сел в кресло. Попеску наскоро прибрал на столе бумаги. Поверх бумаг лежали две фотографии: одна — та, что с большим трудом капитан обнаружил в комнате квартиранта старухи Палуды, другая — уборщицы научно-исследовательского института. Пока капитан разбирал дела, Адамеску внимательно разглядывал обе фотографии. Лица, изображенные на них, имели некоторое сходство.

Адамеску с притворным безразличием положил на стол фотокарточки и обратился к капитану:

— Давайте просмотрим имеющиеся в нашем распоряжении материалы, а затем сделаем выводы. — Полковник подвинул к себе пачку документов.

— Товарищ полковник, я уже докладывал вам, что ни один из арестованных бандитов не знает в лицо Фау-пять. Все члены шпионской группы держали с ним связь через Панайтеску, «продавца» комиссионного магазина. Меня удивляет молчание лейтенанта Мирона, которому поручено вести наблюдение за этим «продавцом». Боюсь, как бы с ним опять чего не случилось…

В то время как капитан Попеску говорил о предстоящих трудностях следствия по делу Фау-5, полковник, кажется, думал совсем о другом. Он взял чистый лист бумаги и начал что-то чертить, потом проговорил, обращаясь к Попеску:

— Таким образом, мы споткнулись на неизвестной Фау-пять.

— Неизвестная! Вы склонны думать, что Фау-пять — женщина?

— Во всяком случае, «неизвестная» женского рода.

Затем, бросив взгляд на фотографии, он продолжал:

— Мы решали уравнение с несколькими неизвестными. Скажем, с пятью. Четверо, включая и Панайтеску, нам уже известны. Теперь нам остается найти пятого, который, думаю, будет последним, то есть Фау-пять.

— Какие же элементы мы знаем об этой неизвестной величине в нашем уравнении?

— Во-первых, письмо от Фау-пять, найденное у Гереску, написано рукой женщины, которая, по всем признакам, является весьма образованной особой. В частности, она знает не только румынский, но и английский язык; во-вторых, квартплату за агента двести восемнадцать вносила женщина; в-третьих, она, если она на самом деле женщина, никогда непосредственно не вступала в связь со всеми своими сообщниками, но, тем не менее, была информирована обо всех их действиях.

Капитану Попеску казалось, что полковник читает его мысли и выводы. Поднявшись из-за стола, капитан вытянулся по-уставному и четко произнес:

— Товарищ полковник, разрешите мне на часок отлучиться. — Адамеску недоуменно посмотрел на него и, взглянув на часы, разрешил ему идти.

Через четверть часа капитан Попеску уже поднимался по лестнице научно-исследовательского института. Он был уверен, что именно здесь он найдет пятое и последнее неизвестное из уравнения полковника Адамеску.

Дверь кабинета директора института была незапертой. Капитан осторожно вошел. Шторы на окнах были опущены. В кабинете царил полумрак. Попеску включил свет. Перед ним стояла уборщица.

Капитан даже растерялся от неожиданности, но тут же опомнился и резко спросил:

— Что вы здесь делаете?

— Я убирала соседнюю комнату, — начала женщина дрожащим голосом, заправляя выбившуюся из-под платка прядь волос, — вдруг слышу какой-то шум. Я подумала, что пришел товарищ директор, а в кабинете не убрано. Дверь не заперта, захожу в кабинет — нет никого. Вижу — сейф открыт. Какой, думаю, рассеянный товарищ директор… Ушел, не закрыв сейфа! Вот при директоре Барбу этого никогда бы не случилось…

Пока женщина говорила, капитан успел окинуть взглядом кабинет Василеску. Бумаги в сейфе были перевернуты, видно, там что-то искали. На этажерке лежал карманный фонарик — второе доказательство, что тот, кто рылся в сейфе, был застигнут врасплох. Все ясно! Попеску решил уравнение полковника! Невольно улыбнувшись, он подошел к женщине и спокойно произнес:

— Фау-пять, ваша шпионская карьера закончена! Вы арестованы, мадам Стратулат!

Женщина притворилась, что ничего не понимает:

— Шпионская карьера? Арестована? Что вы, госп… товарищ офицер? Разве вы не знаете, кто я?

— Конечно, мадам, знаю! И я застал вас на месте преступления. Мы предвидели, что вы сами начнете действовать.

— Я?! — наигранно удивляясь, продолжала женщина. — Я стану копаться в сейфе?! Да что я понимаю в этих бумагах, упаси меня бог! Клянусь на кресте, товарищ капитан. Я зашла потому, что слышала шум…

— …И открыла сейф ключом, который второпях положила рядом с карманным фонариком? — эти слова произнес капитан Панделе, выходя из замаскированного укрытия. Женщина в ужасе попятилась. Все трое вышли в коридор. Попеску — впереди, за ним — «уборщица», а следом за ней — Панделе. Улучив момент, женщина резко метнулась в сторону другого кабинета, дверь которого была открыта. Капитан Панделе успел преградить ей путь.

— Пожалуйста, не спешите, госпожа! Будьте любезны, отдайте оружие.

Женщина повиновалась. В этот момент в соседней комнате раздались два пистолетных выстрела. Попеску, крикнув Панделе, чтобы он не спускал с нее глаз, побежал на выстрелы.

В комнате он увидел, что там на полу в жестокой схватке катаются двое мужчин. Один из них, рослый детина, в узких шерстяных штанах и клетчатой рубашке, пытался дотянуться до пистолета, валявшегося в двух шагах от него. «Кто это еще может быть?» мелькнуло в голове капитана, но тут же он узнал лейтенанта Мирона. Капитан поднял пистолет и, направив его на второго, приказал:

— Вставайте, Панайтеску! В коридоре вас ждет Фау-пять.

Человек с глазами навыкате, выпустив из объятий лейтенанта Мирона, встал и поднял руки вверх.

— Вовремя подоспели, товарищ капитан, — радостно сказал лейтенант Мирон, поднимаясь с пола. — Нельзя сказать, чтобы эта скотина была слабосильной.

— Обыщите его, товарищ лейтенант!

Лейтенант обыскал шпиона, затем виновато произнес:

— Извините меня, товарищ капитан, что я не смог информировать вас. Ни на минуту не мог выпустить из вида этого типа. Этот зверюга слишком много имеет троп. Вчера я чуть было не упустил его.

— Потом доложите, — строго прервал его капитан и, обращаясь к Панайтеску, приказал:

— Идемте, господин Панайтеску, больше вам здесь делать нечего!

Встретившись в коридоре с «уборщицей», Панайтеску мертвенно побледнел. Он попытался бежать, но Мирон вовремя подставил ему подножку, и бандит во весь рост растянулся на полу.

— Нет, господин, — помогая ему встать, заговорил лейтенант, — теперь уж вам не вырваться, все ваши старания напрасны. — Затем, посмотрев внимательно на «уборщицу», Мирон сказал:

— Товарищ капитан, да это и есть та самая старушка, которая гуляла с ребенком в коляске в парке Свободы.


ЛОГОВО НА УЛИЦЕ СПЭТАРУЛУЙ | Задание выполнено | ФИНАЛ