home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



4

Пришел конец, и Адриана почувствовала это — не по приближению самолетов, а по неожиданной тишине на Вилле, по той пустынности, которая на ней воцарилась. Отдаленная стрельба смолкла, на Кефаллинии настала пауза: не перемирие, а минутное выжидание.

Куда бежали синьора Нина и остальные девушки? Неужели они надеялись таким путем спастись от своей судьбы?

Адриана не двинулась, не поглядела. Жалюзи были спущены, между планками пробивался нежный зеленоватый свет, полосками ложившийся на пол, на коврик. Дым сигареты в пепельнице тонкой прямой нитью поднимался к потолку.

«Ну, вот, — подумала она, — «юнкерсы» возвращаются».

Вилла вздрогнула; разлетелись последние стекла где-то в соседней комнате, распахнулась и захлопнулась дверь; порыв горячего ветра пронесся по спальне. Нить дыма порвалась, рассеялась. Но волна, рыча, пронеслась мимо и обрушилась на другую сторону залива, на Аргостолион и холмы.

Адриана машинально потянулась за сигаретой, догоревшей до половины. Не закончив это движение, она внимательно посмотрела себе на руку. Жалкая, костлявая, бескровная рука с тусклыми ногтями, тысячи морщинок на пергаментной коже; рука, которая долгие годы давала оплаченные ласки, не получая взамен ничего, кроме этой тоскливой жизни в меблированных комнатах.

«Хоть бы немного любви взамен», — подумала Адриана.

Снова вернулась она к прожитым годам, но ей не удалось найти в них ни одного лица, отличавшегося от вереницы других безымянных лиц. В памяти не сохранилось ни одного имени.

«Юнкерсы» снизились над дорогой: казалось, они были совсем рядом, за садовой оградой. Ветер рванул жалюзи, в комнату ворвался свет, ослепляя Адриану.

Она вскочила с постели и подбежала к окну, чтобы занавесить его; все еще ослепленная, она увидела, как черное крыло самолета снижается, идет прямо на нее, словно ищет именно ее — Адриану — и никого другого. Пулеметная очередь проскакала по саду и унеслась вместе с тенью самолета.

Может быть, подумала Адриана, лучше было бы пойти в сосновую рощу, как синьора Нина и девушки.

Она прислушалась к стрельбе, вновь вспыхнувшей в отдалении. Посмотрела на небо, где неслись стаи самолетов.

Да, вероятно, она сделала ошибку. Вероятно, права была синьора Нина, не желавшая поддаваться судьбе, убежавшая в лес, продолжая надеяться на своего греческого капитана. Может быть, надо было как-то взбунтоваться против этой смерти, которую насильно несли им чужие люди.

«Но как?» — спросила она себя.

«Бежать? Снова бежать?»

Ведь она хотела быть сильнее, овладеть собой, победить в себе страх и остаться. Дождаться здесь синьоры Нины и девушек и сказать им: «Вот видите, в конце концов я ему не уступила».

Я ему не уступила. Но кому? Этого она сказать не могла. Кому-то, кто всегда ненавидел, всегда преследовал ее, упорно и неотступно.

Но к усталости и покорности примешался страх; к осознанию конца, с которым она было смирилась, присоединился ужас и протест. Нет, она не должна, не может умереть вот так — ведь ей нет никакого дела до войны.

Это несправедливо, такого уговора не было, думала она в отчаянии. Глаза ее наполнились слезами бессилия. И сквозь эти слезы она вновь увидела, как черное крыло самолета склоняется над садом, касаясь его долгим ласкающим движением.

Не было такого уговора, подумала она. Но у нее уже не хватило времени самой понять, какой уговор, с кем… Ласка, несущаяся с крыла, прошла над ней, над крышей Виллы и покатилась через ограду над холмом и дорогой.


предыдущая глава | Белый флаг над Кефаллинией | cледующая глава