home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



XVII

До этого момента я не задумывался о трудностях, в которые меня может вовлечь намерение уничтожить этих девиц. Сейчас вдруг у меня появилось желание все бросить и продолжать продавать книги, не портя себе кровь. Но надо было, чтобы я это сделал ради малыша, и ради Тома, и ради себя тоже. Я знавал типов, которые попадали в ситуацию, сходную с моей, которые забывали о своей крови, и становились на сторону белых в любых обстоятельствах, и, не колеблясь, наносили удар черным, когда представлялась такая возможность. Таких типов я тоже не без удовольствия убил бы, но дело надо делать постепенно. Сначала девицы Эсквит. У меня было немало шансов прикончить других: вся эта мелюзга, с которой я водился — Джуди, Джики, Билл и Бетти, но это не представляло никакого интереса. Малопрезентабельно. Эсквит — это будет мой первый опыт. Потом, думаю, выпутавшись, я смогу ликвидировать какого-нибудь значительного типа. Не сенатора, но что-нибудь в этом роде. Мне немало требовалось, чтобы успокоиться. Но сначала надо было поразмыслить о том, как выкарабкаться после того, как обе эти сучки умрут у меня на руках.

Лучше всего было бы замаскировать это под несчастный случай на дороге. Люди стали бы задавать вопрос, что им понадобилось возле границы, но об этом забыли бы, как только было бы произведено вскрытие тела Джин и обнаружилось, что она беременна. А Лу, так она просто поехала вместе с сестрой. Я же здесь не причем. Вот только когда я буду в безопасности, а дело закрыто, я все скажу ее родителям. Они узнают, что их дочку поимел негр. К этому моменту мне нужно будет поменять на какое-то время обстановку, а потом не останется ничего другого, как опять начать. Идиотский план, но самые большие идиоты — те, кому все удается наилучшим образом. Я был уверен, что Лу явится туда через неделю после нас; эта девица была в моих руках. Поездка вместе с сестрой. Джин вела машину, а потом вдруг приступ тошноты за рулем. Что может быть естественнее? У меня будет время выскочить. Я непременно отыщу подходящую для этой игры местность в тех краях, куда мы поедем… Лу будет сидеть впереди возле сестры, а я — сзади. Сначала — Лу, и если Джин выпустит руль при виде этого, дело будет сделано.

Но эта комбинация с мотором нравилась мне лишь напполовину. Прежде всего, это было не ново. И потом — это важнее — слишком быстро все будет сделано. Нужно, чтобы у меня было время сказать им — почему, нужно было, чтобы они поняли, что они в моих лапах, чтобы отдали себе отчет в том, что их ждет. Машина… но это потом. Машина — это завершение. Думаю, что я придумал. Сначала увезти их в тихое местечко. А там прикончить. Имея к этому основания. Потом в машину — и несчастный случай. Столь же просто, сколь и удовлетворительно. Да? Вот так?

Я еще подумал об этом некоторое время. Я начинал нервничать. А потом я послал все эти идеи к черту и сказал себе, что получится не так, как я придумал, и тут я вспомнил малыша. И еще я вспомнил свой последний разговор с Лу. Что-то начало получаться у меня с этой девицей, и теперь прорисовывалось четче. И это стоило того, чтобы рискнуть. Тачка, если получится. Не получится — ну, что же. Граница оттуда недалеко, а в Мексике не существует смертной казни. Думаю, что все это время в голове моей неясно маячил этот другой проект, который сейчас обрел форму, и я сообразил, что к чему.

В эти дни я выпил немало бурбона. Мозги мои варили с трудом. Я достал еще кое-что кроме патронов; купил лопату и кирку, и еще веревку. Я еще не знал, что выйдет из этого моего проекта. Если получится, мне в любом случае нужны будут патроны. Если же — нет, то мне сослужит службу остальное. А лопата и кирка — на всякий случай, если пойдет в ход идея, молнией сверкнувшая у меня в голове. Я считаю, что парни, которые готовят какое-ннибудь дело, ошибаются, когда с самого начала строят совершенно определенный план. На мой взгляд, предпочтительнее предоставить возможность вмешаться случаю; но когда наступает подходящий момент, под рукой должно быть все необходимое. Не знаю, может быть, я был неправ, когда не готовил окончательно все заранее, но, возвращаясь мыслью к этим историям с машиной и несчастным случаем, я чувствовал, что они мне уже меньше нравятся. Я не принял в расчет важный фактор: у меня в распоряжении будет достаточно времени, — я и старался не слишком концентрироваться на этом. Никто не знал, куда мы отправимся, и, думаю, Лу никому об этом не скажет, если наш последний разговор произвел на нее желаемое воздействие. А это я узнаю, как только появлюсь.

А потом, в самый последний момент, за час до отъезда, меня охватил какой-то ужас, и я все задавал себе вопрос, найду ли я, приехав, Лу на месте. Это был самый тяжелый момент. Я сидел у стойки и пил. Не знаю, сколько стаканов я выпил, но мозг мой был так ясен, словно бурбон Рикардо превратился в простую чистую воду, и я видел, что надо делать, так же ясно, как видел лицо Тома, когда взорвался бидон бензина на кухне; я спустился в аптеку и закрылся в телефонной кабине. Набрал номер местной телефонной станции и попросил соединить меня с Приксвилем; меня сразу же моединили. Горничная ответила мне и сказала, что Лу сейчас подойдет, и через пять секунд она была у телефона.

— Алло, — сказала она.

— Это Ли Андренсон. Как вы?

— Что происходит?

— Джин уехала, не так ли?

— Да.

— Вы знаете, куда она отправилась?

— Да.

— Она вам сказала об этом? Я услышал ее смех.

— Она дала объявление в газете. Эта девица ничего не упускала из виду. Она, наверно, догадывалась обо всем с самого начала.

— Я заеду за вами.

— Вы не поедете с ней?

— Поеду. С вами.

— Я не хочу.

— Вы прекрасно знаете, что поедете. Она ничего не ответила, и я продолжал:

— Будет проще, если я вас заберу.

— Зачем же тогда ехать к ней?

— Надо же ей сказать…

— Что сказать? Теперь была моя очередь смеяться.

— Я освежу вашу память в дороге. Готовьте чемодан, и поедем.

— Где мне вас ждать?

— Я сейчас выезжаю. Буду у вас через два часа.

— На своей машине?

— Да. Ждите меня в своей комнате. Я дам три сигнала.

— Посмотрим.

— До скорого.

Я не стал ждать, пока она ответит, и повесил трубку. И вытащил носовой платок, чтобы вытереть пот со лба. Я вышел из кабины, заплатил за разговор и поднялся к себе. Вещи мои были уже в машине, деньги — с собой. Я написал в фирму письмо, в котором объяснял им, что вынужден срочно выехать к заболевшему брату; Том простит мне это. Не знаю, какие у меня были намерения по отношению к этой работе в книжной лавке — она меня совсем не обременяла. Я не сжишал за собой мосты. До сих пор я жил, не зная особых трудностей и не испытывая неуверенности — никогда, ни под каким видом; теперь же эта история начала вызывать во мне возбуждение, и дело шло не так гладко, как обычно. Мне хотелось бы быть уже на месте, сделать все и заняться чем-нибудь другим. Не выношу, когда надо заниматься работой, близкой к завершению, а дело было как раз в таком состоянии. Я оглянулся вокруг, чтобы проверить, не забыл ли я чего, и взял шляпу. Нэш стоял кварталом дальше. Я включил зажигание и отъехал. Как только я очутился за городом, я зафиксировал акселератор на предельной скорости, и предоставил машину самой себе.


предыдущая глава | Я приду плюнуть на ваши могилы | XVIII