home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава IV

СКАНДАЛЫ, СКАНДАЛЫ, СКАНДАЛЫ…

Общая отличительная черта буржуазного законодательства, регулирующего использование денег в политической области, — его непоследовательность, обусловливающая ограниченный, половинчатый характер принимаемых в данном отношении мер. Это прослеживается повсеместно, независимо от конкретных форм соответствующего законодательства в тех или иных странах. А отсюда — сравнительно невысокая его общая эффективность. Наиболее яркое тому подтверждение — проблема борьбы с коррупцией, злоупотреблениями при использовании денег в политических целях. Данный вопрос фигурирует в числе основных задач, стоящих перед законодательством. Связанный с ним материальный и моральный ущерб для господствующего класса очевиден, заинтересованность буржуазии в ограничении коррупции сомнений не вызывает. И тем не менее ни в одной из буржуазных стран принятые меры не привели к сколько-нибудь заметному ограничению коррупции — ею по-прежнему поражены все эшелоны власти.

Объяснение данному обстоятельству нужно искать в том, что буржуазное законодательство не затрагивает — и, оставаясь буржуазным, не может затрагивать, — первопричин коррупции: права частного капитала отстаивать свои интересы в любых формах, в том числе и с помощью денег. Оно стремится лишь упорядочить механизм использования денег в политических целях, придать ему более или менее респектабельные формы, как-то согласовать с традиционными нормами буржуазной демократии. Между тем «никакая демократия в мире, — отмечал В. И. Ленин, — не устранит… всесилия денег»1. А раз сохраняется их всесилие, сохраняется и почва для коррупции.

Действительно, поскольку выборы обходятся все дороже, парламентарии попадают во все большую зависимость от бизнесменов, складывается своеобразный заколдованный круг — «занимающие выборные государственные должности выигрывают (на выборах. — В. Д.), потому что они получают деньги, а деньги они получают потому, что занимают выборные государственные должности»2. В результате — их подавляющее число переизбирается, что приводит лишь к укреплению уже сложившихся связей между представителями государственной власти и бизнесменами, а это облегчает поступление денег в сферу политики, то есть содействует дальнейшему расширению коррупции.

Интересны взгляды на этот счет американского исследователя Дж. Бенсона. В работе, посвященной проблемам политической коррупции, он исходит из презумпции того, что обмен политической власти на экономическое богатство в разумных пределах — явление вполне нормальное3. Подобная точка зрения заслуживает специального внимания.

С одной стороны, именно таким подходом предопределяется общий характер рассматриваемого буржуазного законодательства: все принимаемые государством меры, по сути дела, сводятся к тому, чтобы с помощью технико «юридических средств удержать воздействие денег в «разумных пределах», не посягая в принципе на институт частных пожертвований, — священное в условиях буржуазного общества право свободного распоряжения деньгами, капиталом, в том числе и в сфере политической жизни.

С другой стороны, сама по себе коррупция начинается не с момента нарушения закона, а раньше — еще в рамках закона. Так, «в большинстве случаев, — как отмечал в ходе избирательной кампании 1982 года по выборам в конгресс журнал «Ю. С. ньюс энд Уорлд рипорт», — действия членов конгресса, ставящие под сомнение их порядочность, формально соответствуют букве закона». В этом — одна из важнейших особенностей проблемы коррупции в буржуазных странах, и в этом же — одна из основных причин ее неискоренимости при капиталистической системе, для которой в принципе характерен разрыв между правом и моралью.

Только выходящие за рамки «разумного» случаи коррупции привлекают к себе особое внимание, приводят к политическим скандалам, классифицируются в качестве уголовно наказуемых и, как свидетельствует политико-правовая практика ведущих капиталистических стран, в подавляющем большинстве случаев остаются… ненаказуемыми. Поскольку же грань между «разумным» и выходящим за рамки такового весьма эфемерна, рассматриваемая разновидность преступности стала, по сути дела, неотъемлемой, органической характеристикой политической и государственной жизни буржуазных стран. Коррупция, говоря словами итальянского исследователя Р. Гримальди, «как микроб проникает во все сферы… политической жизни». «Политика продажна, а деньги развращают. Это известно всем»4, — подчеркивает и французская газета «Энформасьон», обращая внимание на одну из наиболее показательных черт политической практики стран капиталистического мира.



Прямое бюджетное субсидирование | Деньги и политика | «В рамках» закона