home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 19

Битва у отрогов горы Чабах

– Дракон подлетает, – сказал я Адельхейд, и ее глаза взволнованно блеснули в ответ. Мы пошли поближе к выходу из пещеры. Видимо, по клановому чату прошло то же сообщение, потому что четверо игроков, игравших в кости, рванули поближе к выходу из пещеры с оружием в руках, а болтуны из второй четвертки уже стояли рядом с баллистой в полной готовности к стрельбе. Видимо, это был штатный расчет орудия с полным функционалом – кто-то стреляет, кто-то готовится перезаряжать, кто-то вертеть ворот. Все, как в регулярной армии.

Я закрыл глаза, пытаясь почувствовать подлетающего дракона. Может, не только он меня видит на карте, но и я могу ощущать, где он? Секунд пятнадцать я пытался представить монстра, вспомнив, как он выглядит, воображая, как он машет крыльями в воздухе, подлетая к ложбине. Нет, никаких сигналов его близкого присутствия, кроме тех, что породила моя взбудораженная фантазия, ощутить не получалось.

– Дхакун, выгляни-ка из пещеры и рассказывай нам, что там происходит, – распорядился я, не в силах строить догадки.

– Да, милорд! – негромко ответил он.

Через полминуты я получил первый доклад:

– На склонах все укрылись материей и лежат неподвижно. Километрах в двух вижу дракона, он быстро снижается прямо к пещере.

Ну, самое главное – дракон действительно летит, так что по этому поводу мои обязательства перед Манивальдом выполнены. Не то чтобы я опасался, что он не прилетит… но если бы вдруг дракон все же не прилетел, будущие отношения с кланом «Гордость победителя» были бы серьезно подорваны. Сложно представить, в какие расходы они влезли, чтобы всего за несколько часов организовать монстру теплую встречу. Теперь главное – чтобы здесь дракона и похоронили. И в этот раз – окончательно, без новых перевоплощений. Набираем попкорн – и взволнованно ждем начала шоу!

Если до сигнала о том, что дракон появился на горизонте томительно текли минуты, то теперь такое же ощущение складывалось о секундах. И судя по виду бойцов из расчета баллисты, это ощущение разделялось всеми. Снова над ухом раздался голос Дхакуна:

– Дракон снизился до трехсот метров и кружит над впадиной. Видимо, что-то подозревает.

Эх, хоть бы у него не оказалось какой-нибудь примочки наподобие инфракрасного зрения, которая поможет ему обнаружить засаду! Или острого нюха. Конечно, разумно предполагать, что его у дракона нет, какой нюх может быть у нежити? Но тут-таки мир меча и магии, так что и этот вариант не исключен. Если он так и не сядет, клановцы подождут-подождут, да и уйдут, оставив меня с монстром один на один. Не самая завидная ситуация. Не хотелось мне эмигрировать в параллельный мир без возможности вернуться.

Спустя минуту снова вернулся Дхакун:

– Спускается к пещере, милорд!

Поскольку пол пещеры резко поднимался вверх, я присел на корточки, чтобы получше видеть вход в нее. Рядом тут же примостилась и Адельхейд. Нижняя половина входа была заслонена баллистой и игроками, но верхняя просматривалась отлично. И через несколько секунд одним плавным грациозным движением дракон всунул в пещеру свою огромную шипастую голову, изучающе уставившись сразу и на игроков, и на баллисту, и на меня. И тут понеслось!

Громко щелкнула тетива баллисты, отправляя в короткий полет огромную стрелу. Оглушительный рев пораженного в грудь стрелой дракона сотряс пещеру, звуковая волна отбросила на пол стоявших возле входа игроков, только и успевших, что замахнуться на дракона своими секирами и топорами. А затем по пещере прокатилась волна пламени, поджигая и четверку игроков у входа, и баллисту, и расчет баллисты. Хотя рев меня и оглушил, к возможности огненной атаки я был готов. Тут же и сам вскочил на ноги и побежал вглубь пещеры, и потащил за собой и Адельхейд. Но это оказалось лишней мерой безопасности, тридцать метров, которые отделяли нас от дракона с самого начала, оказались спасительными, пламя распространилось только на двадцать пять. Поняв это, я вернулся обратно из-за поворота. Горело все, и дергающиеся на полу и истошно кричащие игроки, и баллиста, и канат, натянувшийся от нее к исчезнувшему из поля зрения дракону, и даже стены пещеры. И через несколько секунд также моментально, кроме баллисты и каната, все и потухло. Похоже, что огненная смесь, которой пользовался дракон, была короткоживущей разновидностью напалма. Пламя горело очень интенсивно, разрушая все, на что попадает, но гасло значительно быстрее, чем это характерно для напалма. Несмотря на это, игрокам хватило, никто из восьмерых не выжил.


Манивальд, отроги горы Чабах

Долгие минуты ожидания дракона порождали все больше сомнений у соклановцев. Срок, указанный Троем, давно прошёл. Кто-то молчал, просто посматривая на кланлида с возрастающим скепсисом в глазах, кто-то начал вполголоса высказывать сомнения в объективности полученной информации. Мол, просто курам на смех, самые прокаченные бойцы элитного клана сотнями собрались по первому письму от зеленого нуба. Ну как он мог нарыть такую информацию, которая недоступна лучшим из лучших?

Сам Манивальд больших сомнений не испытывал, доверяя способности Троя отрывать где-то не только данжи, но и информацию о подобных событиях. Поганец явно разжился каким-то очень редким заклинанием, позволяющим ему с легкостью находить то, что было в огромной цене у кланов. Что стоит хотя бы предоставленная им уникальная возможность дважды сразиться с ранее невиданным в игре противником – чертями! Лут на сотни тысяч золотых, великолепная и нескучная прокачка для топовых игроков с мощным непривычным противником, использующим ранее невиданную стратегию сражения для мобов, зависть со стороны других кланов, тоже в глаза чертей ранее не видевших. А теперь и вовсе возможность поохотиться на такую элитную дичь, что только держись – на дракона! Ни разу никто еще не сумел завалить дракона в игре, и клан, который окажется способен это сделать, получит мощный толчок вверх, к позиции лучшего из лучших.

Конечно, все знали о черном драконе в данже на краю Великой пустыни, но то же данж, в котором мобу, как говорится, и стены помогают! В данжах все продумано, чтобы доставить игрокам максимум сложностей, но и мощных положительных эмоций, если все же удастся одержать победу. Манивальд трезво оценивал расклад, и понимал, что к походу на черного дракона клан еще не готов. И в особенности к потере имущества топовых игроков, потому как проигрыш черному дракону означал, что множество ценных артефактов, не относящихся к градации не теряемых при смерти, но очень полезных, останется в полном распоряжении самого дракона. Или, что еще хуже, перейдет в руки других игроков, которые все же смогут первыми пройти данж.

А тут совсем другое дело. Никакого данжа, просто белый дракон сам по себе, без помощников. И даже в случае неприятного, но вполне возможного поражения, когда дракон улетит с поля боя по своим делам, никто не мешает вернуть обратно клану ценное имущество, выпавшее с погибших игроков. Это почти чит по сравнению с атакой на данж черного дракона. И ради такой возможности Манивальд был готов ждать тут хоть до утра.

Когда ворчание достигло апогея, он, чтобы успокоить сомневающихся, отправил письмецо с запросом к Трою. Если его коллеги не могут спокойно ждать дракона, пусть потратят часть времени, ожидая ответа от источника ценной информации, главное, чтобы им было интересно, и они сдуру не свалили. Как говорится, чем бы дитя не тешилось, лишь бы офлайн не ушло…

Сигнал от дозора на грифонах, что дракон показался, мобилизовал всех. За несколько секунд бурлящие движением склоны ложбины как вымерли, семь сотен игроков прильнули к земле и камню, накрывшись просторными серыми плащами, массово пошитыми и розданными всего два часа назад. Сам Манивальд выбрал удобную для командования стратегически расположенную на правом склоне небольшую сопку. С нее он сможет контролировать весь ход сражения, направляя соклановцев в нужном направлении. Как бы ему ни хотелось быть поближе к пещере среди бойцов, которые первыми атакуют дракона, но у лидера есть свои обязанности.

Сквозь небольшую прорезь в плаще Манивальд вскоре смог увидеть дракона, подлетевшего к ложбине, и начавшего над ней кружиться. Он всей душой надеялся, что монстр ничего не заподозрит и спустится вниз, поближе к баллистам и катапультам. Сигнал к атаке должен был подать он лично, за исключением самой желанной ситуации – если дракон сядет на землю, и полезет в пещеру, как обещал Трой. В этом случае атаку должны были начать из баллисты в пещере, стреляя в огромную цель в упор. Сам Манивальд был готов ко всем возможным сценариям, в том числе и к тому, что дракон все же спустится к земле, но не сядет на нее и снова начнет взлетать. Залп сетями из катапульт и стрелами, привязанными к баллистам должен был помочь ему задержаться.

Но дело все же пошло по самому лакомому сценарию. Немного покружив, дракон резко спикировал к земле, к вящей радости Манивальда сел на нее, сложив крылья, и засунул голову в пещеру. Резкий щелчок выпущенной в пещере огромной стрелы из баллисты стал сигналом к общей атаке. Под рев дракона склоны ожили, вскочившие игроки наводили баллисты на дракона, тут же открывая огонь. Расчеты катапульт стояли в ожидании, прицельно стрелять по дракону на земле в такой близи от орудий они не могли, их задачей при таком сценарии было атаковать дракона, если он сможет взлететь. Самые нижние ряды игроков с воплями бросились к дракону с секирами, верхние, состоявшие из магов, ударили по нему магическими заклинаниями, в основном молниями и ледяными стрелами, чтобы не поразить своих же. По взмаху руки Манивальда со склона горы над пещерой скинули огромную сеть, начавшую планировать на дракона, вызывая попутно небольшую лавину из камней.

Две запущенных в дракона со склонов стрелы из баллист вонзились в его бока, две отрикошетили от прочной шкуры, но, прежде чем игроки с секирами успели добежать до дракона, из устья пещеры пыхнуло пламенем, а затем голова дракона, все еще извергающая пламя, покинула пещеру, и обратилась к игрокам. С яростным ревом дракон завертелся на месте, поливая пламенем все вокруг себя, сотни попадающих в него молний и ледяных стрел никакого видимого эффекта на него не оказывали. Несколько десятков игроков, успевших подбежать поближе, или прыгнувших телепортами, вспыхнули как факелы, остальные попытались остановиться, но вышло не у всех. Бег вниз по склонам не тот вид спорта, в котором можно останавливаться по первому желанию, особенно, если прямо за тобой бежит еще несколько бойцов. Поэтому за несколько последующих секунд пламенем дракона оказалось охвачено еще полсотни игроков, большая часть из которых попросту вбежала в бушующий огонь. И потери были бы больше, не успей часть бойцов, имевших перед собой свободное пространство, воспользоваться этим, чтобы телепортироваться на соседний склон. Глядя на этот огненный хаос и раздрай, Манивальд поморщился. За пять секунд боя процентов двенадцать его бойцов уже выведено монстром из игры. Тварь полностью оправдывала сложившуюся у драконов в игре суровую репутацию.

Наконец, сброшенная сверху сеть из толстенных канатов долетела до земли, опустившись прямо на дракона, и отвлекла его от игроков. Взревев, дракон принялся поливать сам себя огненной смесью, вызвав очередную недовольную гримасу у Манивальда. Монстр оказался имунен к собственному огню, что совсем не радовало. Как использовать холодное оружие против моба, способного на двадцать метров залить все вокруг пламенем, и спокойно себя в нем чувствовать? К тому же канаты сети занялись огнем, и при всей их толщине долго продержаться не смогут.

Но играть нужно было до конца. Раз уж дракон отвлекся на сеть, это нужно было использовать. По заранее оговоренному сигналу Манивальда десятки бойцов тут же телепортировались к краю сети, еще не занявшемуся огнем, схватились за нее, и резко дернули, чтобы опрокинуть дракона и запутать его в ней. Тактика сработала, вывернувший шею, чтобы поливать сеть пламенем дракон оказался неустойчив, и рухнул на левый бок, запутываясь в пылающих канатах. При этом вонзившаяся в самом начале в его левый бок стрела из баллисты неизбежно должна была воткнуться еще глубже под его весом, нанося больше урона. Восторженный рев игроков, решивших, что дело сделано, смог заглушить недовольный бас дракона, но радоваться было рано. Тут же, как кошка, ловко извернувшись, дракон снова оказался на лапах, намотав на себя горящую сеть, и опять залил все вокруг огнем. Смельчаки вспыхнули ярким пламенем, покатившись с криками по земле, и Манивальд поежился, утратив уверенность, что его следующую подобную команду кто-нибудь рискнет выполнять. Боль в игре, конечно, не ощущалась с той же интенсивностью, как в реале, но сгорать заживо…

Оставалось попытаться заставить дракона опустошить свои запасы пламени. Есть ли такая возможность, или запасы пламени у драконов бесконечны, никто понятия не имел, но попробовать нужно было. И по данному Манивальдом сигналу каждый из игроков призвал своего пета, скомандовав атаковать монстра. Петы, выполняя приказы хозяев, огня не боялись, и лавиной ринулись на дракона. Игроки были высокоуровневыми, и петы были прекрасно прокачаны. Учитывая, какая масса из сотен буйволов, леопардов, львов, медведей и других питомцев хлынула на дракона, казалось, что ему не устоять. Один только пет самого Манивальда, африканский буйвол с огромными рогами, прокачанный им до 240 уровня, весил тонну, и, разогнавшись, обычно без проблем сносил все живое на своем пути.

Но на деле у обрушившихся на дракона сотен питомцев не оказалось ни шанса. Дракон совершенно молча и даже как-то хладнокровно подождал, когда передние ряды петов окажутся в десятке метров от него, и погрузил их в море огня, вертясь, как юла, на месте. Непосредственно до него добежало только несколько буйволов, но сугубо по инерции, поскольку никакой ценности как боевые единицы, с полностью сожжёнными органами восприятия, они уже не представляли. Зрелище было и пугающим, и завораживающим одновременно. Сотни зверей в рассвете сил, с блестящей от переполнявшей их энергии шкурой и гордо задранными вверх мордами по воле своих хозяев послушно влетали в красно-оранжевые языки пламени, сгорали в нем и падали около ослепительного белого дракона черными обугленными тушами. Все это сопровождалось воодушевлённым ревом петов на подходе к пламени и обреченным, когда они в нем оказывались, и дополнялось оглушительным грохотом от молний, которые, не ленясь, пускали маги в дракона, несмотря на отсутствие уверенности, что это наносит ему хоть какой-то ущерб.

– Чертовски напоминает какое-то долбанное грандиозное жертвоприношение, – прокричал стоящий рядом с Манивальдом Ирмгард, – мы тут случайно не вызовем какого-нибудь темного бога?

Манивальд расстроенно хмыкнул, увидев, что и его красавец буйвол тяжело рухнул, обуглившись.

– Зачем нам темный бог, если тут уже имеется эта хрень? Вот это машина смерти так машина смерти, – проорал в ответ он своему заму, – немудрено, что админы не дают возможности заводить петов-драконов. С таким и клан не нужен, все будет твоим!

– Вот сейчас петы закончатся, сеть на драконе сгорит, и у меня только один вопрос – кто тогда будет на кого охотиться? – поделился дельной мыслью Ирмгард.

Манивальд тяжело вздохнул и дал честный ответ, пожав плечами. Происходи все это в реале, уже нужно было бы давно сигналить отступление и молиться, что хоть кто-то сможет спастись. Но игра есть игра, неограниченность числа дополнительных жизней позволяла идти до конца.

Секунд через пятнадцать атака петов полностью была исчерпана. Все они сгорели в драконьем пламени, не нанеся его владельцу ни малейшего ущерба. Жарко полыхавшая все это время сеть полностью прогорела, и начала кусок за куском спадать с тела монстра. К этому времени от канатов, которыми к баллистам были привязаны торчавшие в драконе стрелы, уже и вовсе практически ничего не осталось, поскольку под его огонь они попали первыми. Дракон суровым взглядом окинул притихших игроков, столпившихся на склонах на безопасной дистанции, развернул крылья и легко взмыл в небо, сразу подскочив на пару десятков метров. Затем с изяществом ласточки стал с огромной скоростью нарезать круги, поднимающие его выше и выше.

Манивальд после некоторого сомнения, не дать ли оказавшейся слишком опасной добыче уйти подобру-поздорову, все же взмахнул рукой, и наведенные заранее катапульты дали залп. Одна из трех распустившихся в воздухе проволочных сетей пролетела мимо, но две из них обвились вокруг дракона, спутав его крылья. Только что легко и красиво взлетавший дракон многотонной болванкой тяжело обрушился на землю. Манивальд аж на секунду раздосадовано зажмурился, увидев, что падает он прямо на расположение магов, которые засуетились, увидев это, и стали толкаться в попытке покинуть опасное место. Но в такой толчее пешком было не уйти, а шансов применить телепорт у большинства практически не было. Земля содрогнулась, когда успевший взлететь на сорок метров дракон обрушился на нее, придавив десятка полтора магов, и тут же покатился вниз по склону, давя и тех бойцов, которые не успели убраться с его дороги. Пламя он не изрыгал, у Манивальда появилась надежда, что оно либо кончилось, либо дракон серьезно оглушен падением. Оба варианта давали наконец шанс покончить с чудовищем. Он отдал сигнал атаковать всеми силами, и множество игроков в одном порыве бросилось к дракону, размахивая секирами, мечами и копьями.


Трой и Адельхейд, отроги горы Чабах

Несмотря на то, что морда дракона давно исчезла из пещеры, я не рисковал подходить к ее выходу, помня, как легко оказаться на респе, имея дело с таким противником. И ярко пылающая баллиста, и восемь обугленных трупов на полу пещеры, от которых тошнотворно несло паленым мясом, не дали бы мне об этом забыть, даже если бы я вдруг захотел. Снаружи же пещеры, судя по тому, что было видно в двадцати пяти шагах от входа, происходило что-то невероятное, все блестело, сверкало и грохотало, как если бы там прямо на земле взрывали фейерверки, предназначенные для официального салюта в огромном городе.

Дхакун метался к выходу и обратно, докладывая, как обстоят дела. Я с унынием выслушивал отчеты о десятках погибших, о непонятной неэффективности боевой магии против дракона и его пламени, сжигающем все и вся вокруг него. Неужели это последние часы, которые я провожу в уютной части игры, и дальше буду обречен не высовывать нос из параллельного мира со всей его брутальной красно-черной суровостью и чертовщиной? Известие о массово гибнущих петах стало последней каплей, и я решил рискнуть высунуться из пещеры, вдруг именно мой вклад позволит одержать победу над редчайшим монстром?

Напомнив Адельхейд о ее обещании держаться в глубине пещеры, я стал потихоньку красться к выходу. Дхакуну наказал караулить снаружи, и тут же сообщать мне при малейшем проявленном интересе дракона к пещере. Впрочем, я надеялся на то, что сейчас зверя достаточно занимает происходящее вокруг него, чтобы он отвлекался на первоначальную причину своего здесь появления – свести счеты именно со мной.

– Можете идти ближе милорд, дракон перебил атаковавших его зверей, сеть на нем прогорела, как и канаты от стрел, которыми они крепились к баллистам, и он взмыл в небо.

Новость так себе, все же, похоже, ничего у нас не получилось. Я заспешил к выходу, и уже через пару секунд стоял на пороге пещеры. Представшая перед глазами картина впечатляла. Сотни сгоревших, но все еще дымящихся трупов игроков и их петов лежали как в самой ложбине, так и на ближайших склонах. Все это пространство было полностью выжжено до тотальной черноты, не осталось ни зеленой травинки, ни серого камешка. Подняв взгляд, я увидел взмывающего в небо дракона, и тут же в него врезались две сети, а еще одна пролетела мимо. Даже рухнув, дракон перебил своей тушей множество игроков. Катясь вниз по склону, он выглядел оглушенным, голова безвольно моталась по сторонам. Вслед за катящимся драконом по склону неслась лавина игроков в ожидании, когда он остановится. Наконец, монстр тяжело рухнул с последнего пригорка и неподвижно замер кверху животом. Я тут же скастовал огромный валун в пятнадцати метрах над ним, который упал прямехонько по центру туши, заставив рефлекторно дернуться лапы и голову. Упавший валун на мгновение напугал бежавших игроков, но тут же они сообразили, что это всего лишь необычный вид атаки, и набросились на монстра с огромным энтузиазмом, рубя и коля дракона своим оружием. Я пожалел, что не удалось попасть валуном по голове дракона, но столпившиеся вокруг его тела игроки второго шанса его атаковать тем же способом мне не давали, Манивальд вряд ли поймет, если я забью нескольких из его топов, пытаясь грохнуть дракона. Ко всем моим неприятностям, мне еще только не хватало красного ника. Впрочем, было похоже, что и так все складывается для меня самым лучшим способом.

– Вижу его ХП! – прокричал один из игроков Манивальду, – было 38000, сейчас наполовину просело! Он уязвим к физике, все в порядке!

Внезапно дракон поднял голову и взревел. Игроки на всякий случай отскочили в стороны, помня об огненной атаке, уничтожившей многих из их товарищей, но в этот раз пламени не было, только продолжительный громкий рев в одной тональности. Какое-то нехорошее предчувствие заставило меня оглянуться по сторонам. Вроде все в порядке… но что это? Сотни трупов ранее погибших от рук дракона игроков и петов внезапно начали шевелиться и поднимать сожженные головы. Затем потихоньку вставать. А когда дракон умолк, с них начало пластами отваливаться обгоревшее мясо, обнажая костяки. Еще через пару секунд оголившееся глазницы черепушек вспыхнули красным, а из костлявых глоток бывших игроков хором вырвалось:

– Господин!

Обращенные в нежить петы поддержали этот клич громким воем.

Вой был таким громким, что даже вошедшие в азарт кромсающие тушу дракона игроки недоуменно оглянулись. И вовремя! Сотни скелетов с горящими глазами в одном порыве ринулись на них. Зрелище было фантасмагорическое – рядом со скелетами игроков мчались скелеты буйволов и медведей, леопардов и львов, тигров и волков. Я похолодев, сообразив, что у каждого из игроков высокого уровня обязательно был пет. Хотелось им, не хотелось – статус требовал. Высокоуровневого игрока без пета просто подымут на смех. Дракон поднял всех убитых им, и теперь простой математический подсчёт говорил, что на его стороне будет больше существ, чем против него. Вот же как все непросто с этой тварью, блин! – подумал я в отчаянии.

Я потихоньку попятился к пещере, в надежде, что поднятые костяным драконом скелеты не сагрятся на меня. Внезапно даже в шуму битвы я услышал женский крик. И тут до меня дошло, что в пещере с Адельхейд осталось восемь трупов игроков, которые, несомненно, тоже были подняты драконом. Я тут же попытался вбежать в пещеру, чтобы прийти ей на помощь, но врезался сразу в нескольких выходящих из нее скелетов. Они не пытались меня грызть или хватать, просто отбросили меня в сторону как мешающее препятствие, и поспешили к поднявшему их дракону. Возле него уже началась свалка, рубившие дракона игроки повернулись к нему спиной и отчаянно отбивались от атаковавших скелетов. Я сообразил, что в данный момент монстр поставил перед поднятой нежитью одну единственную задачу – отогнать от него атаковавших игроков. Отбросившие меня в сторону четыре скелета резво бросились на помощь дракону, я встал и попытался снова войти в пещеру, когда Дхакун сказал:

– Обождите пару секунд, милорд, сейчас из пещеры выйдут еще четверо скелетов. Госпожа в порядке, они ее не тронули.

Точно, тела четверых игроков лежали прямо у входа, с ними я и столкнулся, а сгоревший расчет баллисты был метрах в пятнадцати от входа, так что они и выходят позже. Слава богу, что в данный момент ни Адельхейд, ни я не были им интересны. Но что-то подсказывало мне, что такая ситуация не будет длиться вечно.

Самое время и мне внести свой вклад в сражение. Прямо вокруг дракона шла ожесточенная битва восставших скелетов с игроками. Тонкую линию игроков вокруг туши дракона окружало все больше и больше нежити. Причем скелеты, восставшие из игроков, уверенно орудовали тем оружием, с которым погибли, и только животные атаковали когтями и зубами. Драконом больше никто не занимался, хотя опытные игроки прекрасно понимали, что он в приоритете, что убийство босса дает хороший шанс, что все восставшие скелеты рухнут замертво. Но выбора у них не было – только попробуй повернуться к дракону, чтобы нанести ему удар, как тебя тут же порвут на части скелеты. По дракону не мог бить валунами и я, поскольку мог легко убить тем же валуном и пару десятков столпившихся вокруг него игроков. Оставалось метать валуны в густую массу скелетов. Я выбрал большое скопление скелетов подальше от игроков и обрушил на него три валуна подряд, краем глаза проследив, как четверка скелетов, как и предупреждал Дхакун, покидает пещеру и спешит на помощь своему боссу. Ворох системных сообщений выскакивал после каждого очередного валуна, давившего множество скелетов, но гораздо важнее было то, что после третьего валуна часть скелетов повернулась ко мне от игроков, и бросилась в атаку. Я понял, что для меня на время битва кончилась, вбежал в пещеру и, обновив ману эликсирами, скастовал валун, блокирующий пещеру. В пещере меня уже ждала растрепанная и перепуганная Адельхейд, тут же бросившаяся ко мне в объятия:

– Трой, милый, ты жив!

– Все в порядке, родная, успокойся! – поспешил успокоить ее я.

– Да что же это творится? – всхлипнула она, – только ты вышел, как трупы ожили, сбросили с себя плоть и зашагали к выходу! Слава богам не ко мне, а то я бы померла на месте со страху!

– Но ты же совсем недавно сражалась со скелетами! – попытался воззвать я к логике.

– Да, но тогда я знала, что это скелеты, и всегда были скелетами! – эмоционально возразила Адельхейд, прижимаясь ко мне и дрожа, – а трупы должны лежать себе спокойно, их же убили!

Так, ситуация изменилась, теперь дракон не один, у него сотни помощников. Мало ли он пошлет часть из них поискать другой вход в пещеру? Вспомнив, как меня подловили в подобной ситуации эльфы Огеслегура, я вызвал из инвентаря летучего мыша. Тут же мигнули оповещения, видимо, убийства скелетов привели к грейду питомца, но пока я смахнул их, не читая. Принц явно соскучился, уж больно давно не вызывали, и тут же полез под руку Адельхейд, намекая на почес. Девушка разулыбалась, и привычно потянулась чесать Принца, но тут я их одернул:

– Баловство потом, Принц, лети к двум другим выходам, если что непонятное или вдруг какие скелеты пойдут, быстро дуй ко мне предупреждать!


Манивальд, отроги горы Чабах

Неведомо откуда возникший и рухнувший прямо на дракона огромный валун сначала изумил, потом восхитил Манивальда. Он понятия не имел, что кто-то из его игроков разжился таким полезным в бою редким заклинанием. Всем игрокам постоянно напоминали, что все полезные заклинания должны быть на учете у кланлидера и его замов, чтобы можно было вписать их в дизайн сражения для достижения максимальной эффективности, но не все члены клана соблюдали это правило. Впрочем, поиски того, кто разжился заклинанием, можно провести и позже, а пока что его использование давало шанс побыстрее прикончить живучую тварь.

Игроки волной окружили дракона и атаковали, один из лучших ДД, орк Кетлэнг махнул секирой в воздухе, привлекая внимание кланлида, и закричал:

– Вижу его ХП! Было 38000, сейчас наполовину просело! Он уязвим, все в порядке!

Великолепно! Похоже, подумал Манивальд, фортуна наконец повернулась к ним не грязной задницей, а умытым лицом, и на нем сияет дружелюбная улыбка. Но в этот момент дракон протяжно однотонно взревел, и это Манивальду не понравилось. Походило на сигнал, которым в данже боссы призывают союзников. Блин, неужели! Но тут же нет данжа! Вставшие и потерявшие плоть трупы подтвердили худшие опасения Манивальда. Дракон оказался из тех боссов, которые данж носят с собой.

– Вот же скотина – прокричал ему Ирмгард, – да он подымает на половине ХП всех, кого перед этим сваншотил!

Манивальд печально кивнул. Единственное, что хоть как-то утешало, что дракон пока сам лежал смирно, не нападая на игроков. Но поднять восемь сотен погибших высокоуровневых игроков и петов за несколько секунд и бросить их в бой… Если и дракон очухается и поддержит их, шансов не будет.

Пришло время запускать в действие план Б. Особенностью Манивальда, которая поражала и восхищала игроков клана, было то, что на все у него имелся свой план и множество запасных вариантов. Манивальд твердо верил, что в игре нужно вести себя не менее ответственно, чем в жизни. А в реале он занимался редкой, но очень интересной и ответственной работой – обеспечивал логистику для миссий Бюро по демократическим институтам и правам человека Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе – БДИПЧ ОБСЕ. БДИПЧ совало свой нос во все выборы в государствах на территории зоны контроля ОБСЕ, куда его приглашали. Работа Манивальда была как прекрасно оплачиваемой, так и великолепно подготовила его к роли кланлида в виртуальном мире. Он должен был приехать в первый раз в жизни в какую-нибудь никому не известную Македонию, и обеспечить все, что необходимо для жизни и успешной работы коллективу миссии наблюдения из 8-9 человек, нескольким десяткам долгосрочных наблюдателей, и нескольким сотням краткосрочных наблюдателей. Работа осложнялась тем, что к наблюдениям за выборами привлекали очень высокопоставленных и капризных граждан из самых разных стран, а также тем, что часть из них пребывала уже в достаточно преклонном возрасте, что делало общение с ними и удовлетворение их капризов делом нелегким. Жизнь логиста в такой миссии была стремной и бесконечно беспокойной, в один миг ты заказывал двадцать ноутбуков, проверяя при этом, что на них будет необходимое программное обеспечение для контроля выборов, а в следующий уже звонил в местный госпиталь, чтобы организовать лечение очередного старичка-наблюдателя, умудрившегося за пару дней пребывания в стране заболеть воспалением легких. Того, кто отработал логистом хотя бы в десятке миссий, удивить уже было ничем просто нельзя, а за плечами Манивальда их было уже два десятка. Плюсом было то, что миссии обеспечивали редкостный драйв, а также то, что отработав четыре-пять недель, ты получал чек на двенадцать-пятнадцать тысяч евро, и мог пару месяцев играть хоть день и ночь подряд до следующей миссии. Чем Манивальд в данный момент с удовольствием и занимался.

План Б у Манивальда был, как и В, и заключался в мобилизации всех находившихся в распоряжении клана игроков. Манивальд, отбывая устраивать засаду дракону, уже знал по информации разведчиков, что больше семи сотен игроков разместить на склонах небольшой ложбины просто не получится. Но он убедился, что в замке останется несколько игроков, которые, побывав в ложбине, будут находиться в полной готовности открыть туда портал и привести из замка подмогу. Несколько сотен игроков в замке у клана численностью более шести тысяч человек, а именно на сегодняшний вечер 6235, было всегда, и заранее их собирать не надо было.

Сообщение о необходимости прислать подкрепление было у Манивальда уже заранее набрано, так что он просто открыл его и отправил по заранее вписанным адресам. Путем неоднократных тренировок он добился того, что подкрепление прибывало в течение трех-четырех минут после запроса. Теперь оставалось только ждать и надеяться, что сам дракон не вернется к активным боевым действиям, а игрокам, оказавшимся в меньшинстве, удастся продержаться против поднятых скелетов по подхода подмоги.

Раз, два, три! Три огромных валуна рухнуло с небольшим интервалом на скопления скелетов, давя десятки из них в труху. Манивальд снова порадовался, что у него в клане есть игрок, который смог раздобыть такое заклинание. Какой приятный сюрприз! У него самого было куплено на разных этапах пять редких заклинаний, но ни одно из них в этой битве помочь не могло. Манивальд мог на минуту ускорить пешее перемещение в два раза, что было бесполезно, учитывая, что телепорт или прыжок намного выгодней по скорости, мог на пять минут поменять всю информацию в своем нике, что очень пригодилось бы, будь он ассасин или вор, но для ДД пока было без надобности. Еще одно заклинание позволяло вызвать на три минуты стаю ворон, которые кружились вокруг врага, сбивая его с толку, пока он всаживал в него стрелы. Им он периодически пользовался, но против моба с огнеметом смысла в нем не было. Оставшиеся два заклинания вообще не было смысла использовать. Одно позволяло на три минуты превратить любое деревянное изделие не больше килограмма весом в стальное, второе позволяло менять цвет окраса призванных существ. Если учесть, что за каждое из этих заклинаний он вслепую отдал по несколько тысяч золотых, то неудивительно, что многие высокоуровневые игроки вообще не покупали такие свитки, считая это разводом от разрабов, и предпочитая копить на уникальные или легендарные артефакты, покупая которые ты точно знал, за что платишь.

Все же среди членов клана были те, кто, как и Манивальд, приобретал редкие заклинания, и имел такие, которые могли очень пригодиться в этой битве. Был игрок, отхвативший заклинание, позволявшее заставить любую крылатую тварь передвигаться исключительно пешком три минуты после использования. Второй раз подряд оно на того же моба не действовало, но как бы сегодня пригодилось! Но он неделю назад отъехал на юга, и еще как минимум десять дней будет вне игры. Та же беда была и с игроком, способным на определенное время ослепить любого высокоуровневого босса, на которого обычно не действовало ослепление из стандартного арсенала, и хотя, чем выше уровень босса, тем меньше времени ослепление действовало, сейчас бы ему цены не было. Но тоже беда – постоянное пребывание в игре привело его на грань развода, и сейчас молодая красивая жена держала его на испытательном сроке с условием играть не больше двух часов в день. И часы эти были отыграны как раз перед поступившим предложением Троя. Манивальд не был сволочью, способной в такой ситуации вызывать человека из реала, он четко отделял интересы своих людей в реальном мире от интересов клана в виртуальном. Третий игрок с полезным для этого столкновением заклинанием – с шансом удвоения вероятности крита при дистанционной атаке – уже погиб. Это он начал бой, пальнув в дракона из баллисты в пещере, после чего тут же и погиб, даже не успев сообщить, прошёл крит или нет.

Тут, наконец, удалось перезарядить и баллисты на склонах, но только одна из них смогла найти точку, в которую можно было выстрелить, не рискую попасть в игроков. Огромная стрела глубоко вонзилась в левое плечо дракона, попутно нанизав на себя скелет тигра, который забился на ней, пытаясь освободиться. Правда, канат долго не продержался, его тут же перерубили мечами скелеты.

Дальше дела стали складываться уже в иной тональности. Валуны падать прекратили, Манивальд заподозрил, что игрока, который их обрушивал, скелеты умудрились убить. Но хуже всего то, что уже в нескольких местах игроков, сражавшихся в окружении у туши дракона оттеснили или убили, и прорвавшиеся к телу своего господина скелеты начали рвать на части спутавшую его крылья проволочную сеть. Манивальд заскрежетал зубами, выковать в игре такую сеть одновременно из тонкой и прочной проволоки было сложно, и стоила каждая такая сетка несколько тысяч золотых. Чертовы вредители!

В момент, когда почти одновременно в паре сотен шагов от пещеры вспыхнуло два портала, и из них повалило подкрепление, осажденные у туши дракона бойцы были почти все выбиты, а обе сети были скелетами порваны на куски. Дракон поднял голову и расправил крылья, одно неуловимое движение, и в его пасти уже оказалось сразу два бойца Манивальда, сражавшиеся в окружении скелетов у его бока. В живых рядом с драконом осталось всего пятеро бойцов, и было понятно, что участь их решена. Ничего не оставалось, как принести их в жертву военной необходимости.

Время пришло. Манивальд закричал:

– Все мочим дракона армагеддонами!

И сам подал пример.

Земля содрогнулась. Когда пять с лишним сотен игроков одновременно кастуют армагеддоны на одну точку, это производит невообразимое впечатление. Один армагеддон сам по себе является серьезным испытанием для слуха и отличается изысканными световыми эффектами. Пять с лишним сотен – это все оттенки раскаленного красного в небольшой зоне, слепящие зрение тех, кто неосторожно туда посмотрел, и грохот артиллерийского орудия, выстрелившего прямо над ухом. Только ограничения, наложенные на отображение спецэффектов у игроков, спасали их от того, чтобы ослепнуть и оглохнуть прямо на месте. Обходилось дебаффом ошеломления.

Сотни скелетов полегли прямо на месте. Но сам дракон, не реагируя на обрушившийся на него сонм огненных ударов, грациозно взмыл в воздух и атаковал потоком пламени одну за другой баллисты и катапульты, и всех, кто возле них находился. Из двух баллист даже успели в него выстрелить, но приближающийся к тебе огненный факел из пасти огромного дракона меткости стрелка не способствует, и стрелы ушли в молоко. Катапульты так и сгорели не перезаряженные, запасных сеток у Манивальда не было, а метать камни в летающую мишень никакого смысла нет, скорее достанется стоящим на другом склоне соклановцам. При всей запасливости Манивальда как-то не попадались раньше боссы, на которых нужно было иметь больше одной сетки, и с учетом их дороговизны две другие и были запасом на крайний случай. А уцелевшие после армагеддонов скелеты валом повалили на склоны, атаковать стоявших на них игроков, или ринулись к порталам, откуда по трое в ряд выходили и выходили прибывавшие на помощь соклановцы.

К сожалению, несмотря на успехи в уничтожении скелетов, главным препятствием на пути к победе оставался сам дракон. Если бы он извергал просто пламя, все было бы не так плохо. У многих бойцов клана, как и у самого Манивальда, было неплохо прокачано сопротивление к пламени, или были в снаряжении артефакты на уменьшение урона от огня. Но это было не простое пламя, а горючая смесь, которая, после попадания на бойца, прожигала все в недолгом, но интенсивном горении, производя эффект термитной сварки. Даже выжившие воины оказывались в заточении в консервной банке из сплавившихся в одно целое доспехов, и никакого дальнейшего участия в бою принимать не могли даже после лечения. Хотя большинство бойцов дракон просто ваншотил на месте из-за огромного дамага.

Манивальд, направляя армагеддон за армагеддоном в наступающих скелетов, подумал, насколько удобнее было бы, если бы в этой игре, как и в большинстве других, доспехи просто можно было бы скидывать в инвентарь. Но обновление годичной давности, направленное против пэкашеров, лишило игроков такой возможности. Конечно, надевание и снятие доспехов все же не имело ничего общего с длительными процедурами средневековья, когда рыцаря облачал и разоблачал в доспехи оруженосец минут двадцать, завязывая и подгоняя множество креплений, в игре любой элемент доспехов молниеносно становился на свое место или снимался, но при прежнем раскладе раненые могли бы скинуть доспехи в инвентарь и одеть запасные доспехи из него же. Теперь же только оставалась возможность снять с себя поврежденные доспехи и остаться на поле боя без бонусов, что они предоставляют, в одних подштанниках, а это резко снижает ценность бойца на поле битвы, и увеличивает его шансы отправиться на респ, да и доспехи тогда останутся поврежденными до следующего респа. К тому же бойцы одного из самых крутых кланов давно уже забыли, каково это, сражаться, как зеленые нубы, без доспехов и бижи. Поэтому рациональнее в такой ситуации было найти способ убиться, чтобы возродиться с полностью неповрежденными доспехами. Правда, вдали отсюда и только через полчаса.

Единственный плюс был пока что в том, что вновь убитых бойцов дракон в виде нежити не поднимал. Просчитав скорость уничтожения драконом соклановцев и приток подкрепления на поле боя, Манивальд понял, что если ничего не изменится, битва будет безнадежно проиграна. Сотни высокоуровневых скелетов не вопрос, если удастся решить проблему дамага от самого дракона. И он решился.

Полгода назад, за сумасшедшую сумму в 150000 золотых, клан на всякий случай приобрел одноразовый артефакт на нанесение гарантированного 10000 урона, невзирая на любые способности по уклонения от отдельных видов магии или снижению ущерба от них, и последующее минутное ошеломление любому мобу, которому такой урон окажется недостаточен для смерти, невзирая на абилки или амулеты от ошеломления. Мало ли понадобится во время боя с другим кланом гарантированно вывести из дела кланлида и погрузить противника в организационный хаос, или попадется босс, ценность которого существенно превзойдёт потраченную на артефакт грандиозную сумму? Даже самые раскаченные игроки не имели со всеми бонусами от артефактов больше 5000-6000 единиц жизни, что делало покупку абсолютным оружием против игроков, но с мобами ситуация сложнее… У дракона оставалось меньше половины от первоначальных 38000 единиц ХП, если использовать артефакт, нанеся ему еще 10000 урона, а также вывести его на минуту из боя, и использовать это время для нанесения ему физического урона, который он пропускает неплохо, в отличие от магии…

Манивальд одним движением извлек из сумки небольшую статуэтку жабы из жадеита, и метнул ее в дракона, атаковавшего противоположный склон в ста пятидесяти метрах. Артефакт действовал в пределах трехсот метров, и добрасывать его до цели не было необходимости, надо было лишь наметить цель броском. Статуэтка, кувыркаясь, пролетела пять метров и исчезла в ослепительной вспышке. Словно маленькое солнце взорвалось в ложбине, заставив замереть от удивления всех сражающихся, а затем его разлетевшиеся в стороны лучи снова вернулись в исходную точку, и свились в мерцающее золотое копье, которое с невероятной скоростью ударило в спину поливавшего пламенем бойцов Манивальда на склоне ложбины дракона. Силой удара копья дракона бросило прямо на склон, смяв его тушей дюжину воинов клана, а затем он тяжело покатился вниз по склону, сметая и вдавливая в камень всех, кто не успевал отпрыгнуть в сторону, как своих противников, так и сторонников.

– У нас только минута добить тварь! – заорал Манивальд, и голос его при помощи командирского усиления доспехов легко покрыл шум битвы, – рубите в первую очередь туловище, нужен максимальный урон!

И сам подал пример, прыгнув телепортом к телу дракона, остановившегося на дне ложбины, и ударив секирой по шее. Приказу последовало еще несколько десятков человек, часть из них заняла оборону от бросившихся защищать дракона скелетов, часть самозабвенно рубила оглушенного артефактом монстра секирами и мечами или колола копьями.

Внезапно склоны, усеянные убитыми в последние минуты драконом и его армией нежити игроками, пришли в движение. Покойники стали подниматься на ноги, глазницы сверкнули красным, плоть стала отваливаться от тел. В отличие от нежити, поднятой драконом в первый раз, они на помощь боссу не бросились. Все оказалось гораздо хуже. Побросав оружие на землю, и воздев руки к небесам, они крикнули:

– Господин!

А через секунду между костистыми руками вспыхнуло яркое пламя того же красно-оранжевого оттенка, что и вырывавшееся из пасти дракона, убедительно продемонстрировав, что уровень поднятой нежити вырос. Вместо скелетов воинов на боевую арену вышли личи.

Из пламени тут же соткались гудевшие от напряжения шары, которые еще через секунды были меланхолично посланы личами в игроков, скопившихся вокруг дракона, погрузив их в огненное море. В пылу боя большинство не заметило такого резкого качественного изменения состава противника, впрочем, за несколько секунд в хаосе боя и тесноте сделать было все равно ничего нельзя. Огненная вспышка вокруг дракона вывела из строя всех прыгнувших добить монстра игроков, кого-то убив, кого-то оставив в сплавленных огнем доспехах, поскольку огненная атака личей не только по цвету, но и по действию была сродни драконьей. Увидев, что Манивальд забился в языках пламени, упав рядом с тушей дракона, Ирмгард взял командование на себя. Мгновенно оценив новую расстановку сил, он не стал дожидаться, когда сотня с лишком возникших на поле боя личей предпримет новую смертоносную атаку своим грозным оружием, которому игрокам практически нечего противопоставить.

– Манивальд мертв – прокричал он, также используя командное усиление, – личей слишком много! Нам не выстоять, отступаем! Телепорты если можете, невидимость, если слишком тесно, пока не выберетесь на открытое место, прыжки, главное, не схлопочите от личей огненным шаром! Это полный пипец доспам, придется вас добивать, чтобы вернуть их в нормальное состояние на респе! Собираемся в контрольной точке!


Глава 18 | Королевский квест | Глава 20