home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА 11

Голова гудела от такого количества информации, которое обрушилось на них за эти полтора часа. Магия и технология тесно соседствовали друг с другом в новом мире. Будущие инженеры изучали и использовали знания об окружающем мире, с их же помощью преобразовывая его, в то время как магам полагалось мир прочувствовать и овладеть эмоциональным восприятием бытия, чтобы его изменить. Алхимики по сути были обычными химиками, они изучали материю в любом ее проявлении, ее реакции и превращения, включая тот самый загадочный зефир, который был всем: и жидкостью, и газом, и твердым телом, и даже энергией. Однако в алхимии имелась и специализация по аптекарскому делу. Мастера часового дела оказались более интересными. Они работали с временем и пространством, ускоряя-замедляя первое или сжимая-растягивая второе при полетах в зефире между островами. Будущие артефакторы создавали полуживые механические устройства, черпая энергию зефира для сращивания своих монстров, включая то самое протезирование, которое было наглядно продемонстрировано на примере Димы. Инженеры занимались проектированием и постройкой обычных механизмов, однако сюда входили и удивительные движители для зефиропланов. Тот самый дирижабль «Буян», который привез пассажиров Боинга, был королевским зефиролетом на последней модели движителя СК-33. А еще боевая специализация инженеров предполагала и разработку оружия. По направлению зефиролетного дела готовили пилотов. Они были на вес золота, потому что сообщение между Зефирными островами в основном обеспечивалось именно воздушным… тпру!.. зефирным путем. Большие транспортные зефиропланы курсировали между островами, перевозя грузы и путешественников; маленькие легкие зефиролеты могли быстро доставить важного пассажира; грозные, вооруженные до зубов зефиррины патрулировали границы островов и защищали от вторжения…

Здесь ректор осекся и пробормотал, что об этом им еще пока рано знать. И тут же просиял в буквальном смысле этого слова, сообщив, что они видят перед собой величайшего из ныне живущих книжного дел мастера. Книжники изучали Слово. Именно так, с большой буквы. Ректор разразился потоком умных терминов и про особенности зефирной типографии, и про распространение Слова, и про его восприятие разными расами, и про целительную способность доброго Слова, и про важность сохранения книжного наследия Древних…

Перейдя к перечислению магических специальностей, ректор заметно поскучнел. А вот слушатели, наоборот, оживились. В стихийной магии студенты изучали… да-да… метеорологию и геологию, в последнюю включались почти все известные ее подразделы, начиная от вулканологии и заканчивая такой экзотикой, как кристаллография. Стихии подлежали чувственному восприятию, однако их воспроизводимый образ и управление были возможны лишь при наличии должных знаний. Закон сохранения энергии никто, как ни странно, не отменял и в этом мире. Чтобы заморозить кого-то, как это сделал профессор Вастольф, было необходимо где-то отнять тепло.

Будущие маги призыва, или заклинатели, использовали пятую стихию — зефир. Ее свойства были настолько разнообразны и изменчивы, что, пожалуй, это был единственный раздел магии, больше похожий на искусство, чем на науку. Заклинатели работали с призывом зефирных сущностей, создавали охранные и боевые руны, а также могли открывать порталы. Порталы были еще одним способом сообщения между островами, однако стоимость их создания делала их доступными только для избранных.

Некроманты работали с энергией смерти: могли призывать духов умерших, прочитать последние минуты жизни мертвого человека, а также поднять или упокоить так называемую зефирную нежить. В основном, некроманты служили в Королевском сыске в качестве судмедэкспертов и патологоанатомов, однако была у них и боевая специализация, заключающаяся в упокоении той самой зефирной нежити, которая иногда атаковала зефиролеты.

Маги жизни, или просто целители, имели дело со всем, что живет и растет, начиная от растений и заканчивая разумными существами. Медицина, ботаника, зоология… Машка очень оживилась, когда услышала, что в программу курса входит и кулинария. Правда, исключительно с точки зрения токсикологии… Имелась и боевая специализация магов жизни. Называлась она повелитель эукариотов или просто укротитель… Лерочка наморщила лоб, пытаясь вспомнить из биологии, кто такие эукариоты… Ведь явно же термин не этого мира, а того, что ее сознание перевело на доступном ей языке. Прокариоты и эукариоты… Кажется, первые — это простые одноклеточные организмы. А второе? Все остальные существа? Кстати, а куда относятся вирусы?

Сновидцы работали напрямую с энергией сна, включая спящее сознание островов — так называемые родники. У Лерочки сложилось впечатление, что эти родники представляют собой что-то вроде божеств, которые защищают острова от разрушительной силы хаоса-зефира. А самое главное божество — Пречистый Исток дает жизнь всем остальным божкам. Сновидцы были сродни провидцам-предсказателям, а еще они могли врачевать душевные травмы и психические болезни, а значит в обязательном порядке изучали психологию и психиатрию. При этом большую часть своей жизни сновидцы… спали. Лерочка пихнула Диму в бок и прошептала:

— По-моему, это как раз про тебя.

— Очень смешно, — пробурчал он.

И наконец, ректор перешел к последней специальности — эроморфии. Здесь он остановился и сообщил, что вряд ли кто-нибудь из слушателей сможет учиться по этой специальности, разве что их дети… Его реплика вызвала тихое негодование среди присутствующих.

— Я не совсем понимаю ваше возмущение, золотые мои, — удивился ректор и, к удовольствию слушателей, вдруг плотнее закутался в бархатный плащ, как будто продрог. — Дело в том, что способность к эроморфизму есть только у обитателей Кошачьего острова. Эроморфы — единственная раса, неспособная к размножению. Родник их острова очень силен, но нестабилен, поэтому эроморфы приспособились принимать форму других разумных существ и поглощать их зефирную энергию при соитии. Однако в любом облике они все равно бесплодны, зато беспрепятственно работают с сексуальной энергией других. Благодаря этому, они могут видоизменять не только себя, но и других, например, живое протезирование или корректировка внешности. Однако не стоит забывать, что есть риск, что выращенная ими новая часть тела окажется несколько иной, так сказать, не приживется и повлияет на зефирную суть реципиента. Это, конечно, редкость, но при тяжелых травмах обычно предпочитают биомеханическое протезирование конечностей. Эроморфы улаживают так называемые смешанные браки между представителями разных островов. Дело в том, что родники каждого острова при длительном проживании меняют разумное существо, перекраивая его на свой лад. Понимаете, о чем я? В Ла-Арке вы останетесь сами собой, ну разве что ваша внутренняя суть проступит более явно во внешнем облике… Но если вы поживете несколько месяцев, скажем, на Мусорном острове, то сделаетесь неотличимым от нашего казначея Юстинианиса…

— Какой ужас… — поежилась Лерочка.

— Но только внешне! Мало изменить внешнюю суть, ведь ваш генотип никуда не делся. Если вы уедете на родной остров, то очень быстро вернете привычный облик. Конечно, количество таких превращений не бесконечно, рано или поздно вы разрушите самое себя и сойдете с ума. Так вот… О чем я? Ах да… Эроморфы в смешанных браках закрепляют зефирную суть одного из супругов в другом, чтобы в будущем не было проблем с потомством. Кроме того, они могут еще и провести селекционный отбор признаков для будущего наследника престола, могучего мага или гениального изобретателя… Но и цена таких услуг велика. Обычно в качестве платы эроморфы требуют первенца.

— Зачем? — невольно вырвалось у Лерочки.

Ректор ее услышал, однако замечания не сделал.

— Чтобы усыновить. Или удочерить. Я почему сказал про детей? Своих потомков у эроморфов быть не может, вот они и берут чужих. Родник их острова превращает ребенка в их подобие. Чем раньше начато превращение, тем сильнее будет новый эроморф. Например, подросток будет совсем слабеньким, а взрослый человек и вовсе не сможет превратиться. Поэтому в том, чтобы отдать ребенка эроморфам, нет ничего дурного. Все знатные семьи через это проходили. Жестокая необходимость, увы.

— А если отказаться? — пискнул кто-то из последнего ряда.

— Так разве ж вас заставляют? — удивился ректор. — Эроморфы крайне щепетильно подходят к выбору будущего наследника. Им дурная кровь не нужна. Поэтому, если у вас обычный брак, то помощь эроморфа вам и не потребуется. А уж если заключаете династический брак с правителем другого острова, то извольте терпеть. Правда, обычно в таком случае первенцами рождаются близнецы, чтоб соблюсти интересы двух сторон. Кстати, у эроморфов есть одна-единственная страсть — они ужасно любопытны к малоизученным видам. А поскольку вы являетесь для Зефирных островов вообще неизвестным видом, то очевидно…

— Хм… Получается, эроморфы — эдакие ксенобиологи, сексопатологи и генетики в одном флаконе, что ли? — умничал Игорек по дороге домой.

— Меня больше беспокоит, как сдавать вступительные экзамены, — пробормотал Дима, — чем какие-то дурацкие эроморфы.

— А на кого ты будешь сдавать, уже решил? — спросила Лерочка.

— На инженера, наверное. Или часовщика. Или артефактора. Что-то из этих трех. А ты?

— Не знаю, — растерялась девушка. — Кажется, мне ничего из этого не подходит.

— А я точно буду сдавать на мага жизни! — заявила всегда и во всем уверенная Машка. — Выберу специализацию по токсикологии, чтобы изучать кулинарию.

— А я пойду в стихийники, — гордо выпятил грудь Игорек. — Всегда мечтал пульнуть файербол!

У Лерочки глаза закрывались от усталости, но она упрямо продолжала раскраивать шелк под обещанное платье. Занятие хоть и немного, но успокаивало. Вернувшись после лекции, девушки до хрипоты проспорили, что делать с образовавшимся долгом.

— Я устроюсь на подработку в таверну! — заявила Машка. — Выплатим, не волнуйся ты так. А если подцепим принца…

— Маша! — взмолилась Лерочка. — Прекрати уже! Какой принц? Ты чем слушала? А если твой принц окажется каким-нибудь… пупырком? Что тогда? Звать эроморфа и отдавать ему первенца? Тьфу! Даже слушать не хочу!

— Почему пупырком? Я нормального тебе найду.

— Все! Даже слушать не хочу!

— Ну не хочешь, как хочешь. Себе буду искать. И найду. Будь уверена.

— А я и не сомневаюсь! Так бы и сказала, что для себя стараешься! И не прикрывайся благородной заботой обо мне!

— И не буду! — надулась Машка. — Дура ты. Сиди в старых девах.

— Уж лучше в старых девах, чем как ты!..

— Что я?!?

— Ничего! Всех принцев перепробовала!

Подруги вдрызг разругались. Самое обидное, что Лерочка понимала, что оскорбления, уговоры и даже угрозы бесполезны. Машка перла к цели, как таран, не видя препятствий. И в большинстве случаев ей удавалось достичь желаемого, как ни странно.

Душераздирающей сцены выселения тех, кто ушел с лекции, не было. Просто эти люди исчезли. Семь человек. Наташа с детьми, Толик и еще трое, имена которых Лерочка даже не запомнила. Она осторожно спросила у крысомуса-смотрителя, куда делись эти несчастные, но Атанасис равнодушно пожал плечами и сказал, что их в тот же вечер забрал констебль. Похоже, шутить с новоприбывшими никто не собирался. Лерочка чувствовала себя виноватой в произошедшем, косые взгляды в ее сторону от других пассажиров этому сильно способствовали. Но с другой стороны, поставь она подпись, все могло бы быть и хуже.

Во второй раз Лерочка смогла рассмотреть кабинет ректора в деталях. Он был весь уставлен книгами. Книжные шкафы тянулись во всю стену, доставая до потолка. Старинные фолианты соседствовали с вполне современными книжными переплетами.

— Так что вы хотели, Валерия? — устало спросил ректор Кхамало, кивая ей на стул. — Тоже пришли заявить, что вы — Избранная? Или уверить меня, что я — ваша истинная пара?

— Я? Боже, нет, конечно! Нет, что вы!.. Я просто хотела у вас спросить, может, вы посоветуете… — девушка замялась.

— Что? Смелее, смелее. Я не кусаюсь.

— Я хочу быстрей выплатить долг. Поэтому подумываю найти подработку. Но побаиваюсь искать ее в городе. Возможно… Я могла бы устроиться где-то в самой Академии? Подрабатывать после занятий… если поступлю.

— Хм… — ректор окинул ее оценивающим взглядом и склонил голову. — На кухне у нас как раз освободилось…

— Нет! Только не на кухню!

— Почему?

— Я… понимаете, я неловкая… неуклюжая. Вечно у меня что-нибудь ломается или бьется. А на кухне… Только не на кухню, иначе я совсем из долгов не вылезу.

— Брильянтово, брильянтово… — задумчиво пробормотал ректор, склонив голову набок и полируя ладонью подбородок, как будто кто-то царапал ногтем по стеклу. — И часто с вами происшествия приключаются?

— Часто, — виновато склонила голову Лерочка. — Очень часто.

Тут на столе у ректора вдруг запрыгала пирамидка из горного хрусталя. Девушка вздрогнула и испуганно замотала головой:

— Это не я! Честно!

Ректор вздохнул, наблюдая, как пирамидка меняет цвет с прозрачного на кроваво-красный, потом схватил ее со стола и… бросил об стену. Пирамидка разлетелась мелкими осколками, которые застыли в воздухе наподобие кривого зеркала. В нем появилось изображение.

— Барон Кхамало! Еще одно нападение! В этот раз на… — говорящий осекся, заметив в кабинете постороннюю.

— Да говори уже, — махнул рукой ректор и загородил собой собеседника.

— В этот раз на торговую миссию Нордвайна, — срывающимся голосом доложил неизвестный. — Количество погибших не установлено. Спасательные патрули полоскают зефир в радиусе пяти часовых единиц. Подтвердились зефирные возмущения в секторе 27А.

— Пятое нападение за неделю… — ректор потемнел, как будто вбирая в себя весь свет вокруг. — Свяжись с лордом Эльбергом и генералом Хикметом. Будем созывать Совет. Остальных я сам извещу.

Осколки осыпались на пол и, как намагниченные, стянулись в одну кучку. Ректор рассеяно подобрал вновь целую пирамидку и поставил ее на стол. Лерочка заметила, как у барона слегка дрожат пальцы.

— Простите… — заикнулась она.

— Что? — он поднял на нее взгляд, как будто только что заметил ее в своем кабинете. — Ах, это вы… Невезучая, да? Могу отправить в библиотеку. Пыль вытирать. Там будет сложно что-то разбить.


ГЛАВА 10 | Дракон в зефире | ГЛАВА 12