home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 41

Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь

Фердинан, собравшись с силами, открыл дверь. И увидел знакомое улыбающееся лицо.

– Здравствуйте, месье Брюн. Я принес вам почту. В частности, письмо из Нормандии.

Месье Суареш, еще меньше ростом, чем его жена, засмотрелся на веселого щенка, покусывающего его за ботинки, и почесал его за ухом.

– А вы снова взяли собаку, как я посмотрю. И правильно сделали! Я очень любил вашу Дейзи. Зря я вам это говорю, наверняка моя жена в гробу переворачивается… Просто у нас был очень трудный год. Чему быть, того не миновать. Я уже закончил свой обход, вы один тут остались на праздники. Не хотите выпить портвейна на солнышке во дворе? Сейчас немного подмораживает, но зато мы познакомим Рокко и…

– …Шерлока. Ну что ж, я не против. Мне это не повредит. У меня была очень бурная неделя, и конца-краю ей не видно. Ладно собака, ко мне еще семья приезжает. Дочь с сыном. Знали бы вы! Мой бедный внук…

– Ой, я забыл, у меня вот еще что для вас есть. – Суареш протянул недоумевающему Фердинану черную записную книжку.

– Это книга жалоб моей жены. Там вам целая глава посвящена. Мне она ни к чему. Оставьте ее себе или выкиньте. Мне неохота хранить ее дома.

Они спустились во двор, преодолев тринадцать ступенек. Суареш пошел за Рокко, а Фердинан прямиком направился к помойным бакам. И впервые понял, что в правилах сортировки мусора нет ничего сложного. Бумагу – в желтый бак. И черная книжечка отправилась в последний путь! Вдалеке запели канарейки, не обращая внимания на радостное рычание двух собак, дерущихся за шарик любимого корма. Суареш помахал Фердинану:

– Хотите кусочек пирога волхвов?


Из черного кондуита вылетела бумажка и приземлилась у ног Фердинана. Преисполненный гордости, он направился к нужному баку. Но вдруг его внимание привлекло одно слово. Дейзи. Фердинан остановился как вкопанный. Надел очки и прочел, что написано на бумажке, оказавшейся визитной карточкой: “Собачий приют на долгий срок”. С адресом и номером телефона. Имя собаки обведено от руки. У него сейчас остановится сердце. Дейзи мертва уже почти год. Мертва и сожжена на его глазах. Что изменит эта визитка? Надежды нет и быть не может. Но, не выдержав, Фердинан кинулся к Суарешу, который как раз собрался показать ему, где Антуан, отец Жюльетты, намеревается установить домашний улей. Фердинан перебил его:

– Вы бывали в этом приюте?

Суареш схватил карточку и прочел, держа ее на расстоянии, чтобы лучше было видно.

– Да, мы там оставляем Рокко, когда уезжаем на лето в Португалию. Если жена с ними связывалась в поисках Дейзи, то наверняка говорила с Жозе, – добавил он, прочитав имя собаки.

– У вас есть эта мобильная штука, можете мне одолжить ее?

– Телефон? Конечно. Эти штуки могут пригодиться, особенно в экстремальной ситуации.

Фердинан лихорадочно стучит по клавиатуре, но экран пуст. Он начинает злиться.

– Подождите, его надо разблокировать. Я сам наберу и, когда там ответят, передам вам.

Суареш набирает на экране номер и протягивает мобильник возбужденному Фердинану. Тот отходит в сторону, услышав женский голос.

– Собачий приют. Добрый день.

– Добрый день, мадам. Нет ли у вас, случайно, суки немецкого дога серой масти? Ее зовут Дейзи.

– Нет, впервые слышу. Она у нас сейчас должна быть? Я только с лета тут работаю…

– Не могли бы вы спросить у Жозе, помнит ли он мою собаку? Скорее всего, ему передала Дейзи на передержку некая мадам Суареш.

– Подождите. Он снаружи с собаками. Я пойду спрошу, слышал ли он о ней. Не отключайтесь.

Его собеседница отсутствует уже две минуты двадцать секунд (время загорается на экране). Фердинан нервно топчется на месте. Он волнуется и сердится, надеясь на несбыточное. Три минуты сорок секунд. К тому же Суарешу этот звонок влетит в копеечку. Не в силах вынести эту пытку, он уже собрался нажать на отбой, но в телефоне снова послышался голос:

– Знаете, все, оказывается, не так просто. Действительно, мадам Суареш обратилась к нам с просьбой взять на долгий срок суку немецкого дога. Она у нас пробыла несколько месяцев, но нам пришлось с ней расстаться.

Фердинан застыл, открыв рот. “Несколько месяцев”. Как это может быть? Он видел безжизненное тело Дейзи. Он сжег ее. Она была без ошейника, и останки ее имели жуткий вид. Но сомнений быть не могло. Собаку так просто не подменишь. Дейзи погибла: каким образом в то же самое время она оказалась в приюте? А если она осталась жива, то что значит “нам пришлось с ней расстаться”?

– Боюсь, я не совсем вас понял. “Пришлось расстаться”? Что вы имеете в виду?

– Судя по тому, что сказал Жозе, немецкий дог, Дейзи, – правильно? – прибыла к нам прошлой зимой. Тогда у нас было мало собак, но она особой приветливостью не отличалась. Ходила такая потерянная и лаяла не переставая. Летом, когда в приюте прибавилось собак, нам стало сложно держать ее у себя.

– А вы не могли бы сказать, где сейчас находится Дейзи?

– Ну… Понятия не имею. Жозе говорит, что отправил ее к доктору Дюрану, ветеринару, тут неподалеку. У меня есть его номер, хотите?

Сунув руку в желтый мусорный бак, Фердинан выудил оттуда черную книжечку. В кои-то веки ему повезло, в нее вложен простой карандаш. Дрожащей рукой он записал номер телефона и разъединился, забыв даже сказать спасибо. И принялся снова тыкать в цифры. Пустой номер.

– Жмите на зеленую! – крикнул Суареш.

После трех гудков низкий голос сообщил ему, что он дозвонился ветеринару, но в обеденное время кабинет закрыт. Фердинан посмотрел на часы – уже 12.10.

Двух часов он не дождется. И потом, Марион и Александр уже будут здесь, не может же он их бросить и убежать к ветеринару, в случае если… Фердинан не позволил себе додумать эту мысль до конца. Он вернулся в садик и сел за стол рядом с Суарешом. Его ждал стакан портвейна. Он посмотрел на Суареша и простодушно спросил:

– Вы, случайно, не знаете некоего доктора Дюрана, ветеринара?

– Конечно, я прекрасно его знаю. Он лечит Рокко. Он буквально творит чудеса. У нашего малыша заболело горло. Он хрипел как зарезанный. Ему бы пришлось сидеть в четырех стенах, чтобы не вдыхать загрязненный воздух, короче, его ждала собачья жизнь. А доктор сделал операцию, и он как заново родился. Теперь он лает нормально, может гулять по городу и уже даже не стращает канареек. У бедняжек от его страшного хрипа аж перья дыбом вставали. Мы с доктором Дюраном подружились, особенно моя жена. А почему вы спрашиваете?

Фердинан боялся даже поделиться с ним своим предположением. Во-первых, потому что он не знает, чем все кончилось. Во-вторых, бедняга только что потерял жену и ему необязательно знать, что она была сущим дьяволом.

– Работники приюта оказались не в курсе и направили меня к доктору Дюрану. Я попытался ему позвонить, но там автоответчик. Судя по всему, у него обеденный перерыв. Придется мне запастись терпением, – сказал Фердинан, хватаясь за стакан.

– Я могу позвонить ему, если хотите. У меня есть номер его мобильника.

Суареш пролистнул список контактов в своем телефоне и кивнул, что нашел.

– Звоню! Гудки! Да, доктор Дюран, это Суареш. Извините, что беспокою вас в обеденное время, но я с другом, который хотел бы задать вам важный вопрос. Я вам его передаю.

Фердинан взял телефон, отошел в сторону и как можно спокойнее объяснил, каким образом он на него вышел. Суареш наблюдал за ним издалека – Фердинан то пожимал плечами, то удивленно жестикулировал. Внезапно ему стало дурно, и, бессильно прислонясь к стенке, идущей вокруг розовых кустов, он задрожал всем телом. Суареш бросился к нему, узнать в чем дело. Фердинан ответил таким слабым голосом, что сначала консьерж не разобрал, что к чему. Потом угадал по губам два слова: “Дейзи жива”.


Глава 40 Жребий брошен | У нас все дома | Эпилог В хорошем житье и кудри вьются