home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава вторая

Вскрикнув, Мария подскочила.

– Мария, mia cara, что случилось? – Секунду спустя Франко тоже сидел на кровати. Его сон как рукой сняло. Он осмотрел лачугу. Все в порядке. Франко снова расслабился.

– Что случилось? – нежно потряс он Марию за плечо. – Тебе приснился плохой сон?

Мария кивнула, широко раскрыв глаза и зажав ладонью рот, словно увидела нечто ужасное.

– Мне так плохо, такое странное ощущение в животе…

На лбу выступил пот.

Когда Франко хотел положить ей руку на плечо, то почувствовал, что ее ночная сорочка прилипла к спине.

– Ты же вся взмокла!

Он снял шерстяную кофту с деревянного стула, который служил ночным столиком, и набросил ее на плечи Марии.

– Спасибо! – Она тяжело вздохнула. – Снова этот сон… Господи, как может сниться такая чепуха! Я была на поляне позади санатория. Было так светло, словно солнечные лучи попадали на белую бумагу. А потом там появился этот человек… У него была длинная борода, и он носил длинное одеяние. Но он не был похож ни на кого из этих людей на горе, – быстро добавила она, когда заметила выражение лица Франко.

Она плотнее завернулась в кофту.

Франко снова наклонился к стулу, на этот раз достал сигареты. Пока он раскуривал одну, Мария продолжала рассказывать:

– Мужчина приглашал меня танцевать, но я не хотела. Его рука была ледяной. Я хотела отдернуть свою, но он не позволил. Мы танцевали по кругу, при этом я чувствовала себя очень плохо. Я не слышала никакой музыки, но, может, я просто уже не могу вспомнить. Кроме нас были еще и другие танцующие пары, танцевали также женщины с женщинами и мужчины с мужчинами.

– А я, где был я? Почему тебе снятся другие мужчины?

Она пожала плечами.

– «Мне нужно к Франко», – сказала я этому мужчине, но он не смотрел на меня и вел себя так, словно вообще не слышал меня. Потом я сказала, что Франко не понравится, что я танцую с другим, но мужчина снова не услышал меня. Он крепко обнимал меня, и мы кружились и больше не останавливались. – Она сглотнула. – В танце мы миновали остальные пары. «Мы должны повернуть, мы слишком близко к пропасти!» – крикнула я ему. Я рванула его за руку, которая обвила меня, словно угорь, но хватка была железной. Постепенно море все приближалось, оно больше не было голубым, а стало чернильно-черным – гигантская глотка, желающая нас сожрать… А потом мы сделали последний шаг. Он взглянул на меня и рассмеялся. Его лицо было ужасным…

Мария так сильно задрожала, что не смогла говорить дальше.

– Мария, успокойся! Все хорошо, – обнял ее Франко и стал укачивать. – Я знаю, что это, когда снятся такие сны: когда падаешь, падаешь и падаешь…

– И в то же время ничего общего. Когда человек возникает из ниоткуда, это ужасно! А потом еще кто-то совершенно чужой тащит тебя вниз!

Некоторое время Мария молчала. Потом вздохнула.

– Алоис Завацки, продавец книг, о котором я тебе рассказывала, наверняка хотел бы истолковать мой сон. Вот бы он поспорил о его глубинных смыслах.

– Для этого не нужно никаких специалистов! – фыркнул Франко. – Во всем виновата эта несчастная лачуга, в которой мы живем! О каких домах из воздуха и света может идти речь?! У догов моего отца и то жилище уютнее! Мы ночуем последнюю ночь в этой хибаре, завтра же переберемся в «Каса Семирамис»!

Франко сердито оглядел их пристанище. Он с самого начала хотел поселиться в отеле, который соответствовал хоть минимальным требованиям комфорта. Но потом, после первой прогулки по окрестностям, Марии удалось уговорить его пожить в одной из маленьких деревянных хижин, разбросанных по всей лесистой местности.

– Как романтично! – воскликнула она.

Забавно было представлять, как занимаешься утренним туалетом на деревянной веранде и с одним ведром воды! Шерлейн тоже вскричала от восторга. Пандора же просто с ужасом восприняла идею настолько приблизиться к матери-природе.

– Если жизнь в курятнике такая уютная, почему же тогда Генри Оденковен и Ида Гоффманн построили себе виллу с электричеством и водопроводом? – спросила она.

Оба владельца этой земли жили намного роскошнее, чем их последователи. Это было одной из многих особенностей коммуны. В итоге обе подруги сняли номер в маленьком отеле, который стоял на границе территории. Из него открывался восхитительный вид на озеро.

– Уставшие обретут покой, мир и свободу, смогут почерпнуть новые силы, – цитировала рекламный листок гостиницы Пандора. Она решила, что это место как раз им подходит.

Франко сердито затянулся сигаретой. Почему он сдался и допустил то, что теперь живет в лесу, как первобытный человек?

Мария плохо спала еще в первую ночь. Слишком много посторонних звуков: шелест листвы, хруст мелких веток, будто кто-то ходит. Все заставляло ее напряженно прислушиваться. Об этом она сказала ему лишь на следующее утро. Франко же после небольшой прогулки с возлияниями по тратториям Асконы спал как сурок. Кроме того, Марии постоянно казалось, что за ней кто-то следит, призналась она позже. И неудивительно: здесь на окнах не было ни одной занавески, да и ставни не закрывались.

– Кому придет в голову наблюдать за нами ночью, когда мы спим? – попытался успокоить он ее и предложил перебраться в гостиницу. Но Мария и слышать об этом не желала. Тогда Франко попросил ее отправиться с ним вечером в Аскону и попробовать местного вина. Уж оно-то точно должно было вызвать у нее сонливость. Но и эта идея не нашла у нее одобрения. Тогда Франко поинтересовался, не заразилась ли Мария вирусом аскетичности, который распространен в Монте-Верита. Но Мария рассмеялась и, расстегнув блузку, потребовала проверить, насколько она аскетична. После этого речь о переезде в гостиницу не заходила.

Франко ощутил, как в нем просыпается желание. Он неспешно погладил ее грудь. Неплохая идея – переключить ее мысли на что-нибудь другое…

Но в тот же миг Мария вырвалась из его объятий.

– Довольно причитаний! Я не позволю, чтобы какой-то дурацкий сон окончательно испортил мой день! Холодный душ – вот что сейчас мне нужно, – заявила она авторитетно. Она стащила с себя ночную сорочку через голову и нагишом выскочила наружу, отправив перед этим Франко воздушный поцелуй.

Он смотрел ей вслед. Что же такого было в этой женщине? Она легко могла вить из него веревки. С тех пор как он был вместе с Марией, он себя не узнавал. Ему нравились вещи, которые и в голову раньше не пришли бы. Например, эта промежуточная остановка в Асконе. Ему стоило больших усилий убедить отца выделить ему еще три недели. За это Франко пришлось пообещать, что после приезда он станет работать еще больше. «У других мужчин тоже случались любовные интрижки, но они не отвлекали их от работы», – упрекнул его старый граф. На что Франко горячо возразил, что это не любовная интрижка, что он видит в Марии будущую жену, которую он ждал всю свою жизнь.

Его отец вряд ли мог представить себе, что из мимолетного американского знакомства выйдет что-либо хорошее, ведь мать много лет подряд подсовывает ему маркиз и графинь голубых кровей, словно вишенки на торте. А Франко заявил, что любит Марию. На что отец громко прыснул и добавил, что он тоже любит своих собак.

После скандального телефонного разговора на почтамте Асконы Франко решил пока не говорить, что хочет привезти с собой Марию. Очевидно, родителям нужно время, чтобы свыкнуться с мыслью, что отныне им придется делить единственного сына с чужой женщиной. Но теперь их прибытие в Геную неумолимо приближалось.

Франко в задумчивости еще раз затянулся сигаретным дымом.

Наверное, было бы хорошей идеей позвонить сегодня отцу и наверстать упущенное: в палаццо нужно еще кое-что подготовить. «Стеклодувную мастерскую?! У тебя совсем съехал мозг и находится теперь между ног?» – слова старого графа до сих пор звучали у него в ушах. Франко вздохнул, будто хотел уже сейчас настроить себя на запоздалый словесный поединок. «В этот раз ирония отца будет разбиваться об меня, как капли дождя о листья кувшинки в садовом пруду у матери», – клялся он себе. Он не хотел допустить повторения драмы с Сереной. Он уже не мальчик, которому отец мог навязать свою волю. Они с Марией станут крепкой семьей, и вместе у них будет достаточно сил, чтобы противостоять старому графу. Франко видел, как упорно Мария шла к тому, чтобы стать стеклодувом, и сам теперь хотел столь же усердно заняться виноградниками. Прошли те времена, когда он только тем и занимался, что перевозил по приказу отца беглых парней. Как он мечтал о том дне, когда покончит с торговлей людьми и больше не будет иметь к ней никакого отношения! Франко ни разу не показывал, насколько отвратительной для него была заокеанская деятельность, но теперь это постоянно висело над ним, как черные грозовые тучи. Конечно, когда в его жизни появилась Мария, тучи эти слегка разошлись, стало чуть легче. Но будет лучше, если они вообще скроются с его горизонта! Да, старику придется привыкнуть, что у его сына есть собственные виды на будущее! И кто знает, может, отец потом оценит его старания по омоложению лозы и улучшению сортов?

Через открытую дверь Франко наблюдал, как Мария водит мокрой губкой по груди. Она окунула губку в ведро с водой, осторожно, чтобы не пролить ни капельки, потом отжала и перешла к правой ноге. Мария двигалась без кокетства, ее нагота напоминала простую, но благородную одежду. Как же красива она, его принцесса!

Франко сделал последнюю затяжку и затушил сигарету.

С сегодняшнего дня Мария должна купаться только в роскоши, об этом он позаботится! А его отец… Ах, о нем он больше не хотел вспоминать!


Глава первая | Американская леди | Глава третья