home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 7

Я подхватила бокал с шампанским и с удовольствием отхлебнула глоточек. Вкусно. Настроение было на высоте, хотелось танцевать. Думаю, получится после окончания этого тухлого мероприятия затащить всю компанию в какой-нибудь бар.

С дальнего конца зала мне подмигнул Максим. В ответ лишь снисходительно, чуть загадочно улыбаюсь. Мне смешно видеть, как моментально темнеет его взгляд. Наивный, неужели не видишь, что я играю, что мне все равно? Не могу удержаться, чтобы не поддеть его. Чуть прикусываю губу, глядя поверх бокала с шампанским, и Градов тот час подбирается, по-своему истолковав этот безобидный жест. Это льстит моему самолюбию, но к несказанному удивлению внутри что-то нехорошо шевелится. Что это? Прислушалась к себе, пытаясь разобраться в эмоциях. Непонятный червячок сидел где-то глубоко и покусывал, несильно, но планомерно.

Может, забыла выключить телевизор дома? Дверь не закрыла? Нет, все не то.

Перед мысленным взором появился образ мужчины с зелеными глазами, который смотрел на меня грустно, но в то же время с любовью. Чувствую, как в области желудка сжимается холодный ком.

Играю на нервах у Макса, проверяя его выдержку, а у самой муж есть? Болезненный укол куда-то под ребра.

Я не поняла, это совесть моя, что ли, проснулась?

От неожиданности даже поперхнулась до такой степени, что слезы из глаз брызнули. Обмахиваясь ладошкой, поставила бокал на стол и поспешила в дамскую комнату, опасаясь, что тушь потечет.

Стоя у зеркала пытаюсь успокоиться, перевести дыхание. Чего, собственно говоря, я так отреагировала. Это была просто улыбка и не более того. Что там подумал Градов — его проблемы, и они меня не касаются.

Походкой от бедра вернулась в светлый зал, осмотрелась в поисках официанта, и заметила, что атмосфера в помещении как-то неуловимо изменилась.

Скользнув взглядом по присутствующим, обнаружила нового персонажа. Высокий, темно-русый мужчина в строгом темно-синем костюме, облегающем широкоплечую фигуру.

Поня-я-ятно, чего все барышни в зале подобрались.

Рядом с таинственным субъектом уже вовсю крутилась Карина. Строила глазки, кокетливо улыбалась, игривым жестом заправляя прядь шелковистых волос за ухо. И поза такая вся томная, попа назад, титьки вперед, ручка с маникюром ненавязчиво поглаживает кулон на груди.

Мне даже стало интересно, что это за кадр, на которого моя подруга запала, поэтому, все-таки отобрав у официанта последний бокал шампанского, бодро направилась к ним.

Тут я обратила внимание, что кроме Карины там крутились остальные, рыбки поменьше. Все как она такие румяные, с горящими глазками, игривыми полуулыбочками.

Надо же один мужик, а столько внимания к себе привлек! Талант!

Даже интересно стало.

С фирменной улыбкой на губах продвигалась в их направлении, лениво скользя взглядом по его фигуре. Хороший разворот плеч, узкая талия, высокий. Если ещё на лицо ничего, то за такой образец можно и побороться.

Снова укол под ребра.

Да, блин, шучу, я шучу! Просто посмотрю и все! Что в этом такого???

Подходила все ближе и ближе, с удивлением чувствуя внутреннюю дрожь. Опять ощущение неправильности, будто делаю что-то плохое. Что за глупости? Еще несколько шагов и я практически поравнялась с ними. Карина заметила меня первой и предупреждающе стрельнула карими глазами из-под густо накрашенных ресниц. Типа, не влезай, а то убью! Я лишь ухмыльнулась и показала ей язык. Сейчас, дорогая моя, размечталась. Вы тут все хвостами крутите, а я как дура в стороне стоять буду?! Как бы не так!

Мужчина тем временем понял, что собеседница отвлекается на кого-то за его спиной, и обернулся.

По голове словно огрели пыльным мешком. Серьезно? Я почувствовала, как все внутри перевернулось.

— Артем? — не знаю, каким чудом удалось удержать на лице невозмутимое выражение, и не уставиться на него с открытым ртом, — не думала, что придешь.

Серьезно, не думала. Позвала его неделю назад, но он был настолько занят работой и предстоящей проверкой, что ни разу даже не заикнулся про выставку. Думала, что забыл или забил, или и то, и другое.

Он улыбнулся и сделал шаг ко мне:

— Удалось освободиться пораньше.

Смотрю и глазам своим не верю, что это он. Охр*неть! Я его реально не узнала в таком виде! Сколько мы с ним вместе, а ни разу не видела его в костюме. Мы даже расписывались в «свободной форме». Неизменный небрежный спортивный стиль, джинсы, футболки, а тут на тебе. Совсем другой человек. На его фигуре костюм сидел просто идеально. Взгляд задержался на верхней небрежно расстегнутой пуговице сорочки, открывающей взгляду загорелую кожу, и у меня нет сил сдвинуться с места. С трудом сглотнув, пытаюсь скинуть оцепенение, очнуться, прийти в себя.

— Вы знакомы? — раздался сладкий, но вместе с тем недовольный голос подруги. Я кинула в ее сторону предупреждающий взгляд, но Карину это не остановило. Она смотрела на меня, подняв одну четко подведенную бровь, и ждала ответа. И в темных глазах вызов открытый светится. Наверное, именно это меня и вывело из себя окончательно, потому что, нагло усмехнувшись, взяла ничего не понимающего Зорина под руку и сказала:

— Бери выше, детка. Мы не просто знакомы, мы — женаты!

Каринкино лицо вытянулось до неузнаваемости, она переводила изумленный взгляд с меня на Артема и обратно, не думая о том, что со стороны это выглядит, по крайней мере, некрасиво.

— Мы оставим тебя, — мило хлопая глазами, промурлыкала я и потащила парня в другой конец зала. Он, ничего не сказав, без сопротивлений последовал за мной.

Внутри все клокотало, и было такое чувство, что ещё чуть-чуть и у меня изо всех щелей пламя повалит. Я злилась. Нет, не так! Я была в бешенстве, от которого перед глазами словно красная пелена клубилась и внутренности раздирало непреодолимое желание устроить громкий некрасивый скандал.

Вытолкала его в подсобное помещение.

— Сюда нельзя, — он кивнул на табличку.

— Плевать! — рявкнула, захлопывая за собой дверь.

Мы оказались друг напротив друга. Он молча ждал, исподлобья рассматривая меня, а я металась по крохотной комнатушке, пытаясь успокоиться.

— Ты злишься? — мрачно спросил муж.

Я кивнула, даже не посмотрев в его сторону.

— Из-за того, что я пришел?

Вот тут я остановилась, сжав кулаки и зло глядя на него. Хотела, было сказать, что «да, из-за этого» и не смогла.

Ведь я не на него злилась, а на себя. Из-за какой-то странной реакции на его появление, из-за непонятного желания вернуться в зал и возить Карину мордой по полу. Из-за того, что.… В общем, не знаю из-за чего еще, но точно не из-за его появления.

Это как в Зеленом, такой же кровожадный порыв еле сдержала, обнаружив, что у Артема есть «подруга детства», а потом безжалостно размазала ее, опустив ниже плинтуса, раздавив как надоедливую муху. Сейчас — то же самое.

О, Боже! Я что ревную? Зорина?

Глупости, не могу я ревновать! Чтобы ревновать, надо любить. А я не люблю его, мне вообще фиолетово! Вот!

Что тогда? Сработал инстинкт собственника? Кто-то посторонний позарился на принадлежащее мне добро? Вот это уже больше похоже на правду. Да, точно! Все именно так! Никакой глупой ревности! Не было тогда, нет и сейчас! Просто злость. Неудержимая, неконтролируемая, окутывающая сознание темной дымкой, заставляющая сердце судорожно сокращаться.

Если честно, сегодня я испытала самый натуральный культурный шок, впервые увидев его в таком виде. Он действительно выглядел так, что я могла понять всех этих дур в зале. Он был… просто… охр*нительным! И, если честно, меня это бесило больше всего. Не секрет, что Зорин пользовался популярностью у противоположного пола, но я всегда с легкостью и иронией относилась к этому, а в последнее время мир словно с ног на голову перевернулся. Будто чья-то невидимая рука раз за разом разворачивает меня, и тыкает носом в этот факт. Сегодня впервые поняла, каким он может быть, если захочет. Каким он станет, через несколько лет, заматерев и успокоившись. Новый спокойный холеный образ стал для меня настоящим сюрпризом, натолкнув на мысль, что я его очень плохо знаю. Стало обидно, что я увидела такого Артема не раньше, прожив с ним под одной крышей столько времени, а только сейчас вместе с Кариной, и всеми остальными.

В памяти всплывает, как Абаева активно строила глазки моему мужу, и у меня аж искры из глаз сыпятся. Это же надо, овца крашеная!

Тот факт, что она не знала, кто перед ней, моего гнева не сглаживал. Плевать, что мы с ним расписались тайком! Плевать, что я никуда с ним не выходила и не показывала ни одной подруге. Плевать на все. Это мое! И никто не смеет приближаться к моему!

Я металась по заваленной всяким барахлом подсобке, а Тёмка чуть склонив голову, наблюдал за мной, засунув руки в карманы.

— Тин, может, успокоишься? — наконец устало проговорил он, — знал бы, что ты так заведешься, не стал бы приходить. Я думал, что раз сама позвала…

— Позвала, — как попугай повторила за ним, на мгновение замедляя свой бег по кругу.

— Тогда я не понимаю, почему ты злишься.

— Я тоже, — честно призналась, раздраженно мотнув головой, — бред какой-то.

Парень внимательно всматривался в мое лицо, и я понятия не имела, что он там хотел найти. Меня все раздражало, все бесило. Выставка эта бездарная, Карина со своими силиконовыми сиськами и губами, муж этот, будь он не ладен. Еще полчаса назад я строила радужные планы, как продолжить веселье, а теперь все они пошли псу под хвост. Настроение упало ниже плинтуса.

Сама не заметила, как опять начала расхаживать из стороны в сторону, пытаясь успокоить раздражение, кипящее внутри. Сколько это продолжалось бы еще, не знаю, но во время очередного крутого разворота я с размаху впечаталась в широкую грудь Артема, незаметно подошедшего сзади.

Едва удержавшись на ногах, вскинула на него недовольный взгляд и замерла, не в силах оторваться от пронзительных зеленых глаз.

— Ты чего… — начала было сердито, но он не дал продолжить. Порывисто притянул к себе и поцеловал в губы. Я сначала растерялась, а потом ответила, зло, агрессивно, словно не целовала, а пыталась съесть его.

Не знаю чем объяснить то, что происходило дальше. В один прекрасный миг просто поцелуй превратился во что-то другое, горячее запретное. Его дыхание стало тяжелым, рваным, а у меня в голове шумело от нахлынувшего вожделения. Зарывшись руками в его волосы, прильнула всем телом к нему, чувствуя бедром его возбуждение.

Артем, не особо церемонясь, обхватил меня за ягодицы, прижимая ещё крепче, не давая отстранится. Сделал шаг ко мне, заставляя отступать, пятится назад, вцепившись в широкие плечи, до тех пор, пока спиной не наткнулась на старый, скособоченный стол, заваленный коробками, бумагами и прочим мусором.

Рывком сдвинув все в строну, он легко приподнял меня, усадил на столешницу, по-прежнему не отрываясь от моих губ. Грубо ласкал рот языком, с каждой секундой делая поцелуй глубже, настойчивее.

Словно электрический разряд по коже, когда почувствовала его руки на бедрах, нетерпеливо задирающие кверху подол, прикасающиеся к коже.

«Сумасшествие», — скользнула легкая мысль в голове, когда платье оказалось задранным до самой поясницы. С каким-то удивлением поняла, что он не играет, не шутит и не хочет отступать.

С трудом остановила его, уперевшись руками в грудь:

— Тём, что ты творишь? — выдавила сиплым дрожащим голосом, каждый вдох, словно раскаленный яд, врывается в легкие, — в любой момент могут зайти!

— Плевать, — прохрипел в ответ, и от этого голоса, этой интонации все внутри свернулось в тугой узел. Между ног стало горячо и влажно.

Не обращая внимания на мое нелепое сопротивление, он схватил меня за затылок, притягивая к себе и снова впиваясь в губы. Снова пытаюсь оттолкнуть, несмотря на клубок желания внутри. Он отстраняется на долю секунды, и серьезно глядя в глаза, чуть качая головой, говорит одно слово:

— Нет, — отключая здравый смысл, логику, инстинкт самосохранения и прочие несущественные глупости.

Словно зачарованная подаюсь навстречу, тону в бездонной зелени глаз, теряя последние силы к сопротивлению. Теплые ладони скользят по коже, поднимаясь по внутренней поверхности бедер. Не верю, что это происходит на самом деле. Какими-то остатками разума, не затуманенными бешеным желанием, понимаю, если попадемся, то скандал обеспечен такой, что и представить страшно. Отец за такую выходку от меня… от нас обоих и места сырого не оставит.

Надо останавливать это безумие. Снова пытаюсь отстраниться, но в этот момент чувствую, как его рука накрывает горячую промежность, легко поглаживая через кружево белья. Тело само выгибается навстречу, а с губ срывается стон, который он тут же ловит своими губами. Чувствую, как легко отодвинув в сторону тонкую полоску ткани, раздвигая влажные складочки, в меня проникают его пальцы. Из легких выбивает весь воздух, и я теряю разум, когда начинает совершать медленные движения внутри меня, поглаживая, слегка надавливая. Запрокинув голову назад, цепляюсь за его плечи, забывая о том, что миг назад жаждала остановить его.

— Какая ты горячая, — хриплый шепот у самого уха, от которого мурашки по коже, — с ума сойти.

Я уже схожу, начиная двигаться ему навстречу, насаживаться на его пальцы. Зорин не пытается меня сдерживать, наоборот затрагивает внутри какие-то точки, от чего все тело ломит от сладкого предвкушения.

Краем сознания понимаю, что он отстранился, слышу, как брякает пряжка расстегнутого ремня, звук молнии, шорох одежды. Я нетерпеливо выгибаюсь, мечтая почувствовать его в себе, полностью.

Мне уже плевать на все: на то, что кто-то может войти, на возможный скандал, на все. Кроме Артема никого не существует во всей Вселенной. Он рывком притягивает к себе, устраивается между моих ног, и несколько раз проводит головкой члена по разгоряченной изнывающей плоти. Не могу сдержать тихий стон. Хватит меня мучить! Подаюсь вперед, но он отодвигается, дразнит, заставляя ещё больше терять голову.

— Тём, — хныкаю жалобно, не в силах справиться с дыханием.

— Что? — в голосе бархатная усмешка. Смотрю на него, и в зеленых глазах дьяволята пляшут, — ты чего-то хотела?

— Черт, Зорин! Хватит издеваться! — пытаюсь придвинуться ближе, но бесполезно, он легко удерживает, фиксирует на месте, перехватывая руку, не дав к себе прикоснуться.

— Чего ты хочешь? — спрашивает, любуясь моей раскрасневшейся физиономией, — скажи.

— Тебя. Я хочу тебя, — сердце заходится в неудержимом ритме, когда он мучительно медленно начинает входить в меня. Мне хочется быстрее, глубже, но я даже не могу пошевелиться в его руках, настолько крепко он меня держит.

И когда он, наконец, входит на всю длину, я уже не могу сдержаться дрожь и всхлипы.

— Этого ты хотела?

— Да, — шепчу сквозь слезы. Артем обхватил мое лицо ладонями и снова поцеловал, начиная двигаться внутри. Медленно, погружаясь до самого конца, останавливаясь, заставляя дрожать от нетерпения. Неторопливые глубокие толчки становятся сладкой пыткой.

Зорин неотрывно наблюдает за моим лицом, любуется, впитывая каждый жест, каждое дыхание. Пытается сдерживаться, но уже через несколько минут его выдержка испаряется, и он начинает быстро и резко входить на всю длину, до упора, наполняя и растягивая. Как не пыталась сдержаться, но стоны рвались наружу.

— Тинка, тише! — цыкнул он, как безумный вколачиваясь в мое тело. Я что-то промычала в ответ, пытаясь подстроиться под его ритм, чувствуя, что еще немного и окончательно потеряю над собой контроль. Каждое прикосновение, каждое его движение — взрыв удовольствия. Сходила с ума от близости, от его запаха, от тяжелого прерывистого дыхания.

Артем попытался зажать мне рот рукой, но я его укусила, сильно, испытывая при этом звериный восторг, тогда он снова впился поцелуем в губы, ловя каждый стон. Его толчки становились все сильнее, глубже, до болезненного укола где-то внутри, окончательно сводя меня с ума.

Почувствовала, как немеют пальцы ног, как по венам бежит раскаленная лава, поднимая все выше и выше. Еще несколько безудержных движений и меня накрывает сумасшедший оргазм, сладкой судорогой заставляя изгибаться и скулить.

— Блин, Кристина! Замолчи, нас точно услышат! — рычит он мне на ухо, не останавливаясь ни на секунду. Мне уже все равно, я словно в вакууме, ничего не вижу и не слышу кроме его дыхания и грохочущего рокота сердца в груди.

Тёмка делает еще несколько резких, глубоких движений, с тихим рычанием утыкается мне в волосы, и я чувствую, как по его телу проходит волна дрожи.

Мы замерли в такой позе, тяжело дыша и не делая попыток отодвинуться друг от друга. Лоб ко лбу, глаза в глаза, смотрели друг на друга и не могли оторваться. Не знаю, о чем думал он, лично у меня в голове было пусто. Я просто дрейфовала в блаженном состоянии, мечтая свернуться в клубочек и заснуть.

Наконец он легонько коснулся губами моего лба, выскользнул из меня и начал поправлять одежду. Я слезла со стола, едва удержавшись на дрожащих ногах, и непослушными руками начала приводить себя в порядок.

Подумать только, я занималась сексом в неположенном месте и не с кем-нибудь, а с Зориным. Без розовых соплей и прочей ерунды, он просто жестко разложил меня на пыльном столе в захламленной подсобке, и мне это, черт побери, понравилось. Да что там понравилось, я в блаженной коме. Безумие, форменное, непередаваемое. Из-за чего так получилось, не знаю. Может, сказалась злость, кипящая внутри, или всплеск адреналина, или какое-то странное, не поддающееся определению, сосущее чувство в груди, или еще хр*н знает что, но результат оказался настолько непредсказуемым, что я до сих пор находилась в состоянии шока.

— Как я выгляжу? — спросила хриплым голосом, пытаясь пригладить непослушные растрепанные волосы.

Зорин окинул меня насмешливым оценивающим взглядом:

— Как человек, который только что занимался сексом.

Я сердито фыркнула, пытаясь скрыть улыбку. Парень уже стоял в полной боевой готовности. Одежда расправлена, на лице ленивое спокойное выражение, даже волосы лежат непринужденно, ничем не выдавая то, чем он тут занимался.

Я приложила руку к горящим щекам, пытаясь успокоиться. Блин, да у меня губы сейчас, наверное, малиновые, припухшие, так что любой идиот обо всем догадается.

Артем протянул мне руку:

— Ты прекрасно выглядишь, не переживай. Даже если кто-то что-то и подумает — какая разница? Ты же здесь со мной.

У него всегда все просто. Если что-то делает, то не жалеет, не сомневается.

— Спасибо, — почему-то засмущавшись, ответила я, вкладывая свою ладонь в его, и мы направились к выходу.

В коридоре никого не было, поэтому удается покинуть незамеченными. Я чувствовала, что состояние блаженной комы начало отступать, что потихоньку прихожу в себя.

Зорин так и вел меня за руку, а я послушно следовала за ним, отстав на полшага и задумчиво скользя взглядом по широкой спине, по-прежнему не оставляя попыток понять, что это сейчас с нами было. Ладно, он, никогда не скрывал свои чувства ко мне, а я-то с чего разошлась? Почему трясло от его прикосновений, почему жадно ловила каждый жест, каждый взгляд. Я опять начинала злиться и в этот раз исключительно на саму себя, на свои глупые мысли, пытаясь злостью прикрыть смущение и странное ощущение, будто вляпалась по самые уши. Во что? Понятия не имею, и от этого еще страшнее. Мне надо перевести дух. Остановившись, высвободила свою руку из его захвата.

— Ты чего? — спросил Артем, разворачиваясь ко мне вполоборота.

— Мне надо в дамскую комнату, — пробубнила, пряча взгляд. Да что со мной такое, почему не могу посмотреть на него. Что это за смущение идиотское??

Он улыбнулся и отпустил, и я поспешила действительно уединиться в дамском туалете. Ворвавшись внутрь, прислонилась спиной к двери, пытаясь справиться с внутренними противоречиями. Ни хр*на не выходило. Сердце бьется как бешенное, кровь раскаленной лавой пульсирует по венам.

Пошатываясь, подошла к раковине, открыла холодную воду и стала умываться, понимая, что тушь такого точно не выдержит. Но сейчас меня это не волновало, мысли, раз за разом возвращались к тому, что сейчас между нами было, вернее к тому, что ощущала в это время. Это был не просто секс, что-то другое, более откровенное, интимное, чувственное…

Все Антина угомонись, хватит нелепых фантазий и рассуждений! Тьфу, Зорина, я теперь Зорина! ЗО-РИ-НА! Пора бы уж запомнить. Ну, перепихнулась с собственным мужем на груде барахла, что тут такого? Подумаешь, с кем не бывает? И не надо искать никакого скрытого смысла, никакого подтекста. Все просто, пошло и откровенно.

Злость не отступала, не удержавшись швырнула на пол все, что стояла на раковинах, к сожалению не почувствовав никакого удовлетворения.

Рывками, чуть не сломав молнию, раскрыла сумочку, достала «походную» тушь и принялась поправлять макияж, уговаривая себя успокоиться и выкинуть все эти глупости из головы. Самое отвратительное в этой ситуации было то, что я толком не понимала, из-за чего все-таки злюсь.

Порывисто распахнула дверь, намереваясь покинуть уборную, и замерла на пороге. Прислонившись к стене, и сложив руки на груди, у выхода поджидал Максим. Увидев меня, он сделал шаг вперед, обхватил ладонями лицо и поцеловал.

А я стояла с раскрытыми от удивления глазами и даже не пыталась ответить, или наоборот оттолкнуть его. Просто стояла как дерево. Дуб, сосна, баобаб — кому как больше нравится.

Он, почувствовал, что отклика нет, отстранился и заглянул в глаза:

— Крис, ты чего?

— Я чего? — прошипела, еле сдерживаясь, — это ты чего творишь? Забыл, что я сегодня здесь не одна?

Скинула с себя его руки и отошла на шаг в сторону.

— Ах да, ты же сегодня с муженьком ненаглядным пришла, — криво усмехнулся парень, — по твоим рассказам, я представлял его совсем другим.

Мне плевать, что ты там представлял. С тревогой смотрю в сторону зала, опасаясь, что Артем станет свидетелем нашего с Максом приватного общения.

Градов снова сделал шаг в мою сторону, но я остановила его, выставив руку перед собой:

— Не смей, мне проблемы не нужны. Да и тебе тоже.

— Кристин, ты не представляешь, как я соскучился, — не взирая на мои попытки остановить его, Максим снова приблизился, сгреб в охапку и прижал к себе, прижавшись губами к виску.

А я, к своему катастрофическому недоумению, обнаружила, что мне неприятны его прикосновения. Только не теперь, когда тело, губы помнили другого.

— Отправь своего благоверного домой и поехали ко мне, — выдал он, шепча прямо в ухо, и меня просто передернуло от ощущения чужого дыхания на своей коже. Не хочу я с ним никуда ехать! Ни одна клеточка тела не дрогнула от его прикосновения. Ничего. Только глухое раздражение, оттого, что он меня трогает.

Резко вырвалась из его рук:

— Хватит, Макс! Я никуда его не отправлю! Будь добр, держи свои руки при себе.

И не дав ему опомниться, бросилась прочь, обратно в зал.

Заскочив внутрь, чуть не сбила с ног бедного официанта, но вместо того чтобы извиниться, лишь одарила его пренебрежительным шипением, а потом принялась взглядом искать мужа.

И он нашелся. Стоял чуть поодаль с бокалом, в котором я уверена была простая минералка, что-то рассказывал, держась настолько непринужденно, что можно было подумать, будто он является завсегдатаем этой тусовки. Вокруг него толпой скопились мои «подруженьки», и в первых рядах была Карина.

Опять закипая, наблюдаю за тем, как она улыбается во все тридцать два отбеленных зуба, стреляет кокетливыми взглядами, томно облизывает губы после каждого глотка сделанного из бокала.

Какого хр*на она к нему подкатывает? Знает, что Зорин мой и все равно напирает! В это момент она мне была настолько противна, что я еле сдержалась, чтобы не подскочить к ней и не выдрать половину тщательно уложенных волос.

Тут словно простреливает. Электрический разряд пробегает вдоль хребта, отдаваясь болью в кончиках пальцев.

Блин, да я же реально его ревную! С чего? Из-за классного секса в подсобке? Что за бред! Замираю, не в силах сделать и шага, все тело сводит от предчувствия какой-то адской х*рни, неотвратимо накрывающей меня с головой.

Хотелось закатить некрасивый скандал, чтобы выплеснуть весь яд, бурлящий внутри. Мечтаю вытолкать Абаеву в уединенное место и размазать ее, как это сделала со Светкой, но не могу. Мы же, бл*дь, подруги! Подруги друг друга поддерживают, берегут… а не строят глазки чужим мужикам!

С самоконтролем и внутренним тренингом ничего не выходит. Злюсь, внутри все кипит, пульсирует, демоны рвутся наружу.

Кое-как натягиваю на лицо маску спокойствия, иду в их сторону. Карина встречает фальшивой улыбкой, взглядом то и дело возвращаясь к Артему.

Прохожу по лезвию своей выдержки, балансируя на грани, беру Зорина под руку и тихо предлагаю:

— Поехали домой? Я устала.

Взгляд зеленых глаз потеплел. Он улыбнулся так спокойно, ласково, что я почувствовала какое-то странное желание улыбнуться в ответ, а ещё лучше забраться к нему на руки, как маленький ребенок. Да что за идиотизм на меня сегодня напал? Разрываюсь между гремучей злостью и щенячьей нежностью.

Устала. Все, домой. Спать.

Смерив подругу предупреждающим взглядом, я потянула мужа к выходу, он не сопротивляясь, последовал за мной.

Через десять минут уже ехали в машине домой. Я потеряно смотрела в окно, пытаясь разобраться, что же это сегодня со мной происходит, а Зорин вел автомобиль, спокойно наблюдая за дорогой.

Не удержавшись, села так, чтобы лучше видеть его. Подперев щеку рукой, рассматривала мужа, не скрываясь, не прячась.

Я понимаю остальных. Глаза зеленые, лучистые, сверкающие при одном только взгляде на меня. Благородный, породистый профиль: прямой нос, красиво очерченные губы, мужественный подбородок. Фигурой природа не обидела, да и ростом тоже. Ведь действительно красивый парень! Как я этого не замечала раньше? Вспомнила, сколько лет он ходил за мной в универе. Как только терпения хватило. Упорный.

— У меня выросли ослиные уши, или ты просто любуешься? — насмешливый голос выводит из задумчивости. Артем оказывается, уже некоторое время смотрит на меня, подловив на подглядывании.

— Ты сегодня шикарный, — произношу, скользнув взглядом по костюму.

— Я всегда шикарный, — самодовольно усмехается, за что получает тычок в бок.

— Нет. Ты всегда скромный, — цежу сквозь зубы, и, не пытаясь скрыть иронию, — а сегодня именно шикарный. Почему я никогда не видела тебя в таком виде?

— Терпеть не могу костюмы, рубашки, и прочую лажу, — в подтверждение своих слов вытаскивает из кармана скомканный галстук, и пренебрежительно кидает его через плечо, — чувствую себя словно в клетке. Никакой свободы.

— Зря, тебе очень идет. Ты как-то взрослей становишься, солиднее.

— Старее и неповоротливей, — услужливо продолжает он.

Дурень! Я ему тут комплименты делаю, а он как всегда глумится.

— Понравилась выставка? — интересуюсь, продолжая его рассматривать.

Он лишь неопределенно поводит плечами:

— Я не особо всматривался, были дела поважнее, — бессовестно намекает на приключение в подсобке, — но, по-моему, ерунда какая-то. Г*вно, в общем. Уж извини, говорю как есть.

Усмехаюсь, качая головой. Песня, а не мужик. Тактичность — точно не его конек.

А вообще хорошо, что он сегодня пришел. Несмотря на все странности, творящиеся у меня в душе, и с которыми мне ещё предстоит разобраться, я искренне была рада увидеть его насмешливую физиономию. И мне нравится ехать с ним вместе домой, вот так переговариваясь о всяких глупостях, думать о том, есть ли что-нибудь на ужин, и о том, что завтра суббота и можем валяться все утро в постели…

М-да-а-а-а, сама себя не узнаю.

— Как тебе подруги мои? — спрашиваю как можно равнодушнее.

— Х-м, если бы ты ещё представила хоть одну, — усмехнулся Зорин.

— Я этого не сделала? — прокручиваю вечер в памяти и с изумлением понимаю, что действительно не знакомила их. Сначала разозлилась, а потом не до этого было.

— Нет, — пожимает плечами.

— Черт, — упираюсь затылком в подголовник, — я гений.

— Что есть, то есть, — тихо смеётся он, — даже спорить не буду.

— Ну а в общем-то, как?

— Да никак, Кристин. Чудные вы все.

— Вы? — удивленно переспрашиваю у него.

— Да, вы. Ты тоже другой становишься в этой компании, — уже без намека на улыбку говорит Артем, — глядя на вас, возникает чувство, что вы не друзья, а стая насильно сведенных вместе людей.

— Даже так?

— Твоя Карина…

— Стоп. Я же не представляла тебе никого, — выразительно выгибаю брови.

— Она и без тебя с этой задачей прекрасно справилась, — он говорит это спокойно, а у меня опять внутри все закипает. Вот сука силиконовая! — Как бы потактичнее сказать… В общем, в универе мы таких пятиминутками звали.

— Что, больше пяти минут с ней не о чем говорить?

— Нет, пяти минут с начала знакомства хватит, чтобы раскрутить ее на что угодно. Если понимаешь, о чем я.

Смотрю на него изумленно:

— Грубо!

В ответ он лишь пожимает плечами:

— Говорю как есть. Ты поинтересовалась моим мнением начет подруг, я отвечаю.

— А у тебя, значит, все друзья идеальные?

— Нет, конечно, — фыркает он, — косяк на косяке.

— Да? Интересно. Вот допустим, в прошлый раз ты представил некую мадам по имени Светлана, — не хотела я заводить этот разговор, но вышло само о себе.

— И?

— Ты сейчас ничего не подумай, я не цепляюсь. У тебя с ней что-то было?

— С кем?! Со Светкой?! Я тебя умоляю!

Вижу, что не врет.

— А что с ней не так? — продолжаю свой допрос.

— Мы с ней с пятого класса дружим, и воспринимаем друг друга исключительно с этих позиций.

Ой, да что ж ты такой наивный-то?

— Правда? — смотрю на него с некоторой снисходительностью.

— Слышала бы она сейчас тебя — смеялась бы, — улыбаясь, качает головой.

Угу, слышал бы ты наш разговор в туалете, вообще рыдал бы от смеха! Вслух естественно ничего не говорю, таинственно улыбаюсь.


Глава 6 | Нас просто не было. Книга первая | Глава 8