home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Абстрактная живопись природы

Я положил пленку на стол. Изображение ладони сразу же распалось на отдельные пятна, и цветовые блики один за другим стали скатываться к центру, исчезая в темной глубине. Через несколько мгновений вся пленка снова была черной.

— До чего же красиво!

— Ну, это еще не настоящая красота, — оживился ученый. — Вот загляните-ка в микроскоп!

Он вынул из прибора предметное стекло, провел им по пламени горелки («Чтоб жидкий кристалл расплавился») и вставил на место. Я заглянул в окуляры. Перед глазами раскинулась обширная равнина, покрытая плотным снежным настом. Впадины и выемки на ней были заполнены голубыми вечерними тенями. Неожиданно справа, у края поля зрения, наст просел, образовалась сумрачная сине-зеленая трещина. Она стала расти, разрезая своим острием снежное пространство, и раздвигаться вширь. Теперь это уже была не трещина, а темное ущелье. И от него двинулись в стороны, пожирая голубой наст, острые клинья ущелий-пасынков.

Игорь Григорьевич заменил предметное стекло новым, с другим препаратом, предварительно прогрев его на спиртовке.

Несколько мгновений в микроскопе была мгла. Но вот она поредела, наполнилась едва заметной глухой синевой. Словно рассвет тронул тяжелое северное небо. И тут же на этом черно-синем фоне обозначились блекло-желтые, с густой коричневой полосой посередине, ветви каких-то неземных растений. А может быть, так выглядят водоросли в сумеречных морских глубинах?..

Не успел я перевести дыхание, как в поле моего зрения оказалось грандиозное полотнище желтой ткани, покрытой причудливой зеленой сеткой. Сбоку на эту ткань стали надвигаться яркие песчаные языки — словно барханы ожили. И вдруг откуда-то сверху пали, перекрывая собой и ткань, и барханы, огромные лепестки неведомых цветов — голубые, оранжевые, нежно-сиреневые, черные…

Нет, описать эти картины невозможно. Их надо видеть. И тогда вы испытаете редкостное наслаждение от созерцания чистых, сочных тонов, их переходов и игры. Будто кто-то бережно взял с небосвода радугу и осторожно стал покрывать нежными красками тончайший шелк, проводя по нему то одной ее стороной, то другой, но вдруг, не сладив с нетерпением, принялся отламывать от хрустальной небесной арки целые куски и бросать на шелк, где они сразу же начали оплывать, смешиваясь с фоном и расцветая новыми тонами.

Но наверное, более всего удивительны не сами эти звонкие цвета, а то, как гармонично они сочетаются, с какой естественностью они контрастируют и дополняют друг друга. Смотришь в микроскоп, и закрадывается мысль: а не таятся ли в этих сочетаниях пока неведомые нам законы гармонии красок, гармонии, в основе которой не зыбкая фантазия, не произвол человеческого желания, а строго определенные, хотя и бесконечно разнообразные, свойства веществ и световых волн, особенности их взаимоотношений друг с другом? И может быть, найдя эти законы, мы превратим когда-нибудь искусство наносить краски на полотно в точную науку, а произведения живописи станут естественными, как сама природа — мать всего существующего: формы и содержания, света и цвета?

И еще вопрос. Почему, пока эти законы еще не открыты, не набежали в лаборатории, нс припали к окулярам микроскопов, жадно впитывая эту, как говорили в старину, натуральную красоту, декораторы, художники по тканям, по фарфору и стеклу, специалисты по украшению фасадов и интерьеров?


Какого цвета температура? | Клад острова Морица | Радуга внутри нас?