home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 14

Глаза не открывались, хоть убей. В висках словно засели горячие гвозди, затылок ломило. Во рту было сухо и кисло. "Дэвла, чего же так напился-то?.." Илья попытался приподнять голову, но в затылке выстрелило так, что он застонал сквозь зубы и снова опрокинулся навзничь. Подождав, повернулся, осторожно попробовал открыть глаза. По ним резко ударил свет из окна.

Вскоре его заслонила встрёпанная, повязанная красной тряпкой голова молодой цыганки.

– А-а, лебедь сизый, никак очухался… Ну что, чяво, живой ай нет?

Илья попытался ответить ей, но вместо слов сквозь зубы снова протиснулся хриплый стон. Цыганка, смеясь, тронула его за плечо.

– Молчи уж, недощипанный. Благодари счастливую судьбу свою, что жив.

Да и меня заодно.

Она ушла, а Илья, стараясь не обращать внимания на разламывающуюся голову, начал вспоминать, что случилось и почему он валяется в доме этой цыганки. Последнюю он, впрочем, быстро вспомнил. Это была Манька с Рогожской, жена младшего из братьев Деруновых.

После Маньки понемногу всплыло в памяти и остальное. Илья вспомнил, как пришёл к Лизе, как неожиданно приехал Баташев. Вспомнил перегороженный подводами двор, лунный свет, размахивающие цепями фигуры.

Страшный удар по голове и сырую, холодную землю под лопатками. Но после этого начиналась чёрная яма. Промучившись с полчаса, Илья закрыл глаза, твёрдо решив больше ни о чём не думать. Но когда в комнату снова вошла Манька, он окликнул её:

– Марья! Я что, с ночи тут валяюсь?

– С но-о-очи? - прыснула Манька. - Да ты, яхонтовый, здесь уже третий день мешком отдыхаешь!

– Ошалела?! - дёрнулся он, и голову снова пронзило болью.

Манька с хохотом закричала в открытую дверь:

– Да живой, живой ваш недощипанный… Очухался! Заходите, чявалэ!

В комнату, заслонив на миг свет, шагнул Митро. Следом юркнул Кузьма.

– И вправду, оживел, - с удивлением сказал Митро, садясь на пол и оглядывая Илью. - А лежал совсем мёртвым телом. Мы уж думали за попом бечь…

Всё ж таки бог дураков любит!

– Вы откуда взялись тогда? - с трудом выговорил Илья.

Митро усмехнулся.

– Варька сказала. Видишь, знала, где тебя искать.

– Варька?.. - Илья запнулся. Чуть погодя спросил: - Сама-то она где?

– Здесь, за стенкой. Уморилась рядом с тобой сидеть, заснула. Шутка ли, трое суток не ложилась. Уж реветь устала, икала только. Наказал же бог братом без мозгов…

Илья молчал. Митро хмурился, тёр кулаком лоб.

– Мы-то ведь знали, что Баташев возвращается, - наконец сказал он. – Ещё днём по Сухаревке слух прошёл, вот он, - Митро кивнул на Кузьму, – принёс. Баташев с мужиками с утра через Крестовскую приехали и в трактире остановились, да так, что до самой ночи. Кузьма с Сушки прибежал и раскричался, что Баташев приехал и надо готовиться всем хором к нему в Старомонетный ехать, величать! Мы обрадовались было, а Варька твоя вдруг вся побелела да как зайдётся… Вот тебе крест, морэ, - в жизни не думал, что твоя сестрица так вопить может!

– Может, когда хочет… - Илья покосился на Варьку, вошедшую и тенью замершую у порога. По измученному, с чёрными тенями у глаз лицу сестры было видно, что она так и не выспалась.

– Мы сразу тебя искать кинулись, - продолжал Митро. - И по Тишинке бегали, и по Сушке, и Конную площадь сверху донизу облазили, и по кабакам… Нету цыгана, и всё тут! А время-то к ночи. Тогда прихватили мы Конаковых, Деруновых, Дмитриевых Гришку да Ефима - и всем обществом прямо на Полянку, думали у ворот перехватить. Только опоздали малость – тебя там уже метелили. Уж не знали, что и делать, мужиков-то тоже немало было. Слава богу, Кузьма не растерялся. Дрын от ворот схватил, заорал дурниной - и в ворота! Ну, и мы следом. А там тебя как раз колом по башке огрели. Еле успели тебя подхватить и сбежать. Кузьму чуть было не скрутили. Да он, бес мелкий, извернулся, цапнул там кого-то и выдрался. Никого наших не поймали. Но ты как мёртвый был, и мы тебя побоялись домой нести, отволокли в Рогожскую, к Деруновым. И что у тебя за страсть такая – в газеты попадать? Полгода всего в хоре - а уж второй раз…

– Спасибо. Долг за мной.

– На том свете угольками воротишь. - ухмыльнулся Митро. И тут же снова нахмурился: - Не моё, конечно, дело, морэ… Но почему у вас узлы в горнице стоят? Съезжать, что ли, собрались?

Илья покраснел. Искоса взглянул на Варьку. Та в ответ беспомощно пожала плечами. Митро с подозрением наблюдал за братом и сестрой.

– Съезжать собрались, я спрашиваю?

– Да вот… - Илья опустил голову. -Ты извини, так уж вышло… В табор уезжаем.

А мне сказать - язык отсох? - зло спросил Митро. - Чего боялся? Повисну я, что ли, на тебе? То я не знаю, что у вас, таборных, весной мозги переворачиваются. Да проваливай куда хочешь, чёрт с тобой! Сколько волка ни корми…

Илья молчал. В наступившей тишине отчётливо слышалось тиканье старых часов. По полу полз солнечный луч, в котором кружилась пыль. Из-за стены доносилось негромкое пение Маньки. Глядя на пляску пылинок, Илья спросил:

– А что у Баташева слышно? Никого из нас не признали?

– У Баташева-то? - Митро странно улыбнулся, помолчал. - Не до нас ему сейчас.

– Почему? - охрипшим голосом спросил Илья.

– Он ведь жену убил, морэ. Как раз в ту ночь, когда приехал, и…

– Как убил? - Илья, забыв о боли, рывком сел на постели. - Лизу? Он Лизу убил?! Из-за меня, что ли?! Арапо, бога ради…

Митро молча, изумлённо смотрел на него. Опомнившись, Илья увидел, что и у Кузьмы широко открываются глаза и рот. Варька, прижав пальцы к губам, тихо ахнула.

– Лизу? - медленно переспросил Митро. - Ну да. Лизавету Матвевну. А тыто тут при чём, дорогой мой? Постой… - он вдруг нахмурился. - Ты… к кому по ночам бегал? К горничной или…

– Как он её убил? - перебил Илья. - За что? Про меня болтнул кто-то? Катька проговорилась? Чего молчишь, отвечай!

– Не ори… Я почём знаю? Я свечи не держал… - Митро не сводил с него взгляда. - Но, по-моему, ты ни при чём тут. Говорят, что она умом помешалась и на мужа с вилкой кинулась. И свидетели есть, подтвердили. Баташев вроде бил её сперва, а потом тяжёлым чем-то по голове… Его уж в участок забрали.

А барыню жалко, молодая была. Красивая.

Илья тяжело дышал, не поднимал головы. Кузьма из-за плеча Митро испуганно смотрел на него.

– Пойдём, Трофимыч, - шепнул он Митро.

Тот, помедлив, кивнул. Цыгане молча поднялись, вышли. Наступила тишина.

Илья боялся взглянуть на сестру, сидящую у стены. Рассматривая пыльные половицы у себя под ногами, он слышал, как Варька старается подавить рыдания. Наконец ей это удалось.

– Как будем теперь, Илья?

– Уеду, - не поворачиваясь, сказал он. - Завтра же. За Рогожской чей-то табор стоит. Если ещё не снялись - уеду с ними. Ты, если хочешь, оставайся.

– Молчи уж… Совсем совесть потерял… - Варька села рядом с ним, прислонилась к стене. Илья видел, как дрожит её худая, некрасивая, с выступающими костяшками рука. Но заговорить с сестрой он больше не смог. Перед глазами стояло белое, залитое слезами лицо и растрёпанные косы цвета ржи.



***** | Дорогой длинною | Глава 15