home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



РИЧАРД II И «УИЛТОНСКИЙ ДИПТИХ»

В 1993 году в Национальной галерее Лондона открылась примечательная выставка, главным экспонатом которой стало прекраснейшее из дошедших до нас произведений искусства XIV века — «Уилтонский диптих». Этот небольшой, переносный двустворчатый складень был заказан одним из менее понятых английских королей — Ричардом II. Это один из действительно величайших мировых шедевров, стоящий в одном ряду с «Моной Лизой» Леонардо да Винчи, «Ночным дозором» Рембрандта и «Подсолнечниками» Ван Гога. К несчастью для Ричарда, он прославился лишь тем, что в его правление парламент принудил его признать главенство парламента. Не повезло Ричарду, что жил он в такое время, когда стали происходить подобные вещи, ибо сам по себе он отличался интеллигентностью и благоразумием. Он не заслужил того, чтобы стать жертвой такого давления, как и того, чтобы быть убитым в возрасте всего лишь тридцати трех лет после отречения от престола в пользу своего неотесанного кузена Генриха IV. Историк Джон Харви так описывает его:

«Ричард II велик, ибо он был в высшей степени типичным представителем своей семьи, всей династии Плантагенетов, являясь в личном плане высшим выражением божественной монархии. Его настояние на священной и неделимой природе королевских прав, пожалованных ему его помазанием, и на полном сохранении прерогатив короны проистекало из его предвидения природы всего, что последовало бы после снятия этого барьера. Нет ничего сентиментального или романтического в том, чтобы признать Ричарда исключительно умным и в высшей степени культурным человеком, идущим в ногу с высоко интеллектуальными достижениями своего времени и одаренным большим пониманием, нежели другие люди, в том числе и большинство монархов, сущности управления.

…Типичнейшей и самой распространенной ошибкой является предположение, будто чем более отдален от нас какой-то период во времени, тем более варварским, хуже оснащенным и менее утонченным он был. Истине нас учат безупречное искусство Греции VI и V веков до н. э. и изысканные произведения скульптуры, живописи и литературы времен фараона Эхнатона, отдаленного от нас еще на одно тысячелетие. Так и XIV век стал свидетелем завоевания высшего пика европейской жизни, и мы будем ближе к истине, если охарактеризуем Ричарда II как супермена, который был мудрее и подготовленнее нас с вами, а не представим его грубым властителем в век барственной жестокости. Вполне вероятно, что собственно Европа не знала с XIV века ни одного человека, способного оценить по достоинству Ричарда II».

В^пьесе Шекспира «Ричард II» — первой из цикла, описывающего «Войну Алой и Белой роз» — король предстает слабым, изнеженным, подпавшим под влияние презренных, заурядных друзей, с которыми он якобы состоял в гомосексуальных отношениях. Последнее почти бесспорно является вымыслом, к которому прибегли его враги, чтобы оправдать его низложение. В 1382 году Ричард сочетался браком с Анной Богемской, дочерью императора Карла IV. Хотя брак оказался бездетным, он был освящен любовью и смерть супруги в 1394 году оставила короля безутешным. В его облике могла проглядывать изнеженность — все же он был очень красив. И наука определенно интересовала его больше, нежели такие мужские занятия, как ведение войны, но это вовсе не означает, что он был гомосексуалистом.

Родословная Ричарда была достойна его королевы, и, — будь у них дети, история Европы в XIV веке могла бы развиваться по иному пути. Он был сыном «Черного Принца» и внуком Эдуарда III, от которого он унаследовал трон. По этой семейной линии он был потомком французского короля Филиппа Красивого и его сводной сестры Маргариты, а также дальним потомком византийских императоров и связан родственными узами с венгерской королевской семьей. Имелись у него и крепкие уэльские корни, восходящие в Луэлину, мужу Джоун, являвшейся дочерью короля Иоанна. Принимая во внимание его несомненный ум и привилегированное положение отпрыска стольких королевских династий, нет ничего удивительного в том, что он, похоже, имел доступ к тайному знанию.

Заказанный им «Уилтонский диптих» представляет собой двустворчатый складень, расписанный с обеих сторон. Недавно его очистили, и после реставрации он стал объектом необычайного, прямо-таки детективного расследования. Чисто внешне это обыкновенный предмет культа, возможно, использовавшийся подобно другим диптихам в качестве задника временного алтаря. На правой филенке изображена Приснодева с Младенцем. С головы до ног она облачена в голубое. Мать и Младенец окружены одиннадцатью ангелами, также облаченными в голубое и украшенными венками из цветов. Большинство ангелов стоит за ее спиной, наблюдая открывающуюся перед ними картину. Справа от нее один ангел держит в руках флаг с изображением Святого Георгия, символизирующего Англию, а трое других — двое стоят на коленях рядом с ней — привлекают жестами рук ее внимание к сцене на соседней филенке. На ней так же преклонил колени юный Ричард II, а за его спиной стоят трое, окруженных ореолами святых, явно выступающих в качестве его поручителей. Двое из них были вылитыми канонизированными королями Англии — Эдуардом Исповедником (умершим в 1066 г.) и Эдмундом, последним королем Восточной Англии, преданным мученической смерти датчанами в 870 году. Обоим святым были посвящены популярные культы — первый отправлялся в знаменитой усыпальнице Эдуарда в Вестминстерском Аббатстве, а второй — в гробнице Св. Эдмунда, Третья фигура, стоящая справа, то есть ближе всех к Присно-деве, изображает Иоанна Крестителя.

На картине Ричард II протягивает пустые руки, как если бы сам ожидал получить что-то. Эта идея о встречном даре Девы Марии мудрецам, не упомянутом в Евангелии от Матфея, занимает важное место в другом писании — Апокрифическом Евангелии, которое, похоже, использовалось гностиками во II веке. В этом Евангелии, как и в указании на рождение Иисуса в пещере вблизи от Вифлеема, приводится интересный рассказ о волхвах и его пеленках:

«И вот произошло, когда Господь Иисус был рожден в Вифлееме, городе Иудеевом, во дни Ирода царя: с Востока в Иерусалим пришли мудрецы в соответствии с предсказанием Заратуштры (Зороастра) и принесли с собой дары: золото, ладан. и смирну, и поклонились Ему, и предподнесли Ему свои дары.

И тогда Богородица взяла одну из Его пеленок, в которые был завернут Младенец, и дала им ее вместо благословения, и они приняли его от нее как самый дорогой подарок».

Каково же было удивление, когда оказалось, что свивальник обладает удивительными свойствами:

«И вот вернулись цари, и принцы пришли к ним и спросили: что они видели и делали? Как прошли их путешествие и возвращение? Какие попутчики были у них в пути?

И они предъявили свивальник, который дала им Св. Мария, и устроили в честь него праздник.

И вот, разожгя согласно обычаю своей страны костер, они поклонились ему.

И бросили свивальник в костер, и огонь взял его и удержал его.

И когда костер догорел, они извлекли из него свивальник неповрежденным, словно огонь и не тронул его.

И вот они стали целовать его и накрыли им свои головы и глаза, и говорили: Это и есть несомненная истина, и действительно удивительно, что огонь не пожег его и не пожрал его.

И затем они взяли его и с величайшим почтением положили его среди своих сокровищ».

Согласно интерпретации Национальной галереи, Ричард — подобно Константину на портике Святой Софии в Стамбуле — преподносит в дар Приснодеве свое королевство. Однако это не единственное толкование. Если не предположить, что флаг Англии в руках ангела только что был преподнесен ей Ричардом, тогда здесь нет символа, равнозначного городу, подаренному Константином. У Ричарда пустые руки, и он как бы готовится сам принять что-то. Если считать, что диптих призван был служить во время мессы запрестольным образом, и принять во внимание позы и язык тел всех изображенных на нем, тогда напрашивается мысль, что Ричард готовится принять в свои протянутые руки Младенца Иисуса. Этому можно дать такое духовное толкование: Ричард просит дать ему Младенца Иисуса как свидетельство получения причастия на мессе. Будучи набожным католиком, Ричард несомненно верил, что, приобщившись святых тайн, он откушал тела и крови Христа. И тем не менее возможно и иное тайное послание, а именно: Ричард просил Приснодеву отдать ему его собственное чадо. Поскольку он не имел наследника, позиции монарха угрожали притязания его кузена Болингб-рока и интриги могущественных вассалов. Имея сына, Ричард смог бы противостоять им.

Разбираемое крайне таинственное произведение скрывает нечто гораздо большее. Явно не случаен выбор трех святых в качестве поручителей Ричарда (их можно было бы назвать даже «проводниками», или ангелами-хранителями). Согласно каталогу выставки, имеются неопровержимые свидетельства, что Ричард особо чтил этих трех святых. Выбор первых двух понять нетрудно: они оба — бывшие короли Англии (или, по крайней мере, части ее), несшие то же бремя ответственности, что и сам Ричард. Выбор же Святого Иоанна не столь очевиден на первый взгляд.

Ричард родился 6 января, то есть в день важного христианского праздника: Богоявления, или явления волхвов, принесших дары Младенцу Иисусу. Неудивительно поэтому, что «Уилтонский диптих» намекает на волхвов. Присутствие трех царей — и Ричарда в качестве одного из них — повторяет сцену, изображенную на бесчисленных других полотнах, но и это еще не вс,е. Церковь придает легенде о волхвах столь большое значение, что Богоявление отмечается в честь их посещения как большой праздник. Однако 6 января не всегда связано с физическим рождением Иисуса. Изначально это был церковный праздник, но он не имел ничего общего с Рождеством. Скорее он считался днем Крещения Христа в реке Иордан и назывался «Днем Огней» в связи с освещением Иисуса и Огнем, что светился в Иордане. Читаем об этом событии в следующей главе Евангелия от Матфея:


«3. 13 Тогда приходит Иисус из Галилеи на Иордан к Иоанну креститься от него.

14 Иоанн же удерживал Его и говорил: мне надобно креститься от Тебя, и Ты ли приходишь ко мне?

15 Но Иисус сказал ему в ответ: оставь теперь, ибо так надлежит нам исполнить всякую правду. Тогда Иоанн допускает Его.

16 И, крестившись, Иисус тотчас вышел из воды; — и се отверзлись ему небеса и увидел Иоанн Духа Божия, Который сходил, как голубь, и ниспускался на Него.

17 И се, голос с небес глаголющий: Сей есть Сын Мой возлюбленный, в котором Мое благоволение».


Ричард II наверняка знал, что праздник Богоявления в день его рождения 6 января первоначально отмечался в честь Крещения Иисуса в Иордане, и это объясняет, почему он считает Святого Иоанна Крестителя своим особым святым-покровителем.

Тот факт, что символизм «Уилтонского диптиха» имел глубочайшее значение для Ричарда и его веры в божественное право королей, подтверждается его отношением к Вестминстерскому Аббатству — священной усыпальнице Эдуарда Исповедника и месту коронации в прошлом и настоящем английских королей. Ричард проявлял особый интерес к Аббатству: во время его правления к нему была пристроена северная паперть, и он дал деньги на строительство нефа. В трудные моменты жизни он посещал Аббатство и по крайней мере однажды заставил членов парламента поклясться в верности ему перед усыпальницей Эдуарда. Он был щедр по отношению к Аббатству, преподнес ему множество даров, в том числе знамена Св. Эдуарда и Св. Эдмунда, одежды с вышитыми гербами не только этих королей, но и своим собственным и своей супруги. На этих одеждах также были вышиты образы Приснодевы и Иоанна Крестителя. Расположение других приделов вокруг Усыпальницы Эдуарда Исповедника отражает сюжет «Уилтонского диптиха». Гробница расположена в центре древнего храма. К северу от нее небольшой придел посвящен Св. Марии и Иоанну Крестителю; аналогичное положение на юге занимает придел Св. Эдмунда. По плану Ричарда, его собственная усыпальница должна была поместиться рядом с гробницей самого Исповедника — через проход от придела Св. Эдмунда. То есть очевидно, что Ричард хотел остаться после смерти в той же святой компании, в какой он находился, как считал сам, при жизни. Однако его особая приверженность Иоанну Крестителю, который изображен на диптихе святым, прикасающимся к нему и как бы представляющим его Приснодеве, становится ясной из надписи над его могилой: «О Христос милостивый, кому он (Ричард) был предан, спаси его с помощью молитв Крестителя, который представлял его». Эта молитва, внешне достаточно смиренная, кажется почти богохульственной по своему скрытому смыслу, поскольку, конечно же, лицом, которое Иоанн Креститель представляет в Евангелиях, является сам Иисус Христос. Скрытый же смысл состоит в том, что Ричард желает стать подобным самому Иисусу, чье пастырство началось с его крещения в Иордане; он хочет стать посвященным в том же ордене, что и Христос. Но была ли то лишь личная одержимость короля, чей день рождения выпал на 6 января, или здесь было нечто большее, нежели виделось на поверхности? Действовал ли Ричард один или он действительно был связан с тайным течением мысли, сосредоточенном на таинственном предании, касавшемся Крестителя и волхвов? Я верю в истинность последнего предположения и в то, что указанное течение восходит к Византийской империи и вернулось в Европу во времена крестовых походов.


КОНСТАНТИНОПОЛЬ И СВЯТАЯ МУДРОСТЬ | Тайны волхвов. В поисках предания веков | ГОТИЧЕСКИЕ ВОЛХВЫ