home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



VI

Неделя для Освальда пролетела незаметно. Курсы по стрельбе дались ему легко. Он без труда попадал в мишень, причём из разного оружия. Дома в тайнике у него теперь лежал не только пистолет и уже пять запасных обойм, но и осколочная граната. Он купил ее, находясь под впечатлением своего последнего сна. Если его окружат, он должен быть к этому готов. Хорошо готов, и иметь возможность забрать на тот свет, как можно больше этих тварей. Вместе с тем он понимал, что в одиночку ему трудно бороться с этим нашествием. Но он пока не был готов поделиться своими подозрениями с кем-либо. Но повод вскоре представился.

Снова погрузившись на работе в Интернет, ибо дома таковой отсутствовал, Освальд начал понимать подлинную картину происходящего. Оказывается, в учёном мире были уже давно знакомы с таким понятием как рыболюди, морские люди или квакеры. Во второй половине ХХ века экипажи морских судов и подводных лодок часто встречали непонятные плавающие объекты на экране радаров, а в наушниках слышали непонятные звуки напоминающие кваканье. Иногда экипажи слышали ещё более таинственные звуки, принадлежащие, судя по всему, какому-то огромному животному, но которое не поддавалось индентификации. Может быть, подумал Освальд, этот звук издавал легендарный Дагон или Ктулху? Божества, которым истово служат морские жители и подготавливающие их приход к грядущему царствию на Земле.

Освальд с упоением читал сообщения о том, что в разных частях Тихого и Атлантического океанов на дне были обнаружены странные сооружения, напоминающие пирамиды. В воображении Эддингтона возникали города, описанные Лавкрафтом с причудливыми названиями Рлайх и Йхантлея. Великое множество рыболягушек резвилось в толще воды, посреди улиц своих подводных городов. Но его мучил один вопрос: ведь всё же ясно, люди давно об этом знают, но почему все продолжают делать вид, будто ничего не происходит. Неужели только он один их видит в Нью-Йорке? Или этих пришельцев уже настолько много, что они захватили все важнейшие посты и должности в городе?

Вечером после работы Освальд решил пройтись по району, чтобы оценить масштабы угрозы для своей безопасности. Ему не пристало больше прятаться, раз он объявил рыболюдям войну. Их кровь теперь на его руках и Освальд полностью готов к продолжению борьбы. Он решил пройтись через один тёмный переулок, который освещал единственный фонарь. Переулок находился недалеко от его дома, и именно около него Освальд видел несколько дней назад из своего окна непонятно передвигающуюся фигуру. Естественно у Эддингтона в этот момент в кармане пальто лежал пистолет с глушителем. Пора было выходить на охоту. Хватит прятаться.

Погода была тихая и безветренная, и по мере приближения к переулку в ноздри Освальда стали проникать неприятные запахи. Дикая смесь, заставившая его сбавить ход. Тухлые овощи, краска, запах нестиранного белья и, конечно же, слабая рыбная вонь. Эддингтон понял, что он на верном пути.

В переулке было очень грязно, чуть поодаль сидела фигура на четвереньках в грязном пальто. Эддингтон остановился около неё, и фигура подняла лицо к свету. Освальд отшатнулся. Нет, он увидел не рыбье лицо, но тем не менее, всё равно внушающее ужас. Ужасные шрамы тянулись через всё лицо бродяги, и оттого придавали улыбке настоящий оскал смерти. Эддингтон в ужасе отшатнулся, а урод зловеще рассмеялся, став от этого ещё уродливее.

Неужели это ОНИ с ним сделали, подумал Освальд. Надо быть начеку. Эддингтону стало страшновато идти дальше, но, боясь показаться в глазах бродяги странным, он всё же продолжил путь вперёд. Едва он сделал несколько шагов, как услышал громкий шорох и увидел странную, переваливающуюся человеческую фигуру, направлявшуюся к нему.

– А, ну стой! – но громко крикнуть у Освальда не получилось. Ему стало страшно. Ему мерещилась в темноте согбенная фигура с широкими ступнями и отвратным рыбьим лицом. Она двигалась прямо к нему, не останавливаясь, но руки Освальда онемели и не слушались. Он пытался вынуть пистолет и не мог! Не мог заставить себя стрелять в человека, ибо мишени в тире это совсем другое. А к первой фигуре вдруг прибавилась ещё одна. Она неслышно отделилась от стены и направилась к Освальду с другой стороны, а он всё никак не мог вытащить пистолет. Эддингтон вспомнил свой сон, где его окружали рыболягушки, и наконец, с воплем отчаяния вытащил пистолет. Ночную тишину города разорвали глухие щелчки выстрелов…

Освальд открыл глаза: он лежал на асфальте, а перед его лицом была лужа тёмной крови. Справа и слева от него лежали два неподвижных тела. К стене испуганно жался нищий изуродованный бродяга и шёпотом что-то восклицал. Наверно я потерял сознание от испуга, подумал Освальд и поднялся на ноги. Луна в это время вышла из-за туч, и Освальд узрел весь ужас происшедшего. У одного из нападавших, (конечно нападавших, а для чего же они направлялись к нему так угрожающе?) выстрелами была снесена верхняя часть головы, и Освальда затошнило от развороченных мозгов.

Второму пули попали в рот и верхнюю часть туловища. Лицо было страшно искажено выстрелом, и Освальд отвернулся, задерживая дыхание. Он увидел в стороне пистолет с глушителем и быстро поднял его, проверив обойму. Она была пуста, что повергло его в замешательство. Он разрядил всю обойму и теперь был беззащитен. Запасная обойма находилась дома, а сколько вокруг бродило этих тварей неизвестно. Необходимо было срочно пробираться домой, ибо встревоженные гибелью сородичей другие рыболягушки могли нагрянуть когда угодно. Но необходимо было разобраться с одной проблемой.

Испуганный бродяга жался к стене виновато таращась на Освальда.

– Ты ведь никому не скажешь об этом? – спросил Эддингтон.

– Нет, мистер, что вы… Вы помогли мне, теперь я буду сам себе хозяин в этом переулке, а раньше эти скоты заставляли клянчить для них мелочь. – бродяга трясся всем телом, видимо ожидая схлопотать пулю.

– Хорошо. Вот, возьми – ответил Освальд и кинул бродяге стодолларовую бумажку. Через десять минут он был уже дома. Сразу же вставив новую обойму в пистолет, он задумался. Он открыто бросил этим тварям вызов, и теперь следовало быть вдвойне осторожным. Надо обязательно носить запасную обойму с собой, одной слишком мало. Ведь они повсюду. После этих мыслей Освальд покормил Джекила и лёг спать. В эту ночь ему не приснилось ничего.


предыдущая глава | Великие Древние (сборник) | cледующая глава