home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



4. Рассказ старухи

Я метался и бродил по джунглям около трех часов, пока не наткнулся на небольшую поляну, на которой высился небольшой ветхий шалаш. С одной стороны это была удача, ибо я уже изнемогал от усталости, а находиться на открытом пространстве, после гибели капитана мне хотелось все меньше и меньше. С другой стороны в хижине меня вполне могла ожидать засада, и я вынул кинжал, крепко его сжав.

Осторожно приблизившись к ветхому сооружению, я всмотрелся внутрь. Едва уловив мимолетное движение: какое-то существо метнулось ко мне, я в испуге отпрянул назад, и, упав на землю, вскинул перед собой кинжал. Из хижины тем временем вылезла такая древняя старуха, что мне показалось, будто передо мной высохшая мумия. И, тем не менее, она была жива. Ее безжизненные губы разомкнулись, и я услышал слова на знакомом языке: «Португал… Ты португал?.

Мое изумление длилось несколько минут. Услышать родной язык на этом ужасном острове после того как мои товарищи погибли такой чудовищной смертью? В моих ушах до сих пор стояло зловещее лопотание уродливых дикарей, и поэтому португальский говор, хоть и ломаный прозвучал совершенно ошеломляюще.

Старуха между тем, продолжала бормотать: «Белый человек. Меня зовут Сидханга. Мой отец был из вашей страны. Его звали Фернандо. Он приехал на большой лодке, и решил остаться в нашей деревне Шаггаи. Он влюбился в мою мать и не захотел возвращаться в свою страну. Когда-то много-много лун назад в нашей деревне жилось очень хорошо.» Старуха на минуту замолчала, усевшись передо мной на корточки: было видно, что ей нелегко давался длинный рассказ, но она, видимо перед смертью хотела выговориться и облегчить душу. И наверно передать страшную тайну этого ужасного острова постороннему человеку, чтобы избавиться самой от того кошмара, что преследовал ее столько лет. Наконец она решилась:

«Наше племя было самым миролюбивым на острове, мы выращивали овощи, фрукты, разводили домашних птиц, ловили рыбу. Но однажды все изменилось. Однажды над островом ночью засияла яркая звезда, и все племя вышло смотреть на это чудо. Через некоторое время звезда упала на остров: люди с удивлением смотрели на огненную дугу, разрезавшую ночной небосвод пополам. Потом остров содрогнулся. Я наблюдала тогда за всем этим из своей хижины. Вождь и старейшины племени немедленно отправились смотреть на то место, где упала звезда, но время шло, а они не возвращались. Тревога в людях нарастала, они чувствовали себя беспомощными. Тогда мой отец сам отправился на поиски, взяв с собой ружье. Его долго не было, но он все-таки вернулся через долгое время.

Выглядел он уставшим и очень испуганным. Он рассказал, что от падения звезды, недалеко от селения, прямо в непролазных джунглях образовалось гнилое болото, испускающее ядовитые испарения. С трудом продираясь через джунгли, он нутром ощущал присутствие невидимого Зла. В джунглях было тихо, ибо птицы и звери куда-то исчезли. Когда же он, наконец, выбрался из джунглей, на небольшую поляну, то увидел мрачную картину.

Среди сломанных деревьев, в смрадной жиже болота стоял каменный идол примерно в полтора человеческих роста. В болоте также лежали трупы старейшин и вождя, жизнь из них бы в прямом смысле была высосана, отец даже не сразу узнал эти высохшие безжизненные лица. На их телах было множество ран, но кто оставил эти раны, осталось загадкой. Полный мрачных предчувствий он к вечеру возвратился в селение, не зная, что же делать дальше, и, наконец, наступила ночь. Все легли спать, но в воздухе нависла тревога.

Далее наступил настоящий кошмар. Мне тогда было всего десять лет, но я осознавала весь ужас происходящего. В полночь меня разбудил странный гул, и не только меня. Большинство жителей высыпало на площадку для сборов, и наблюдало за тем, как со стороны джунглей приближается рой загадочных насекомых. Это были москиты, но невероятно больших размеров, и странного черного цвета. Их глаза горели подобно искрам в ночи.

Неожиданно насекомые бросились на людей: раздались крики боли и отчаяния. При свете факелов я видела, как москиты впиваются в кожу, как искажаются тела, и лица несчастных… Я бросилась под одеяло и пролежала до утра, пытаясь заткнуть ладонями уши. Но это не помогало. Я и по прошествии десятков лет слышу эти крики.

Наутро повсюду лежали трупы. Зловоние висело над деревней, как смрадное одеяло. Я бродила, спотыкаясь о мертвые тела, усыпанные сдохшими москитами, и внезапно увидела отца. Он стоял в стороне и глядел на меня страшным взглядом, некоторое время не двигаясь. Он не был мертвым. Как и многие другие. Оказалось, что умерли только женщины и мужчины пожилого возраста. Самые молодые выжили все. В том числе и мой отец, который стал новым вождем племени. Только теперь это были не люди.

Я не знаю кем они стали после нападения насекомых, но теперь воины племени не нуждались даже в пище. Они нашли на берегу моря диковинное оружие, из вещества, которого они раньше не видели. Откуда его принесло, сказать было невозможно, но мой отец постоянно повторял, что это ЕГО дары. Позже, когда этого мерзкого идола приволокли в деревню, я поняла, кого он имел в виду.

Эта чудовищная статуя неведомого монстра была живой. Вернее полуживой. Она прилетела из другого мира и была проводником кощунственных посланий от своего Хозяина к его слугам. И этот Хозяин требовал жертв. Сам Он был заключен в подводной крепости и ждал своего часа, чтобы вынести все зло и мерзость наружу. С помощью дарованного оружия мой отец, встав во главе племени, победил всех остальных на острове. Пленных приносили в жертву, ибо каменное чудовище требовало их постоянно. Оно посылало приказы мысленно, и все люди, искусанные гигантскими москитами, повиновались статуе беспрекословно.

Но мой отец успел сделать свой последний человеческий поступок, уже, будучи заточенным в мертвой черной плоти. Он услал меня в джунгли, подальше от себя, чтобы чудовище не смогло получить мою свежую кровь. Кровь, от которой оно росло… Сейчас идол уже в несколько раз больше, нежели тогда. Но все равно оно еще и в малой степени не приблизилось к размерам своего Хозяина. Подобные идолы скрывают внутри ужасную силу: через них, как через бреши во времени и пространстве, Пребывающие Извне могут быть пробуждены и призваны сюда, как было в годы владычества Древних Богов. Когда на Земле правили огромные создания, которые не знали ни капли жалости и сотворили людей лишь как рабов и пищу».

Старуха явно заговаривалась, и мне откровенно стало ее жалко. Вся трагедия её племени, и даже всего острова открылась мне в самом мрачном свете. Боже, какое чудовищное действо здесь разыгралось! Но предаваться чувствам, не было времени абсолютно. Конечно, было бы человечнее увезти старуху с этого проклятого острова, но через мгновение я полностью отказался от этой мысли. Это её родина, какая ни какая, и это самый родной клочок земли для неё. Здесь она и предпочтёт умереть, ни смотря, ни на что.

Я оставил причитающую от воспоминаний старуху в шалаше, и двинулся к побережью, пытаясь угадать верное направление. Я слишком глубоко углубился в джунгли, и поэтому справедливо опасался заблудиться в дебрях окончательно. Мое удивление оказалось тем сильнее, когда минут через пять я вышел на совершенно отвесный высокий берег, открывающий вид на море и часть острова, в полумиле от которого покачивался наш корабль. Мне стало казаться, что и сам остров это живой организм, меняющий очертания по своей прихоти, однако это уже было похоже на сумасшествие. Нужно было держать свой рассудок на коротком поводке, чтобы выбраться отсюда вопреки всему. Я стал осторожно двигаться вдоль берега, надеясь выбрать место поудобнее, чтобы достичь корабля вплавь, ибо шлюпку нашу унесло неведомо куда.

Продираясь через колючий кустарник, я прикрывал руками лицо, и осторожно наступал сапогами на мягкую почву, чтобы избежать падения вниз. Через пару минут кустарник кончился, и я со вздохом облегчения начал спуск к морю. Внезапный шорох справа прервал мою умиротворенность, и, пытаясь повернуть голову в сторону, я все же поскользнулся и полетел вниз. Но в последний момент уцепился за торчащий корень, и повис над морской пропастью.

Громко чертыхаясь и проклиная себя, я подтянулся. Ухватился за край отвеса, и пальцами наткнулся на какой-то камень. Обхватить камень поначалу не получилось. Подтянувшись еще чуть-чуть, мне удалось схватиться за продолговатый выступ на камне, который оказался внушительных размеров. Он не сдвинулся, даже когда я практически повис на нем. И тут я рывком втащил свое тело наверх, намереваясь очутиться на ровной поверхности берега… Хотел было втащить… Или вернее все же втащил своё тело. Но.

Но руки мои сами обмякли и разжались, от того безумного зрелища, что открылось наверху. От ТОГО, КТО взирал на меня каменными глазами с застывшей ухмылкой. Да-да, именно с ухмылкой смотрела на меня отвратительная осминожья морда чудовищного демона древности, а моя рука. моя рука сжимала один из его огромных кощунственных когтей. Этот идол опять непостижимым образом очутился рядом. Рядом с очередной жертвой, и его отвратные щупальца уже было метнулись ко мне!

Но, слава Господу, я уже в этот момент летел вниз, представляя, как морская гладь сокроет от меня это богомерзкое создание. Радуясь, что не достанусь ему, что чудище не употребит меня в пищу как несчастного Фернандеса. Я погрузился в воду, однако, соленая морская вода, попавшая в рот, быстро заставила меня всплыть на поверхность. Я старался не смотреть в сторону берега, и поплыл в сторону корабля, видневшегося в каких-нибудь двухстах метрах от меня. Будучи хорошим пловцом, я преодолел это расстояние минут за десять, и схватился за якорную цепь, чтобы отдышаться. Боже мой! Неужели я все-таки сбежал с этого проклятого богом острова?! До сих пор в это верилось с трудом, особенно при воспоминании о вездесущем каменном демоне.

Наконец, я взобрался на борт и присел на палубу. На корабле должно было находиться еще десять моряков, но пока не было видно не души. Может, спят в трюме? Я направился было туда, но перед этим бросил взгляд на остров, вернее на берег, где должен был, еще находится этот ужасный идол. Темное пятно свидетельствовало о том, что он по-прежнему стоял там и. наверняка наблюдал за мной.

Я отвернулся и сделал еще пару шагов к лестнице ведущий в подпалубные помещения корабля. И тут я услышал громкий крик. Нет, наверное, вопль.

Или то и другое разом. Страшный возглас кошмарного создания, а что это был крик именно этого чудовища, я не сомневался ни секунды, разнесся над островом, проникая в мою голову и заставляя колотиться моё сердце в припадке сильнейшего страха. На мгновение я замер, не в силах пошевелиться. И тут. Совершенно неожиданно корабль качнулся, как будто некая волна приподняла его.

Я бросился к борту и увидел, как странное волнение изуродовало до этого спокойное морское покрывало. Что-то необычное было в этом волнении, а потом. Что-то задело дно корабля, что-то огромное и шершавое. Что это было?! Неужели кит или акула? Признаюсь, если бы это оказалось так, я бы наверно запрыгал от радости, я был бы счастлив, даже если бы увидел сейчас разъяренного кашалота, готовящегося разнести наш корабль по швам. Но интуитивно я знал, что это не так. Все это не могло, просто не могло так обыденно закончиться. И тут возникла еще одна нелепость.

Из трюма медленно показались чьи-то черные руки. А потом… Я увидел пьяное лицо негра Габона, одного из матросов, оставшихся на борту. Он был пьян в стельку, и медленно вылез на палубу. Габон явно плохо понимал, что происходит, а мне расспрашивать его в таком состоянии было бесполезно. И, пожалуй, это был последний раз, когда я видел живого члена своей команды, ибо дальше случилось нечто невообразимое.

Корабль опять качнуло так, что и я и Габон упали на бок, и громкий шуршащий звук из глубин заставил нас задрожать от страха. А потом он затих. Совсем. Волнение на море прекратилось, только корабль начал медленно удаляться от берега, и мы с Габоном недоуменно переглянулись. Мне даже показалось, что он протрезвел, ибо подошел к борту корабля и посмотрел в море. Сначала его взгляд был спокойным и беззаботным, а потом он вдруг резко стал удивленным. Не испуганным, а именно удивленным. А еще он сказал, вернее, успел сказать: «К нам что-то движется. Оно идет к нам из глубины.»

Лишь впоследствии я мог обдумать смысл этой фразы. Тогда у меня просто не было на это время. Все произошло слишком быстро. Очень быстро. И как я остался жив непонятно. Наверно все-таки Господь хранил меня до определенного момента. Или же. Или же наоборот все эти чудовища намеренно не стали убивать меня сразу. Может быть, им хотелось мучить мою душу, упиваясь наслаждением от этого. Получать удовольствие от безумных конвульсий моего мозга, познавшего неведомое Зло. Зло, которое открывается только избранным. В общем, не знаю почему именно, но, тем не менее, я выжил в совершенно невыносимой ситуации.

Водная гладь взорвалась мелкими брызгами, которые попали мне на лицо и даже на глаза, но я даже не среагировал на это. Соленые брызги щипали мне веки, но я стоял как каменный, подобно тому идолу, от которого едва унес ноги. Я увидел картину, перед которой бледнели самые кошмарные мифы древних веков. Мифы, в которых отважные герои в одиночку боролись с огромными чудовищами и побеждали их. Только я не мог победить никого.

То, что вырвалось из моря, заставило меня почувствовать себя полностью обреченным и отданным в кровожадные лапы судьбы.

Светило яркое солнце, но и его заслонило гигантское темно-зеленое щупальце, вырвавшееся из морских глубин, оно поднималось все выше и выше, пока не поднялось примерно вдвое выше мачт. Оно раскручивалось по мере появления как гигантский хлыст, блестевший на солнце каплями брызг. И осознание того, что это только часть, малая часть, подводного существа, заставляло меня глотать воздух, подобно выброшенной на песок рыбе. Мои ноги приросли к палубе, и я ждал неизбежного. Пересохшие губы бормотали какие-то бессвязные молитвы, казавшиеся мне совершенно неуместными, но я уже не мог контролировать себя. Я даже не мог закрыть глаза тогда, когда гигантское щупальце неведомой твари, с раздувающимися кровожадными присосками начало падать на мой маленький (по сравнению с ним) корабль.

Раздался страшный треск. Габона, стоявшего у борта, сразу же размазало о доски палубы. Кровавая жижа забрызгала всю палубу, или вернее то, что от нее осталось. Я же начал падать в морскую воду, ибо корабль от удара страшной силы, попросту сложился как игрушечный.

Я падал через проломленные переборки корабля следом за погрузившимся в водную толщу щупальцем. И за мгновение до погружения в воду, увидел… или показалось, что увидел, как где-то, в неизмеримой морской пучине блеснули. нет. скорее открылись на какой-то миг, чтобы я мог увидеть и навсегда остаться их пленником, ОГРОМНЫЕ жёлтые глаза чудовищной твари!! Хозяин идола!! Старуха говорила, что у идола есть ХОЗЯИН! Что идол всего лишь уменьшенная, сильно уменьшенная копия своего владыки, спящего в морской бездне! О боже, почему я тогда не утонул! Я не могу теперь спать, эти страшные глаза я вижу повсюду!!.. Барахтаясь в толще морской воды, я понимал, что это конец. Все закончилось, теперь наступит успокоение.


3.  Смерть на опушке | Великие Древние (сборник) | 5.  От него убежать невозможно