home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Комментарий

О правомерности первой группы определяющих факторов говорят многие явления, когда даже, научившись хорошо ходить и говорить, пятилетний ребенок, унесенный и «воспитанный» волчицей, уже через два года утрачивал эти и многие другие человеческие качества, передвигался только на четвереньках, ел с полу и впоследствии не мог вернуть полностью прежние и развить новые качества даже с помощью общения с людьми; когда возвращенные в общество людей «Маугли» в возрасте старше 12 – 14 лет не могли реадаптироваться к человеческой жизни и погибали; когда работа по воспитанию слепоглухонемых с детства детей не дает положительных итогов, если она начата после определенного возраста ребенка.

Приведенная выше цепочка этапов онтогенеза млекопитающего для человека, как существа биосоциального, должна быть дополнена социально обусловленными этапами: филогенетическим, определяющим генетически закрепленные потенции для реализации социального «образа жизни»; предпренатальным (касающимся образа жизни родителей перед соитием), чреватом в случае отклонений от нормы (алкоголизм, болезнь и т. д.) появлением отрицательных мутаций у ребенка и некоторыми другими.

Научные разработки последних лет дают основания для искусственного, модельного расчленения онтогенеза человека на онтогенез биологической составляющей и онтогенез социальной составляющей. В литературе описаны подобные обособленные почти в «чистом виде» цепочки развития человека. Так, жестокий «эксперимент» индийского императора Акбара с группой детей, лишенных языкового (т. е. социально-информативного) общения со взрослыми, привел к формированию биологически полноценных особей, но с непоправимо деформированным «комплексом Я». И главное не в неспособности к речи, а в искусственно искаженных условиях социоонтогенеза; в до предела сниженном потоке актуальной информации об окружающем человеке (в норме) социуме, хотя генетические предпосылки к канализированному социоонтогенезу заложены в любом человеке. Об этом свидетельствуют итоги не раз удавшихся попыток воспитания слепоглухонемых от рождения детей в полноценных в социальном плане (а в ряде случаев в высокообразованных) личностей.

Показательными в этом же плане являются примеры своеобразного развития неполноценных в определенном аспекте людей: классический по физиологическим параметрам онтогенез дебила или идеальный в социальном плане характер и потенции физически ущербного с детства человека...

Менее наглядной, но иллюстрацией возможности подобного членения онтогенеза человека служат примеры формирования совершенно различных по социальным характеристикам личностей (в однотипных, иногда идентичных условиях воспитания и развития) при разных исходных психосоматических данных. Достаточно сравнить дурнушку с красавицей; «квазимодо» с «аполлоном»; низкорослого хлюпика с богатырем; умственно ограниченного с одаренным человеком и т. д. и т. п.

Здесь следует еще раз подчеркнуть принципиальную важность необратимости этапов онтогенезов, их жесткой сопряженности со сроками развития и в связи с этим особо выделить феномен импринтинга. Это универсальное явление выполняет разнородные функции, чаще своеобразного «закрепителя» консервативных уставок генетической информации, апробированных отбором в предшествующем филогенезе.

Уникальность человека как биосоциального вида просматривается еще и в том, что проявления импринтинга в биоонтогенезе почти не прослеживаются, в то время как в социоонтогенезе их ничуть не изменившиеся «следы» иногда еще детских запечатлений четко влияют на поведение людей пожилого возраста. Налицо парадоксальная ситуация, когда многолетние воздействия актуальной информации окружающей человека социальной среды не могут значительно поколебать законсервированные импринтингом нравственные соотношения, эмоциональные ценности и т. п. социальные раритеты давно минувших лет.

Особая, многочисленная разновидность проявлений данного постулата – болезни человека (как механизм полома стереотипов адаптации, гомеостаза).

Для уровня человеческого сообщества диалектическая детерминированность необратимости этапов социального развития просматривается в том, что даже в случае возрождений социально-экономических формаций, норм морали, канонов в искусстве и т. п. (в результате контрреволюций, путчей и др.) эти явления происходят на новом уровне социально-исторического опыта и приводят затем к другим результатам.


Всегда ли мы грамотно куем свое счастье? Постулат II-а | Что такое человек с точки зрения человека? | Общность людей информацией строится Постулат III-а