home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 13

— Кто-то подменил пистолет! Вы понимаете?! — Труфанов возбуждённо тряс своими руками перед моим непроницаемым лицом. — Зажигалка, как потом оказалось, лежала в боковом кармане. А я, да и все остальные тоже, отчётливо помню, что он ложил её именно во внутренний!

— Ну, а что милиция? — спросила я, чтобы знать официальную версию, которая, очевидно, не удовлетворяла моего клиента.

— Что милиция? — сразу потух пострадавший. — Они утверждают, что Виталька заранее принёс пистолет, учитывая вражду между ним и Люсей. Злые языки тут же об этом радостно доложили. А наш подарок, мол, был удачным стечением обстоятельств, которым он и воспользовался. Бред какой-то!

Хороши близкие друзья, подумала я, а вслух сказала:

— Так, понятно, — хотя было абсолютно ничего не понятно. — И Вы хотите, чтобы я нашла этого коварного злодея?

— Да, — сказал бизнесмен, сжав кулаки. И глаза его кровожадно сверкнули.

— Сложновато, конечно, будет, — набивала я себе цену. — Но, надеюсь, Надежда Вам рассказала обо мне?

— Да, что-то такое про лифчики.

— Ну, это, — слегка смутилась я, — побочный продукт моей деятельности. Хотя и он определённым образом характеризует меня.

Труфанов согласно кивнул головой. Видимо, найденный мною в своё время лифчик поразил и его.

— И сколько же Вы хотите заплатить мне за работу?

— Десять тысяч долларов, — сказал он обыденно.

Я не просто промолчала. Я потеряла дар речи. Но работодатель расценил это, как недовольство.

— Двенадцать тысяч.

Мой язык затянуло ещё глубже.

— Хорошо, тринадцать.

У меня начали вытаращиваться глаза.

— Плюс премиальные, — поспешно добавил он, — в случае успешного решения дела.

Я вскочила, чтобы скрыть волнение и потянулась за сигаретами, лежащими возле него на столе. Николай Степанович тут же помог мне подкурить. Вообще-то, я не курю. Так, иногда. И не вдыхаю, а пью дым маленькими глотками. Как кофе, как горькое лекарство.

— Ну, а если, — сказала я, немного успокоившись, — окажется, что виноват всё-таки Ваш сын?

— Я Вам всё равно заплачу, — ответил он угрюмо. — Но без премиальных.

— Хорошо. Я согласна.

— Ну, слава Доллару! — облегчённо вздохнул бизнесмен.

— Мне нужно осмотреть место происшествия, — продемонстрировала я ему свою деловитость. — И Вы должны всё рассказать про Ваших гостей — лучших друзей.

— Да, конечно. Но давайте отложим это до завтра. Я сегодня улажу свои дела и буду свободен.

Он отвёз меня домой на своём шикарном «Мерседесе», в котором забыто-знакомо пахло кожей, дорогим одеколоном, хорошими сигаретами, качественным коньяком. Короче, настоящим мужиком. У меня даже голова закружилась. И от воспоминаний, и от страха, что я опять вляпалась в безнадёжную историю. И как теперь из неё выпутаться, ума не приложу?

Ничего, Столпудель, успокоила я себя. Не из таких передряг выбирались. Справимся.

Дома никого не было. Я имею в виду людей. Надежда, когда втравила меня в эту историю, обещала освободить от домашних дел на время расследования, но куда я от этого денусь? Их целыми днями никого нет дома. А кто будет выгуливать собак, готовить есть, убирать, стирать? Риторический вопрос. Да я и не возражаю. Просто у меня теперь появилось официальное оправдание моего периодического отсутствия. Я выгуляла собак, немного привела в порядок квартиру после разгромно-расбросочных утренних сборов. Теперь надо сгонять на базар для пополнения запасов продуктов. Я как представила себя, волокущей неподъёмные сумки, с высунутым красным языком-галстуком до уровня третьей пуговицы, так аж моя сигма жалобно заныла. Помнится, в своё время Райкин говорил: «Я такие сумки таскал — лошади оборачивались!» Так это про меня. Нет, ну сколько можно ремонтировать машину? Тот, кто уже познал прелести личного автотранспорта, чувствует себя без него безруко-безногим инвалидом. А я ещё сопротивлялась садиться за руль «Жигулей». Думала, никогда не смогу научиться ездить.

Инструктором по вождению у меня был Виктор. Молодой парень, высокий, крепкий, с чёрными усами. Водить машину, с его слов, он начал лет с десяти, так что был настоящим асом.

— Вы, главное, не суетитесь, — учил он меня. — Она очень послушная, отдавайте ей чёткие приказы, — говорил Виктор об автомашине, как о живом существе, и относился к ней соответственно.

На ученической машине, кроме опознавательного знака в виде большой буквы «У», ещё и сдублированы педали сцепления и тормоза. Так что инструктор может контролировать и корректировать действия своего подопечного. Витюня сидел рядом со мной в небрежной позе, и, казалось, предоставлял мне полную свободу действий. Но в то же время, чётко владел ситуацией. Это было видно по уверенному движению руки, поправлявшему положение руля, и по конкретным фразам типа: «Перейдите на вторую скорость, не пугайте рёвом народ!» или «Выключите поворот, мы уже пять минут, как свернули!». А ещё он защищал меня от наглых вредных водителей, которые, завидев мои неумелые действия, злорадно сигналили, выкрикивая всяческие оскорбления. Мой наставник вспыхивал мгновенно. Он высовывался в открытое окно и, отчаянно жестикулируя, давал обидчику словесную сдачу:

— Ты что, баран, букву «У» не видишь?! Не понимаешь, что «Убийца» за рулём едет?! Да она же сейчас не туда вильнёт, не то нажмёт и тебя же, дурака, покалечит! Ану, уехуй отсюда, на-хал!

И это срабатывало. Посрамлённые водители старались поскорее убраться от греха подальше.

Я решительно набрала номер авторемонтной мастерской. Трубку долго никто не брал. Но я упорно посылала сигналы в пространство. Наконец на том конце отозвались.

— Сто, — шепеляво произнёс мужской голос.

— А — «нисто»! — передразнила я раздражённо. Полчаса к телефону не подходит, а еще и выделывается!

— Вы чего это там безобразничаете? — чётко, без дефектов речи возмутился мой невидимый собеседник.

— А Вы почему «стокаете»?

— Я не «стокаю». Я представляюсь. СТО — это станция техобслуживания. Сокращенно.

— Ой, извините, — смутилась я. — А я — Столя.

— Какой столяр?

— Не столяр, а Столя. Евстолья Ламанова. Тоже сокращённо.

— И чего Вы хотите, совращенная Столя?

— Не совращённая, а сокращённая! — рассердилась я. Прямо не разговор, а игра в испорченный телефон. — Мне нужен мастер Грюкбахин.

— А, Никитич! Так он это, в запо… э… зап… запчасти поехал получать.

— А когда вернётся?

— Трудно сказать. Пока все запасы… э… запчасти не оприходует. Обычно, за недельку справляется. А Вы что хотели?

— Да он мне машину ремонтирует.

— Это понятно. Паровозов здесь не чинят. А как Ваша фамилия?

— Ламанова. Евстолья Анатольевна.

— А машина у Вас какая?

— «Жигули» первой модели.

— Щас посмотрим.

Было слышно, как он положил трубку на стол и, поплёвывая на пальцы, листал журнал.

— Ламанова? — наконец-то отозвался мой «автоответчик».

— Да, да, Ламанова!

— Так она давно готова!

— Как давно?

— Не знаю. Тут записано, что Вам передано по телефону. Сообщение приняла Мясо… пойлова.

— Какая Мясопойлова?

— Мясопойлова Серафима Гавриловна.

— Маслобоева!

— Может, и Маслобоева.

— А когда?

— Два дня назад.

Ну, баба Сима! Ну, киношная душа! Неужели специально не сказала? Что ж, моя «мстя» будет жестокой. Попрошу Даньку, чтоб не доставал ей больше индийских фильмов. Попляшет тогда она танец оскорблённой и униженной девушки Зиты!

— А когда можно будет забрать машину?

— Да хоть сейчас.

Отлично! Я быстренько собралась и помчалась в мастерскую с шепелявым названием СТО. И это не просто наименование. Это — клеймо качества. Потому что моя машинка была сделана на все сто! Недаром в России все настоящие мастера — пьяницы. Их споил благодарный народ. Скажите, ну кто за плохую работу выставит тебе «местную валюту»?

Надо будет потом заехать и пополнить «запчасти» старательному Никитичу.

Спустя время, загрузив полный багажник продуктами, я, довольная и гордая, уже на машине вернулась в свои пенаты. На моё счастье дома был Данилка. Он помог мне перетащить всё это в квартиру. И когда мы присели на кухне, мальчик, сияя глазами, сказал мне:

— Столя, хочешь, обрадую?

Ну вот! Снова какая-то неприятность. Обычно, когда хотят сообщить гадостную новость, говорят эту радостную фразу с подвохом.

— Ты взорвал школу? — попыталась угадать я. — Забил школьный туалет? Съел классный журнал?

Но на все мои предположения Данька, улыбаясь, мотал отрицательно головой. Наконец, он насладился моим неведением и протянул мне листок бумаги.

Значит, в школу меня всё-таки вызывают!

«Мы уехали, — прочитала я. — Всё, что надо уже купили. А чего сидеть? Вас не дождались, спешим на поезд. Спасибо. До свидания».

— Кто уехал? Куда уехал? — вытаращила я на мальчишку глаза.

— Дед с бабой уехали! С козой!

До меня начал доходить смысл прочитанного. Мы вдруг вместе подскочили со стульев и задёргались в восторженном танце диких обезьян с воплями и выкрутасами! Потом, не веря своему счастью, побежали удостовериться на балкон. Там всё было по-прежнему: и грязь, и вонь, но козы не было! Мы снова завопили от радости! Затем я внимательно посмотрела на Даньку. Он ответил мне взглядом и наморщил лоб, соображая. И вдруг его прорвало:

— Нет, Столичка, я не могу! Я устал, я заболел, я голодный и у меня много уроков!

— Сто! — коротко и серьёзно сказала я.

— Сколько? Сто? — Даниил скорчил ехидную рожицу.

— Долларов! — добавила я.

— Долларов?! Кх-кх. Ну, вообще-то, конечно, надо помочь. А то, понимаешь, развели тут срач! Эх, Столюнчик, кто тебе еще поможет, как не я? — Он как-то весь оживился. Его здоровье явно пошло на поправку.

Слава Доллару! — подумала я, вспомнив выражение бизнесмена.

— Там есть ещё приписка, — сказал мой помощник, когда мы вернулись на кухню.

Я перевернула листок и прочитала написанное другим почерком.

«Столья! Чуть не забыла. Тебе тут как-то звонила Юля Пулядулина и ещё мужик какой-то. Говорил, что отдаст тебе свою машину за бутылку». И подпись — Серафима Гавриловна.

Насчёт мужика понятно. А Юле надо будет позвонить.

— Значит, так, — предложила я, — давай сейчас что-то перекусим, потом ты займёшься уборкой, а я приготовлю праздничный ужин. И вечером посидим всей семьёй.

— Давай! — радостно согласился ещё недавно больной, голодный и уставший мальчик.

Мы с Данькой немного перекусили, что мало кто так и пообедал, как говаривала моя мама. А в этом она знала толк. И я решила позвонить Юле Куликулиной. Хоть с тем делом было и покончено, но, может быть, она… нашла «цезаря»! Трубку взяли быстро, и я узнала немного встревоженный голос девушки.

— Здравствуйте, Юля. Это Евстолья Анатольевна. Вы мне звонили?

— Да, Евстолья Анатольевна. Нас ограбили!

— Кто ограбил?

— Грабители!

Понятно. Впрочем, каков вопрос — таков ответ.

— Что-то взяли?

— Да у нас и брать-то особо нечего. Так, немного золотых украшений было. Но главное — такой погром устроили!

— Никто не пострадал?

— Нет, никого не было дома. А звонок мы починили, — добавила она. — Только это не помогло.

Я успокоила девушку и посоветовала ей и дальше соблюдать осторожность.

Значит, «цезаря» ещё не нашли. И продолжают искать. Хорошо, что на этот раз обошлось без жертв. Надо у Кости расспросить, предпринимается ли что-то в этом направлении? Тем более что совесть моя сейчас перед ним чиста.

Вечером мы устроили семейный праздник. Я зажарила утку, наделала всяких салатов. У Надежды по такому случаю нашлась бутылка «Шампанского». На запах неожиданно явился и Константин Сухожилин.

— Милиция чует, когда жареным пахнет, — сказал он и выставил большущий торт и бутылку коньяка. — По какому поводу гуляем? — кивнул он на накрытый стол.

— Временные проводы гостей, — сказал Данька.

— Почему временные?

— А скоро снова кто-то нагрянет.

— Но ведь гости — это хорошо! — оптимистически заверил майор.

— Хорошо, — ответила ему Тоня, — если они приезжают не к вам, а к соседям.

— К нам с козой ещё никто не являлся, — вставила Шурочка.

— Не боюсь я старухи с косой.

Пострашнее будет баба с козой! — подвёл итог этой дискуссии Влад.

Я дождалась, пока Сухожилин наестся и размягчится, а тогда, как бы невзначай, поинтересовалась:

— Костя, что-то прояснилось по поводу той девушки?

Милиционер испытывающе посмотрел на меня, но я спокойно выдержала его взгляд. Он, видимо, остался доволен своим проникновением в моё подсознание, и ответил:

— Отрабатывается несколько версий. Скоро выйдем на основного исполнителя.

Ясно. Значит, ни хрена у них не получается. Очередной сопляк. Или как его? Сопротивляк. А! Висяк. То есть дело, которое зависло.

Потом Сухожилин, сославшись на редкую возможность отоспаться, ушёл домой. А мы, уютно расположившись у телевизора, наслаждались спокойствием. Все были предупредительны и вежливы друг с другом. Влад, сидя в кресле, поставил ногу и перекрыл Даньке обзор.

— Тебе видно? — участливо спросил он у брата.

— Видно, — ответил тот. — Твою ногу.

Шла передача про прелести подводного плавания. Молодые люди в специальном облачении парили в подводном царстве. И так было романтично, загадочно и красиво, что Владик загорелся.

— Шурупчик, — обратился он к жене. — А ты не хочешь подарить мне на день рождения снаряжение для подводного плавания?

Шурочка согласно закивала головой.

— А в этот комплект камень на шею включать?

Короче, настоящая семейная идиллия.

Уже перед сном Надя зашла ко мне в комнату.

— Ну, что ты молчишь? Видела Труфанова?

— Да, — ответила я. — Начинаю ловить злодея.


ГЛАВА 12 | Цезарь в тесте | ГЛАВА 14