home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава девятнадцатая

Бартон похолодел, когда увидел выражение лица Камерона. Хитрая усмешка заставила задуматься, что же важное он просмотрел?

– У него в кармане, – с отчаянием проговорил Кинсолвинг, – компьютерная память. Там данные о чуме.

– Вы беглец, – ллор-полицейский стоял рядом, бесстрастное выражение лица было слишком чуждым, чтобы его как-то интерпретировать.

– Он убийца! – закричал Бартон. – Он виноват в том, что на Парадизе погибли все инопланетяне!

– Он спятил, – заявил Камерон. – Он набросился на меня, когда я инспектировал собственность, которую моя компания предназначила для торговли.

– Вы не можете его отпустить!

– Оба гуманоида, – приказал начальник ллоров. Инопланетянин повернулся на девяносто градусов, такое движение было доступно для его сгибающихся в обе стороны коленей. Он поднял вторую ногу, развернул туловище в требуемом направлении и ушел. И Кинсолвинга, и Камерона погнали вперед при помощи тычков, но Камерон все еще не проявлял признаков беспокойства.

– Они прочтут дискету и узнают, – напомнил инженер. – Вы не уйдете, Камерон. Они вас поймали.

– Меня не задержат. Никакого формального обвинения против меня нет. Ни на Парадизе, ни на какой другой планете чудиков. А вот вы – отчаянный преступник, сбежавший от наказания. Это я проинформировал ллоров о том, что вы здесь.

– Откуда вы узнали? Джессарет?

– Он показал мне фотографию, сделанную на Почти Парадизе. Неуклюжий он, этот Дэви Джессарет, – вспомнил Камерон. – Какая жалость, что вы его прикончили.

– Вы убедились, что я это сделал! Вы это сказали! – Кинсолвинг пытался сдержать свой гнев. Он понимал, что Камерон просто подзуживает его перед ллорами. Который же из стражников, окружающих его, записывает на пленку каждое слово, какое здесь произносится? Это может быть любой из них или все сразу.

Бартон пытался решить логическим путем, как ему действовать. Камерон узнал о его присутствии на Парадизе от Джессарета. Сообщил ллорам. Сделал ли он это анонимно? Если он подписал сообщение, вызвавшее их сюда, своим именем, то у Кинсолвинга не остается никакого шанса. Ллоры могут сколько угодно считать Камерона дураком за то, что он выдал представителя собственного племени, но публично они будут его благодарить.

И отпустят на свободу подлинного убийцу.

Но Бартон сомневался, что Камерон лично подписал свое донесение. Если там и есть подпись, то она принадлежит Джессарету в качестве офицера службы безопасности ОТ. Ллоры больше склонны поверить сообщению официального лица.

– Сюда, гуманоиды, – скомандовал ллорский офицер. О толкнул их на платформу грузовика, каким Кинсолвинг уж пользовался раньше. – И не пытайтесь освободиться из-под моей власти. За подобное преступление немедленно последует наказание.

Кинсолвинг видел, что второй ллор внимательно наблюдает. Интересно, что им будет, если он сбежит во второй раз. Судя по масштабам организованной за ним охоты, наказанию они подвергнутся немалому.

– Буду рад вернуться на Гамму Терциус-4, – объявил Камерон, откидываясь назад. Он потирал ноющий бок, куда попал лазерный заряд Кинсолвинга. Бартон был вынужден сидеть прямо, ни на секунду не прислоняясь спиной к борту грузовика. Боль, на которую он так долго не обращал внимания: угрожала лишить его чувств. Он бежал слишком, слишком быстро и слишком много раз его ранили.

Все, чего хотел Кинсолвинг, это отдохнуть. Но он не осмеливался на передышку, пока не появится уверенность, что Камерон уже не сможет передать информацию ни Гамильтону Фремонту, ни любому другому работнику ММ.

– Что вы этим приобретаете? – спросил Кинсолвинг. – Директорство?

– Возможно, – ответил Камерон, делая небрежный жест рукой. – Это такая малость в сравнении со службой Плану. Он ухмыльнулся. – Деятельность в пользу Плана так возросла, что можно нацеливаться и на другие важные посты. Я чрезвычайно полезен в делах бизнеса. Межзвездные Материал выиграют, если я стану руководить корпорацией. В конце концов, без способности зарабатывать деньги в крупных компаниях План может развалиться из-за недостатка ресурсов.

– А кто в нем участвует? – спросил Кинсолвинг, заинтересовавшись помимо воли. – Я знаю об участии ММ. И Отдых Терры финансировал Суареца. А другие компании?

Камерон пристально изучал его, бледные холодные глаза пробуравили самую душу Кинсолвинга.

– Я считаю, что это, пожалуй, секретная информация. Хотя и думаю, малоправдоподобно, чтобы вы во второй раз удрали из ллорской тюрьмы. Как вы ухитрились проделать это в тот раз? Я могу только догадываться. Но существует какой-то, пусть и минимальный, риск, что вам удастся повторение этого подвига. Было бы глупо с моей стороны посвящать вас в План.

– А еще более жестоко позволить мне воображать, кто участвует, и что может случиться...

– А вы неплохо соображаете, Кинсолвинг. Жаль, что вы предпочли предательство своих в пользу чудиков.

Бартон слабо улыбнулся.

– Я вовсе не с ними. Не в том смысле, в каком вы воображаете. Я просто пытаюсь оставаться в живых и делать то, что справедливо. А вы облегчили мне жизнь.

– Ах, вот что! – Камерон приподнял песочного цвета бровь. – Как же я это проделал?

– Ллоры искуснее в электронном шпионаже, чем вы. Неужели вы поверили, что они посадили нас сюда – и не наблюдают? Все, что вы говорили о Плане Смерти, подслушивалось. Они знают о вашем участии и о роли ММ.

– И вы верите, – спросил Камерон тоном, охладившем энтузиазм Кинсолвинга, – вы верите, что я сознался, а вы будете очищены от всех преступлений?

Гений по изготовлению роботов слегка переместил тяжесть тела на один бок и поднял руку.

Робот толщиной с иголку и длиной не более сантиметра вцепился в ткань одежды. Кинсолвинг увидел красный индикаторный огонек, мигающий, точно злобный глаз человека.

– Что это?

– Нет, – Камерон предвидел вопрос собеседника. – Это не уничтожающий аппарат. Он более сложен – и более тонок. Ллоры слышат, как мы разговариваем. Однако слова подсказывает им это мое устройство. Они могут прослушать свою запись и обнаружат только невинную беседу между нами. Я запрограммировал этого робота на невинный диалог о спорте. Уверен, что ллоры найдут его ужасно скучным.

– Наши голоса будут непохожи. Чтобы идентифицировать голос...

– Мне жаль разбивать ваши надежды. Идентификация голосов прекрасно получится. Робот записывает ваши слова, а затем помещает их в мои запрограммированные образцы. Эксперт-человек определил бы разницу, и если бы они потрудились сопоставить движения наших губ со словами, тогда даже ллоры услыхали бы разницу.

– Но они этого не сделают, – с горечью выговорил Кинсолвинг. Инопланетяне и не ожидали слышать признания: они знали, кто виноват. Их суд уже все определил, они проверят разговор только затем, чтобы выяснить: делались ли попытки сбежать.

– Нет, – тихо подтвердил Камерон. – Они этого не сделают.

Грузовик мягко остановился. Ллор махнул рукой Камерону и Кинсолвингу, что пора выходить. Инженер нахмурился, когда разглядел здание на краю порта, где садились челноки. На Парадизе не было тюрьмы. Немногие преступники прибывали сюда, чтобы заниматься своей профессией. При системе постоянного наблюдения даже целые эшелоны воров нашли бы кражи делом трудным. Но если на Парадизе не было специальной тюрьмы, то именно это здание было близко к тому, чтобы считаться таковой. В толстых пластиковых стенах отсутствовали окна. Внутри Кинсолвинг видел мало чего такого, что давало бы ему надежду сбежать. К первоначальной идее устроить здесь маленькие отдельные помещения добавились громадные засовы на дверях.

Единственное, что утешало Кинсолвинга, была мысль о преходящести любого момента. На лице Камерона появилась внезапная забота и сосредоточенность. Он думал, как бы применить тут какую-нибудь электронику. Чисто механические запоры представляли для него более сложную задачу. Но Кинсолвинг заметил, что Камерону стало легче. Убийца полагал что его здесь задержат надолго.

– Кстати, – донес Камерон, когда ллорский охранник насильно вел их вдоль длинного однообразного коридора, – он еще что-то бормотал о вице-президенте Отдыха Терры. Убежден, что вы найдете доказательства там, где его арестовали.

– Помалкивай, гуманоид! – оборвал его ллорский офицер. – Все материалы дела собраны. Мы не заботимся о нарушениях ваших законов. Однако во имя сотрудничества и дружбы между нашими цивилизациями об этом свидетельстве будет доложено гуманоидному персоналу службы безопасности, когда нам оно больше не потребуется.

– Я просто пытался вам помочь, – оправдывался Камерон.

– Компьютерная память! – напомнил Кинсолвинг, когда ллорский охранник запихивал его в маленькую комнатку. – Возьмите ее у Камерона и прочитайте!

Инженер вытянул руки, чтобы предотвратить удар лицом о стену. Сгорбился от боли и повернулся. В комнате не оказалось никакой мебели. На высоком потолке находилась светящаяся панель, но Бартон не мог подпрыгнуть так, чтобы до нее дотянуться. Дверь закрывалась плотно, тяжелые засовы проскользнули точно в пазы. Стены смягчали удары, он касался их. Портативный лазер мог бы пригодиться, но у Кинсолвинга его не было. У него не осталось ничего, кроме времени. Инженер соскользнул на пол, подтянул колени к груди, руками обхватил голени. Голову уложил на колени и попытался размышлять. Бегство казалось невозможным, но Кинсолвинг не мог примириться с тем, что придется вернуться на планету-тюрьму. Лучше умереть, чем быть сосланным в тот жестокий мир на всю оставшуюся жизнь. А смерть выдвигала моральные проблемы, которые, однако, не имели ничего общего с самоубийством. Ведь если он умрет, кто же станет противостоять Плану Звездной Смерти? Его смерть будет легкой, но умрут и многие неизвестные миры, полные жизни, дыхания, мыслящих существ. Старший инспектор находил это столь отвратительным, что знал: он не может сдаться так просто. Он будет сражаться, пока План не превратится в дурные воспоминания. Кинсолвинг поднял голову, когда отодвинулись запиравшие дверь засовы. Вошел ллорский офицер в сопровождении пары охранников. В коридоре инженер увидел еще трех инопланетян. У него не было шансов одолеть их и бежать.

– Вы, Бартон Кинсолвинг. Вы будете отвечать на вопросы. Как вы сбежали из нашего тюремного мира?

– А как насчет Камерона? Вы прочли тот блок машинной памяти, который у него? Он содержит подробности того, как вырастить вирус чумы. Он намеревается запустить чуму в тысячи ваших миров.

– Мистер Камерон не обвиняется в помощи и содействии вам. Доказательства убеждают, что он был вашей жертвой.

– Он все это запланировал. Из-за него Джессарет пытался меня убить. Он послал против меня Дэньгоу.

– Мистер Камерон будет освобожден.

– Компьютерный блок! – выкрикнул Кинсолвинг. – По крайней мере, изучите его! Вы же ничего не теряете – и ничего не выигрываете.

Кинсолвинг обрел надежду, когда увидел выражение лица ллора. Он достаточно часто имел с ллорами дело на Глубокой, чтобы понимать их мыслительные процессы. Он затронул пункт, который инопланетянин понимал.

– Это дело будет рассмотрено позже, – сообщил ллор. – Как вы бежали из нашей тюрьмы?

– Я не убивал вашего агента-капитана на Глубокой, – сказал Кинсолвинг, игнорируя целенаправленный вопрос ллора. – Это Камерон. Проверьте. Он был на планете в то самое время. С этой целью его и послал начальник с Гаммы Терциус-4.

– Это вопрос, который лежит за пределами моей юрисдикции. Суд признал вас виновным. Как вы сбежали из нашего мира-тюрьмы?

– Вы не смягчите приговор, если я вам расскажу?

– Смягчить? – офицер повернулся и обменялся несколькими словами с другим ллором. – Я не понимаю этого слова. Как можно изменить тюремные условия?

– Неважно, – сказал Кинсолвинг.

В цивилизации ллоров отсутствовало понятие снисхождения. Если бы даже оно существовало, инженер сомневался, что его применили бы к гуманоиду. Офицер поспешно заговорил с другими, находящимися в камере, потом обратился к Бартону:

– Вас немедленно заберут из этого мира, чтобы освободить его от вас. Имеется некоторая трудность в том, чтобы получить надлежащие указания властей из-за вашей дикости.

– Что?

– Есть предположение, что вы причастны к смерти планетарного начальства и управляющего планетой. Есть доказательства вашего участия в убийстве офицера безопасности, назначенного корпорацией Отдых Терры для охраны этого мира. Ваши преступные наклонности затрудняют нашу работу.

– Я... – Кинсолвинг осекся. Он действительно убил Джессарета и Дэньгоу. К чему отрицать еще убийство Вэнди и Суареца? Две смерти, больше или меньше – для ллоров ничего не значит. Они получили своего беглеца – и довольны.

Повернувшись на своих странным образом сочлененных коленях, ллоры покинули камеру. Засовы снова легли в пазы превращая эту пластиковую комнату в камеру столь же надежную, как их планета-тюрьма.

Кинсолвинг снова уронил голову на колени, пытаясь придумать какой-то выход. Если они обыщут Камерона, то часть плана может быть раскрыта. Фремонт, Виллалобос и остальные на ГТ-4 будут недовольны, если Камерон утратит описание производства биологического оружия. Это может внести напряжение в сотрудничество между ММ и ОТ. Все, что замедляет продвижение Плана Звездной Смерти, хорошо.

Но никто не поможет Кинсолвингу. Он не решался положиться на Ларк Версаль. Она, вероятно, даже не знает, куда его увезли ллоры. И все же его мысли то и дело обращались ней. «Фон Нейманн» все еще находился на орбите, если повезло, его уже починили и подготовили к отлету.

Кинсолвинг вдохнул и задержал воздух в легких. Если техники пробрались в грузовой отсек и обнаружили тело дю Лонг? Это добавит обвинение в еще одном убийстве. Кинсолвинг надеялся, что у Ларк хватит ума свалить это на него. Еще одно убийство ничего в его судьбе не изменит.

Бартон продолжал размышлять. Отправиться на Почти Парадиз означает отбыть на ракете. А может быть, и нет. После смерти Вэнди Парадиз должен быть в смятении. У ллоров против Кинсолвинга обвинение в убийстве Джессарета и Дэньгоу. Хотя офицер полиции мог и не предоставить эту информацию тем, кто еще остался на Парадизе из службы безопасности. Бартон может уйти из этой системы, если попадет на космическую станцию. Он может полететь на Почти Парадиз на ракете-челноке. Все, что нужно Бартону, – это бежать из камеры.

– Что будет делать Камерон? – спросил себя Кинсолвинг. – Вызовет робота и устроит так, что тот прорвется через дверь? – Бартон покачал головой, когда представил себе эту картинку. Даже Камерон, кажется, был расстроен, когда узнал, что его запрут в камере.

Что-то насчет Камерона упорно продолжало шевелиться в мозгу инженера. Камерон распланировал все, что произошло на Парадизе. Все убийства он взвалил на плечи Кинсолвинга. Мастер по роботам знал, что старшего инспектора вернут на планету-тюрьму ллоров на всю оставшуюся жизнь.

– Он не допустит, чтобы какой-то чудик этим распоряжался, – произнес вслух Кинсолвинг. – Камерон считает их некомпетентными. Он их глубоко презирает.

И более того, Камерон захочет получить удовольствие, захочет сам убить Кинсолвинга за все неприятности, которые тот причинил мастеру по роботам. Инженер уничтожил его заслуги в Плане на Зета Орго-4 и тяжело ранил.

– Я нужен Камерону мертвым. И он сам это сделает.

Кинсолвинг продумал разные варианты, и каждый раз возвращался к простому решению о намерениях Камерона.

– Но как? При помощи робота?

Он огляделся и понял, что робот вряд ли сумеет с легкостью пробиться в камеру. И Камерон не может знать, где у ллоров здесь временная штаб-квартира. Они прилетели, когда Камерон с Дэньгоу сражались в доме, а после в лесу.

– Он не посмеет рисковать, чтобы случайно промахнуться, когда ллоры станут сажать меня в свой корабль. Его роботы уязвимы, когда речь идет о выслеживании инопланетян.

Кинсолвинг вспомнил, как полиция паукообразных на Зета Орго-4 легко уничтожила роботов-убийц Камерона. Камерон никогда не повторяет дважды одну и ту же ошибку.

– Он хочет, чтобы я погиб. Но как?

Кинсолвинг мысленно проследил каждый миг, начиная со встречи с Камероном в лесу. Он пытался стрелять из лазерного ружья, но в нем почти не осталось зарядов. Бартон перезарядил; Камерон легко швырнул его на землю. Камерон поднял его за шиворот и притом ухмылялся. С триумфом, но по какому поводу? Кинсолвинг завернул руку назад и ощупал свой воротник. Крохотная бусинка, холодная, твердая, обнаружилась на плече. Кинсолвинг стащил свою изорванную рубашку и рассмотрел крошечный аппаратик.

– Определенно, изделие Камерона, – тихо произнес он. Устройство не было подвижным. Он не нашел лазерного дула. – Бомба. Что еще это может быть? Камерон и не собирался следить за мной. Он хотел меня убить!

Бартон наклонился ниже и разглядывал аппаратик величиной с рисовое зернышко. Он не мог содержать много взрывчатки, но, находясь у жертвы на шее, легко убил бы. Крохотная бомбочка слегка подрагивала. Если бы Кинсолвинг не смотрел на нее пристально, он бы никогда этого не заметил. Кинсолвинг развернулся и швырнул бомбу вместе со своей рубашкой в наружную стену. Он оказался прав. Камерон как раз послал сигнал. Бомба взорвалась с такой силой, что отбросила Кинсолвинга к двери камеры. Но Бартон победоносно вскрикнул. Бомба пробила небольшое отверстие в толстой наружной стене. Пластик начал возгораться со все возрастающей яростью. Через несколько секунд выгорела дыра, вполне достаточная, чтобы он мог пролезть. Бартон приложил к лицу остатки рубашки, чтобы защититься от жара, пробежал через отверстие в стене и оказался на гудроне. Он спасся!


Глава восемнадцатая | Хозяева космоса | Глава двадцатая