home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава девятая

Камерон повернулся и нахмурился, когда его внимание привлекло какое-то мелькание. Робот, которого он выставил на пост в коридор, увидел мишень и кинулся за ней. Камерон поспешно проверил количество оставшихся роботов и решил, что их достаточно, чтобы предотвратить любую угрозу со стороны Моргана Суареца и его ассистента. Джессарета он не считал наравне с ними. Наркотик все еще удерживал горе-убийцу в его состоянии. Суарец заметил его внезапное невнимание и спросил:

– Что там такое? Вы что-то слышали?

– Ваши датчики не в состоянии защитить такую ценную часть Плана, – легковесно ответил Камерон. Он хотел понять, что за добычу преследует робот, но не желал обнаружить перед Суарецем превосходство своей защиты. Камерон убедился, что Виллалобос правильно сделала, послав человека его способностей следить за ученым. Хотя Суарец обладал надлежащими инстинктами для массового уничтожения и смерти, ему не хватало дисциплины и внимания к деталям. Исследователя можно будет заменить, если потребуется.

Камерон надеялся, что потребуется. Он надеялся отточить свои таланты и испытать еще одного металлического убийцу.

– Оставьте нас, – приказал Суарец, делая машущие движения руками, как будто торопил Камерона уйти.

Камерон разгладил шелковый камзол и направил холодный взгляд своих серых глаз прямо в глаза Суареца. Ученый первый не выдержал. Убежденный в том, что Суарец понял, кто на самом деле стоит во главе Проекта Высвобождения, и неважно, какой он имеет официальный статус, Камерон повернулся и вышел. Джессарета он оставил стоять на месте. Суарец может задействовать его или нет, для Камерона это теперь не имеет значения. Он установил контакт. Его роботы рыскали в поисках добычи на этой маленькой исследовательской территории. Все подробности проекта Суареца лежат теперь, запертые в пределах мозга, который имеет невероятные возможности. И еще важнее, Камерон показал этому выскочке из Отдыха Терры, что он не сможет действовать без полного согласия со стороны представителя ММ.

Камерон не знал, намеревается ли Виллалобос устроить все таким образом, но надеялся, что да. Он улыбался, выходя на яркое солнце. Нежный аромат цветов заставил его ноздри расшириться. Дизайнеры на Парадизе все продумали. Цветы с приятными ароматами, но никаких насекомых, которые жужжали бы вокруг и раздражали его. Теплое солнце сменяется мягкими дождями, чтобы сменить жару, это дает ощущение спокойствия. Все совершенно на Парадизе.

Через день-другой выведенный биоинженерами вирус будет освобожден, и спирали ДНК чудиков начнут разрушаться. Прекратится репродуцирование клетки или еще лучше того, в понимании Камерона, – клеточное репродуцирование пойдет в беспорядке. Кровяные клетки не будут содержать кислород. В инфицированных телах станет развиваться рак. Метаболизм исчезнет. Никакая медицина не сможет это прекратить. Вирусы известны тем, что их трудно изолировать и разрушить. Обширный ряд симптомов будет маскировать истинную опасность после того, как всего несколько клеток в теле инопланетянина будут инфицированы.

Что больше всего радовало Камерона, так это предстоящая смерть тысяч чудиков. Он так и дрожал от радости при такой перспективе. Камерон заставлял себя расслабиться, разжать кулаки и вытянуть пальцы. Для него убийство инопланетян было больше, чем часть Плана Звездной Смерти. Это было даже больше, чем упражнение в уничтожении для его хваленых роботов. Жизнь на Земле не была для него легкой.

Проклятые чудики сделали ее еще хуже.

Камерон погрузился в воспоминания о прошлом еще раз, в воспоминания, которые он пытался похоронить. Его родители, две сестры и брат умерли, потому что инопланетный грузовой корабль отказался ответить на сигнал маяка о неотложной помощи, когда персонал понял, что сигнал послали люди. Его собственная карьера затормозилась и почти оборвалась из-за препятствий, которые инопланетяне ставили перед импортом в свои цивилизации автоматических устройств и роботов. Большинство инопланетных миров отказывалось договариваться о покупке любой продукции, произведенной в земных мирах. Белее того. Они прекратили торговать готовой продукцией, импортированной с Земли, разрешалось перевозить на космических кораблях только сырые материалы.

То, что замораживали технику, еще больше злило Камерона. Десятки и даже сотни космических кораблей чудиков летали куда быстрее земных.

И они отказывались поделиться своими секретами сверхскоростей.

Инопланетные миры держались вместе, может быть, неофициально, может быть, совершая какое-то тайное предательство, чтобы задерживать развитие человечества.

Камерон раздувался от гордости, сознавая, что помогает поворачивать нож в ране, которую еще не почувствовали инопланетяне. У Межзвездных Материалов ничего не вышло со сжигателями мозгов на Зета Орго-4, зато биологическое оружие ОТ несет ощущение сладкого успеха. Единственно, о чем сожалел Камерон, что другие выпустят это оружие и получат удовлетворение, убивая бесчисленные биллионы чудиков.

Шагая по дорожке, Камерон сделал знак рукой. Бдительный патрулирующий робот снизился и завис над его левым ухом.

– Где тот охотник, который исчез из лабораторий? – спросил Камерон.

Робот приблизился. У робота был маленький лазер, прилаженный к его губам. Он был слишком мал, чтобы пользоваться механическим микрофоном, и действовал при помощи колебаний спектра у своего ввода.

Краешком глаза Камерон наблюдал, как робот послал закодированный сигнал, который только он мог прочесть. Другой робот не вернулся. При этом известии Камерон не почувствовал никакого беспокойства. Это был один из самых разумных роботов, которых он смастерил. Его способность принимать решения далеко превосходила человеческую – большинство человеческих. Камерон был убежден, что робот вернется, когда выполнит то, что намеревался.

Мастер роботов направился к безукоризненно чистому безлюдному берегу, протянувшемуся на много километров. Свежий ветер, дующий от океана и набрасывающий на волны белые шапки, давал Камерону ощущения счастливого бытия. Камерон расслабился. Он ведь через многое прошел и очень медленно восстанавливался после операций, которые спасли ему жизнь.

Он дотронулся пальцами до крошечных шрамов чуть пониже границы волос: здесь хирурги проникали в череп, чтобы облегчить давление на мозг. Проклятый Кинсолвинг!

Как только имя всплыло у него в памяти, Камерон сунул руку в карман и вытащил фотографию, взятую у Джессарета.

– Нет, – произнес Камерон медленно, глядя на лицо Кинсолвинга, – ты не умер. Никогда этот дурень не смог бы убить тебя. Где доказательства? Ты для него слишком хорош, слишком умен. В один прекрасный день ты будешь мой. Да, целиком мой!

Достойный противник прибавил шагу Камерона пружинистости, но внезапный взрыв криков морских птиц за скалой остановил его. Камерон обернулся. Его роботы-стражники отступили в сторону, чтобы дать ему ощущение одиночества и возможность лучше видеть местность, чтобы вовремя заметить возможную опасность. Впереди он видел крошечный мигающий зеленый огонек. Сейчас же появились два робота-часовых и зависли рядом с ним.

– Что случилось?

Ответ пришел быстро. Камерон отправился лично исследовать. Опрокинувшись на поверхность большой скалы, он, точно ящерица, пополз на вершину. Сплющившись, Камерон стал наблюдать, как на другой стороне скалы с десяток людей наслаждаются в своей компании. Они танцевали и разбивались на пары, интимно беседовали и образовывали другие группы. Камерон почти завидовал их способности так легко перемешиваться. Но это не его мир. Любой из тех веселых людишек мог оказаться убийцей и расставлять ему капкан.

Думая так, он напрягся. Его внимание привлекла одна рыжеволосая женщина. Через несколько секунд Камерон узнал в ней секретаршу из офиса Мечникоффа. И даже тогда он не был абсолютно уверен, что это именно она. Камерон приказал роботу опознать ее. Тот улетел, скрылся из виду, поднявшись вверх, чтобы образовать компьютерную связь. Могло пройти еще несколько минут, прежде чем Камерон получит ответ. Что ж, он может и подождать.

– Эй, спускайтесь и присоединяйтесь к нам! – закричала рыжеволосая и замахала ему рукой.

Его заметили. Камерона охватило минутное колебание. Если еще один директор ММ послал помощника на Парадиз, это означает борьбу за власть. Камерон не мог забыть об угрозах, которые сделал Мечникофф, когда он лежал в больнице, прикованный к постели. Этот директор препятствовал его назначению в совет ММ.

Что еще имел в виду Мечникофф? Достаточно ли он ненавидит Камерона, чтобы послать шпиона? Убийцу? Камерон не мог ни на одну микросекунду поверить, что простая секретарша, даже того директора, который имеет надежды стать председателем, просто случайно приехала на Парадиз в отпуск в этот самый момент. Стоимость одного дня на этом планетарном курорте ошеломляюща и превышает для большинства сумму годового дохода.

– Ну, спускайтесь же! Не стесняйтесь! – звала женщина.

Камерон выстроил стражу роботов. Надо разобраться напрямую. Он легко соскользнул с вершины скалы и спрыгнул на песок в десятке шагов от этой женщины.

– Спасибо, – поблагодарил он.

– Не надо прятаться, когда мы так веселимся здесь. Присоединяйтесь к нам, – пригласила маленькая женщина хрупкой наружности. Она склонила голову набок, потом улыбнулась, как бы припомнив что-то приятное. – Я вас знаю. Вы тоже работаете в ММ! Я видела вас в главном управлении на ГТ-4.

– Это совпадение, правда? – спросил он. – Как давно вы на этой планете?

– Только что приехала, и двух часов не прошло. Давайте-ка потанцуем!

Камерон позволил ей взять себя за руку и потащить ближе к музыкальному кубу. За несколько секунд он рассмотрел остальных и увидел, как они двигаются. Обычно он не любил танцевать, но его совершенная координация позволила ему успешно смешаться с остальными. Он нашел, что ему нравится, даже если он по-настоящему и не наслаждается, ощущение своего ловко движущегося тела.

– А вы хорошо танцуете. И на вас такая фотонная одежда! Купили здесь в лавочке? – спросила она.

Облачение самой женщины состояло, главным образом, из маленькой золотой повязки, болтающейся у нее между ногами. Камерон не столько интересовался ее телом, сколько тем, нет ли на ней какого-нибудь оружия. Не похоже, но ведь его-то собственное вооружение вполне можно скрыть по причине маленьких размеров. Пока они танцевали, Камерон заметил крошечные вены под кожей ног этой женщины. Он тяжело вздохнул. Значит, она снабжена проволочками. Давление крови, пробегающей по кровеносным сосудам, приводит в действие приемник. И кто получает эту трансляцию? Камерон не знал. Мечникофф мог бы послать целую команду, чтобы шпионить за ним. Интересно, подумал Камерон, что этот директор знает о Проекте Высвобождения?

Камерон надеялся, что ничего. Союзничество с Марией Виллалобос было опасно для Мечникоффа. На короткое время, оно было бы даже приятно, но затянувшееся сотрудничество легко могли перейти в смертельную игру. Чем меньше Мечникофф знает, тем лучше сможет Камерон обернуть проект на пользу себе и, возможно, устроит для себя возможность попасть в директорат ММ.

– Пойдемте куда-нибудь в более уединенное место, – предложил он шпионке Мечникоффа.

– Уединенное. – Рыжие волосы женщины в солнечном свете казались охваченными огнем. – Хорошо. Куда?

– Пойдемте, прогуляемся немного, – Камерон неопределенно махнул на небольшую купу деревьев.

Рука об руку, они покинули остальных. Камерон убедился, что никто не обратил на это внимания. Любой в этой компании может быть в сговоре с этой женщиной и Мечникоффым. И он сейчас должен воспользоваться этим шансом.

– Сюда? – спросила она, растягиваясь на мягком моховом ковре, который, казалось, предназначен для занятий любовью. Она приподнялась на локтях и улыбнулась.

Камерон расхаживал вокруг с настороженным взглядом. Он послал двух роботов зависнуть и проверять территорию. Еще один контролировал выход из внутренней проводки женщины. Он беспокоился о сигналах. Женщина могла и не знать о том, что в нее имплантировали какое-то устройство. Камерон в этом сомневался, но это было возможно. Мечникофф – хитрый сукин сын. Подобный обман вовсе не за пределами его возможностей.

– Так вы собираетесь гулять вокруг или хотите... присоединиться ко мне? – спросила женщина. Даже ее золотой щит сбился на сторону Она стала еще более обнаженной, чем раньше. И Камерон не осмелился бы отвергнуть распутное приглашение, если бы не боялся возбудить ее подозрения.

– Чего вы от меня хотите? – спросил он.

– Я думаю, это очевидно, – рыжая приподнялась и ухватила его за талию. Повалила его. Их губы встретились.

Камерон сейчас же отшатнулся. Его одурманили – именно так, как он проделал это с Джессаретом! Слабый привкус блестящих губ женщины еще оставался на его губах. Он попытался его стереть.

– Ничего не выйдет, Камерон! – засмеялась она – Мне говорили, что это очень стойкий наркотик – и действует быстро!

– Но вы его держите при себе!

– Специальный полимер у меня между губами и снадобьем. Ужасно трудно не облизывать губы.

Колени Камерона превратились в желе. Он упал. Женщина вскарабкалась на него.

– Мне говорили – это потрясающий наркотик. Вы все еще можете владеть собой. Отчасти. – Она опытным движением вцепилась в его яркое разноцветное одеяние. – А вы красивый. Слишком хорош, чтобы любить меня в обычных условиях. Не теперь.

Камерон обнаружил, что отвечает на все, что эта женщина с ним проделывала. Даже хуже: все запреты рухнули. От воздействия наркотика он совсем лишился желания. Он тихо постанывал, когда она скользила вверх и вниз по его телу. Еще один поцелуй скрепил его сотрудничество.

– Такой потрясающий наркотик, – промурлыкала она. – Мечникофф никогда раньше не разрешал мне им пользоваться. Я дала ему слово, что будет особый случай.

То, что рыжая с ним проделывала, нравилось Камерону, но он бы предпочел иметь выбор. Она двигалась все быстрее, ее пальцы хватали его за бока и плечи. Она стонала, напрягалась, а затем расслаблялась, и ее пот капал на него.

– Наверное, это лучше всего, что ты до сих пор получал.

– Мария Виллалобос – лучше, – возразил он. – У нее больше энергии. И опыт больше.

– Врешь.

– Когда я был с ней, мне хотелось только ее. Это желание и сейчас не исчезло.

Женщина взглянула на него, в ее лице полыхала ненависть.

– Ты ведь не можешь врать, правда? Нет, не можешь. Это просто невозможно – из-за наркотика. Но ты все это сказал только затем, чтобы меня разозлить. Такой уж ты космический негодяй.

Она оттолкнулась ногой от его опрокинутого навзничь тела.

– Мечникофф хочет полного разоблачения планов Виллалобос. Что именно требует твоего присутствия на Парадизе? Что происходит?

От этих слов Камерон пришел в волнение. Мечникофф ничего не знает о Проекте Высвобождения. Так что все еще можно в чем-то его опередить. Но Камерон чувствовал, как подробности щекочут ему губы, как будто их вытянули из самых защищенных частичек его мозга вероломным снадобьем.

– Да, мой милый Камерон, расскажи мне все, – промурлыкала рыжая. – И тогда я получу от тебя все, что мне надо.

– План, – выдохнул Камерон.

– Да, так что насчет Плана?

Его глаза поспешно закрылись. На лице женщины выразилось невероятное удивление. Затем она опрокинулась на Камерона. Он пытался перекатиться на бок, но не мог пошевелиться. Почти незаметный тихий звук его голоса и вздох заставили робота приблизиться к глазам Камерона. Поспешное моргание ресницами отослало часового прочь. Через несколько минут он вернулся с целым отрядом более крупных по величине и могущественных аппаратов.

Тяжесть мертвого тела женщины ослабла и исчезла. Камерон в восхищении следил, как его роботы методично сожгли труп лазерами, превратив в золу, а потом сожгли и золу. Камерон специально не приказывал им это делать. Его команда была более общей: спрятать тело так, чтобы его никто не смог обнаружить. Роботы проявили больше инициативы и изобретательности, чем даже он сам, их изобретатель, считал возможным.

Острая боль заставила мужчину подняться. От точки укола исходил жар, пока его тело не начало гореть от нейтрализующего вещества.

Ноги все еще подгибались под Камероном, когда он прошел через лесок и вернулся в бунгало. По мере того, как он туда добирался, возвращались силы. Вместе с ними приходила решимость повернуть это происшествие себе на пользу. У Мечникоффа могут быть на планете другие агенты. Теперь, когда он знает об их существовании, это мало что для него значит.

Мечникофф, Кинсолвинг, Проект Высвобождения. Все это сливалось у него в голове. Оставалось только добавить сюда гениальный штрих, который мог бы нанести один Камерон. Еще до того, как разразится чума, он войдет в директорат Межзвездных Материалов.


Глава восьмая | Хозяева космоса | Глава десятая