home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава девятая

Бартон Кинсолвинг ехал слишком быстро, следуя поворотам дороги с безрассудным отчаянием; но время поджимало.

Он неверно судил о Гумбольте: директор в действительности заботится о своих служащих. Обо всех. Хотя Кинсолвингу и не нравилось быть тем человеком, который берет на себя вину за воровство на шахте, он продумал план Гумбольта и решил, что такой выход вполне действенный.

Ллоры никогда не освободили бы Алу и остальных, если бы не могли засадить в тюрьму более важного преступника.

И этим преступником должен был стать Кинсолвинг.

Он напрягся, когда машина соскользнула с дороги и помчалась по обочине. На мгновение поле сопротивления уменьшилось, и машина затряслась, потеряв под днищем плоскую поверхность. Включилась дополнительная энергия. Она позволяла автомобилю двигаться, но крайне медленно. После длительной борьбы Кинсолвинг, наконец, вывел его на шоссе. Когда возобновилось знакомое жужжание и прекратилось завывание, он опять увеличил скорость. Он мог бы перевести двигатель на автоматический режим, но это – безумный шаг, предохранители бы отключили мотор.

Кинсолвинг дрожал при мысли о необходимости улететь с Глубокой. Когда он въехал на небольшой пригорок, перед ним внезапно открылся космопорт. Комплекс его простирался на километры к востоку и к северу, большая его часть принадлежала Межзвездным Материалам. Несколько приземистых темно-серых строений, копии друг друга, стояли на ближайшем краю поля, их голубые с золотом опознавательные знаки – трезубцы со звездами сверкали в бледных солнечных лучах. Слегка притормозив, Кинсолвинг направил машину к укромному местечку, где стражники-ллоры не могли заметить его приближения с поля. На поле вело с десяток дорог, большинство из них были, как обычно, загружены тяжелым транспортом с двух добывающих редкоземельные породы шахт. Часовые ллоров проверяли пропуска и марки об уплате налогов. На личные машины они не обращали внимания.

Кинсолвинг поблагодарил за это свою счастливую звезду. Он подъехал к навесу из рифленого железа и остановил машину. Больше она ему не понадобится. Бартон закрыл глаза и представил себе взлет челночной ракеты, как тяжелый лазерный луч бьет из нижней поверхности челнока, и судно поднимается все выше и выше, пока не достигает орбиты. И тогда уже дело времени долететь до скоростного катера, который доставил Гумбольта с ГТ-4.

– Эй, здесь стоянка запрещена, – донесся до инженера ворчливый голос. – Отъезжай или я, к дьяволу, демонтирую эту проклятую машину.

Вырванный из потока своих мыслей, Кинсолвинг дернулся. Приближающийся механик держал в одной руке небольшую рабочую сумку с электронными инструментами, а в другой – большой гаечный ключ.

– Ты что, оглох?

– Не узнаю вас, – сказал Кинсолвинг. – Я старший инспектор на шахте номер два.

– Кинсолвинг? – спросил механик, и его манеры сразу изменились. – Извините. Я здесь новенький. Всего несколько дней работаю. Зовут – Камерон.

– Так вы тот человек, которого я ищу, – обрадовался Кинсолвинг, и облегчение волной прокатилось по телу. – Меня послал Гумбольт.

– Ах, вот что? – Камерон улыбнулся, рот его блеснул на солнце. Украшенные золотом и драгоценными камнями зубы заставили Кинсолвинга наклонить голову. Что-то в этом механике насторожило Бартона. А манера его поведения обеспокоила даже сильнее, чем богатство, так хвастливо выставленное напоказ.

– Вам известно, что происходит на шахте? – спросил он.

– А мне-то что? – механик улыбнулся еще шире и покачал головой. – Я получаю приказы от большого босса. С тем, что мистер Гумбольт называет законами, я могу не считаться.

Это еще больше насторожило Кинсолвинга. Слова Камерона звучали насмешливо, как если бы тот знал что-то, неизвестное больше никому.

– Так где челнок? Вроде, он должен быть готов к немедленному отправлению.

– Вон тот. Видите? Вон тот, с белой пластиной!

– Вижу, – отвечал Кинсолвинг, – но там, кажется, никого нет.

Прежде, чем челнок взлетит, тяжелые лазеры следует залить громадным количеством жидкого нитрогенного охладителя. По обе стороны ракеты пылали факелы раскаленных газов. Во время взлета султаны факелов становятся такими густыми, что кажется, будто ракета поднимает столбы пыли. И только когда суденышко достигнет высоты нескольких сотен метров, иллюзия исчезает.

– Мне велели, чтобы все было тихо. Вы что, от чего-то удираете? – Камерон наклонил голову набок, как будто прислушиваясь к чему-то более важному, чем ответ Кинсолвинга.

– Только выполняю приказ мистера Гумбольта.

– Вот и отлично. Прогулка начинается. К тому времени, когда вы доберетесь до челнока, пилот уже устанет держать палец над кнопкой пуска.

Камерон показал на челнок концом гаечного ключа. Кинсолвинг пошел, но, сделав несколько шагов, оглянулся. Камерон исчез внутри строения. В безотчетном порыве Кинсолвинг прервал путь, вернулся и остановился напротив двери. Изнутри доносился голос Камерона.

– Разве неправильно подчиняться закону, капитан-агент?

– Нет, – ответил глубокий голос ллора. – Но почему вы настаиваете, чтобы соблюдать наш закон? Этот беглец мог бы спастись. Вы что, предаете собственный народ?

Камерон расхохотался:

– Да нет, сэр, ничего подобного, – Кинсолвинг захлопал глазами, услышав омерзительные нотки в этом голосе. – Но директор Гумбольт всем нам приказал исполнять ваши законы до последней буквы. Сказал – хватит с нас неприятностей, он желает сгладить отношения между компанией и вами... народом.

– Так челнок двадцать три – цель беглеца?

– Так и есть. Вы его легко можете захватить. Он туда отправился пешком. У него минут десять уйдет, чтобы добраться до ракеты.

– Когда ваша ракета должна взлететь?

Камерон расхохотался погромче:

– Да еще через неделю, не раньше. Там направляющее крыло сломано, и управляющую цепь замкнуло, она расплавилась, точно стекло. Не могла бы взлететь, даже если очень понадобится.

Кинсолвинг неистово огляделся. Значит, Камерон его предал. Или это Гумбольт? Мозг его метался, крошечные кусочки информации складывались в более постижимую картину.

Кроме Гумбольта, который прибыл несколько недель назад, другого персонала ММ на Глубокую не прилетало. Камерон не мог приехать только что, как он утверждал. Старший инспектор знал по имени почти всех земных служащих, а остальных – в лицо, он же часто сюда приезжал, чтобы доставить руду на орбиту. Должно быть, это Гумбольт его предал. Ведь это он велел искать Камерона.

Кинсолвинг помчался к машине и включил энергию. Если его подвела ракета номер двадцать три, сгодится и другая, убраться с Глубокой, попасть на орбиту, похитить катер Гумбольта и исчезнуть. На ГТ-4 все будет выглядеть по-другому. Гумбольт мог пытаться выдать его ллорам для обмена на Алу Марккен и остальных, но Кинсолвинг решил, что сможет следовать выдуманному плану – и все же выйдет из передряги свободным человеком.

Машина была готова. Он поставил рычаг скорости на максимум. Ускорение отбросило его на подушки и подняло облако пыли с гудрона. Он повернул вертикальные оси машины, меняя направление, и направился к дальнему концу поля. Султаны превращающегося в пар жидкого нитрогена подсказывали, что в челноке номер семнадцать шла работа. Но сердце Кинсолвинга превратилось в ледышку, когда он увидел, что эта ракета вовсе не собирается взлететь. Техники трудились над запускающим лазером, испытывая систему охлаждения.

– Эй, Мак-Кенна, – окликнул Кинсолвинг главного техника. – Есть какие-нибудь челноки, готовые взлететь?

Женщина взглянула на него поверх лазерной установки.

– Ой, Барт! Могу обрадовать, что есть. Гумбольт так на нас и наезжает, чтобы выполняли подготовку по всем правилам, с тех пор, как сюда прибыл. Но никто не взлетает до начала следующей недели. А тебе что, на орбиту нужно?

– Прямо сейчас, – отвечал он.

Женщина откинула назад темные волосы, подернутые сединой, и покачала головой.

– Есть у нас маленькая ракетка, чтобы можно было добраться до катера Гумбольта, если ему понадобится. Но часов шесть уйдет, чтобы взлететь.

– Нехорошо, – произнес Кинсолвинг.

– А в чем спешка?

– Слишком много проблем, – кратко ответил он. – Скажи, ты что-то знаешь о новом механике? Камерон его зовут.

– Камерон? Никогда о нем не слыхала. Или ты Кармен имеешь в виду? Она на корабле улетела. – Женщина улыбнулась. – Она все еще по тебе сохнет. Ничего так не хотела бы, как тебя утешить после Алы.

– Может мужчина иметь какие-то секреты в этом месте? – спросил Кинсолвинг с деланным гневом. И тут раздался рев сирен, от которого у него похолодело внутри. – Надо бежать.

– Барт, погоди. За тобой что – гонятся? Мы можем тебя спрятать в лазерной яме.

– Не могу здесь оставаться. Если обо мне спросят, все им расскажи.

Кинсолвинг снова нажал на рычаг скорости. Он не хотел втягивать в неприятности с ллорами Мак-Кенну или кого-то из ее команды. Инопланетяне уже мчались по гудрону, сирены выли, и это показывало, что они идут по его следу.

– Не так-то много и следов, – пробормотал он себе под нос, маневрируя между строениями.

Кинсолвинг с мрачной сосредоточенностью работал рулем, но ллоры неумолимо сокращали расстояние между машинами. Убегающий гуманоид обнаружил, что кружит на одном месте и постепенно возвращается к тому самому зданию, где встретился с Камероном.

Новая решимость охватила Кинсолвинга. Он, конечно, никогда не сумеет удрать от ллоров. На этом обширном поле они смогут увидеть его за много километров. Но, возможно, ему удастся получить еще несколько минут, прежде чем они его схватят.

Эти несколько минут можно прекрасно использовать, выбивая правду из Камерона. В Кинсолвинге просыпалось яростное желание выбить зубы с золотыми краями. Вероятно, это ничего ему не даст, кроме эмоциональной разрядки, в которой он так нуждался, но еще поглядим...

Кинсолвинг обогнул взлетную полосу и предоставил машине скользить по земле сразу за ее пределами. Жирные синие искры взлетали в воздух от трения металла о бетон, но вот машина врезалась в боковую стену здания. Кинсолвинг успел выскочить. Едва он встал на ноги, из здания вышел Камерон с выражением крайнего удивления на физиономии.

Кинсолвинг развернулся и ударил этого человека в живот. Камерон сложился пополам, но от удара по плечу Кинсолвинга растеклась боль. Как будто бы он со всей силы стукнул по металлическому щиту.

– Чт-то не т-так? – выдохнул Камерон.

– Ты выдал меня ллорам!

– Нет, нет! Вы неверно все поняли. Я делал только то, чего хотел мистер Гумбольт. Часть плана вашего бегства. Я послал чудиков в другом направлении, так что вы можете удрать.

Кинсолвинг заметил, что Камерон пользуется унизительным названием для инопланетян, таким же, как Ала Марккен и Гумбольт. Он сказал:

– Ни один ангар не готовится к взлету ракеты. Я говорил с техниками.

– Они просто не в курсе. Номер двадцать три готов! Вы его проверили?

Камерон выпрямился. Кинсолвинг не увидел в лице этого типа ничего, кроме сверкающих зубов и холодных, холодных глаз.

– Нет, – неохотно признался он.

– Тогда... вот черт! Ллоры! Они сюда поехали. Живей. Прячьтесь в здании. Я попробую их отвлечь. Ну, действуйте!

Кинсолвинг подчинился резкой команде. Проковылял внутрь и прижался к стене, слушая слова Камерона, обращенные к инопланетной полиции.

– Кинсолвинг, где он? – требовательно спросил капитан-агент ллоров.

Кинсолвинг слышал стук ног своих преследователей, еще четверо подошли к Камерону. На мгновение наступила полная тишина, затем громкий крик боли эхом отразился от стены здания.

Кинсолвинг осмелился бросить быстрый взгляд за дверь. Капитан ухватился за среднюю часть своего тела, пунцовая нечеловеческая кровь заструилась вокруг его змееподобных пальцев. Рот изогнулся, чтобы издать еще крик, но первой пришла смерть. Лицом вперед он упал на траву.

– Да вот же он! – Камерон показывал в сторону Кинсолвинга. – Это он застрелил вашего капитана!

Кинсолвинг быстрым взглядом уловил, как Камерон опускает маленькую трубочку себе в карман накидки. И тут дверной проем заполнился рассерженными ллорами, готовыми отомстить за смерть своего командира.

Кинсолвинг высунулся, его кулак ударил прямо в рот первому приблизившемуся ллору. Инопланетянин отпрянул назад, загородив проход. Кинсолвинг ускользнул, нетвердо держась на ногах. Он достаточно оправился, чтобы нырнуть через окно. При этом пластик врезался ему в тело. Кинсолвинг тяжело приземлился. В первое мгновение его удивило, почему ему так трудно стоять. Земля казалась неестественно скользкой.

Он разглядел небольшую лужу крови, она текла из его порезов на ноге. Он перекатился набок и встал. У него за спиной кричали ллоры, приказывая остановиться.

Мир вокруг Кинсолвинга переменился. Время еле тянулось. Он повернулся и увидел, что сбоку стоит Камерон, зловещая улыбка кривила ему губы. Ллоры, как в дурной кинокомедии, высыпали из здания. Мертвый капитан лежал на земле, его сотрясали сокращения мышц.

Пробираясь к машине ллоров, Кинсолвинг чувствовал себя так, как будто проталкивается сквозь воду. Он плюхнулся на неудобное сиденье и двинул машину с места. Ллоры разбежались, и машина ракетой пролетела мимо.

У ллоров не нашлось другой машины, чтобы его преследовать, и он на время от них оторвался. Но Бартон понимал, что передышка будет короткой.

Ему некуда было ехать, не к кому обратиться.


Глава восьмая | Хозяева космоса | Глава десятая