home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



7

«Опель» миновал разрушенные корпуса завода и, теряя скорость у выбоин разбитой мостовой, покатил в сторону Селидово.

Андрей ехал на встречу с курьером один, так было сказано в радиошифровке, которую он получил три дня назад. У развилки, с указателем по-немецки, что вправо дорога ведет к поселку Пески, Паркета остановился и вышел из машины. Связника не было, как не было его здесь и вчера, и позавчера.

Мимо «опеля», погромыхивая, потянулась колонна семитонных «бюссингов». Андрей взглянул на часы и стал терпеливо ждать.

Курьер появился внезапно со стороны дамбы на мотоцикле. Он резко затормозил возле «опеля», нагнулся и стал устранять какую-то неисправность в своем «цундапе». Связник был в голубой форме лейтенанта люфтваффе. И Андрей сразу не понял, что этот стройный парень, по виду настоящий ас фашистских ВВС, и есть курьер, которого он так долго ждал. И когда тот подошел к нему, козырнул и спросил, не найдется ли у господина гауптштурмфюрера двух литров бензина, чтобы доехать до места, что было начальной фразой пароля, Паркета ответил не без удивления, как положено, найдется, мол, даже целая канистра горючего. Затем улыбнулся и крепко пожал «летчику» руку.

Говорили они по-немецки. Курьер отстегнул от своего «цундапа» небольшую канистру и, сказав, что в ней деньги, документы и прочее, бросил ее на заднее сиденье машины. Андрей, в свою очередь, вручил ему пакет с кассетами заснятой пленки в доме доктора Плоцке. Затем «немецкий ас» сказал, что советское командование просило передать благодарность Гансу Ауге и его товарищам за успешное выполнение задания, а также сообщил, что генерал танковых войск фон Шмиц, которым интересуется гауптштурмфюрер; находится на формировании своих новых частей в Германии. И еще раз командование просило сообщить, согласен ли Ганс Ауге после соответствующей подготовки передислоцироваться в Киев для выполнения особо важного задания, связанного с большим риском, о котором он узнает позже. И коща Паркета твердо ответил, что согласен и уже ведет подготовку к этому, курьер улыбнулся и объяснил, что командование имеет в виду подготовку совсем иного рода и, кивнув в сторону канистры на заднем сиденьи, продолжил:

– В ней новые документы гауптштурмфюрера СД Ганса Ауге и унтершарфюрера Инги Шольц и к ним все необходимые дополнения: жетон службы безопасности, партийные билеты национал-социалистической партии, подробная легенда их отсутствия в связи с тяжелыми ранениями, награды и удостоверения к ним, а также страницы дневника брата Ганса Ауге бригадефюрера СС Франца Ауге…

Андрей с удивлением взглянул на «летчика», но ничего не спросил, так как это было преждевременно.

А тот продолжал:

– В целях тщательной подготовки вас для работы в тылу немцев, поскольку вы уже акклиматизировались в ролях сотрудников СД, к вам на днях прибудет инструктор по всем вопросам, связанным с заданием. Он даст исчерпывающие сведения о брате Ганса Ауге бригадефюрере СС Франце Ауге…

Обговорив все, они крепко пожали друг другу руки и расстались.

Возвращаясь к себе, Андрей еще и еще перебирал в памяти все детали разговора, анализируя их и удивляясь сообщению о прибытии какого-то инструктора.

На следующий день Андрей еще больше удивился, когда к нему в дом железнодорожников явился тот же «люфтваффовец», ведя с собой солидного человека в штатском. Ему было лет сорок семь-пятьдесят, из-под элегантно заломленной шляпы выглядывали темно-каштановые волосы. Коричневый костюм немецкого аристократического покроя был как с иголочки и ладно сидел на его широкоплечей фигуре. Высокий лоб, карие глаза, прямой нос, квадратик усов над ртом с добрыми губами делали его лицо скорее восточного типа, а не чистокровного арийца. Но повязка со свастикой на левом рукаве, значок члена НСДАП на груди, большой коричневый портфель в руке свидетельствовали, что он важный представитель какой-то особой германской организации здесь, на оккупированной территории.

Оставшись вдвоем с Андреем, он сказал, что и есть тот самый инструктор, который будет ежедневно с ним заниматься, инструктировать, наставлять Паркету по его легенде. И не только его, «гауптштурмфюрера СД Ганса Ауге», но и «унтершарфюрера Ингу Шольц», и «шарфюрера Фридриха Рунге». Он сообщил также, что представляет германскую фирму «Крупп Элмаг», зовут его Готфрид Кепплер, он из Берлина и здесь в командировке. Далее он сказал Андрею, что для учебы нужна надежная квартира, ще они могли бы получать те уроки, которые он преподнесет им.

Для этой цели в дневные часы как нельзя лучше подходила квартира Кранбюлера-Шульца, где по-прежнему еще проживал лейтенант Корн. На время их занятий Гейнц увозил лейтенанта в авторемонтные мастерские, где они целый день занимались подготовкой «опель-адмирала» к дальней дороге.

Еще раньше, когда перед Андреем встал вопрос о передислокации в Киев, он решил, что нужно заменить машину. И как ни жалко было расставаться с «опелем», рисковать дольше было опасно. И так удивительно, что до настоящего времени их автомобиль полиция обходила стороной. Это, по всей вероятности, объяснялось тем, что жандармерии Краснодара было не до розысков «опеля» – вскоре они едва успели унести ноги оттуда.

И вот сейчас, когда предстоял переезд в Киев, Паркета решил подобрать машину более надежную. И желательно, чтобы она была многоместной, так как его группа увеличилась на два человека: лейтенанта Вильгельма Корна и Любу Соколову. И Паркета со своими друзьями основательно занялся поисками такой машины. Вопрос этот решился благодаря ефрейтору Гейнцу Крамеру, который теперь по документам значился как «шарфюрер СС Вальтер Неринг».

В первые дни оккупации Юзовки, когда здесь было много итальянских войск, на Путиловском заводе расположились авторемонтные мастерские фирмы «Фиат». А когда итальянцы после Сталинграда стали покидать эти края, то передали авторемонтное хозяйство немецким властям.

Здесь было много автомобилей разных марок, казалось, собранных со всего света. О том, что они были с фронта, свидетельствовал их вид: выбитые стекла, изрешеченные пулями и осколками кузова, помятые крылья, оторванные колеса, некогда сверкающий лак и хромированный никель были забрызганы грязью и засохшей до черноты кровью. А некоторые, побывавшие в огне фронтовых пожаров, покрылись жирным слоем копоти и бурыми пятнами ржавчины.

Об этом авторемонтном хозяйстве и узнал вездесущий Гейнц. Он разговорился как-то с одним своим коллегой-солдатом на предмет, где найти нужные ему запчасти. И тот доверительно сообщил Крамеру об авторемонтных мастерских, где можно найти не только нужную запчасть, но и целый автомобиль, который нетрудно отремонтировать и привести в надлежащий порядок. Гейнц незамедлительно поведал об этом своему командору, так он величал Паркету, коща они были в кругу своих товарищей. Андрей с Павлом и Ольгой, взяв с собой и Вильгельма Корна, тут же помчались на Путиловский завод.

Каких только машин здесь не было! Казалось, это было огромное автомобильное кладбище. Были здесь «шевроле» и «БМВ», «доджи» и «форды», «фиаты» и «омары», «адлеры» и «хорьхи», «мерседесы» и «май– бахи», «вандереры» и «хономаги», «даймлеры» и «ситроены», «фиаты» и «опели», «штееры» и «морганы».

И на них самые разнообразные номера. Буквы немецкого алфавита, буквы и цифры. А перед буквой каждого номера – различные знаки, обозначавшие принадлежность автомобиля к той или иной воинской части. Изображены были зайцы и гончие, квадраты и треугольники, слоны и лошадиные головы, козлы и танцующие обезьяны, якоря и подковы, кружки с красной точкой и топорики, бычьи головы и орлы, и многое другое.

Андрею приглянулся черный роскошный восьмиместный лимузин марки «опель-адмирал». Но надо было избрать какой-то номер и эмблему, чтобы они отпугивали любопытных и служили пропуском через все посты.

Наконец, все сошлись на том, что, действительно больше всего им подходит «опель-адмирал», а номер, конечно, с эмблемой СС.

Но чтобы привести машину в порядок, отремонтировать и заполучить ее, надо было найти пути к администрации этого авторемонтного предприятия. К тому же как-то обосновать их просьбу. Здесь пришел Андрею на помощь гауптштурмфюрер СС Гельмут Краузе. Он, пользуясь своей властью, вызвал обер-лейтенанта – механика – руководителя этого авторемонтного завода – к себе в кабинет и заявил, что гестапо для предстоящей операции, так и сказал: «для предстоящей операции», необходим автомобиль марки «опель-адмирал». Им известно, что такая машина имеется в арсенале обер– лейтенанта. Поэтому он просит привести указанный автомобиль в надлежащий порядок для дальнего следования и передать его в распоряжение гауптштурмфюрера СД Ганса Ауге. И если необходимо оплатить стоимость ремонта, то это будет произведено согласно предъявленному счету.

Обер-лейтенант пытался что-то сказать, сослаться на инструкцию, порядок, положение, лимиты и прочее, но Краузе резко оборвал его и открыл дверь кабинета, давая тому понять, что разговор исчерпан.

При этом разговоре присутствовал и «Ганс Ауге», ставший после операции «Сейф» ближайшим другом гестаповца.

Гейнц, Корн, а до прибытия инструктора и Павел, стали целыми днями пропадать в авторемонтных мастерских, контролируя и помогая восстанавливать «опель– адмирал». Что касается «опель-капитана», то они решили с ним не расставаться, включить его в маршрут следования впереди восьмиместного лимузина на всякий случай – вдруг понадобится в зависимости от обстоятельств.

Первый урок инструктор проводил только с Андреем. Поскольку так уж получилось, что «гауптпггурмфюрер СД Ганс Ауге» неожиданно заимел себе «брата» бри– гадефюрера СС Франца Ауге, то командование сочло возможным использовать это обстоятельство. Разработан план внедрения его, лейтенанта Советской Армии Андрея Паркеты, в ряды имперской службы безопасности. В этом и будет заключаться основное задание Андрея в Киеве.

– Да, но я не очень-то похож на настоящего брата бригадефюрера СС Ганса Ауге, – пожал плечами Андрей.

– Да, сходства мало, – ответил Готфрид. – Но дело в том, что, кроме братьев Ганса и Франца Ауге, никого больше нет из рода Ауге. А сам бригадефюрер недавно отозван в Берлин и направлен лично рейхсфюрером в Испанию с каким-то особым заданием. Перед самым своим отъездом из Киева в Берлин бригадефюрер СС Франц Ауге неожиданно получил письмо от своего брата Ганса, то есть от тебя, Андрей. В нем все изложено согласно легенде, которую и надлежит тебе изучить и помнить, как дважды два четыре, – замолчал на какое-то время инструктор Кепплер. – Бригадефюрер Франц Ауге несказанно обрадовался, узнав, что его брат нашелся, поправляет свое здоровье и собирается после выписки приехать к бригадефюреру в Киев. По такому случаю Франц Ауге устроил пышный банкет, пригласив все свое начальство и окружение… На этом банкете были даже командующий тыловыми вооруженными силами Германии на территории рейхскомиссариата «Украина'' генерал люфтваффе Китцин– гер и командующий полицией и службой безопасности на Украине обергруппенфюрер СС Ганс Адольф Прют– цман… Затем Франц Ауге был срочно отозван в Берлин, как я тебе уже говорил, а оттуда направлен с особым заданием в Мадрид. Покидая Киев, он просил своих друзей, чтобы они, коща прибудет его единственный брат Ганс, позаботились о нем, взяли бы его под свое покровительство, проявили бы опеку над ним. Ведь, кроме Ганса, у бригадефюрера никого, мол, не осталось больше.

Конечно, сказал Готфрид, кто-то может знать Ганса Ауге в лицо по службе. Эти опасения вполне закономерны. Но дело в том, что в процессе разгрома фашистских войск на Кавказе, их беспорядочного отступления к границам Украины, все службы СД, связанные в какой-то мере с частью, где служил гауптштурмфю– рер СД Ганс Ауге, или разгромлены или взяты в плен. Поэтому будем надеяться на лучшее. Что же касается лиц в Германии, знающих Ганса Ауге, то это можно исключить, поскольку поездка Ганса Ауге в Германию не предвидится, он будет пока пребывать только на оккупированной территории. Главное сейчас – получить необходимую подготовку, он, Готфрид Кепплер, и должен вооружить его всеми необходимыми знаниями. Времени в обрез. Поэтому готовиться придется усиленно, отдавая этому все свободное время.

Для начала инструктор передал Андрею ряд фотографий. На них был снят Франц Ауге в штатском, в форме, с собакой, на прогулке, у памятника Влади– миру-К рестителю на Владимирской горке в Киеве. На обратной стороне каждой фотографии была надпись: «Брату Гансу от Франца'' и подпись. Готфрид сказал, что эти фотографии являются пропуском для Ганса в службу безопасности СД в Киеве. Он должен их хорошо и досконально изучить, запомнить лицо «брата» и при малейшем удобном случае демонстрировать фотографии, встречаясь с друзьями бригадефюрера там, в Киеве.

Начались усиленные занятия, инструктаж, изучение легенды, в которой Инге Шольц отводилась роль не только унтершарфюрера СД, но и невесты гауптштурмфюрера СД Ганса Ауге. Все трое, Андрей, Павел и Ольга, были всецело поглощены новым заданием. У каждого была своя легенда, которую они заучивали напамять. У Андрея она была самая сложная.

Всем троим пришлось изучить организации СС, СД, их функции, обязанности, структуру. А поскольку все трое по своим легендам являлись верными нацистами, то необходимо было изучить также структуру национал-социалистической партии фашистской Германии.

Что касалось разговорного немецкого языка, то Кепплер заставлял их днем и ночью слушать немецкую речь. Для этой цели незаменимым являлся радиоприемник. Кроме того, инструктор предписывал им ходить в кинотеатры и смотреть немецкие фильмы. За это короткое время они просмотрели ряд картин производства киностудии УФА. Смотрели фильмы: «Танец с царем», «Вечер на лугу», «Кора Терри», «Гибель «Титаника», «Еврей Зюсс», «Человек для человека», «Верный друг», «Поездка в Тильзит», «Веселые бродяги» и геббельсовский «шедевр» – биографический фильм о великом русском композиторе Петре Ильиче Чайковском «Средь шумного бала». В этом фильме с Гансом Штюве танцевали Зара Леандр из Швеции и Марика Рокк из Венгрии. Эта киноактриса из Будапешта была звездой почти всех музыкальных фильмов режиссера Георга Якоби. Особую популярность она приобрела в нашумевшем фильме нацистского кино «Девушка моей мечты». Все это группе Андрея Паркеты надо было знать и впитывать в себя, как морская губка, пропуская сквозь себя воду, отбирая все питательное для жизни.

В беседе с Ольгой Кепплер сказал, что хотя ее участие в этой группе связано с поисками пропавших музейных ценностей, ко сейчас Иванцова может оказать нашему командованию большую пользу, выполняя работу разведывательного характера.

Девушка улыбнулась и ответила, что она уже давно вместе со своими товарищами на этой работе и очень гордится тем доверием, которое ей оказано.


предыдущая глава | Тайны Гестапо | cледующая глава