home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



7

– Ты не собираешься ехать в Торнвуд? – Ричард Соммерсвиль появился в гостиной сестры, когда та писала письмо миссис Пейтон.

– Разве у меня есть там какое-то дело? – Джейн медленно подняла голову.

– Викарий Кастлтон говорил за обедом у Пауэллов, что сегодня дамы из попечительского совета будут решать, подойдет ли пустующий дом на западной окраине Торнвуда для школы миссис Рэйвенси.

– Ах, вот как… – Джейн понимающе улыбнулась. – Тебе хотелось бы увидеть миссис Рэйвенси, но ты не можешь отправиться туда один, все-таки попечительский совет этой новой школы состоит только из нескольких наших дам и викария.

– Разумеется, ты права. – Ричарда не смущала проницательность сестры. – Так ты едешь?

– Оставь мысли о ней, прошу тебя. – Джейн старалась говорить убедительно. – Ты ведь знаешь, муж не завещал миссис Рэйвенси сколько-нибудь приличного содержания, иначе она никогда не согласилась бы увязнуть в торнвудском болоте.

– Я слышал, что поместье отошло младшему брату покойного мистера Рэйвенси, но разве это имеет значение? Она так очаровательна! – Соммерсвиль благоговейно поднял глаза к потолку. – Признаться, я и сам не понимаю, почему она не одолжит денег у знакомых и не отправится в Лондон, как только закончится траур. Она бы нашла себе мужа не позднее чем через две-три недели!

– Что, если ей не хочется вновь выходить замуж? – Джейн и сама уже думала о том, зачем миссис Рэйвенси нужна эта школа. – Ее горе не закончится вместе с трауром, ведь она потеряла не только мужа, но и сына!

– Замужество помогло бы ей скорее избавиться от тоски, – возразил Ричард. – Новая семья, заботы, появятся дети… И она вновь будет счастлива!

– Полагаешь, ей стоит поскорее искать себе подходящую партию?

– Уверен, ты тоже так считаешь, иначе зачем постоянно присматриваешь партию для меня и надеешься, что какой-нибудь состоятельный джентльмен сделает тебе предложение, на которое ты ответишь согласием? – поддел сестру Соммерсвиль.

– То, что подходит для меня, необязательно хорошо для других, – назидательно заметила Джейн, старавшаяся держаться с братом миролюбиво, так как в последнее время Ричард, кажется, не допустил ни одного серьезного проигрыша.

– Кому ты пишешь, мистеру Несбитту? – Соммерсвиль решил переменить тему, пока сестра не начала читать ему очередную проповедь.

– С чего ты взял? – Джейн подняла на брата напряженный взгляд. – Я пишу Дафне, она хочет знать все здешние новости.

– Значит, пишешь обо мне, – самодовольно ухмыльнулся Ричард.

– Насколько я понимаю, Даффи отнюдь не испытывает недостатка в обществе привлекательных джентльменов, муж ее сестры пригласил достаточно гостей, способных развлечь дам в плохую погоду. И для тебя будет лучше, если она поскорее выбросит тебя из головы!

– Я знаю, знаю, – Соммерсвиль раздраженно взъерошил свои светлые волосы – он не ожидал, что перемена темы окажется такой неудачной. – А что с мистером Несбиттом? Тебе не кажется, что он принимает слишком большое участие в нашей жизни? Я уже не чувствую себя хозяином в собственном доме, словно мы вновь живем с отцом…

Джейн прикусила губу. Сказать ему или еще рано? Мистер Несбитт собирался постепенно представить обществу Джейн как свою дочь, но она не спросила его, можно ли открыть тайну Ричарду. Если уж брат начал задавать такие вопросы, его терпение на исходе, и вскоре может разразиться ссора, а Джейн вовсе не хотелось, чтобы ее отец махнул рукой на дела Соммерсвилей и позволил Ричарду спустить остатки их состояния.

– Мистер Несбитт – очень опытный коммерсант, ты уже должен был заметить, что его советы помогли нам немного улучшить наше положение, – мягко сказала она. – Он лучше тебя разбирается в делах, и не стоит отвергать его помощь…

– Ты знаешь, я никогда не любил заниматься делами, – легко признался в своей лени Соммерсвиль, – и я с удовольствием готов передать их в руки того, кто знает толк в зарабатывании денег. Но я не потерплю, если кто-то будет указывать мне, как их тратить. Мне не нравится, что ты рассказываешь ему обо всем, что происходит в нашем доме, Джейн. Сперва ты жаловалась на меня дяде, и это я мог понять, он хотя бы наш родственник, но этот Несбитт…

– Мистер Несбитт – старый друг нашей семьи! – Джейн встала и теперь прямо смотрела на брата, рассерженная его словами. – Он потерял дочь, ему больше не о ком заботиться, и то, что он помогает нам, возможно, дает ему силы не утонуть в своем горе! С твоей стороны эгоистично и неблагодарно отказываться от его советов, пусть не все из них тебе нравятся!

– Дело только в этом? Ты уверена, сестрица? – Ричард склонил голову чуть набок и проницательно поглядел на стоявшую перед ним Джейн. – Что, если его забота не так бескорыстна? Его интерес к тебе замечают наши соседи, и скоро они будут болтать вовсе не о моих похождениях! Ты подумала об этом?

– Я думаю об этом беспрестанно, Ричард! – Джейн вцепилась пальцами в край стола, чтобы сдержаться и не накричать на легкомысленного брата, но это не очень получалось. – Намного больше, чем ты позволяешь себе задумываться о нашем будущем!

– Ты хочешь сказать, мистер Несбитт – твое будущее? У тебя с ним…

– Нет! – Она поспешно прервала Ричарда, прежде чем он произнес то, чего она не хотела слышать. – Подожди еще немного, и я тебе все объясню. Мистер Несбитт помогает нам, потому что ему небезразлична наша судьба, и давай остановимся пока на этом.

– Ох уж эти твои вечные тайны и загадки, – пробурчал молодой человек, но он уже готов был сдаться – разговор с сестрой затягивался, а ему хотелось поскорее отправиться в Торнвуд и попытаться завоевать расположение миссис Рэйвенси.

– Поезжай, Ричард. – Джейн поняла, что одержала победу. Как и всегда.

– Но что я буду делать в компании всех этих дам? Миссис Кастлтон изгонит меня, словно дьявола!

– Отвезешь им приглашение на обед в субботу.

– Ты собираешься пригласить на обед всех соседей? В четверг у Пауэллов большая охота, представляешь, сколько у них будет гостей? – Сестра снова удивила Ричарда. – И все они явятся к нам вместе с Пауэллами! Да они опустошат наш дом!

Джейн улыбнулась – устроить обед была идея мистера Несбитта, он же выделил дочери необходимую сумму. На обеде должны были присутствовать не только их соседи, но и двое молодых людей, протеже мистера Несбитта, которых он хотел бы представить мисс Соммерсвиль. А заодно ненароком упомянуть о том, что изменил завещание в пользу одной особы, которая состоит с ним в близком родстве. Это должно было стать первым шагом на пути признания родственных связей Джейн и мистера Несбитта.

– Один обед не разорит нас, Ричард. В этом сезоне мы уже побывали у друзей, но ни разу не приглашали их к себе, дольше тянуть нельзя. К тому же я хотела бы пригласить Феллоузов, и у тебя будет возможность поухаживать за миссис Феллоуз на глазах у твоей прекрасной вдовушки. Хотя я бы предпочла, чтобы ты уделил больше внимания Шарлотте Феллоуз.

– Этой дерзкой особе? – Соммерсвиль презрительно фыркнул. – Да она скорее похожа на маленькую разбойницу с большой дороги, нежели на воспитанную леди. Видимо, миссис Феллоуз слишком добросердечна, чтобы обуздать ее!

Джейн не стала спорить, она уже поняла, что брат и юная мисс Феллоуз не станут друзьями – за последние десять дней они виделись трижды, и всякий раз Ричард пытался задеть Шарлотту, если оказывался поблизости, но девушка не спускала ему ни одной насмешки – к удовольствию леди Гренвилл.

– Как тебе будет угодно. А теперь, прошу, оставь меня в покое, я должна написать еще несколько писем.

Соммерсвиль не стал больше задерживаться, его неудержимо тянуло в Торнвуд, несмотря на то что миссис Рэйвенси никоим образом не поощряла его ухаживания.


– Кажется, миссис Феллоуз нашла себе верную подругу в лице миссис Блэквелл, – сказала Сьюзен, оглядывая небольшой холл Соммерсвилей, отделанный буковыми панелями.

– Миссис Блэквелл обожает сплетничать, но нам ее рассказы уже неинтересны, мы столько раз слышали ее истории… А миссис Феллоуз охотно выслушает ее и будет благодарна, она наверняка хочет поскорее разобраться в хитросплетениях торнвудских интриг.

– Каких интриг? – хихикнула Сьюзен. – За кем ухаживает доктор Сайкс или почему мисс Ормонд не разговаривает с мисс Пауэлл вот уже три недели?

– В маленьком обществе и это можно назвать важными событиями, мы ведь с вами тоже обсуждаем все эти маленькие происшествия, – заметила Эмили. – Кстати, раз уж ты заговорила об этом, скажи мне, кто же занимает помыслы доктора Сайкса? Твой дядюшка считал, что его молодой коллега непременно женится на дочери владельца торнвудской гостиницы, это был бы чрезвычайно разумный поступок с его стороны.

– Ты рассуждаешь как Джейн! – Юная миссис Говард неодобрительно покачала головой и тут же улыбнулась, поймав влюбленный взгляд мужа, болтающего с друзьями у подножия лестницы. – Если он полюбит другую девушку, зачем ему жениться на дочери лавочника?

– Это помогло бы ему занять прочное место в Торнвуде. И потом, мистер Рэмзи – не простой лавочник.

Сьюзен уже приготовилась отстаивать необходимость заключения браков по сердечной склонности, когда к ним подошла мисс Феллоуз. На ней было бледно-зеленое платье, а отливающие медью кудряшки были перевиты бархатной лентой цвета сочной июльской травы. Шею девушки украшал кулон – висящий на длинной цепочке большой зеленый камень в форме неправильного овала. Сьюзен тут же забыла о своем намерении устроить шутливый спор с Эмили и радостно приветствовала Шарлотту – обе они были близки по возрасту и складу характера. Во всяком случае, так считала Сьюзен, а свое мнение Шарлотта Феллоуз вовсе не спешила высказывать.

– Мисс Феллоуз! Какой красивый у вас медальон! Что это за камень, я прежде никогда не видела ничего подобного?

Сьюзен с неподдельным интересом разглядывала украшение, и Эмили повернулась, чтобы посмотреть на кулон, привлекший внимание подруги.

– Признаться, я и сама не знаю, кто-то говорил мне, что это перуанский опал, может быть, так оно и есть. – Мисс Феллоуз погладила камень. – Неважно, как он называется, я очень люблю этот кулон, даже если он и вовсе не драгоценный камень… Леди Гренвилл, вы плохо себя чувствуете?

– Нет-нет, просто на мгновение потемнело в глазах. – Эмили с трудом отвела взгляд от кулона, на который смотрела не мигая, пока Шарлотта и Сьюзен говорили о нем.

Обе леди тотчас засуетились вокруг Эмили, и она сумела справиться с волнением и пройти в гостиную, опираясь на руку Сьюзен. Там уже сидели и беседовали несколько почтенных матрон, и леди Гренвилл пришлось сесть на диван возле миссис Логан и принять участие в общем разговоре, касающемся недавней охоты у Пауэллов. Признаться, она даже рада была отвлечься, иначе ее странное поведение вызвало бы ненужные вопросы, а ей необходимо было все обдумать, прежде чем что-то предпринять.

«Не может быть, чтобы это был тот же кулон! Откуда он у мисс Феллоуз?» Во время обеда леди Гренвилл смогла мысленно вернуться к тому, что ее так обеспокоило, так как ее соседи по столу не были склонны к праздной болтовне. Мистер Феллоуз с удовольствием предавался чревоугодию, чем напомнил ей Джорджа Пейтона, а мистер Несбитт, пусть и не был столь невоздержан в еде, все больше молчал.

«Я должна хорошенько рассмотреть этот кулон. Если он действительно принадлежал моей сестре, на оборотной стороне подвески будет отметина. Луиза нацарапала там букву «Л», чтобы ни у кого не было сомнений в том, что этот удивительный камень принадлежит ей. Как мы с Кэролайн завидовали ей! Конечно, мы были еще слишком малы, чтобы получить такой подарок, и тетушка Розалин обещала подарить нам что-нибудь столь же красивое, когда мы немного подрастем. Но так и не сдержала своего обещания…»

Мистер Феллоуз задал какой-то вопрос, и Эмили нужно было сделать над собой усилие и выслушать собеседника. Вся эта болтовня за столом сейчас казалась ей ничтожной мелочью по сравнению с камнем на шее мисс Феллоуз.

Давным-давно, когда Луиза только начала выезжать, кузина леди Уитмен, леди Розалин Боффарт, подарила племяннице точно такое же украшение – большой зеленоватый камень в простой оправе. Сама леди Розалин когда-то получила его от свекрови и после смерти старухи без сожаления рассталась с украшением, которое не надевала, так как зеленый цвет ей не шел.

Луиза часто надевала подарок тетки, к неудовольствию леди Уитмен, находившей такой крупный камень недостаточно элегантным для своей дочери. А незадолго до помолвки с лордом Гренвиллом Луиза перестала носить кулон. На вопрос Эмили, почему сестра не надевает это украшение даже с подходящим платьем, Луиза ответила, что потеряла подарок леди Боффарт. Скорее всего, застежка со временем перестала быть надежной и он незаметно соскользнул с ее шеи во время прогулки. Младшие сестры посетовали о пропаже, а Луиза, казалось, вовсе не переживала об этой утрате, ведь ее ожидало одно из самых важных событий в жизни девушки, и тут уж было не до кулона.

И вот теперь этот или очень похожий на него камень носит юная особа, которая почти всю свою жизнь провела в Италии и наверняка никогда не встречалась с сестрой Эмили и не бывала в тех местах, где Луиза могла потерять кулон.

«Придется попросить у мисс Феллоуз разрешения поближе взглянуть на ее украшение. Если это на самом деле перуанский опал, может быть, он не такая уж редкость и похожие камни во множестве привозили в Англию в те годы, когда его купила свекровь тетушки Розалин. Жаль, что я не могу спросить у тети…»

Вскоре после того, как Луиза приняла предложение лорда Гренвилла и семья начала готовиться к свадьбе, леди Уитмен поссорилась с кузиной. Эмили была тогда сосредоточена на муках своего разбитого сердца и не стала допытываться о причине ссоры. Да и леди Уитмен не собиралась ничего рассказывать девочкам. Она только сообщила им, что отныне имя леди Боффарт запрещено произносить в их доме, и с тех самых пор все Уитмены неукоснительно соблюдали это правило.

«Что же тогда произошло?» Леди Гренвилл неожиданно для себя поняла, что уже много лет почти не вспоминала о тете Розалин, а ведь в детстве она и ее сестры выделяли эту тетушку из числа других родственников. Леди Боффарт к тридцати пяти годам успела дважды овдоветь, причем смерть ее второго мужа, лорда Боффарта, произошла уже после того, как его супруга оставила его ради повесы вроде Ричарда Соммерсвиля.

Сейчас, повзрослев, Эмили догадывалась, как тяжело ее семья переживала этот скандал, должно быть, леди Уитмен старалась изо всех сил, чтобы репутация Уитменов пострадала как можно меньше. И все же семья не отвернулась от леди Боффарт, она приезжала к Уитменам и другим родственникам уже после того, как рассталась с любовником. Об этом Эмили узнала из разговора старшего брата и Луизы, который однажды подслушала. После этого тетя Розалин стала напоминать ей героиню какого-нибудь увлекательного романа, и восхищение щедрой и остроумной тетушкой только усилилось.

«Что, если ее не пригласили на свадьбу Луизы, чтобы не сердить леди Пламсбери? Бабушка Уильяма могла бы рассердиться и наговорить леди Боффарт резкостей, а тетя непременно ответила бы ей тем же самым, и свадьба была бы испорчена. Могла ли тетушка Розалин обидеться?» Леди Гренвилл продолжала размышлять о своих семейных делах и после того, как дамы перешли в гостиную и миссис Феллоуз после недолгих уговоров согласилась поиграть им.

«Но почему Луиза не настояла на своем? Она ведь была так привязана к леди Боффарт! Будет ли матушка сердиться, если я попрошу ее рассказать о том, что случилось? Я уже взрослая замужняя женщина, и даже если тетя Розалин замешана в еще какой-нибудь скандальной истории, я не буду потрясена… Нет, скорее всего, она мне ничего не скажет, раз уж не вспоминает о кузине почти десять лет! А отец всегда поступает согласно ее воле, он не осмелится делиться со мной семейными тайнами за спиной жены. Пожалуй, я напишу Реджи. Он должен что-нибудь знать».

Мисс Феллоуз принесла леди Гренвилл чашку с чаем и тарелочку с куском малинового торта. Эмили дружелюбно улыбнулась девушке и предложила занять соседнее кресло. Она поняла, что слишком далеко унеслась в своих мыслях от того, что так взволновало ее несколько часов назад. Камень мисс Феллоуз, слишком большой для хрупкой шеи девушки, вызвавший к жизни поток воспоминаний и вопросов, на которые у Эмили не было ответов, как ни в чем не бывало переливался всеми оттенками зеленого.

Почти не обращая внимания на игру миссис Феллоуз, дамы пили чай и болтали в ожидании джентльменов. Мисс Соммерсвиль не показывала своего разочарования, но двое молодых мужчин, привезенных ее отцом, не показались ей достойными ее руки. Манеры одного из них были грубоваты, а речь недостаточно правильна, другой же смотрел на Джейн откровенно оценивающим взглядом, словно прикидывая, сколько стоит ее туалет и во что обойдется мужу ее содержание. Несоменно, оба обладали талантом зарабатывать деньги, иначе мистер Несбитт не счел бы их достойными своей дружбы и своей дочери, но Джейн не желала выходить замуж за человека, за которого ей придется краснеть в обществе или который будет подсчитывать ее траты до последнего шиллинга.

Сьюзен вскоре оставила задумчивую Джейн и присоединилась к Эмили и мисс Феллоуз. Она побывала во время свадебного путешествия в Италии и теперь с удовольствием расспрашивала Шарлотту о тех местах, куда они с Генри не заехали, так как надеялась уговорить мужа повторить поездку будущей весной.

Пока мисс Феллоуз рассказывала о Варенне, леди Гренвилл делала вид, что слушает, и время от времени поглядывала на украшение Шарлотты, потом прикрывала глаза и пыталась представить кулон сестры, стараясь припомнить какие-нибудь различия. Увы, получалось это плохо, и к тому моменту, как появились мужчины, Эмили была уверена, что мисс Феллоуз каким-то образом заполучила драгоценность покойной Луизы.

Ричард Соммерсвиль выглядел раздраженным, от его хорошего настроения не осталось и следа. Он проигнорировал вопрос Джейн относительно чая и даже не сел рядом с миссис Рэйвенси, выглядевшей по-королевски в темно-синем платье, расшитом шелковой нитью того же цвета.

Вместо этого Соммерсвиль придвинул стул к креслу леди Гренвилл и сделал вид, что любуется склоненной над нотами головкой мисс Альбертины Ормонд, которая сменила миссис Феллоуз. Время от времени Ричард флиртовал с ней, а мисс Ормонд мило кокетничала, но всем было известно, что миссис Блэквелл бдительно следит за кузиной, которая была намного младше ее, и не позволит Альбертине связать свою жизнь с завзятым игроком.

Леди Гренвилл и мистер Соммерсвиль были старыми друзьями и, к удивлению Джейн, хорошо понимали друг друга. Эмили сразу заметила, что Ричард чем-то недоволен, и спросила его, в чем дело.

– В жизни не видел более скучных собеседников, чем эти двое. – Соммерсвиль указал в сторону молодых людей, которые приехали вместе с мистером Несбиттом. – Надеюсь, моя сестра не выберет в мужья одного из них, я этого не переживу. Они даже не знают, что такое карты, и от них за милю пахнет гроссбухами и чернилами!

– Вы полагаете, каждый джентльмен должен разбираться в картах? Эти господа не похожи на моряков, – самым серьезным тоном произнесла мисс Феллоуз.

– Речь о других картах, мисс Феллоуз. Мистер Соммерсвиль считает, что каждый джентльмен должен уметь тратить деньги за карточным столом, а умение зарабатывать их обязан тщательно скрывать, так как это качество недостойно джентльмена. – Эмили беззаботно улыбнулась, глядя на раздосадованное лицо друга.

Сьюзен поерзала, опасливо покосилась на Соммерсвиля, сидящего рядом с ней. Ричард много лет был ее кумиром, и она не смогла бы набраться смелости говорить с ним подобным образом. Но он только рассмеялся и кивнул, соглашаясь с леди Гренвилл.

– Эмили права, именно так я и думаю. Не понимаю, зачем Несбитт притащил к нам этих конторских крыс, неужели он и вправду считает, что кто-то из них понравится Джейн?

– Мне показалось, что ваша сестра сама способна решить, кто ей подходит. – Шарлотта храбро встретила мрачный взгляд Соммерсвиля.

– Вы ошибаетесь, мисс Феллоуз, – холодно ответил Ричард. – Я сомневаюсь, что молодая леди, даже такая разумная, как Джейн, способна сделать правильный выбор.

– Отчего же? – Сьюзен, вышедшую замуж по любви, задели эти слова, и она обиженно сдвинула брови.

– Наивные юные девушки вступают в брак, руководствуясь сердечной склонностью или выгодой, причем второе случается гораздо чаще, так как в большинстве случаев решение принимают родители невесты.

– Разве эти соображения не заключают в себе все возможности? – Мисс Феллоуз прищурилась, готовясь найти в словах Ричарда подвох и ответить на выпад.

– Разумеется, большинство людей так и думают, и это весьма прискорбно. – Выражение лица Соммерсвиля стало комически-грустным. – Почему бы им не принимать в расчет совсем другие доводы?

– И какие же? – Эмили понимала, что Ричард прежде всего стремится обескуражить мисс Феллоуз, и с готовностью подавала реплики в ожидании забавной перепалки.

– Например, леди могла бы подумать о том, чтобы ее избранник понравился ее брату.

– Разве Джейн будет счастливее, если выйдет замуж за острослова и транжиру? – раздался за спиной леди Гренвилл голос ее мужа.

Уильям заметил интерес на лицах леди, внимавших Ричарду Соммерсвилю, и решил узнать, о чем они беседуют. Да и мистер Феллоуз порядком надоел ему своими рассказами о том, как миссис Феллоуз решила перестроить оранжерею.

– Во сто крат счастливее, чем если она выберет в мужья скучного дельца с рыбьими глазами, от вида которых кровь застывает в жилах! – уверенно заявил Соммерсвиль. – Вы возразите мне, что она приобретет богатство, к которому стремится, но я знаю свою сестру. Ей не хватает живости, и только такой человек, как я, способен заставить ее сердце стучать быстрее! В огромном холодном доме она скоро зачахнет среди роскоши, ей не к чему будет стремиться и не с чем бороться!

Лорд и леди Гренвилл молчали, задумавшись. Прав ли Ричард? Его нельзя назвать глупцом, но друзья обычно относились к нему снисходительно, сомневаясь в его способности к глубоким чувствам и серьезным размышлениям. Однако что-то в этих его словах насторожило Уильяма и обеспокоило Эмили. Несколько последних лет Джейн Соммерсвиль прикладывала невероятные усилия, чтобы сохранить видимость достатка, чтобы обуздать брата, найти ему подходящую жену, а себе – состоятельного мужа. Что произойдет, если с помощью мистера Несбитта она достигнет желаемого? Ее жизнь потечет ровно и плавно, но не станет ли она тосковать по прежним временам? Ответ на этот вопрос способна дать только сама Джейн, и даже она могла ошибиться.

– Что ж, понятно, что вам не нравится союз, основанный на расчете. А чем плох брак по любви? – Мисс Феллоуз прервала паузу.

– Тем, что в нем нет расчета! – со смехом ответил Ричард.

– Ты просто невыносим сегодня! – Сьюзен резко поднялась и направилась в ту часть гостиной, где ее муж беседовал с Джемаймой Кастлтон и ее женихом.

– Разве я сказал неправду? – Соммерсвиль повернулся к леди Гренвилл. – Эмили, ты должна со мной согласиться!

– Почему именно я? – Молодая женщина уже не понимала, шутит Ричард или говорит серьезно.

– Ты вышла замуж по любви, не замечая, какой мрачный тип достался тебе в мужья. Если бы тобой руководил расчет, поискала бы кого-нибудь повеселее, вроде меня. Твоих денег хватило бы на нас двоих, и тебе никогда не было бы скучно! Уильям, ты ведь не станешь спорить с тем, что из тебя порой не вытянешь и двух слов, твоя жена зачахла бы от тоски, не будь у нее такого множества друзей!

Эмили густо покраснела, не решаясь повернуть голову и посмотреть на мужа. Как мог Ричард сказать такое, да еще в присутствии мисс Феллоуз?! Наверняка Соммерсвиль слишком часто поднимал бокал за обедом и после, когда дамы оставили джентльменов.

– Насколько мне известно, моя супруга вышла за меня замуж, опираясь исключительно на свое здравомыслие. – Лорд Гренвилл испытывал не меньшее замешательство, от чего тут же перешел к раздражению. – И она никогда не жаловалась на мою угрюмость!

Шарлотта Феллоуз не скрывала любопытного взгляда, и Эмили отстраненно подумала, что миссис Феллоуз, должно быть, уже выяснила о первом и втором браке лорда Гренвилла все, что только возможно, и наверняка обсуждала это в разговорах с мужем и падчерицей. А в эту самую минуту Соммерсвиль и ее собственный муж дают новый повод для пересудов.

– Полагаю, мой брак можно назвать уникальным с точки зрения мистера Соммерсвиля, – сухо заметила она. – В нем присутствует доля любви и доля расчета. Теперь же, Ричард, тебе лучше присоединиться к мисс Ормонд, она уже несколько раз посматривала в твою сторону, вы же обещали спеть дуэт Аньес и Антуана. Уильям, будь добр, принеси мне еще чашечку чая.

Джентльменам не нужен был более прозрачный намек, чтобы понять, что им лучше не продолжать этот разговор. К лорду Гренвиллу вернулась его обычная щепетильность, и он ринулся к чайному столу, злясь на себя за то, что не сдержался при мисс Феллоуз, а Ричард, казалось, искренне, пусть и ненадолго, огорчился тем, что расстроил Эмили, к которой испытывал расположение и признательность.

– Простите моего супруга и мистера Соммерсвиля, мисс Феллоуз, – тихо обратилась Эмили к Шарлотте, надеясь, что другие находящиеся в комнате гости Джейн не смогли услышать то, что не предназначалось для их ушей. – Мы давние друзья и порой позволяем себе наболтать лишнего, забывая о том, что кому-то могут быть неизвестны наши маленькие семейные тайны.

– О, я вполне понимаю, леди Гренвилл. Мистер Соммерсвиль, судя по всему, искренне привязан к вам и лорду Гренвиллу, я и подумать не могла, что он способен быть хорошим другом. – Мисс Феллоуз смотрела на Эмили без смущения или неловкости.

– Так оно и есть, вот только он тщательно скрывает свои достоинства. – Леди Гренвилл не хотелось, чтобы Шарлотта и Соммерсвиль и дальше продолжали враждовать, и она попыталась сгладить впечатление от слов Ричарда, несмотря на то что этот краткий обмен репликами сильно взволновал ее.

Шарлотта недоверчиво хмыкнула, давая понять, что Эмили ее не убедила, но ответить ей не дала миссис Пауэлл, подошедшая, чтобы пригласить леди Гренвилл и мисс Феллоуз на осенний бал в будущую пятницу.


предыдущая глава | Змея в гостиной | cледующая глава