home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



3

Приходская зала в Торнвуде была не так уж велика, и Кастлтоны пригласили не более шестидесяти гостей, среди которых сразу выделялись незнакомцы. Эмили заметила, как ее супруг, покидая залу после двух или трех танцев, которые он обычно позволял себе, чуть не столкнулся в дверях с неизвестной дамой в фиолетовом платье с черной отделкой, слишком темном для бала. «Кто же это такая? Наверное, она еще не закончила носить траур», – мимоходом подумала леди Гренвилл, но тут ее вниманием завладел сам викарий, желающий услышать поздравления, и Эмили на время забыла о незнакомке.

Выслушав славословия викария в адрес будущего зятя, налюбовавшись на неуклюжие движения мистера Миллстоуна и на краснеющую при каждой его ошибке мисс Кастлтон, леди Гренвилл сочла свой долг исполненным и решила последовать примеру мужа и сбежать, пока мистер Миллстоун не догадался пригласить ее на танец.

Кивая и улыбаясь знакомым, она медленно двигалась в направлении небольшой комнаты, примыкавшей к зале. Обычно во время благотворительных ярмарок и рождественских балов там устраивали буфетную, и сегодняшний вечер не был исключением.

Возле чайного стола, уставленного блюдами со всевозможными пирогами и кексами – миссис Кастлтон явно постаралась продемонстрировать свое радушие, – уже сидели две дамы.

С одной из них, аккуратной седовласой леди, родственницей миссис Пауэлл, Эмили последний раз встречалась при самых печальных обстоятельствах. Миссис Логан, энергичная, еще не дряхлая вдова, предпочитала тишине и одиночеству общество и стремилась заботиться о ближних, которые по какой-либо причине в этом нуждались.

Прошедшей весной она по зову сердца, а отнюдь не из корыстных побуждений заняла место компаньонки одной молодой леди, мисс Кэтрин Рис-Джонс, после окончания пансиона поселившейся вместе с братом в родительском доме. Кэтрин не хватало женской опеки, и добрая старушка охотно раскрыла ей свои материнские объятья, но, увы, юная леди не заслуживала этой нежной привязанности.

То ли после перенесенной лихорадки, то ли вследствие врожденной болезни мозга она незаметно для окружающих утратила рассудок. Безумие заставило девушку совершить кошмарные поступки: из ненависти к своему старшему брату Кэтрин поочередно лишила жизни двух юных леди, за которыми мистер Рис-Джонс ухаживал с самыми серьезными намерениями. Одной из них и была сводная сестра Джейн, мисс Флоренс Несбитт. В преступлениях Кэтрин был обвинен ее брат, и лишь усилия друзей помогли раскрыть ужасную правду и спасти Филиппа Рис-Джонса от несправедливой кары.

Волею судьбы Эмили, чья младшая сестра с детства была влюблена в Рис-Джонса, и стала обличительницей Кэтрин Рис-Джонс. Осознавшая свое поражение, молодая девушка покончила с собой, что было для нее, без сомнения, лучшим из возможных выходов, как бы ужасно это ни звучало.

Вот на похоронах мисс Рис-Джонс леди Гренвилл и встречалась с миссис Логан последний раз. Старушка была глубоко потрясена, и Эмили после частенько думала о ней – столь тяжкие переживания в таком возрасте могли раньше времени свести милую старую леди в могилу.

И сегодня леди Гренвилл искренне обрадовалась, увидев, что почтенная женщина выглядит вполне здоровой и жизнерадостной. Рядом с ней за столом сидела молодая дама в темном, та самая, которую Эмили успела заметить в дверях бальной залы.

«Кажется, миссис Логан нашла себе новый объект для заботы», – про себя улыбнулась Эмили.

– О, леди Гренвилл! Я так и думала, что вы непременно рано или поздно окажетесь здесь! – Миссис Логан прекрасно помнила о той слабости, которую питала Эмили к пирожным и десертам. – Агнесс, дорогая, налей моей юной подруге чая, ей, должно быть, не терпится попробовать угощение миссис Кастлтон.

Эмили присела рядом со старой леди и слушала эту милую, пусть и немного бесцеремонную, болтовню, уже не скрывая улыбки. Незнакомка подвинула молодой женщине чашку и выжидательно посмотрела на миссис Логан. Старушка весело затрясла седыми локонами:

– Ах, ну, конечно, вы и слова друг другу сказать не можете, пока вас не представят! В наши прогрессивные времена пора бы уже отойти от этих нудных процедур, как вам кажется? Вся эта чопорность так утомляет!

Эмили засмеялась – миссис Логан запомнилась ей своими оригинальными высказываниями, но сейчас старая леди поразила ее свежим взглядом, подходящим скорее молодой современной девушке.

– Вы правы, миссис Логан, – она решила представиться сама и заговорила первой, – я – леди Гренвилл, для друзей – Эмили.

– Я рада нашему знакомству, леди Гренвилл! – Казалось, в этой светской фразе было больше искренности, чем положено этикетом. – А меня зовут Агнесс Рэйвенси, мой покойный муж был племянником мистера Логана. Тетушка давно приглашала меня, и вот я решилась навестить ее, но она не предупредила, что сама собирается погостить у своих родственников Пауэллов.

«Так она вдова, вот почему на ней темное платье! Бедняжка, такая молодая и такая красивая!» – подумала леди Гренвилл.

Все подруги Эмили считались привлекательными, каждая по-своему, но столь красивой женщины в ее окружении прежде не было. Блестящие каштановые локоны казались такими густыми, что наводили на мысль о шиньоне, хотя, безусловно, были настоящими. А еще зеленовато-карие глаза, чуть смуглая кожа, правильный овал… Однако в миссис Рэйвенси было что-то еще, придающее ее чертам очарование, что-то в осанке и жестах, то, что леди Пламсбери назвала бы породой.

«В ее жилах наверняка течет королевская кровь! – решила Эмили, пока миссис Рэйвенси передавала ей тарелку с пирожными. – Лет четыреста назад наши короли не отличались строгостью нравов и оставили память о себе во многих благородных семействах. Жаль, что она не танцует, должно быть, двигается она необыкновенно грациозно!»

– Племянница пригласила меня провести у них три недели, и я уговорила Агнесс поехать со мной, – рассказывала тем временем миссис Логан. – Ее утрата беспредельно тяжела, но нельзя же все время сидеть в пустом доме и ждать, когда сойдешь с ума!

– Тетушка права, но я не думаю, что когда-нибудь оправлюсь, – грустно улыбнулась миссис Рэйвенси. – Однако же я должна быть признательна моим родственникам за эту заботу и не усложнять им жизнь, капризничая и требуя к себе слишком много внимания! Попробуйте вот это пирожное, измельченные орехи прибавляют его вкусу пикантности!

Эмили поняла, что миссис Рэйвенси рассказала достаточно о себе, чтобы удовлетворить ее любопытство, а затем сменила тему, не дожидаясь, пока миссис Логан наболтает лишнего. Они успели недолго поговорить о будущем семейном счастье Джемаймы Кастлтон, когда комната начала заполняться желающими передохнуть между танцами и подкрепиться – викарий не собирался устраивать после бала настоящий ужин.

Ричард и Джейн Соммерсвиль были в числе вошедших, и Эмили взглядом пригласила подругу занять место рядом с собой – весь день она с нетерпением ждала встречи с Джейн. Вчера та должна была увидеться с отцом, чтобы рассказать ему о своих неприятностях, и Эмили очень хотела узнать, что же ответил дочери мистер Несбитт.

– Ты выглядишь довольной, – понизив голос, сказала леди Гренвилл. – Мистер Несбитт оправдал твои ожидания?

– О, вполне! – Джейн любезно улыбнулась миссис Рэйвенси, налившей чая и ей, и постаралась в нескольких словах рассказать подруге главное, оставив подробные объяснения до тех пор, пока они не смогут говорить свободно. – Отец поддержал меня, но ужасно разгневался. Думаю, у старшего мистера Несбитта надолго останутся воспоминания о разговоре с братом – отец намерен встретиться с ним завтра в Лондоне.

Эмили одобрительно кивнула, на ее взгляд, мистер Итан Несбитт не заслуживал ни одного доброго слова.

– А что с другим письмом? – спросила она. – Мистер Несбитт что-нибудь предпримет?

– Он почти слово в слово повторил то, что говорила ты. Ни в коем случае не следует платить негодяю, вместо этого надо сделать так, чтобы у него исчезла причина требовать у меня денег. После того как о наших родственных связях станет известно, ему останется только досадовать на свою жадность. Но отец все же хочет попробовать отыскать этого человека.

Эмили кивнула, она явно была удовлетворена как рассказом Джейн, так и поведением мистера Несбитта, в решительности которого не обманулась. И для него, и для Соммерсвилей будет лучше, если правда станет известна всем до того, как сплетники сочинят какую-нибудь гнусную историю.

Невежливо было бы продолжать беседовать только вдвоем, и обе молодые леди постарались принять участие в общем разговоре, касающемся, конечно же, помолвки мисс Кастлтон, ее приданого и состояния ее жениха.

Некоторое время спустя Эмили вдруг заметила, что Ричард Соммерсвиль уселся почти напротив миссис Рэйвенси и не сводит с нее глаз. «Как можно упрекнуть его за это! – подумала леди Гренвилл. – Лишь бы только Дафна не пришла сюда и не устроила какую-нибудь сцену! Несмотря на свое легкомыслие, она тяжело переживает крах их романа. Хотелось бы мне знать, богата миссис Рэйвенси или же у нее ничего нет. Ее платье выглядит дорогим, но на ней почти нет украшений, из-за траура, конечно. По украшениям сразу можно понять, какими средствами располагает женщина или ее муж, а без них она кажется словно бы не вполне одетой…»

Спустя полчаса леди Гренвилл спросила у Соммерсвиля, давно ли он видел ее супруга. Уильям давно ушел из бальной залы, но до сих пор не появился в чайной комнате.

Ричард неохотно отвернулся от миссис Рэйвенси, чтобы ответить Эмили.

– Лорд Гренвилл прогуливался по галерее с Говардом. Кажется, Генри чем-то озабочен.

«Надеюсь, матушка Генри не требует, чтобы он и Сьюзен приехали к ней и остались до Рождества», – подумала Эмили. Миссис Говард была очень властной и упрямой женщиной, и Сьюзен не уставала радоваться тому, что они поселились в доме Холтонов вместе с ее дядей, добродушным старым доктором Вудом, искренне привязанным к своей племяннице и ее молодым друзьям.

Когда блюда на столе опустели, Соммерсвиль и еще несколько джентльменов тщетно попытались уговорить миссис Рэйвенси потанцевать, но она отказала им всем спокойно и без тени кокетства. Уже перед самым окончанием бала она ненадолго отлучилась, и миссис Логан поспешила сообщить Эмили то, что она еще не знала об этой прелестной женщине:

– Бедняжка! Она не хотела ехать сюда, но миссис Пауэлл сочла недопустимым, чтобы ее гостьи оставались дома, когда она сама отправится на бал. Мы все так жалеем Агнесс, она ведь потеряла не только мужа, но и ребенка! Ее четырехлетний сын два года назад утонул в пруду, когда его нянька отвлеклась поболтать с садовником.

Леди Гренвилл содрогнулась. Что может быть страшнее смерти ребенка? Она знала, что не смогла бы жить, если б что-то случилось с Лори, а ведь он не был ее собственным сыном!

Старушка погладила ее руку своей пухлой ладонью:

– Вы побледнели, дорогая. Прошу вас, возьмите себя в руки, пока не вернулась Агнесс! Она не хочет, чтобы о ее горе стало известно в округе, и не выносит сочувственных взглядов и утешительных слов. Миссис Пауэлл с трудом приняла это, а в первые дни нашего пребывания в ее доме Агнесс часто уходила в свою комнату после разговора с ней.

– Понимаю, – пробормотала Эмили. – Мне тоже было невыносимо слушать, когда соседи говорили о моей умершей сестре.

– Я помню о вашей беде. – Миссис Логан сама переживала потери и знала, как велика их тяжесть для молодых душ, – поэтому и рассказала вам об Агнесс. Мне кажется, ей нужна подруга, но не легкомысленная особа вроде дочери моей кузины.

– Я бы хотела пригласить вас обеих на чай или на обед, но, боюсь, вид моего семилетнего племянника лишит миссис Рэйвенси самообладания, ее сыну сейчас было бы почти столько же.

– Напротив! – Непонятно было, обрадовалась миссис Логан приглашению ради Агнесс или ради себя самой. Должно быть, она не особенно была привязана к миссис Пауэлл, к тому же их с леди Гренвилл объединяли общие воспоминания. – Миссис Рэйвенси с удовольствием занимается с детьми Пауэллов, это приносит ей своеобразное утешение.

– Тогда я буду рада видеть вас у себя послезавтра, – успела сказать леди Гренвилл, прежде чем на пороге появился преподобный Кастлтон и принялся громко благодарить гостей за внимание к его скромной персоне и его дочери.

– Пожалуй, Джемайма не станет жалеть о том, что покидает родительский дом, – обратилась Джейн к подруге. – Ты приедешь на чай в субботу? Ричарда не будет дома, и мы сможем поболтать в свое удовольствие. Я позову Сьюзен и Дафну, а тебе лучше появиться чуть раньше, и я успею рассказать тебе о встрече с мистером Несбиттом.

– Боюсь, мне придется отказать тебе. В субботу я пригласила на обед миссис Логан и миссис Рэйвенси.

– Что ж, тогда перенесем нашу встречу на понедельник. – Мисс Соммерсвиль посмотрела в сторону миссис Логан и прибавила тише: – Кто это – миссис Рэйвенси? Надеюсь, это не та неотразимая леди, ради которой мой брат был готов пренебречь танцами?

Эмили едва сдержала смех и так же тихо ответила:

– Ты угадала. Эта дама – родственница миссис Логан. Любой, кто увидит ее, поймет Ричарда, она очень красива и при этом держится как-то по-особенному… И к тому же она вдова, поэтому не считает возможным для себя танцевать, тем более с таким шалопаем, как Ричард.

– Вдова? Она богата? – не могла не заинтересоваться Джейн.

– Я тоже задавала себе этот вопрос, когда увидела, как Ричард на нее поглядывает. – Эмили подумала, что, если бы Джейн вошла в чайную комнату на десять минут позже, миссис Логан могла бы побольше рассказать об Агнесс Рэйвенси. – Думаю, позднее все разъяснится, в понедельник я обязательно перескажу тебе все, что мне удастся узнать.


В ожидании экипажа леди Гренвилл Сьюзен и Джейн болтали о пустяках вроде украшения бальной залы и туалетах знакомых и в особенности незнакомых дам. Когда Эмили упомянула миссис Рэйвенси, лорд Гренвилл неожиданно спросил:

– А кто такая эта миссис Рэйвенси? На балу было много людей, которых я прежде не видел…

– О, ты не мог не заметить эту леди. – Эмили не успела ответить, как в разговор вмешался Ричард Соммерсвиль. – Да простят меня дамы, мало кто из леди может называться красавицей с большим на это правом, нежели миссис Рэйвенси. Она вдова и отказалась танцевать со мной, как и с другими джентльменами, но, если бы она только захотела, десятки мужчин были бы у ее ног!

Джейн поморщилась – славословия брата ей не понравились, но спорить она не стала, красота миссис Рэйвенси производила впечатление не только на джентльменов. Однако она не собиралась поощрять увлечение Ричарда до тех пор, пока не станет известно, подходит ли прекрасная вдова на роль миссис Ричард Соммерсвиль.

– Я видела, как ты столкнулся с ней в дверях, когда уходил из зала. – Эмили попробовала освежить память супруга, ей было любопытно, что он скажет о миссис Рэйвенси. – Дама в фиолетовом платье…

– Ах, верно! Я нечаянно толкнул ее и извинился, это был неловкий момент. – Лорд Гренвилл сообразил, о ком идет речь. – Увы, я не успел рассмотреть ее, так как был занят своими извинениями.

– У тебя будет такая возможность, когда она приедет к нам вместе с миссис Логан, если только ты будешь дома в субботу. Миссис Рэйвенси – супруга покойного племянника миссис Логан и по ее просьбе навестила тетушку. Должно быть, старушке одиноко, она слишком живая для того, чтобы запереть себя в каком-нибудь старомодном особняке. Особенно после того, как ее дружба с Кэтрин Рис-Джонс закончилась трагедией… Пауэллы пригласили миссис Логан погостить у них, и она уговорила миссис Рэйвенси составить ей компанию. Миссис Рэйвенси показалась мне приятной собеседницей, и я буду рада поддерживать это знакомство.

Никто не возразил леди Гренвилл, а Ричард Соммерсвиль так и вовсе был преисполнен намерения посетить Гренвилл-парк, когда там будет находиться миссис Рэйвенси, даже если ему придется отказаться от ранее условленной встречи.


предыдущая глава | Змея в гостиной | cледующая глава