home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



24

Ричард ворвался в комнату, где его друзьям по распоряжению экономки был накрыт легкий ужин.

– Ричард! – Джейн вскочила на ноги, отодвинув нетронутую тарелку. – Миллз понял, что все обвинения этой женщины – полная бессмыслица, и отпустил тебя?

– Моя несчастная Шарлотта! – По его взгляду Соммерсвиля можно было принять за душевнобольного.

– Что случилось? – Эмили уже некоторое время встревоженно прислушивалась к суете дома, но слуги не могли или не хотели отвечать на ее вопросы, а теперь еще Ричард является в таком состоянии.

Лорд Гренвилл поднялся и выдвинул из-за стола еще один стул.

– Присядь и объясни, что произошло с мисс Феллоуз. – Твердый голос друга напомнил Ричарду о том, что нужно вести себя как подобает джентльмену, но разве это было возможно сейчас?

– Шарлотта убила Ходжкинса! – выпалил он, но все же сел.

Леди Гренвилл ахнула, ее супруг остановился, не дойдя до своего места.

– Она сама так сказала? – Джейн, как и остальные, с трудом сознавала услышанное, ведь мисс Феллоуз все они подозревали меньше всего.

– Констебль сообщил мне, что мисс Феллоуз созналась в убийстве своего жениха. Боже, она погибла! – Соммерсвиль обхватил голову руками, казалось, он вот-вот начнет рвать на себе волосы.

Уставший часами ждать решения своей участи, ошеломленный новостью, которую принес констебль, Ричард не оправдал опасений суперинтендента Миллза и не взял вину Шарлотты на себя. Стоит ли ставить это ему в вину? К чести его надо сказать, что подобная мысль пришла ему в голову чуть позже, но момент был упущен. Констебль веско заявил, что мисс Феллоуз привела все необходимые подробности, какие – он умолчал, и в ее виновности нет никаких сомнений.

После этого Соммерсвилю было позволено делать что ему угодно. Единственное, что ему хотелось, это увидеть мисс Феллоуз, но как раз этого ему не позволили. И тогда он отправился на поиски друзей.

Успокоить Ричарда оказалось непросто. Еще недавно, когда его обвинили в убийстве, он считал, что ничего худшего в жизни с ним произойти не могло. Теперь же Соммерсвиль понял, как ошибался. Ни его сестра, ни Гренвиллы не знали, какими словами рассеять его отчаяние.

Мисс Феллоуз сама призналась в преступлении, но для суда это не будет иметь серьезного значения – так считал лорд Гренвилл. Судить ее будут мужчины, и в их глазах Шарлотта окажется злонамеренной, испорченной девушкой, которая убила достойного человека, и ей не стоит ждать снисхождения. Она не любила своего жениха? Да разве молодым леди должно выходить замуж, основываясь на решении своего непостоянного сердца и слабого ума? Мистер Ходжкинс ничем не запятнал себя, родители мисс Феллоуз и она сама были согласны на этот брак. Чего же еще ей надо? Ведь могла же она расторгнуть помолвку, если уж ей так не нравился мистер Ходжкинс, зачем убивать его?

Уильям остерегся произносить все это вслух. Ричарду необходимо прийти в себя, а рассуждения о том, что станет с мисс Феллоуз, заставят его страдать еще сильнее. Оставалась возможность настаивать на том, что в момент убийства девушка была не в себе, но тогда ее запрут в сумасшедшем доме. А этой судьбы светские леди и джентльмены боялись едва ли не больше смерти. Каждый мог назвать хотя бы одного человека, которого уставшие ждать наследства близкие сумели упрятать за стены, за которыми поселился ужас. Там могла оказаться и несчастная Кэтрин Рис-Джонс, чье душевное здоровье явно было расстроено, но она предпочла умереть. В кого же там могут превратить Шарлотту? Лорд Гренвилл отвернулся, боясь, что мрачные мысли написаны у него на лице.

– Завтра ее увезут. – Глухой голос Ричарда был едва узнаваем. – Почему я и вправду не убил его?

– Не терзай себя. – Джейн подошла к брату и ласково погладила его по волосам. – Разве могло кому-то из нас прийти в голову, что все случится именно так? Я уверена, она не собиралась убивать Ходжкинса, должно быть, он сделал что-то, что вынудило ее так поступить. И скоро мы об этом узнаем.

Эмили тоже надеялась, что если не сегодня, то завтра утром выяснятся какие-то подробности. Если не Миллз и его констебли, то кто-нибудь из вечно подслушивающих слуг расскажет остальным, и через горничных и камердинеров новости дойдут до леди и джентльменов.

Мисс Соммерсвиль уже жалела, что не может уехать домой вместе с братом. Находиться в доме Феллоузов было для него мучительно, а хозяева сейчас навряд ли способны позаботиться об экипаже для гостей. Убитые горем, они, скорее всего, и не помнят, что в доме находятся посторонние.

Лорд Гренвилл налил Соммерсвилю бренди и предложил немного поесть, чтобы подкрепить силы. Первое Ричард принял с невнятными словами благодарности, от второго же отказался. Минуты тянулись в угрюмом молчании, пока расстроенная экономка не пришла сообщить, что гости могут занять комнаты, в которых провели прошлую ночь.

Знаками лорд Гренвилл показал дамам, что им лучше уйти. Сам он собирался оставаться с другом, пока не уверится в том, что Ричард способен вести себя разумно.

Леди Гренвилл попросила горничную принести для нее и мисс Соммерсвиль немного шерри – это средство в прошлом уже не раз помогало подругам справиться с расстроенными нервами. В спальне Джейн они обе еще немного поговорили, несмотря на усталость, не верилось, что им удастся уснуть.

– Я не могу отделаться от мысли, что это судьба наказывает моего брата за все его прегрешения, – пожаловалась мисс Соммерсвиль. – Два или три года назад я бы, пожалуй, позлорадствовала, если бы узнала, что Ричарду придется пережить все это, но теперь я думаю, что крушение всех надежд на будущее счастье – слишком суровое наказание за промотанное состояние наших родителей. Не говоря уж о том, что один человек мертв, а бедная мисс Феллоуз должна понести наказание за убийство.

– Ты же не думаешь, что провидение подстроило эту трагедию с одной лишь целью наказать Ричарда? – возразила Эмили. – Мы не знаем, сколько грехов на совести самого Ходжкинса и Феллоузов.

Джейн пришлось согласиться с подругой и налить еще шерри.

– Хотелось бы мне знать, когда миссис Феллоуз стало известно о том, что это ее падчерица расколола череп своему жениху, – сказала леди Гренвилл некоторое время спустя.

– Ты полагаешь, она уже знала, кто истинный убийца, когда обвиняла Ричарда в смерти Ходжкинса? – Джейн готова была согласиться, что так оно и было, и серые глаза ее сверкнули ненавистью.

– Я не была бы удивлена. Надеюсь, позже, когда суперинтендент Миллз расскажет обо всем своей жене, мы наравне со всем Торнвудом узнаем подробности его беседы с мисс Феллоуз и ее родителями.

– Боюсь, эти подробности дойдут до нас в сильно искаженном виде.

– Возможно, кое-что удастся узнать у констеблей и доктора Сайкса. Мы попросим Сьюзен уговорить своего дядюшку побеседовать с Сайксом.

Джейн одобрила этот план, и вскоре подруги пожелали друг другу доброй ночи. Надеяться на то, что следующий день принесет что-то хорошее, не приходилось.


Эмили уже крепко спала, когда Уильям отвел Ричарда в его комнату и сам отправился спать. Лорд Гренвилл был уверен, что еще одну ночь на чересчур коротком для него диване он не вынесет, и после небольших колебаний улегся в постель рядом со спящей женой.

Когда утром леди Гренвилл проснулась, его уже не было в комнате, но отпечаток головы на соседней подушке подсказал Эмили, что ей не приснилось чье-то сопение рядом и легкий запах бренди. Молодая женщина дотянулась до звонка и вызвала горничную.

Вчера Хетти почти весь день провела вместе с другими слугами, и Эмили надеялась узнать у нее что-нибудь новое. Ее ожидания оправдались в большей степени, нежели она могла себе представить.

– Подумайте только, миледи, мисс Феллоуз сбежала! – воскликнула Хетти, едва появившись на пороге.

Эмили подалась вперед, и если б не больная нога, она вскочила бы с постели.

– Как? – только и смогла она спросить.

Горничная поспешно подошла к кровати и подала госпоже обязательную утром чашку чая. Леди Гренвилл не обратила внимания на то, что чашка стоит не по центру подноса, а ложечка и вовсе отсутствует – явные свидетельства волнения, царящего на кухне.

– Полчаса назад горничная мисс Феллоуз собралась отнести ей чай, констебль открыл дверь, и они оба увидели, что окно распахнуто, комната пуста!

– Но ведь спальня Шарлотты находится на втором этаже! – Эмили представила себе, как девушка прыгает вниз, на покрытые мокрым снегом клумбы, и невольно восхитилась смелостью юной леди.

– Наверное, поэтому суперинтендент Миллз не стал приказывать второму констеблю сторожить в саду. – Хетти говорила быстрее обычного, ей не терпелось выложить все, что ей было известно. – Дворецкий считает, что мисс спустилась по остаткам плюща, покрывающего всю заднюю часть дома.

Леди Гренвилл жестом велела горничной сесть и кивнула – она помнила, как выглядел дом Мортемов летом, старая леди частенько устраивала чаепития на лужайке за домом.

– Но куда же она могла отправиться? Ей не удастся уйти далеко по таким дорогам. Скорее всего, она промочила ноги и заблудилась где-нибудь в миле или двух от поместья. Хорошо, если она не пошла в сторону леса, который леди Пламсбери купила у нынешнего лорда Мортема, – искать ее там можно очень долго, и бедняжка простудится насмерть, прежде чем ее найдут.

– Вовсе нет, миледи! Мисс Феллоуз как-то сумела пробраться в конюшню и уехала на лошади, самой быстрой из тех трех, что есть у Феллоузов! Суперинтендент Миллз отправил одного констебля на поиски следов, а другого в Торнвуд – телеграфировать в полицейские участки ближайших городов…

– Неужели никто ничего не слышал?

– Никто, миледи! У Феллоузов всего один конюх и мальчишка-помощник, вчера они долго сидели на кухне с другими слугами, говорили об этом убийстве и, должно быть, выпили порядочно, а потом крепко заснули. Констебль клянется, что не спал, но что еще он может сказать? Горничная мисс Феллоуз говорила, что вчера ее госпожа выглядела совсем больной и заснула после того, как доктор Сайкс дал ей снотворное. Кто бы мог заподозрить, что она не только сможет сама встать с постели, но и вылезти в окно?

– Действительно, Миллзу такое и в голову прийти не могло! – усмехнулась Эмили.

– А знаете, миледи, я рада, что так случилось. Пусть мисс и убила этого мистера Ходжкинса, мне его ничуть не жаль! Все слуги в один голос говорят, что он вел себя чванливо не только с прислугой, но и с мистером Феллоузом и его женой, как будто он тут хозяин!

– Вот как! – Леди Гренвилл отпила немного чая.

Рассказ Хетти заставил ее испытать новый приступ любопытства. Теперь, когда Ходжкинс мертв, слуги не считают необходимым сохранять сдержанность в разговорах о нем, и на свет могут выйти весьма интересные факты…

– А камердинер мистера Ходжкинса все еще в доме? Вчера мы говорили о том, что надо расспросить его…

– У него не было камердинера, прислуживал ему один из лакеев мистера Феллоуза. Этот человек говорил вчера, что не удивлен, что мисс Феллоуз его убила, если с ней он был так же груб, как с ним самим.

Эмили уже хотела попросить Хетти порасспрашивать слуг Феллоузов, когда внезапно вспомнила о своем супруге.

– А где сейчас лорд Гренвилл? Ему известны последние новости?

– Да, миледи, он уже все знает, суперинтендент Миллз и его констебли подняли шум, когда узнали о побеге мисс Феллоуз. Ее родители сейчас в гостиной с Миллзом, а ваш муж завтракает в малой столовой с мистером Соммерсвилем. Он приказал не будить вас, пока вы сами не проснетесь.

– А мисс Соммерсвиль? – Было уже четверть девятого – непростительно позднее время для леди Гренвилл, не иначе она проспала так долго из-за выпитого шерри.

– Когда я понесла вам чай, она еще не звонила.

– Должно быть, она еще спит. А мне пора подниматься. Перед тем как вы поможете мне одеться, попросите лорда Гренвилла и мистера Соммерсвиля задержаться, я присоединюсь к ним за завтраком. Наш экипаж не вернулся?

– Вернулся час назад, миледи. Снег почти растаял, если день будет солнечным, дороги подсохнут.

– Рада слышать это, думаю, не позднее полудня мы отправимся домой, – больше им нечего было делать в доме Феллоузов.

Даже если Шарлотту найдут, Миллз наверняка приказал доставить ее в Торнвуд. Эмили с мужем и Соммерсвилям лучше уехать самим, пока мистер или миссис Феллоуз не указали им на дверь. Оставаться в доме, где один из гостей убит, а дочь хозяев сбежала от правосудия, – дурной тон, Эмили понимала это, но желание прояснить все до конца было сильнее, да и Феллоузы не вызывали у нее особого сочувствия.

В малой столовой лорд Гренвилл и Ричард Соммерсвиль сидели за столом. Уильям подпирал ладонью щеку и задумчиво смотрел на кусок копченого лосося в своей тарелке, а Ричард, как в детстве, вылеплял из хлебного мякиша какие-то фигуры.

– Надеюсь, джентльмены, вы не собираетесь засиживаться за столом до самого обеда, – вместо приветствия заявила Эмили. – Хетти сказала мне, что наш экипаж уже здесь, и я хочу уехать поскорее.

Она говорила нарочито бодрым тоном – пора было выводить Ричарда из беспросветного уныния.

– Если вы возьмете нас с Джейн с собой, мы не будем ждать нашу карету. – Соммерсвиль рассеял ее беспокойство – Эмили боялась, что он откажется уезжать до тех пор, пока не будет каких-нибудь новостей о Шарлотте. – Горничная Джейн передаст ей ответ мистера Несбитта, как только моя сестра проснется. А наш экипаж отвезет домой слуг.

Соммерсвиль рассуждал вполне разумно, и лорд и леди Гренвилл согласились с ним. Оставалось дождаться мисс Соммерсвиль, должно быть, она тоже проспала слишком долго из-за лишней рюмочки шерри.

Эмили завтракала с аппетитом, еще прошлой зимой она внезапно обнаружила, какое благотворное воздействие на нее оказывают пирожные, торты и фруктовые десерты. Она даже собиралась попросить доктора Вуда провести настоящее исследование, испытав действие сладких блюд на людей, находящихся в подавленном настроении[2].

Экспериментировать на Ричарде сейчас показалось ей неуместным, и она молча поедала уже второй кусок вчерашнего торта с кусочками персика, когда на пороге появилась Джейн.

– Как хорошо, что суперинтендент Миллз еще здесь! – воскликнула она. – Моя шкатулка для драгоценностей пуста! Не сомневаюсь, это Шарлотта Феллоуз прокралась ко мне в комнату и похитила украшения! Там было новое колье и серьги – подарок отца…

– Успокойся, Джейн! – перебил ее брат, неожиданно резво добравшийся до двери и плотно прикрывший ее. – Твои безделушки взял я!

– Ты? Неужели ты успел проиграть… – Мисс Соммерсвиль осеклась, увидев, как расширились глаза ее подруги.

– Это ведь ты устроил побег мисс Феллоуз, не так ли, Ричард? – понизив голос, произнесла Эмили, и в тоне ее было больше убежденности, чем вопроса.

– О! – только и смогла воскликнуть Джейн, и лорд Гренвилл мгновением позже повторил ее восклицание.

Соммерсвиль подвел сестру к столу и сел сам.

– Я так и думал, что ты догадаешься первой, Эмили, – удовлетворенно заявил он. – Неужели вы думаете, что я стал бы смотреть на гибель девушки, которую я люблю, и не попытался предпринять хоть что-нибудь?

– Ты сошел с ума, Ричард! Ее найдут через час или два, и кража драгоценностей будет еще одним ее преступлением! – Джейн с ужасом смотрела на брата. – И я уже попросила горничную позвать суперинтендента Миллза.

– Надеюсь, ее не найдут. – Соммерсвиль выглядел весьма самоуверенно. – Я принял меры… А Миллзу ты скажешь, что пригласила его, чтобы получить разрешение для твоего брата вернуться домой, он ведь теперь ни в чем не подозревается!

– Так мы и сделаем, – вмешалась в разговор брата и сестры леди Гренвилл. – А все подробности ты расскажешь нам, когда экипаж отъедет подальше от этого дома. Неизвестно, кто и откуда может нас подслушивать!

– Моя жена права, – поддержал Эмили лорд Гренвилл. – Джейн, пока ты завтракаешь, пусть горничная соберет твои вещи. Ты сказала ей об украденных драгоценностях?

– Нет. – Теперь мисс Соммерсвиль поняла, что едва не совершила ошибку. – Мне не хотелось, чтобы она рассказала другим слугам, от которых о пропаже узнали бы и Феллоузы. Я надеялась уговорить Миллза сохранить это в тайне.

Трое ее собеседников вздохнули с облегчением, и остаток завтрака прошел в разговорах о погоде.


предыдущая глава | Змея в гостиной | cледующая глава