home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА 11. СЕРЕБРЯНЫЙ САРГАН

Днем палуба кипела от жары, время от времени охлаждаясь только небольшим ветерком. Лури и Стратко стояли на миделе судна, соревнуясь в бросках ножей в прикрепленную к одной из мачт куклу.

— Плохой бросок, дорогуша, — сказал Лури, кудахтая и качая головой на пути к кукле. Как только его спина закрыла Стратко обзор, Лури тайком вытащил нож из центра мишени и переместил его приблизительно на дюйм в сторону.

Его гигантский противник бросился к мачте. Стратко бросил на Лури подозрительный взгляд, затем что-то проворчал и вытащил нож с такой силой, что кукла оторвалась и повисла вверх тормашками на веревке. Тогда Стратко обернул свою руку, такую же толстую, как ветвь валлина, вокруг талии Лури и поднял его к мачте, показывая, что помощник капитана может теперь стать новой целью.

— Нет-нет-нет. Я не могу быть мишенью. Я нужен капитану Ла Кава, чтобы доплыть до земли. Если Лури будет изувечен, то все судно будет изувечено, а в особенности капитан, — с негодованием объявил Лури. Он мог себе позволить хвастаться. Капитан Ла Кава сейчас дремал в своей каюте. Ему нравилось брать штурвал ночью, одному под звездным небом, в то время как остальные спят. Высыпался же он днем.

Патрик тоже был в своей каюте. Он занимался записями в своем дневнике и выпроводил Стратко, который иначе все время крутился бы возле своего хозяина. Все другие пассажиры были тоже в своих каютах, преследуемые послеобеденным солнцем. Даже члены команды изредка появлялись на палубе. Только два или три матроса оставались наверху. Минотавры тянули весла, чтобы поддержать ход судна, но не особо усердствовали. Небо было подернуто дымкой от отраженного света, вода глубокой и голубой, как сапфир. Нос корабля указывал на северо-запад.

Изгнанная скукой из своей каюты, Китиара поднялась на палубу как раз вовремя, чтобы наблюдать перепалку Стратко и Лури. После почти двух недель езды со Стратко по земле и недели, проведенной на борту Серебряного Саргана с Лури, Кит знала, что их ссора не серьезна. В основе их отношений всегда лежал дух товарищества.

— Эй! Похоже, вы оба нуждаетесь в ком-то, кто обладает мудростью богов, чтобы разрешить ваш спор! Хочу чтобы вы знали, что я пока что свободна, — крикнула Китиара, усмехаясь и подходя к ним.

Китиара никогда не была на воде, большей, чем озеро Кристалмир, но она быстро приспособилась к жизни на море. В течении первых одного или двух дней она полностью исследовала судно, приспосабливаясь к морской качке и в конце концов стала двигаться со своим обычным проворством.

Наблюдая за Китиарой и ответив приблизительно на сотню задаваемых ею вопросов, Ла Кава решил, что она может быть в чем-то полезной. Он разрешил Кит помогать команде во время обычной корабельной рутины: снятия парусов, восхождение на рангоуты, чтобы распутать снасти и даже следить за горизонтом из вороньего гнезда. Солнце придало ее коже теплый золотой загар, а физические нагрузки добавили мускульной силы к ее гибкости.

Другие пассажиры зевали и игнорировали ее, когда она карабкалась по снастям, обмениваясь шутками и переругиваясь с командой. Ла Кава потакал ей, как отец может потакать энергичному ребенку. Со временем большинство матросов, непривычных к женщине, ведущей себя с ними как равная, стали на самом деле считать ее таковой, уважая ее за готовность всегда попробовать что-нибудь новое.

Кит не могла понять только реакцию Патрика. Ходя по кораблю, она часто чувствовала на себе его взгляд. Время от времени он казался смущенным ее энергией и физической активностью, в других случаях он вроде бы гордился ею, почти что собственнической гордостью за восхищение, которое она вызывала у матросов.

Тем не менее, во всех остальных отношениях, Патрик держался от Кит в стороне. Чем дольше и дальше они плыли, тем более длительными становились периоды его плохого настроения и молчания. Кит не могла понять, что так заботило его.

Только ночью, когда они ужинали с Ла Кавой, Патрик становился более оживленным, рассказывая историю за историей о Гвиннеде, о владениях своей семьи и о других близлежащих землях. Рассказывая, он часто обнимал Кит, обмениваясь с ней взглядами и жестами. Тем не менее позже, когда они встретились бы на палубе, он уже говорил менее свободно и редко прикасался к ней. Их поцелуи, инициатором которых обычно была Кит, были странно целомудренными.

Кит выбросила эти мысли из головы, приветствуя Лури и Стратко.

— Покажите мне, как вы делаете это, — попросила она.

Они закивали и Лури вручил ей нож с толстой ручкой, который нужно было вонзить в искусственную цель — соломенное чучело хобгоблина высотою в фут. Китиара взяла нож одной рукой, почувствовав его вес и, прищурившись посмотрела на цель, находящуюся приблизительно в десяти ярдах от нее. Второй рукой она прикрыла глаза от ярких лучей солнца.

Китиара довольно неплохо обращалась с большим количеством ножей, но она никогда не соревновалась в метании и вообще не обучалась обращаться с таким коротким лезвием. Ножи Гилона были более практичны, более подходящие для того, чтобы нарезать мясо или вырезать ножку стола, чем чтобы сражаться. Стратко ободряюще улыбнулся ей. Он, Кит и Лури почти что стали друзьями за это время — удивительный факт, если учитывать что Стратко не мог произнести ни единого связного предложения, а Лури обычно выражался так, что смысл понять было нелегко.

— Вот, — сказал Лури, — Держи вот так.

Он положил руку ей на плечи и положил свои руки на ее, чтобы показать как схватить нож пальцами за ручку. Затем он сделал поперечное движение, как будто взмахивая кнутом. Нож вылетел из руки Кит, миновал цель на несколько дюймов и воткнулся в дождевую бочку, к счастью, пустую.

Стратко изобразил на лице недовольство Лури, который не смог передать их ученице часть важной информации. Он побежал вперед, чтобы вытащить нож и вернуть его Кит. Прежде чем вручить его ей, он тщательно вытер нож о свои брюки. Кит озадаченно посмотрела на Лури, так как лезвие не было мокрым.

— Стратко говорит, чтобы ты всегда держала нож сухим. — перевел Лури.

— Зачем? — спросила Китиара, готовясь ко второй попытке.

Стратко снова что-то неопределенно промычал и в конце концов усмехнулся.

— Летит более прицельно, — легко перевел Лури, — Вода сбивает с цели. Также, сухой нож входит глубже. Всегда должен быть сухим перед большой битвой и после каждого броска. Чем суше, тем лучше.

На сей раз Китиара попробовала бросить самостоятельно. Неожиданная качка судна в последний момент сбила ее прицел и нож загремел на палубе в нескольких футах от цели. Стратко опрометью бросился за ним.

Когда большой раб вернулся, он показал ей свой стиль броска. Пальцы Стратко напряглись на ручке. Его тело вытянулось и он сделал полукруг. Китиара была поражена легкостью его движений, несмотря на его громадное тело. Нож молниеносно сорвался с его руки. Через мгновение Кит увидела, как лезвие раскололо грудь чучела.

Лури медленно фланировал, чтобы вытащить нож и, когда он вернулся, чтобы приготовиться к собственному броску, бросил на Стратко презрительный взгляд. Казалось, что он намекает, что раб Патрика должен стыдиться так хвастаться.

— Всего лишь царапина, — сухо сказал помощник капитана.


* * * | Темное сердце (ЛП) | * * *