home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Пятница, на закате

Господи! Я-то думал, что предусмотрел все. Виллу убрали, песок на пляже разрыхлили граблями, море очистили от мусора. Я забронировал оба ресторана, так, на всякий пожарный, но как-то упустил из виду мысль об этих чертовых вечеринках. Антонио, шеф-повар, пришел в такую ярость, что бесцеремонно прервал наш телефонный разговор. Потом он так же сорвал злость на Жане-Франсуа. А какими эпитетами повар награждал Бена! Некоторые из них я слышал в первый раз. Дело в том, что шеф-повара в «Лотосе» и «Самурае» работали всю вторую половину дня по спецзаказу. Сегодня, дабы удовлетворить пресыщенный вкус нашего шейха, в качестве блюда дня подаются крохотные закуски «амюз-буше», которыми они, очевидно, собираются кормить его через нос. И вот теперь такая неожиданность от других гостей. Но установки для барбекю уже все заняты, а о приготовлении лобстеров и говядины «вагью» никто даже и не вспомнил.

Вот и думай, как сотворить из воздуха ужин для группы в семнадцать душ. Начинается такой крик и шквал телефонных звонков, что все наше утреннее напряжение теперь кажется легким откашливанием перед началом основного выступления.

Шеф-поваров освобождаем от работы в ресторане и бросаем на приготовление барбекю. С пустых вилл и менее важных барбекю изымаем ковры и подушки. К счастью, благодаря вчерашней поставке с «Марии-Селесты» у нас достаточно говядины и лобстеров, чтобы прокормить целую армию шейхов и их друзей в придачу. Тем не менее нужно еще приготовить салаты и маринады, не говоря уж о соусах, канапе и закусках. Нам необходимы передвижная кухня, стойки для десертов и салатов. Предстоит установить бар, украсить пляж и наладить освещение. К счастью, шейх пока не требует к себе внимания. Он намерен ужинать около девяти часов. Как мне сообщили, он ожидает еще нескольких гостей.

Опять звонит Антонио. И как водится, начинает тупо ныть о своем продовольственном бюджете и о том, что я напортачил с его счетами. Как в любом другом отделе, Антонио ведет свой баланс расходов. Ему выделяют на закупку еды двадцать миллионов долларов в год, причем это должно окупаться. И вот теперь он жалуется, что должен пожинать плоды моей ошибки. Скулит, что этим вечером рестораны останутся без прибыли, так как посетителей не пустили, а было приготовлено много еды. Я замечаю, что он напрасно начинает истерику, поскольку всем известно, как можно назавтра продать сделанные для шейха лакомства в качестве козырного «блюда дня», Антонио грубит, чтобы я не совал свой длинный нос в его дела. Я диву даюсь, что такое творится с шеф-поварами: почему они вечно впадают в истерику? Со стороны их жизнь кажется не такой уж плохой. Судите сами: им дают на лапу поставщики, они получают процент от доходов ресторана, а в последние дни большинству наших знаменитых поваров вообще не приходилось пачкать руки работой.

Как бы то ни было, я больше не в состоянии торчать здесь и слушать длинные сицилийские тирады. Мне нужно успеть на очередную свадьбу. Мистер и миссис Форрест хотят повторить свои брачные клятвы в пагоде на пляже «Палмсэндс» в шесть вечера. Также приглашены несколько человек из персонала. Хотя это ужасно мило с их стороны — пригласить нас на церемонию в качестве свидетелей или, как в моем случае, вести церемонию, на самом деле персоналу на это абсолютно наплевать. Еще предстоит организовать пляжное барбекю и развлечения для шейха, а между тем время не стоит на месте.

Когда я появляюсь на пляже, Бернар уже в костюме и легких кожаных туфлях типа мокасин. Вся пагода устлана розовыми франджипани, а на песке стоит ряд белых стульев.

— Сколько времени это займет? — спрашивает Бернар, продевая розу «дольче вита» в мою петлицу.

— Точно не знаю, — отвечаю я.

— Дело в том, что на этот раз тебе придется постараться, так как они англичане. Нельзя ничего пропускать в конце, как ты обычно делаешь с японцами.

— Понимаю, — киваю я. — А кто еще будет?

— Бен, Жан-Франсуа, Гарри, Джерри. Кейт — подружка невесты…

Когда появляется миссис Форрест, солнце прячется за облаками и поднимается легкий ветерок. Позади нее стоит Кейт в том же самом платье, что она надевала прошлым вечером на вечеринку мистера Георгия. Выглядит моя возлюбленная свежей и отдохнувшей. Невеста, напротив, чувствует себя немного неловко. Вместо струящегося шелкового платья, которое обычно надевают в тропиках, она выбрала нечто по форме похожее на пышный кекс, да еще с корсетом, что более уместно смотрелось бы на церемонии в какой-нибудь английской церквушке. Кажется, миссис Форрест уже жалеет о своем выборе. Она явно начинает потеть, и ей, похоже, не хватает воздуха. Надетые невестой атласные туфли на каблуках утопают в песке. Впрочем, и члены моей команды выглядят не лучше — дергаются и смотрят по сторонам. Видно, что им до смерти это все надоело. Участники церемонии держат в руках розы стоимостью в шестьсот долларов, но даже эта живая роскошь не придает им праздничного вида.

Диджей Энди включает музыку, и миссис Форрест шагает по песку под песню «Ангелы» Робби Уильямса. Мистер Форрест широко улыбается, ожидая у пагоды приближающуюся жену-невесту. Женщина добирается до цели перед концом первого припева, и все стоят, нетерпеливо ожидая, пока закончится песня. Я веду церемонию вежливо, почтительно, но без нарочитой медлительности. Вручаю невесте кольцо ручной работы за полторы тысячи долларов. Мы заблаговременно заказали это украшение, и его доставили сюда самолетом, что обошлось клиенту в дополнительную тысячу долларов. Но оно того стоило: кольцо выглядит просто изумительно и подходит невесте точно по размеру. Я произношу волшебные слова «Можете поцеловать невесту» как раз в тот момент, когда солнце начинает садиться. Несомненно, получатся великолепные свадебные снимки.

Я не успеваю даже сказать «Поздравляю» и «Увидимся около бара», как толпа разбегается по разным уголкам пляжа, чтобы прослушать сообщения на мобильных телефонах. Продолжаю разговаривать с женихом и невестой, которые выглядят довольными тем, как все прошло, — кольцо и розы превзошли все их ожидания. Тут подходит Джерри и хлопает меня по плечу.

— Извини за беспокойство, — говорит она, натянуто улыбаясь накрашенными розовой помадой губами. — Можно украсть тебя на минутку?

— Конечно, — улыбаюсь я. — Извините, — расшаркиваюсь я перед супругами.

— Прости, — говорит она, — но в спа-салоне что-то случилось. Можешь сходить вместе со мной и посмотреть?

— Нет проблем, — соглашаюсь я. — Пошли.

По пути Джерри вводит меня в курс дела. Оказывается, одна из массажисток, Мелинда, подрабатывает на стороне.

— Она королева «счастливого финала», — заявляет Джерри. — А мы-то гадали, почему она так чертовски популярна у арабов и русских.

Не секрет, что клиенты постоянно предлагают секс девочкам из спа-салона. По меньшей мере раз в день кто-нибудь переступает черту дозволенного. Девушек специально обучают, как вести себя в подобных ситуациях. Если какой-то парень начинает наглеть, неожиданно снимает или, как часто бывает, вовсе отказывается надевать одноразовые трусы, по инструкции девушкам положено покинуть комнату, попросив клиента успокоиться, в противном случае они не закончат сеанс массажа и сообщат руководству. Шалун тотчас же отмечается как «любитель счастливого финала», и после этого его принимает только мужчина-массажист. Обычно это помогает охладить пыл любителей острых ощущений, и они вовсе отказываются от массажа.

Однако для некоторых девушек быстрый способ удовлетворить клиента руками не проблема, а, наоборот, верный способ заполучить постоянных клиентов, огромную популярность и кучу чаевых. Некоторые массажистки не отказывают клиентам в просьбе, в то время как другие сами проявляют инициативу. Одним массажем на жизнь не заработаешь. Сказывается большая физическая нагрузка, и если у тебя по шесть-семь клиентов в день, как у большинства девушек, — то это просто выматывает. Верный способ свести нагрузку к минимуму — хорошенько возбудить парня, массажируя его в нужных местах, тех самых, которых по профессиональной этике нельзя касаться, и затем помочь ему «финишировать». Всего двадцать минут — и сеанс окончен. А впереди у девушки перерыв — целый час на то, чтобы выпить чашечку чаю, задрать ноги вверх и почитать журнал «Хелло!».

Джерри в курсе, что такие случаи не редкость. Однако очень трудно узнать, кто, что и кому делает в массажных кабинках. Конечно, если они не будут заниматься интимными утехами под открытым небом, как, например, сегодня делали немцы. А так, не пойман — не вор. Однако, по словам Джерри, Мелинда подняла «счастливый финал» на новый уровень.

— Ты в курсе, что она переспала с половиной персонала? — спрашивает Джерри.

— Не может быть!

— Еще как может. Как бы то ни было, нужно произвести незабываемое впечатление, чтобы один из гостей пригласил ее в Дубай.

— Неужели?

— Да, он нанял Мелинду в качестве личного массажиста плюс дополнительные услуги, понятно какие. Сейчас этот господин снова у нас, теперь со своей беременной женой.

— Очень мило.

— Не могу сказать, что особенно мило, скорее наоборот: он отказался заплатить Мелинде, а та выставила его из процедурного кабинета.

Когда мы приходим на место конфликта, стоит шум и гам, что отнюдь не свойственно хорошему спа-салону. Бизнесмен из Саудовской Аравии ходит взад-вперед по вестибюлю в белой национальной одежде, тычет пальцем в сторону массажистки и качает головой. Мелинда в белой униформе стоит на месте с непоколебимым видом. Она выглядит как маленькая госпожа. Легко понять, почему половина курорта сходит по ней с ума. Администратор салона, бедняжка, вся залилась краской и вспотела. Она вмешалась в спор как раз в самый неподходящий момент и теперь не знает, что делать. Повинуясь служебному долгу, девушка пытается заставить бизнесмена заплатить за массаж, который ему, однако, не сделали.

— Ты мне не хозяин, — шипит Мелинда на весь вестибюль, ее хорошенькое тайское личико искажено гримасой гнева.

— Я дал тебе достаточно денег, — настаивает бизнесмен. — Я уже заплатил тебе за эту неделю.

— А я не думаю, что этот случай похож на сценарий «купил одно — получи второе бесплатно», — заявляет Джерри, затрагивая столь щепетильную тему.

— Что? — говорит мужчина, поворачиваясь, чтобы взглянуть на новое действующее лицо.

— Полагаю, вы должны заплатить за массаж, возможно, без чаевых, и на этом все закончится, — предлагает Джерри очень спокойным тоном.

— С какой стати? — возмущается он. — Она не закончила свою работу.

— Думаю, мы оба знаем, что дело в ином, сэр, — вежливо отвечает Джерри. — Эта девушка выполнила часть своей работы, причем мы знаем также, что вовсе не ту часть, которую должна делать по инструкции.

— Она не очень-то хорошая массажистка, — не унимается гость.

— Что не мешало вам в ваш последний визит заказать ее десять раз, а сейчас — по меньшей мере семь.

— У нее теперь плохо получается, — сопит он.

— Вот я сейчас позову твою жену, — угрожает Мелинда с другой стороны вестибюля, бросая вызывающий взгляд на бизнесмена.

В жизни никогда не видел, чтобы человек так торопился заплатить. Быстрыми шагами гость направляется к администратору, наскоро царапает свое имя на выписке счета и покидает здание.

— Ты уволена! — Джерри сердито тычет в Мелинду пальцем.

Мелинда улыбается, откидывает назад длинные черные волосы и идет в раздевалку для персонала.

— За неформальные отношения с клиентами у нас автоматически увольняют! — кричит ей вслед Джерри. — Если собираешься остаться с ними и возобновить свои игры в спа-салоне, то лучше тебе убраться с острова сегодня же.

— Вообще-то придется отложить до завтра, — бормочу я.

— Да? — удивляется Джерри.

— Бумаги и все такое, — пожимаю плечами я. — А паром для персонала отбывает меньше чем через час.

— Я хочу, чтобы ты убралась завтра утром, — говорит Джерри вслед Мелинде, хлопающей дверью.

Я оставляю Джерри с ее проблемами и направляюсь к бару, чтобы выпить бокал шампанского с повторившими брачные клятвы и заново соединившимися узами Гименея мистером и миссис Форрест. По пути мне звонит Ганс, чтобы сообщить, что мистер и миссис Антоновы остались довольны морской прогулкой на закате, а сейчас они заняты дегустацией подаренного курортом шампанского.

Когда вхожу в бар, в нем царит атмосфера полного веселья. Музыкальная подборка диджея Энди произвела фурор: люди танцуют возле высоких сидений барной стойки, и многие с трудом протискиваются к бару, чтобы опрокинуть очередной коктейль.

Меня всегда забавляет, что отдыхающих можно четко разделить на два типа. Первые воспринимают свой отпуск как повод напиваться по любому случаю, вести себя раскованно и развлекаться на полную катушку. Вторые же хотят спать, лениво потягивать минеральную воду и мечтают похудеть на несколько фунтов. Вся динамика жизни отеля меняется в зависимости от того, какая группа доминирует в определенный период времени. Иногда персональный тренер по фитнесу занят всю неделю, от желающих записаться на цикл занятий «Стройные ножки» нет отбоя, а диетолог при всем желании и полчаса не может уделить себе. Случается, клиенты жалуются на скучную ночную жизнь на курорте. Мы не сидим на месте и придумываем что-нибудь на каждый вечер, даже если это всего лишь просмотр фильма на открытом воздухе или угощение сигарами посетителей «Лотоса». Иногда после десяти вечера на улице ни души, а бывает, приходится вызывать дополнительную охрану, чтобы пьяные гости не разъезжали на багги и не устраивали оргии в бассейне.

Кстати, об оргиях. Нам пришлось уволить немало сотрудниц спа-салона из-за их склонности к купанию без лифчиков. Конечно же, это были бразильянки. Именно девчонки из Южной Америки любят скидывать все обмундирование. Но те девушки — они у нас работали мастерами по педикюру и маникюру — были к тому же просто помешаны на вечеринках. Нередко их видели в три часа ночи в бассейне в одних трусиках, с уснувшими рядом гостями или тренерами из спортзала. Всех этих девиц уволили вместе с инструктором по водным видам спорта, которая в два часа ночи каталась с клиентом на водном мотоцикле.

Сегодня в баре царит та самая накаленная атмосфера, которая, знаю по опыту, может закончиться вызовом доктора Сингха. И хорошо еще, если все обойдется только царапинами на коленях.

Кейт тоже в баре и, как я вижу, прекрасно себя чувствует. Она выпила пару бокалов шампанского, и в ее застывшем взгляде горит огонек человека, который явно доволен собой и наслаждается происходящим. У нее выдалась тяжелая неделька, и Кейт определенно нужно расслабиться. Около барной стойки она нежно обнимает меня и предлагает пойти домой, чтобы опустошить бутылочку вина из наших запасов. Звучит заманчиво. Я просто мечтаю развалиться на софе и немного посмотреть телевизор, дегустируя одну из многочисленных бутылок вина, которые я приобрел по бросовой цене. Когда полтора года назад я приехал сюда в качестве управляющего, у меня была большая коллекция вин, собранная за годы работы в сфере развлечений. В моем контракте я специально оговорил право привезти на остров свою коллекцию. Однако мне любезно предоставили еще и возможность покупать вино из погребов курорта. Просматривая список винных запасов, я понял — хозяева не знали, что они делают. Очевидно, десять лет назад, когда сомелье в первый раз составлял ассортимент вин для курорта, курорт получил несколько ящиков довольно дорогостоящего вина, счет на который был выписан неправильно. В результате некоторое количество вина в погребе вообще не было учтено. В течение нескольких лет сомелье и управляющие, не исключая и меня, покупали эксклюзивные вина по заниженным ценам. И когда Кейт предлагает провести вечер дома и открыть бутылку чего-то особенного, обычно получается действительно особенный вечер.

Только мы начинаем обсуждать, какую бутылку вина могли бы открыть, как звонит мой телефон. Это Юсуф, главный начальник над обслугой вилл.

— Извините, сэр, — говорит он. — У нас возникли проблемы на вилле «Гранд-Бич» возле пляжа «Силверсэндс».

— На вилле мистера Маккенны?

— Так точно, сэр.

— Какие проблемы?

— Сэр, тема довольно деликатная…

Через пять минут я уже иду к вилле мистера Маккенны; меня провожают отголоски глухих ударов музыки диско. Среди теней я различаю фигуры Юсуфа и мистера Маккенны. Кажется, мистер Маккенна держит другого парня из обслуги за шиворот.

— Честное слово, сэр, такое больше не повторится, — извиняется Юсуф. В отчаянии он переминается с ноги на ногу.

— Могу я чем-нибудь помочь? — спрашиваю я, приближаясь в темноте.

— А вот и ты, — говорит мистер Маккенна. — Смотри, что я нашел.

Он встряхивает служителя, и я вижу, что у парня на руках надета пара шлепанцев.

— Этот парень бродил тут и рыскал по вилле, как какой-нибудь спецагент, — заявляет мистер Маккенна, и его золотая цепочка поблескивает в свете ламп. — Посмотри на его руки, ишь что придумал, урод. Не знаю, какого черта он ожидал здесь увидеть. Сексуальное шоу вообразил себе? Хотя… можно и так подумать… — Неожиданно он начинает смеяться. — Эй, Юлия?

— Да, дорогой, — доносится с виллы голос с чудовищным акцентом.

— Парень хотел подсмотреть, как мы с тобой этим занимаемся.

— Неужели? — смеется женщина на вилле. — Вот прикольно!

— Смешно аж до упаду, — отвечает мистер Маккенна. — Ишь, развлечений захотел, обормот!

«Да что ты понимаешь в наших туземцах?!» — думаю я.

— Я очень сожалею, сэр, — произношу громко и официально. — Он будет немедленно уволен.

— Немедленно, — добавляет Юсуф, подчеркивая решительность наших действий.

— Ах ты, несчастный ублюдок! — говорит мистер Маккенна человеку из обслуги, отбирая у него шлепанцы. — Я обнаружил его возле уличного душа. Подошел к нему сзади, а ублюдок даже и не заметил. Для любителя подглядывать ты не очень-то осторожен.

— Что ты можешь сказать в свое оправдание? — спрашиваю я служителя.

Его голова поникла от стыда.

— Мне очень жаль, сэр, — тихо отвечает провинившийся. Вижу, что парень пытается собраться с мыслями и найти хоть какое-нибудь оправдание. Но быть пойманным с парой шлепанцев на руках, взятых специально, чтобы неслышно передвигаться, — это серьезная улика и несмываемый позор.

— Теперь ты долго будешь сожалеть о своем поведении, — строго говорю я. — Мистер Маккенна, приношу вам мои искренние извинения. Мы серьезно относимся к охране частной жизни наших клиентов.

— Не сомневаюсь.

— Обычно у нас такого не бывает. Только однажды здесь появился папарацци, который следил за наследником престола и его подружкой. Мы стараемся быть осмотрительными и конфиденциальными настолько, насколько это возможно.

— Да уж, правильно, — с усмешкой кивает телемагнат. — Но в следующий раз я оторву ему яйца. — Маккенна изображает руками движение ножниц около штанов дворецкого. — Клац, клац, клац.

Должен отметить, что для важного человека, которому пришлось перед посторонними людьми разбирать столь интимные вопросы, мистер Маккенна воспринимает вторжение в свою частную жизнь с хорошей долей иронии и юмора. Может, в некотором роде он даже восхищается рискованной задумкой парня. Или, возможно, телемагната будоражит мысль о том, что на острове, где столько влиятельных лиц и мультимиллионеров, интерес персонала вызвала именно его вилла.

Однако минута славы мистера Маккенны длится недолго. Проинструктировав Юсуфа о том, что младший работник обслуги должен получить письменное предупреждение, я направляюсь на свою виллу. И тут мне звонит Бернар. Он сообщает, что шейх пригласил в гости какую-то компанию и что они уже летят из Сингапура. Бернар уже выслал судно, чтобы доставить гостей, прибывающих вечерним рейсом. Сегодня около десяти часов вечера они должны быть на острове. Конечно же, мы ожидали нечто подобное. Всегда приятно, когда твои предположения подтверждаются.


Опять же всегда приятно чему-то удивляться. Кейт и я сидим в гамаках с надписями «он» и «она» и любуемся звездным небом, когда звонит Бен. Он сообщает, что около бутика и ресторана произошел несчастный случай и он был бы рад моей помощи. Я выскакиваю из гамака и быстро направляюсь к багги, оставляя Кейт вздыхать и смотреть на звезды в ожидании возможности снова оказаться вместе и открыть очередную бутылку шампанского.

Прибыв на место происшествия, не могу разобрать, что происходит. Лица мистера и миссис Томпсон пылают от гнева, а няня-испанка и двое детей плачут.

Бен бежит мне навстречу.

— Хреново, чувак, очень хреново, — говорит он, качая головой. — Даже и не знаю, что здесь случилось. Всего минуту назад я разговаривал с четой Томпсон, объясняя, что сначала мы должны забрать другую пару, перед тем как ехать к ресепшену заказывать яхту, которая доставит их к самолету. И потом я узнаю, что багги упал в море.

— Что? — изумляюсь я, склоняясь над перилами причала и глядя на океанскую зыбь и кучу плавающих чемоданов. — Со всем багажом?

— Со всем багажом, — вторит Бен.

— А что с водителем?

— Он здесь, понемногу отходит. Выпрыгнул в тот момент, когда машина стала падать, — объясняет Бен.

— И что?

— Он нажал на педаль газа вместо тормоза, — поясняет Бен.

— Ах вот как…

— Наши вещи нужно доставить на самолет, — требует миссис Томпсон.

— Немедленно, — подтверждает мистер Томпсон.

Когда они начинают топать ногами, жаловаться, кричать и качать права, парочка водителей багги подходят с их чемоданами. С них капает вода, и они все в песке.

— Послушайте, — начинаю я разговор, — я сейчас же распоряжусь, чтобы в прачечной немедленно приступили к работе специалисты по химической чистке, и, когда все будет сделано, мы вышлем вам ваши вещи.

Англичане некоторое время колеблются, не решаясь что-либо сказать в ответ. Как будто я собираюсь сбежать вместе с их вещами. Но только когда я прихожу в прачечную, мне все становится ясно. Мы с водителями открываем каждый чемодан и обнаруживаем, что они доверху набиты маленькими сувенирами, унесенными из отеля. Это просто целый клад. Тут халаты и тапочки, полотенца, вешалки, мыльницы, свечи… Словом, Томпсоны обчистили всю виллу.

Мы всегда готовы к проявлениям мелкого воровства. В первую очередь исчезают халаты, далее по популярности идут вешалки и шлепанцы. Но что странно, иногда люди берут пепельницы, сделанные из настоящей меди и действительно тяжелые. В каждой комнате есть прайс-лист, что должно бы предотвратить воровство. Иногда мне кажется, что люди крадут вещи в ожидании, что они появятся в итоговом счете. Однако с такими расценками, как у нас, мы решили, что несколько мыльниц и вешалок вполне можно зачесть в стоимость проведенной на вилле ночи — а это около двух тысяч долларов. Уборка в комнатах обходится нам всего в десять долларов, потому что рабочая сила здесь крайне дешевая. Вот и получается, что добавлять халат стоимостью в триста долларов к счету в сорок тысяч долларов попросту смешно.

Но этот случай способен побить все рекорды воровства. Семейство Томпсон прихватило все, что не было прибито или прикручено. Я осматриваю вещи с ребятами из прачечной — и мы находим кучу всякого барахла общей стоимостью около трех тысяч долларов. Мы в растерянности смотрим на это проявление ненасытной клептомании, и затем один из парней спрашивает у меня, что делать.

— Почистите и упакуйте, — велю я. — Чтобы они поняли, что мы все знаем, и не забывали об этом. Надеюсь, теперь они не станут жаловаться, что их вещи утонули в море.

Оставляю работников прачечной за их занятием и по пути домой звоню Бену. Только для того, чтобы удостовериться, что он справляется с проблемой, как вытащить багги стоимостью двадцать четыре тысячи долларов из воды, не повредив машину. Бен сообщает, что вызвал кран и вместе с шестью парнями они собираются вытащить багги на пляж еще до начала прилива. Желаю ему удачи и направляюсь домой. До смерти хочется выпить.

Вернувшись на виллу, замечаю, что Кейт нигде нет. Я почти был уверен, что она спит. Но кровать пуста. Наконец нахожу ее на заднем дворике рядом с бутылкой вина, двумя стаканами и биноклем, настроенным на виллу, расположенную по другую сторону небольшого залива.

— Боже мой, — шепчет она. — Ты просто должен посмотреть на это.

— На что?

— На это! — говорит она, вручая мне бинокль. — Смотри прямо.

Я прищуриваюсь, привыкая к линзам, и немного подправляю фокусировку. На пляже у шейха и его друзей вечеринка. Шейх развалился на ковре, и его взгляд устремлен в сторону моря. Рядом устроился его первый помощник. Оба увлечены беседой и курят кальян.

— Ну, курят, что здесь такого? — удивляюсь я, отдавая ей бинокль.

— Посмотри внимательно, — настаивает Кейт.

Снова беру бинокль и, приглядевшись получше, замечаю, что мужчины не только курят кальян, но в то же время пользуются услугами проституток. Они сидят на ковре, глядя на море и болтая, в то время как головы проституток двигаются вверх-вниз над их бедрами.


Пятница, после обеда | Пляжный Вавилон | Суббота, утро