home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement





Глава 18 ПУТЬ ДОМОЙ

Надо несколько слов сказать о наших фотографиях. Из 82 человек, принимающих участие в экспедиции, добрая половина вооружена фотоаппаратами. Другая половина с нескрываемым удовольствием наблюдала за тем, как ее фотографировала первая половина. На корабле все делились на тех, кто фотографировал и кого фотографировали. На «Швабии» можно было обнаружить всевозможные фотокамеры. «Знаком времени» было то, что преобладали малоформатные аппараты: «Контакс», «Лейка», «Кине-Эксакта». После того как стали применяться новые растровые принципы, при их помощи можно было даже делать цветные фотоснимки. На самых четких снимках можно было разобрать даже дальние детали. При помощи телеобъектива можно было приблизить изображение. Чаще всего я использовал «Кине-Эксакту» с 18-сантиметровым объективом. Однако предметом моей особой гордости была камера «Контакс» с 30-сантиметровым объективом. Это была настоящий телескоп, приделанный к фотокамере. По этой причине я использовал ее крайне редко, только тогда, когда надо было снять удаленные объекты.

Но также имелись в наличии и крупноформатные камеры. К их числу принадлежала «Макина» (6 х 9) и маршрутные фотокамеры, установленные на самолетах. О них заботились наши корабельные фотографы: Бундерман и Заутер. Нами было сделано приблизительно 11600 снимков форматом 18x18 сантиметров. Наш корабль вез их домой. Именно из этих снимков вообще и возникла антарктическая земля Новая Швабия. Все пленки и пластины находились во время возвращения в специальных железных ящиках. Сразу же по прибытии в Гамбург они были направлены в Берлин в фирму «Ганза-Люфтбильд», которая специализировалась на аэросъемках. 11600 снимков были обработаны самым современным методом.

Я упомянул отнюдь не все важные фотоаппараты, имевшиеся на корабле, так как до настоящего времени ни словом не обмолвился о «пушке».

«Пушка» была настоящим монстром, представлявшим собой железную трубу длиной примерно в метр и диаметром в 30 сантиметров. Ее венчал прямо-таки чудовищный объектив, чей наружный диаметр превышал 30 сантиметров. Сзади находился маленький деревянный ящик с фотографическим диском и затвором. Вес этого аппарата составлял приблизительно полтора центнера.

У объектива этой чудесной камеры фокусное расстояние составляло 80 сантиметров! Я был просто счастлив, когда ее увидел в первый раз. Использовать ее мы стали много позже и не очень часто. К сожалению, она работала отнюдь не идеально, так как затвор был слишком старым. Эта камера предназначалась для того, чтобы фотографировать уделенные объекты, например, айсберги или кромку шельфового льда и т.д. Однако я предпочитал использовать для этих целей свою маленькую камеру или камеру с телеобъективом.

Между тем невозможно не очароваться творчеством Эдгара Уоллеса! Барклей даже пошел на то, чтобы стать воришкой. Около часа ночи он вскрыл мою каюту и стащил книжку. Первую половину всего следующего дня я провел

Загадочная экспедиция. Что искали немцы в Антарктиде?

Установка «фото-пушки» на «Швабию»

в поисках книги. Пока не заметил, что ее тайком читают во время посещения клозета... Ну просто уму непостижимо!

25 марта в 16 часов мы миновали экватор. Наконец-то мы оказались в родном Северном полушарии!

29 марта, стало заметно холоднее. Убираем тент, который спасал пингвинов от палящего солнца. По курсу возникают острова Карверден.

По польскому радио предвещают начало новой большой войны. Война? Теперь все наши разговоры вращаются только вокруг этой темы. На время коротких сообщений мы даже прекращаем играть в пинг-понг.

1 апреля состоялся последний концертный вечер на корабле. Матрос Хок выступает в роли индийского факира, который читает мысли на расстоянии. Рунке рассказывает несколько более-менее приличных анекдотов, которых он знает великое множество. Затем мы выходим на палубу. В небе видна Большая Медведица. Но мы еще недостаточно продвинулись на север, а потому созвездие стоит на голове, а Полярная звезда висит где-то над горизонтом. Мы находимся еще только на 26° северной широты.

На следующее утро мы видим Канарские острова. Пики Тенерифе легко различимы на фоне розово-красного неба.

Мыс Финистерре! Когда-то он считался самой окраиной мира. Брунс рассказывает, как несколько лет назад «Швабия» были вынуждена останавливаться в этих краях, чтобы забрать самолет, севший в утесах.

9 апреля. Пасха. Мы выходим из канала. Сияет солнце.

Мы совершаем воистину праздничную работу—упаковываем ящики и надписываем их.

Из нашей радиорубки можно позвонить «домой», как из телефона-автомата. Мы настолько близко к родной земле,

Загадочная экспедиция. Что искали немцы в Антарктиде?

что можно было бы сказать: «Конечно, я скоро буду, ты можешь ставить картошку на плиту!»

При этом мне вспоминается прекрасная история, которая произошла с нашим капитаном Краулем во время прошлого рейса. Крауль на китобойном судне «Ян Беллем» достиг самого южного пункта своего плавания. Он прибыл к антарктическим льдам и посредством этого чудного радиоустройства смог связаться со своей женой в Гамбурге. Надо было просто сказать: звонок от кромки антарктических льдов до Гамбурга! Пожалуйста, не уходите от аппарата! Представляю ваши глаза, если бы у вас сегодня после обеда зазвонил телефон и служащая, работающая на междугородной линии, сообщила: «Оставайтесь на проводе, сейчас вам будут звонить из Антарктики!»

Итак, Крауль звонит своей супруге. Заказан разговор длиною три минуты. Крауль беседует, смотрит на часы, так как время связи исключительно дорогое. Аналогичным образом фрау Крауль смотрит на часы и после трех минут беседы говорит: «До свидания». Однако ее дражайший супруг все еще что-то слышит в наушниках. Он не может так просто расстаться с «домашним очагом», а потому ожидает еще какое-то короткое время. И внезапно он слышит, как телефонный служащий говорит с его женой:

«Ну, как все прошло, фрау Крауль? Не правда ли, радиосвязь — это замечательная вещь. Вы можете беседовать из соседней комнаты с супругом, который находится на Южном полюсе! Надеюсь, вам понравилась эта услуга?»

В ответ: «Слышимость была идеальная, как будто он звонил из соседнего офиса. Но в этом-то и ужас, я слышала, что он продолжает шепелявить...» На этом связь оборвалась. Но и этого хватило, чтобы разгневанный супруг решил: баста! На следующее утро у фрау Крауль на столе уже лежала телеграмма со следующим текстом: «Я не ше-

пелявлю. Отто». Лишь четыре месяца спустя фрау Крауль поняла, в чем заключался сакраментальный смысл этой лаконичной телеграммы.

10 апреля. «Швабия» стоит перед плавучим маяком «Эльба-3». Погода отличная. Возвращаться домой надо именно в такую хорошую погоду! Все прибираются. Даже пингвины и те чистят свои перья.

Капитан Ричер прикрепляет к черной грифельной доске следующий текст:

«Товарищи!

Немецкая Антарктическая экспедиция 1938—1939 годов заканчивается. Мы провели вместе четыре месяца, полных хлопот и переживаний. Наша экспедиция осуществлялась и в хорошие, и в плохие дни. Это показывают результаты нашего предприятия, которые являются и вашим личным успехом. Мы смогли справиться с поставленными задачами, так как шли в одной упряжке, поддерживали друг друга, один отвечал за другого.

Как руководитель этого настоящего рабочего сообщества, с большой радостью благодарю вас всех: летчиков, наших сотруд ников, ученых, моряков, инженеров. Я сердечно благодарю вас за вашу беззаветную веру в наш успех. Я надеюсь, что каждый из вас будет с гордостью и радостью вспоминать о нашем путешествии, которое подходит к концу.

Разрешите пожелать вам успехов в будущей деятельности и благополучия в жизни!

Руководитель экспедиции».

11 апреля. Куксхафен. Некоторые из участников экспедиции, которые не смогли дождаться нашего официального возвращения и раньше сошли на берег, стоят на пирсе и машут нам платками.


Глава 17 БРАЗИЛИЯ | Загадочная экспедиция. Что искали немцы в Антарктиде? | cледующая глава