home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Киев. Июль 1986 года

Через два месяца Цой снимается еще в одном фильме – «Конец каникул». Съемки проходят в Киеве. Но пока группа КИНО еще на борту самолета, приземлившегося в аэропорту «Борисполь».

Женский голос объявляет по трансляции:

– Тильки що прызэмлывся летак из Лэнинграду…

Эта фраза веселит музыкантов. К самолету подъезжает трап. Стюардесса открывает дверь и из белого брюха «Ту-134» поочередно выходят Цой, Каспарян, Тихомиров, и Гурьянов. Все одеты в черное, все держат гитарные кофры, кроме Гурьянова. На нем светлая футболка, клетчатые штаны. На фоне остальных пассажиров КИНОшники смотрятся инопланетянами.

В вестибюле их встречает парень лет двадцати с хвостиком – студент режиссерского факультета Сергей Лысенко. И пока они идут по коридорам, Сергей рассказывает о последствиях чернобыльской аварии:

– Ну, подумаешь, бабахнуло! Жизнь все равно продолжается! Просто надо пить как можно больше красного сухого вина, и никакая радиация вам не страшна…

Они быстро добираются до гостиницы «Славутич», где для группы забронированы места, подходят к дородной тетке-администратору, восседающей за стойкой. Она расплывается в широкой улыбке:

– Здраствуйте, хлопчыкы!

– Здравствуйте, у вас должна быть бронь на КИНО.

– Так кино вжэ було, всэ знялы и давно пойихалы.

– Да, нет, это не то кино. Это просто группа такая.

– Ось я и кажу, шо була киногрупа, алэ вжэ всэ зняла и пойихала. Щэ вранци.

– Да нет, вы нас не поняли…

– Та всэ я прэкрасно розумию – пойихалы вси давно! Ни рэчэй, ни людэй, ничого нэ лышилось!

– Ладно, давайте проверим по паспортам. У вас должна быть бронь. Вот, Цой, Каспарян, Тихомиров, Гурьянов…

– Чэкайтэ, чэкайтэ, нэ так швыдко… Щэ раз…Хто першый?

– Цой…

– Виктор Робертовычъ?

– Да.

– Так, есть бронь на такого… А вы кажэтэ – кино!? – тетка выразительно смотрит на молчаливого и абсолютно невозмутимого Цоя, сравнивая фото в паспорте с лицом оригинала, – якэ ж цэ кино?


В лифте музыканты сталкиваются с парой пожилых интуристов.

– Вам какой этаж? – спрашивает у иностранцев Виктор.

– Эйт фло, плиз, – отвечает мужчина.

– Нам выше, – говорит Цой и жмет на цифру «8».

Двери закрываются, и лифт плавно идет вверх.

КИНОшники смотрят на световой указатель и начинают хором отсчитывать этажи:

– Два… три… четыре… пять…

Интуристы – люди терпеливые и все происходящее воспринимают абсолютно невозмутимо: мол, и не такое видели в своей жизни.

– Плиз, эйт фло, – говорит Цой.

– Сенкью вери мач! – отвечает ему иностранец.

Шаркая ногами, они, не торопясь, покидают лифт. Цой жмет на цифру «10», дверь закрывается, и все давятся смехом.


Съемки происходят на площади Дзержинского в Киеве. КИНОшники в витрине «Дома музыки» исполняют песню «Закрой за мной дверь, я ухожу». После того, как Виктор трижды в финале песни пропевает слова: «Закрой за мной дверь, я ухожу», студент-режиссер объявляет в мегафон:

– Стоп! Снято! Можно перекурить.

Музыканты, возглавляемые Цоем, бегут на лужайку в самый центр площади Дзержинского. Они начинают дурачиться прямо под ногами прославленного чекиста: прыгать, изображать рукопашный бой. С другой стороны площади на их буйство взирают два постовых.

– Нам только скандала здесь не хватало, – говорит Лысенко, направляясь к памятнику.

Лысенко подходит к КИНОшникам, валяющимся как дети на траве, что-то им говорит, и те, словно ужаленные, вскакивают на ноги. Во время следующего дубля, когда музыканты снова стоят в витрине за стеклом, кто-то из бригады спрашивает Лысенко:

– Серега, а что ты им сказал?

– Ничего особенного. Просто брякнул, что в траве до фига радиации.


Ленинград–Москва. Май 1986 года | Цой: черный квадрат | Ленинград. 3 июня 1987 года