home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



VII. Популярная политика, политика зрелищ

По отношению к народу, с которым считались из-за его многочисленности, — а это в первую очередь касается римского плебса, императорская политика была, главным образом, политикой общественной благотворительности. Решение о передаче выборов нижних магистратур из сената народу, казалось, в действительности не было определяющим для него; кандидаты должны были принадлежать сенаторскому сословию и обладать собственностью в миллион сестерциев. Это не касалось только плебса, представители которого могли начать политическую карьеру, став квестором. Новое проявлялось в другом — принуждать кандидатов в квестуру, в трибунат плебса и в городское управление принимать участие в избирательных кампаниях, привлекать зрителей, давая им чрезмерные обещания, чтобы заслужить народную похвалу. Сенаторы несли при этом немалые расходы, но римский плебс радовался, имея больше зрелищ

При распределении денег в 37 году увеличился налог: Тиберий ввел сбор в 1% на сделки. Этот налог стал непопулярным и привел к росту социальной напряженности. Калигула его упразднил в два этапа: сначала он его сократил на 0,5%, а в 38 году полностью отменил. Калигула не только упразднил непопулярный налог, но и создал защитный механизм, хорошо пригодный для сделок, когда ввел в оборот мелкие медные монеты.

Но основа его популярности коренилась в другом: снабжение Рима и организация публичных увеселений. В хрониках не отражено, как решалась продовольственная проблема в период его принципата. Однако известно, что многое делалось для улучшения водоснабжения столицы. В 38 году начали строить акведук Клавдия (Aqua Claudia), восьмой городской акведук, строительство которого завершили в 52 году. Он был длиной около 70 километров и стоял более чем на десяти арках. Емкость его составляла 184 000 м3 в день. Начал строиться также акведук Anio Novus 86 километров длиной с подачей воды 189 500 м3. Клавдий, преемник Калигулы, завершил эти постройки, позволившие жителям Рима иметь в своем распоряжении ежедневно более 900 литров на человека, или в два раза больше, чем количество воды на человека в конце XX века; но, на самом деле, что касается урегулирования подачи воды, ее большая часть терялась без применения. Управляющий водоснабжением Элий Дидий Галл, новый нобиль Тиберия, бывший консулом в 39 году, исполнял свою должность с 38 по 49 год во время правления двух принцепсов.

Однако более всего характеризует популистскую политику Калигулы его страсть к организации зрелищ. Известно, что Калигула страстно любил некоторые развлечения, не только как зритель, но и как участник. Его склонность к ораторскому искусству, которое он довел до больших публичных декламаций, напоминающих хорошо поставленный спектакль, нашла свое воплощение в выступлениях перед сенатом, народом или в частных собраниях. Он страдал, что мог заниматься искусством танцев только перед несколькими близкими друзьями. Чтобы управлять колесницами, он имел в своем распоряжении огромный частный ипподром на правом берегу Тибра; там он мог упражняться, но никогда сам не отваживался участвовать в публичных состязаниях наравне с теми, кто состязался в Цирке.

Усердие, которое он проявлял как зритель в многочисленных публичных зрелищах, было замечено, но его вкусы подчас расходились со вкусом большинства граждан, особенно когда речь шла о театре. В Риме было три основных зала: самый старый, театр Помпея, за перестройкой которого наблюдал Калигула, имел 17 580 мест; затем еще было два театра эпохи Августа: театр Марцелла, вместимость которого составляла 20 500 зрителей, и театр Бальба, который мог вместить 11 510 зрителей. Театральные представления сопровождали народные празднества. Наряду с устоявшимся репертуаром, который состоял из пьес Энея, Платона и Теренция, было много современных комедий и драм. Самым известным считался «Лавреол» Катулла, где рассказывалось о подвигах разбойника — краснобая и наглеца, закончившего свою жизнь на кресте.

Наряду с этим историческим примером, где преступник был наказан, можно напомнить и о творениях Кинирея и Мирры (Cinyras et Myrrha) об ужасной истории кровосмешения. Театр был искусством поведения и красноречия, где публика желала видеть известных актеров. Существовало также искусство пантомимы, которое приобретало все больший и больший успех, и гистрионы (комедианты) имели своих фанатиков. Тиберий, раздраженный потасовками, которые иногда сопровождали представления, часто высылал актеров; это были, в основном, вольноотпущенники, люди невысокого происхождения или рабы, которые сопровождались до своего дома во время их успеха настоящими триумфальными шествиями поклонников, где фигурировали сенаторы, всадники, женщины и дети. Тиберий боролся против такой практики. При Калигуле театральная жизнь вновь стала прекрасной, со всеми своими излишествами, и император сам увлекся трагическим актером Апеллием и обращался с ним как с другом. Мнестер, мим, также был его товарищем. Светоний отмечал, что песни и танцы приводили принцепса в наивысшую степень восторга и он не любил, если кто-то мешал ему наслаждаться искусством. Он удалял всех, кто хоть немного шумел, когда танцевал Мнестер. В целом, любовь к театру была в большей степени делом образованных молодых людей, сенаторов и всадников, чем народа. Калигула старался увеличить распределение почетных мест и пытался изо всех сил убедить людей пойти на те представления, которые особенно ценились общественной элитой; нередко известие о гладиаторских боях лишало театры всех зрителей.

Народ охотно шел и на гонки колесниц; Большой цирк в то время мог вместить 150 000 зрителей. Первоначально эти скачки были ритуальными действиями и братья-арвалы, например, всегда проводили бега по случаю различных церемоний. Калигула наследовал у своего отца любовь к лошадям и сам занимался этим искусством. Он начал строительство нового общественного цирка в Ватикане, которое было завершено его племянником Нероном: его длина была пятьсот метров от апсиды римского собора Святого Петра до входа на площадь Святого Петра. Он был украшен 25-метровым обелиском, который Калигула привез из Египта на огромном корабле, специально для этого построенном и который стал на якорь в Остии; этот шпиль из каменного ясеня после 1586 года стал центром площади Святого Петра. Бега в цирке представляли собой соревнования между четырьмя группировками — Зелеными, Голубыми, Красными, Белыми, каждая из которых имела своих приверженцев. Калигула был за Зеленых, и он не чурался пойти позавтракать среди наездников этой группировки в их клубе. Говорят, что во главе каждой из этих больших «конюшен», которые собирали собственников лошадей, стояли, в основном, значительные лица, которые принадлежали к римским всадникам. Гонщики, по своему общественному происхождению, были из очень скромных семей, и здесь речь идет о способе продвижения по социальной лестнице. Калигула сильно привязался к одному из них, Этиху. Многочисленные молодые нобили составляли кампанию императору, среди них — сын наместника Сирии, Вителлий, на три года его моложе, который уже был его товарищем на Капри. Пристрастие Гая нисколько не было исключительным, и можно сказать, что в Риме все и каждый восторгались скачками, обсуждали подвиги своих чемпионов и держали на них пари. Калигула поступал как обыкновенный римлянин, но, очевидно, все устремляли глаза на императора, который слишком сильно показывал это пристрастие, разделяя его с народом. Делал ли он лишнее или нет, согласно своим убеждениям, беря полноту всего контроля? В 38 году казалось, что он не заслужил еще такую критику.

Помимо театральных представлений и скачек большой популярностью пользовались бои гладиаторов. Тиберий свел к минимуму количество боев на арене. В то время Рим располагал только амфитеатром, возведенном на Марсовом поле в августовскую эпоху. Помпеи или Путеолы имели каменный амфитеатр начала I века до н.э., в то время как римляне довольствовались временными строениями из дерева, которые сооружались на Марсовом поле. Калигула снял ограничения, наложенные Тиберием, и поощрял действующих магистратов давать зрелища, которые он сам же нередко организовывал. Согласно Плинию Старшему, Калигуле принадлежали 20 000 гладиаторов. Эта цифра огромна, если ее сравнивать с ограничением в 100 пар, установленным Тиберием. Гладиаторы, которые находились в незавидном положении во время правления Тиберия, вновь обрели былую роль. Впрочем, Калигула был с лихвой превзойден своими наследниками: Траян с 7 июля по 1 ноября 109 года устроил бои десяти тысяч гладиаторов. Калигула любил сильные ощущения, и агония другого человека доставляла ему удовольствие, так же как и искусное фехтование. Гладиаторов учили умирать с изяществом. Два дяди Калигулы также имели репутацию поклонников амфитеатра: Друз II, сын Тиберия, предпочитал, чтобы солдаты тренировались, получая максимум ран с обильным кровотечением. Что касается Калигулы, то он получал большое удовольствие от боев гладиаторов-рейтаров, поскольку те не имели шлемов с забралом, что позволяло видеть на их лицах боль и ужас агонии. Калигула сам пристрастился к хорошему фехтованию и был горячим поклонником «маленького щита», т.е. тяжело вооруженного гладиатора, «трака». Были случаи, когда пятерых рейтаров оставляли сражаться без какого бы ни было оружия, с «траком», чтобы, вероятно, доставить удовольствие императору. Он имел среди «траков» любимчика, Студиоза, у которого правая рука была длиннее левой и это давало ему возможность часто побеждать. Все эти поступки были замечены, но не стоит преувеличивать жестокость Калигулы в амфитеатре. Ему приписывали неумеренное пристрастие к крови, тогда как Калигула интересовался, в основном, искусством боя.

Ни театр, ни гонки колесниц или бои гладиаторов не было чем-то новым: все существовало и до Калигулы в публичных, официальных проявлениях. Он довольствовался лишь увеличением числа скачек и увеличением количества гладиаторских игр и нанятых гладиаторов. Считают, что иногда он делал расчет на то, чтобы отправить больше уголовных преступников убивать друг друга или отдать их на съедение животным; это и есть те изменения, которые он внес, а его последователи сохранили новшества и улучшили качество зрелищ. Светоний или Дион Кассий не могли понять Калигулу и преувеличили его жестокость, которая, на самом деле, была не больше, чем жестокость его современников всадников или сенаторов. Одни сожалели о переменах. Это были сенаторы, ставшие магистратами, поскольку им пришлось намного больше тратить, чтобы повиноваться воле принцепса и единодушному желанию народа. Калигула начал строительство амфитеатра, но стройка была заброшена, и только через сорок лет Веспасиан и Тит построили Колизей, который заменил старый августовский амфитеатр, сгоревший при пожаре в 64 году. Политика зрелищ после Юлия Цезаря была существенным элементом управления Римом, чем не пренебрегал и Август. Несомненно, получая удовольствие, Калигула действовал с большей естественностью, чем его знаменитые предшественники, и никакой император впоследствие не превзошел его.


VI. Болезнь принцепса не приводит к политическим переменам | Калигула | VIII. Друзилла, очень дорогая сестра