home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement










2

Крохотный серебристый прямоугольник, косо опрокинувшийся на пол – вот все, что осталось от всего снежного великолепия. В чернильной темноте сарая он казался волшебным зеркалом, забытым здесь беспечными феями.

– Осторожно.

Пропустив его внутрь, мужчина плотно закрыл входную дверь, захлопнул ставень, включил фонарь и обвел лучом помещение, большую часть которого занимал большой легковой автомобиль. На оставшейся территории в образцовом порядке разместились бочки, ящики, лари, стенные полки, забитые садовым инструментом, прислоненные к стенам лопаты, ведра, большая автомобильная масленка…

Мужчина пристроил фонарь на крышу автомобиля, неожиданно легко поднял и перенес в сторону огромную бочку, после чего сунул руку в стоящий у стены ящик.

На глазах у Доре часть освобожденного от бочки пола бесшумно приподнялась.

– Видал? – полностью открывая люк, довольно усмехнулся мужчина, – тысяча и одна ночь, включая и твою Шахерезаду… – он забрал с машины фонарь и первым спустился на ступени, – пошли. Осторожней, перил нет.


– Ну, как? Здорово, правда?! – дождавшись, пока Доре спустится вниз, мужчина с гордостью обвел рукой обшитый деревом вместительный подвал, меблированный двумя узкими жесткими кроватями, столом и парой табуретов.

– Да…

– Ну, что стоишь? Неси сюда, – мужчина сдернул с ближайшей кровати покрывало и суетливо взбил подушку, – клади.

– Надо позвать отца. Он врач…

– Отец в деревне. Клади, говорят.

Жан осторожно опустил Этьену, разогнулся и замер, услышав, как за спиной тихо заскрипели ступени.

– Расслабься, – мужчина крепко хлопнул его по спине, – это моя жена Клод. Жан быстро обернулся.

Перед его глазами мелькнули черные ботинки, темно-бордовая юбка, черный вязаный платок, наброшенный поверх светлой кофточки, светлые, стянутые в пучок, волосы.

– Поставьте, пожалуйста, на стол, – спустившись, женщина протянула Жану тяжелую, прикрытую клетчатой салфеткой корзину.

Жан молча принял корзину.

– Прибавь свет.

– Хорошо, – мужчина пропустил жену вперед и укрепил под потолком фонарь, – так?

– Да.

Клод подтянула к кровати табурет и села, заслонив своим телом Этьену. Жан невольно потянулся вперед, сузившимися глазами внимательно следя за тем, как женщина отвернула рукава плащей, нащупала пальцами запястье.

«Один, два, три…» – боясь помешать считать, он невольно затаил дыхание.

Клод отпустила руку и тщательно расправила сбившиеся рукава.

– Что?

– Пульс учащенный…. Поставьте, пожалуйста, корзину.

– Да, – Жан так поспешно развернулся к столу, что промелькнувшая перед глазами стена обморочно качнулась ему навстречу, – конечно.

Он с размаху опустил корзину и, теряя равновесие, тяжело навалился руками на столешницу.

В затылок словно воткнули обжигающе холодный кусок льда.

Холод медленно пополз по позвоночнику, стек к пальцам… в ушах загудело, перед глазами повисла дрожащая грязно-серая муть, сквозь которую едва просвечивала черная с белыми полосками ткань салфетки.

«Как на негативе… – чувствуя, что окружающий его мир, как старая гнилая ветошь, расползается вокруг него в разные стороны, он попытался сосредоточить своё внимание на растворяющейся салфетке, – спазм… – отметив, что от холода больно стянуло виски, отрешенно подумал Доре, – кажется, я сейчас грохнусь в обморок… переверну стол и растянусь во всю длину подвала…»

Звон в ушах стал почти нестерпимым, свет полностью пропал.

«… переверну стол и корзину… – уже не ощущая себя, он всё ещё продолжал цепляться пальцами за дерево, – растянусь… буду мешать…»

Стыдно здоровому мужчине падать в обморок! Даже если он смертельно устал, даже если выложился до последнего.

«Нет!.. Не сейчас…»

Если бы он мог наорать на себя, то наорал бы! Или выругался! Или…

Не мог. Ничего не мог. Даже ударить глупой головой о стену. Разве только прекратить бесполезное сопротивление, отпустить себя, позволить высушенному холодом телу упасть на пол…

Но где он, этот пол? Вокруг не осталось ничего кроме темноты и сводящего с ума звона в ушах, за который его сознание вцепилось с таким же остервенением, с каким впились в край стола сведенные судорогой пальцы. Пока он его слышал, он боролся!

Секунда, две, три…

Дойдя до своего апогея, звон стал непостижимым образом преобразовываться в свет. Даже не в сам свет, а некое ощущение света, как если бы в густом ночном тумане где-то вдалеке загорелся фонарь.

Вернулось ощущение холода, но в следующую минуту его окатило струей такого удушающего жара, что тело моментально покрылось потом и затряслось в крупном ознобе.

«Всё, – осознав, что всё ещё стоит, уткнувшись взглядом в мутно-белую полосатую салфетку, отрешенно констатировал мужчина, – перетерпел… не упал-таки…»

– Помоги снять….

– Сейчас…

«Меня!» – ещё не совсем владея собой, он слишком резко оттолкнулся от стола, развернулся, чуть не падая, протиснулся между стеной и сидящей у кровати женщиной, ухватился рукой за спинку кровати и замер, рассерженно сверля глазами затылок сидящего на кровати мужчины.

– Я сам!

Мужчина оглянулся, наткнулся глазами на его лицо, встал и уступил место. Жан неуклюже сполз на кровать.

– Согрей вина, – подбирая под себя ноги, попросила Клод.

– Хорошо, – протискиваясь мимо неё к столу, наклонил голову мужчина.

– Приподнимите её, – Клод уже расстегнула на Этьене плащи, выпростала из широких рукавов руки.

Помогая избавиться от плащей, он легко, как ребенка приподнял девушку над кроватью: «Какая же ты горячая!» Ему вдруг показалось, что за время блуждания под землей она стала ещё тоньше и легче.

«Глупости!.. Откуда я знаю, если никогда раньше не держал её на руках? Это она меня тащила…»

– Опускайте, – устав ждать, нетерпеливо напомнила Клод, – что с ней произошло?

– Она сильно замерзла… – понимая, что не сможет ничего вразумительно объяснить, тем не менее, попытался объяснить Доре, – очень сильно… и устала… Мы шли от моста…

– Ничего себе! – занятый спиртовкой мужчина удивленно обернулся.

– Поднимите её повыше.

Распахнув платье, женщина прижалась ухом к груди, долго вслушивалась в дыхание, потом ложкой разжала Этьене зубы и заглянула в рот.

– Что? – охрипшим от волнения голосом, не сказал – прокаркал Доре, – что?

– Трудно сказать… опускайте, – она помогла уложить девушку на кровать и до самой шеи укутала толстым пушистым одеялом, – легкие, кажется, чистые. Надеюсь, только сильная простуда и переутомление.

«Слава богу!» – сам не зная, чего он боялся, Доре медленно, с присвистом перевел дыхание.

– В постели так загонял, что ли? – беспечно хохотнул мужчина.

В первый момент он даже не уловил смысл услышанной фразы. Так и пропустил бы, не почувствуй, как рядом настороженно замерла Клод.

– Что? – медленно, как слепой, Доре поднял голову, – что ты сказал!?.. – на заледенелом лице жестко блеснули васильковые прорези глаз.

– Извини…

Жан перегнулся через кровать, схватил мужчину за рубашку и рванул на себя.

– Ты… если ты только!..

– Прекратите! – попыталась встрять между ними Клод.

– Мерзавец! – ослепнув от бешенства, Жан продолжал тащить противника на себя.

– Да шучу я, шучу! – беспомощно размахивая руками, отчаянно заорал мужчина, – пусти, ненормальный!

– Прекратите!!

Клод схватила кружку и выплеснула вино Жану в лицо.

Подогретая жидкость попала в глаза, рот, струйкой потекла под рубашку. Жан растерянно сморгнул, отчего в глазах защипало.

– Пусти, идиот! – мужчина отчаянно рванулся в сторону, но, осознав, где он находится, Жан уже сам опустил руки, – ты что, с ума сошел?

– Прекрати, Рене, – попыталась остановить мужа Клод.

– Кретин! – оглядывая себя, ещё больше взъярился Рене, – ты же мне все пуговицы оборвал!

– Прекратите!!

Уловив смену ритма дыхания больной, женщина поспешно склонилась над кроватью:

– Подушку!

Рене схватил со второй кровати подушку.

– Сюда… голову выше… вина…

– Сейчас… отойди! – мужчина бесцеремонно отпихнул Жана в сторону, – черт, одеяло намочили, – на белом пододеяльнике растеклась кроваво-красная лужа, – что стоишь? Давай сухое.

Жан поспешно протиснулся мимо, сдернул со своей кровати одеяло.

– Давай, – забрав сухое, Рене всунул в его руки мокрое, – не мешай.

– Что с ней?

– Откуда я знаю.

– Вина!

– Отойди, – Рене метнулся к столу.

Жан попытался пробраться к кровати, но его опять отпихнули в сторону.

Тогда он отступил к стене, прижался спиной к доскам и замер, напряженно следя за суетой у кровати: Этьену приподняли, почти посадили на постели. С того места, где он стоял, были видны укрытые одеялом ноги и белая (как неживая!) рука, безвольно лежащая поверх пододеяльника.

Ему показалось, что пальцы шевельнулись.

– Что?!

– Не мешай! – отмахнулся Рене, – сядь вон там, – ткнул локтем в сторону второй кровати, – сядь там и заглохни. Без тебя справимся.

Жан покорно сел на матрац.

– Не волнуйтесь, – не поднимая головы, успокоила его Клод, – всё прошло.

– Что, прошло?

– Не твоё дело. Какого … ты вообще лезешь? – не вставая с места, выкрысился на него мужчина, – сказано, прошло, значит, прошло… ешь, давай.

Жан растерянно оглянулся вокруг, только сейчас заметив, что корзина уже разобрана и на столе, рядом со спиртовкой пристроилась плетенка с хлебом, миска с холодным мясом и сыром, кружка и объемистая бутыль. Даже не разбираясь, что в бутылке, Доре налил полный стакан, единым духом выпил и опять присел на кровать…


– Как он там? – опорожнив кружку, женщина устало разогнулась.

– Спит… хоть бы пиджак снял, обалдуй…

– Надо его раздеть…

– Ладно, с ним я сам справлюсь… псих… чуть душу не вытряс…

– Ты тоже хорош…

– Откуда же я мог знать… – пытаясь скрыть смущение, Рене опустил глаза и завозился с воротом рубашки, – у него никогда ничего серьезного не было… бабы на нем вечно висьма висели, но чтобы наоборот… – Рене удивленно покосился на кровать, – любопытная мордашка, но… вот не думал, что такая его зацепит…

– Значит, плохо ты его знаешь.

– Выходит, что плохо… смотри, не влюбись! – он оставил в покое ворот и свирепо сверкнул на жену глазами, – голову оторву!

– Кому?

– Обоим. А ему – не только голову…


предыдущая глава | Парадокс параллельных прямых. Книга первая | cледующая глава