home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 4

Интенсификация российско-израильского диалога в свете тенденций израильской политической жизни

Важно отметить, что в сформированном весной 2009 года правительстве Б. Нетаньяху русскоязычных министров – четверо; больше чем когда бы то ни было прежде за всю историю страны (Авигдор Либерман, Стас Мисежников, Софа Ландвер и Юлий Эдельштейн). При этом еще один видный русскоязычный общественный деятель, Анатолий (Натан) Щаранский, в прошлом бывший одним из вице-премьеров, возглавил Еврейское агентство – важнейший орган, объединяющий Израиль и диаспоры. Прекрасно говорящий по-русски член Кнессета Владимир (Зеэв) Элькин занял посты главы парламентской фракции правящей партии «Ликуд» и главы парламентской коалиции, а уроженец Москвы, профессор экономики Иерусалимского университета Евгений (Юджин) Кандель в конце мая 2009 года возглавил Национальный совет по экономике при премьер-министре Израиля. Все это не прошло незамеченным в Москве: уже в начале июня 2009 года посол России в Израиле Петр Стегний отметил в интервью, «русскоговорящая община Израиля выходит на серьезные политические рубежи. Общение на русском израильского политика и российского руководства – это определенного рода итог новой структуризации израильского общества. “Русский” фактор в Израиле всегда брался в расчет в России, ему придавалось и придается большое значение»[91]. Способность государственных деятелей высокого ранга вести переговоры напрямую, без переводчиков и сопутствующих проблем межкультурного недопонимания, вносит важный вклад в создание условий для улучшения двусторонних отношений Израиля и России.

Необходимо, однако, сделать некую оговорку. Тот факт, что для того или иного человека русский язык является родным, отнюдь не означает автоматически его симпатий к Российской Федерации как к государству. У русского языка – своя судьба, куда более «широкая», чем даже территория самой крупной страны на Земле, коей Российская Федерация как раз является. В посвященных этому вопросу психолингвистических исследованиях, выполненных на базе опросов русскоязычных израильтян еще в 1990-е годы, было однозначно установлено отсутствие какой-либо корреляции между отношением к России как стране (которое было очень и очень разным), с одной стороны, и неизменно крайне благожелательным отношением к русскому языку – с другой[92]. В конце концов, люди, беззаветно любящие ту или иную страну, редко когда навсегда покидают ее, эмигрируя в другие страны, – скорее, напротив: эмигрируют, как правило, те, чья привязанность к стране проживания не особенна крепка. Не забудем и о том, что двое из вышеупомянутых государственных деятелей – Анатолий (Натан) Щаранский и Юлий Эдельштейн – в советское время были арестованы и несколько лет провели в местах лишения свободы; едва ли они вспоминают свои отношения с советской властью с теплыми чувствами. Сегодняшний российский режим, конечно, принципиально отличается от режима советского, и за стремление к эмиграции в Израиль и за изучение иврита никого уже к уголовной или какой-либо другой ответственности не привлекают, но потерянные в тюрьмах годы людям не вернешь… Вместе с тем во многом потому, что за годы после иммиграции у многих в значительной мере постепенно развеялись связанные с нею иллюзии, как раз в ходе жизни в Израиле отношение к России нередко меняется к лучшему. В любом случае для уроженцев Советского Союза русский язык и русская культура – чрезвычайно важный символический капитал, почти все продолжают и двадцать лет после отъезда читать по-русски, а родственники и знакомые, оставшиеся на территории стран исхода, и прежде всего – России и Украины, остаются «значимыми другими». Политические лидеры общины не могут не учитывать этих настроений своих избирателей.

Несмотря на то что в последние годы в российско-израильских отношениях наметилось очевидное сближение по многим проблемам (как отмечает посол П.В. Стегний, «стратегический диалог реализуется структурированной системой политических контактов и консультаций»[93]), внутри израильского руководства существует меж тем ряд политиков, выступающих против столь активного сближения Москвы и Иерусалима. К их числу относятся такие влиятельные фигуры в правительстве Б. Нетаньяху, как первые вице-премьеры Сильван Шалом и Моше Яалон, а также завершивший в январе 2011 года свою каденцию начальник Генерального штаба ЦАХАЛа Габи Ашкенази. Все они призывают к осторожности в сближении с Москвой, приводя в поддержку своей позиции целый ряд аргументов.

Первым доводом, заставляющим израильскую сторону настороженно относиться к укреплению партнерства с Россией, служат контакты российского руководства с представителями радикального исламистского движения ХАМАС, не готового признать само право Государства Израиль на существование в каких-либо границах. Высшие руководители этой организации дважды посещали с визитами Москву, в марте 2006 и феврале 2007 года, встречаясь с высшими руководителями Российской Федерации. На этот факт указал Сильван Шалом в июне 2009 года на заседании правительства Израиля, посвященном рассмотрению перспектив российско-израильских отношений[94].

Вице-премьер привел и второй аргумент против дальнейшего укрепления отношений между Москвой и Иерусалимом, сославшись на то, что оно может повредить развитию израильско-американских отношений.

Военное сотрудничество России с Сирией также является причиной враждебных высказываний высокопоставленных руководителей Израиля в адрес Москвы. Объявленная Москвой сделка о поставке ракет «Яхонт» Сирии стала причиной резко негативной реакции начальника Генерального штаба Габи Ашкенази, который назвал это событие «нежелательным», отметив, что «последние годы прослеживается тревожная тенденция – значительная часть сирийских арсеналов оказывается у террористической организации “Хизбалла”[95].

Наконец, Моше Яалон отметил, что «Россия может опубликовать заявление с обращением к палестинцам, подтвердив еще раз еврейский характер Государства Израиль»[96]. Тем самым израильский вице-премьер подчеркнул, что дипломатическое влияние, которое Россия имеет в ближневосточном регионе, может быть использовано Москвой для поддержки Израиля. Пока же этого не происходит, к политическому сближению с Российской Федерацией нужно подходить крайне осторожно.

Представляется, что эти заявления в значительной мере выражают опасения отдельных государственных и военных деятелей в связи с резким ростом политического влияния израильской русскоязычной общины. Выступая против укрепления российско-израильских отношений, они куда в большей мере выступают против того факта, что русскоязычные израильтяне занимают министерские посты в сфере внешней политики.

В конце апреля 2009 года в Московском государственном институте международных отношений состоялась представительная конференция с участием российских и израильских специалистов по проблемам политики и международных отношений на Ближнем Востоке. Среди участников форума были как представители экспертного сообщества двух стран (президент Института Ближнего Востока Е.Я. Сатановский, ведущий научный сотрудник Центра ближневосточных исследований МГИМО А.В. Крылов), так и официальные лица (посол Государства Израиль Анна Азари, председатель парламентской коалиции и фракции правящей партии «Ликуд» Зеэв Элькин, глава одного из департаментов МИДа РФ И.С. Неверов и другие).

Тема российско-израильских отношений была одной из центральных в выступлениях Зеэва Элькина и Евгения Сатановского. Оба они подчеркивали, что сегодня для отношений Москвы и Иерусалима сложилась уникальная ситуация: в нынешнем израильском правительстве для четверых из тридцати министров русский является родным языком; впервые министр иностранных дел – уроженец Советского Союза, до сих пор использующий русский как язык повседневного общения. Более того, отношения с Российской Федерацией настолько важны для еврейского государства, что было принято решение о создании российско-израильской комиссии по стратегическому диалогу. До этого подобная комиссия существовала у Израиля только с США[97]. З. Элькин и до этого неоднократно посещал Россию с визитами: начиная с 1998 года он играл ключевую роль в строительстве системы научно-образовательных связей между Иерусалимским университетом и Институтом стран Азии и Африки Московского государственного университета, а став членом Кнессета, активно стремился к налаживанию связей между парламентариями двух стран. Так, в середине сентября 2009 года он вместе с руководителем межпарламентской ассоциации «Россия – Израиль» депутатом Кнессета от НДИ Робертом Илатовым проводил переговоры с влиятельными членами Совета Федерации и Государственной Думы[98].

В последнее время интенсифицировались и контакты между представителями органов безопасности обеих стран. Так, 30 ноября 2009 года в Израиль прибыла российская делегация во главе с главным военным прокурором Сергеем Фридинским, который встретился с начальником Генерального штаба ЦАХАЛа Габи Ашкенази и с председателем Верховного суда Дорит Бейниш; 4 декабря 2009 года в Иерусалим прибыл бывший глава Федеральной службы безопасности, а ныне секретарь Совета безопасности России Николай Патрушев, проведший консультации с главой «Моссада» Меиром Даганом, министром обороны Эхудом Бараком и премьером Биньямином Нетаньяху; в конце декабря 2009 года с главами военных и разведывательных структур Израиля встретился в Иерусалиме заместитель секретаря Совбеза России Юрий Чиханчин[99]. 6 сентября 2010 года министры обороны Израиля и России, Эхуд Барак и Анатолий Сердюков, подписали в Москве рамочное соглашение, которое призвано регулировать взаимодействие двух стран в военной области на ближайшие пять лет. Соглашение предусматривает обмен мнениями, опытом и информацией в сферах, представляющих взаимный интерес, в том числе по вопросам международной безопасности. В этом документе также предусмотрено развитие связей в области военного образования, топографии, картографии, военной истории, медицины, юстиции, физической подготовки и спорта[100].

В середине января 2010 года с официальным визитом в Израиль прибыл глава комитета по международным делам Совета Федерации РФ Михаил Маргелов. Российский сенатор имел возможность провести переговоры практически со всеми высшими должностными лицами еврейского государства: с президентом Израиля Шимоном Пересом, главой израильского МИДа Авигдором Либерманом, министром финансов Ювалем Штайницом, министром обороны Эхудом Бараком, спикером Кнессета Реувеном Ривлином[101].

Михаил Маргелов является одним из важнейших участников российско-израильского диалога, а также одной из ключевых фигур в ближневосточной политике России в целом (он занимает также должность спецпредставителя президента РФ по проблеме Судана). В этой связи неудивительна частота его контактов с израильскими официальными лицами, а также ранг тех израильских руководителей, с которыми он проводит консультации. После вышеупомянутого визита в Израиль в январе 2010 года он уже в феврале входил в состав российских переговорщиков на встрече с Б. Нетаньяху, приехавшим в Москву; в марте М.В. Маргелов принимал участие в работе российско-израильского бизнес-форума, открывшегося по случаю визита тогдашнего министра промышленности и торговли Израиля Биньямина Бен-Элиэзера в Москву.

С 15 по 21 декабря 2010 года Михаил Маргелов вновь находился в Израиле во главе делегации Совета Федерации. В состав делегации также входили председатель комитета СФ по обороне и безопасности Виктор Озеров, сенаторы Владимир Кулаков, Александр Починок и Виталий Малкин. Уже сама цель визита в Израиль, сформулированная российскими политиками как «продолжение структурирования стратегического взаимодействия», говорит об устойчивом и весьма доверительном характере российско-израильских отношений[102].

Недельное пребывание делегации включало в себя переговоры как с израильскими политиками и государственными деятелями, так и поездку в Рамаллу, где Михаил Маргелов, прекрасно владеющий арабским языком, провел встречу с председателем правительства ПНА Саламом Файядом. В ходе этой встречи М.В. Маргелов подчеркнул, что роль России могла бы состоять и в экономическом сотрудничестве с Палестинской национальной администрацией, помощи ей в создании новых рабочих мест, дабы «перетягивать молодое поколение в лагерь тех, кто действительно хочет строить мирную жизнь»[103]. Основными партнерами по переговорам с израильской стороны стали представители силовых структур: министерства обороны Израиля, министерства внутренней безопасности, службы внешней разведки «Моссад», а также парламентарии, входящие в состав комиссии Кнессета по иностранным делам и обороне.

В целом и российские, и израильские политики по итогам переговоров охарактеризовали развитие двусторонних отношений как динамичное и поступательное, охватывающее все наиболее важные области: и политику, и экономику, и безопасность. И Михаил Маргелов, и Роберт Илатов (глава фракции «Наш дом – Израиль» и сопредседатель межпарламентской ассоциации «Израиль – Россия») в своих заявлениях указали, что российско-израильские отношения выходят на уровень стратегического партнерства[104].

В апреле 2010 года состоялся визит в Москву членов комиссии Кнессета по иностранным делам и обороне. С израильской стороны в переговорах приняли участие тогдашний председатель комиссии Цахи Ханегби из партии «Кадима», глава правительственной коалиции и фракции «Ликуда» в Кнессете Зеэв Элькин, депутат Кнессета от той же партии, в прошлом – глава пресс-службы израильской армии Мири Регев, глава фракции НДИ Роберт Илатов и депутат Кнессета от Партии Труда, бывший министр обороны Амир Перец. С российской стороны в переговорах участвовали члены Совета Федерации Михаил Маргелов, Александр Починок и Борис Шпигель, депутаты Государственной Думы Николай Гончар, Олег Михеев и другие[105].

С 23 по 27 мая 2010 года в Тель-Авиве прошел XII конгресс Всемирной ассоциации русскоязычной прессы. В конгрессе приняли участие более четырехсот делегатов из нескольких десятков стран. Мероприятие прошло под эгидой Всемирной ассоциации русской прессы (ВАРП), ИТАР – ТАСС и пяти израильских министерств. На конгрессе выступили премьер-министр Израиля Б. Нетаньяху, министр иностранных дел А. Либерман, министр информации и связей с диаспорами Ю.Г. Эдельштейн, руководитель администрации президента Российской Федерации С.Е. Нарышкин, зачитавший текст приветствия участникам форума, которое направил президент России Дмитрий Медведев, и другие[106]. Всемирный конгресс русскоязычной прессы прошел в двенадцатый раз, но Израиль впервые был избран местом его проведения. Учитывая, что во главе ВАРП стоит глава ведущего государственного информагентства России ИТАР – ТАСС Виталий Игнатенко, очевидно, что факт проведения этого мероприятия именно в Израиле является еще одним свидетельством сближения сторон на политическом уровне.

В сентябре 2010 года состоялась первая поездка в Россию главных ученых нескольких израильских министерств: абсорбции, науки, национальных инфраструктур и т. д., организованная по инициативе хорошо известного и в России эксперта-политолога Зеэва Ханина; делегацию, в состав которой также входили вице-президент Тель-Авивского университета профессор Эхуд Газит, ректор университетского центра в Ариэле профессор Михаэль Зиниград и ведущий специалист в области композиционных материалов, в том числе наноматериалов, профессор Олег Фиговский, принял помощник президента Российской Федерации Аркадий Дворкович. Наконец, 4 октября 2010 года с визитом в Россию приехал министр образования Израиля Гидеон Саар – один из наиболее перспективных политических лидеров правящей партии «Ликуд». Ключевой в рамках его пребывания в Москве стала встреча с министром образования России А.А. Фурсенко. Интенсивность контактов между руководителями обеих стран сама по себе служит ярким индикатором высокой степени доверительности отношений между двумя государствами.

7 сентября 2009 года премьер-министр Израиля Б. Нетаньяху совершил экстренный визит в Москву. Несмотря на тот факт, что первоначально эта поездка главы израильского правительства (о которой в самом Израиле знал исключительно ограниченный круг лиц) вызвала множество слухов и вопросов, президент РФ Д.А. Медведев впоследствии разъяснил, что Б. Нетаньяху нанес ему визит в «закрытом режиме». «Он [премьер-министр Израиля] сделал это в закрытом режиме, это было его решение. Я не очень понимаю, с чем оно было связано, но раз наши партнеры так решили, мы к этому отнеслись совершенно нормально, спокойно. Я с ним общался», – подчеркнул Д.А. Медведев[107]. Факт того, что российская сторона приняла израильского лидера без каких-либо возражений, представляется особенно значимым, что говорит о высокой степени доверительности двусторонних отношений и налаженности канала диалога между главами государств.

Меж тем данный визит, принимая во внимание его характер, мог иметь место только при экстренных обстоятельствах. Несмотря на то что, вопреки намерению самого Б. Нетаньяху, сам факт этого визита сохранить в тайне не удалось (по вине кризиса доверия в отношениях между сотрудниками канцелярии израильского премьера информация, которая должна была оставаться сугубо конфиденциальной, была «слита» в прессу), содержание самих переговоров обнародовано не было. Учитывая напряженный региональный контекст, а также регулярно публикуемую в СМИ информацию о том, что израильское руководство всерьез взвешивает возможность бомбардировки иранских ядерных объектов, считалось естественным, что эта тема могла подниматься на встрече двух лидеров. Президент Д.А. Медведев недвусмысленно высказывался против применения силы в отношении Ирана, которое приведет, по его мнению, к «гуманитарной катастрофе, огромному количеству беженцев, желанию Ирана отомстить, причем не только Израилю, но и другим странам; и абсолютно непредсказуемому развитию событий в регионе»[108]. Другой возможной темой могла стать неожиданно обострившаяся в то время проблема, касающаяся деятельности т. н. Бюро по связям с евреями Восточной Европы («Натива») на территории России. Как раз в то время органы безопасности России потребовали, чтобы страну покинул один из представителей «Натива», по совместительству – работник израильского консульства в Москве Шмуэль Полищук. В результате интенсивных негласных двусторонних контактов было согласовано, что Шмуэль Полищук в экстренном порядке вернется в Израиль, не будучи при этом объявлен персоной нон-грата; официальные российские власти не сделали никакого заявления по этому поводу[109]. Для израильских властей крайне важно обеспечить продолжение деятельности сотрудников «Натива» на территории России, не ставя при этом под угрозу сложившуюся доверительную систему двусторонних российско-израильских отношений. В рамках выполнения двусторонних договоренностей Шмуэль Полищук вернулся в Израиль 29 сентября 2009 года.

Израильские дипломаты положительно оценивают перемены, произошедшие в последние два года. Как отметил глава Первого отдела Евразии МИДа Израиля (именно этот отдел курирует отношения с Россией) и по совместительству – член профсоюза работников Министерства иностранных дел Яаков Ливне, Россия «перестала рассматривать внешнюю политику сугубо сквозь призму безопасности», и «можно без всякого преувеличения сказать, что курс на еще большее сближение находится в числе главных приоритетов высшего руководства обоих государств»[110]. Российско-израильские переговоры в рамках делового совета касаются самых разнообразных тематик: инноваций в промышленности, сотрудничества в сельском хозяйстве, кооперации в космической сфере и отработки совместных действий в случае чрезвычайных ситуаций. «Еще три-четыре года назад о таком полномасштабном диалоге и речи не шло. Всего за несколько лет Россия стала одним из самых приоритетных и важных для нас партнеров», – отмечал Я. Ливне.

Новый характер российско-израильских отношений отчетливо проявился в начале декабря 2010 года, когда на севере Израиля разгорелись пожары невиданной в истории страны силы. Израиль обратился с просьбой о помощи к разным государствам, и Российская Федерация одной из первых протянула руку помощи. В Израиль прибыл отряд Министерства по чрезвычайным ситуациям РФ, насчитывающий более шестидесяти человек. Уже 3 декабря российская пожарная авиатехника прибыла в Израиль. Пожарный Ил-76, способный сбросить на пожар 42 тонны воды за одну ходку, самолет-амфибия Бе-200 и тяжелый пожарный вертолет Ми-26 с водозаборником на 15 тонн воды вылетели в Израиль около 11 утра по московскому времени. Назавтра, 4 декабря с подмосковного аэродрома Раменское в Израиль вылетел еще один самолет МЧС России Ил-76[111]. Российская специализированная авиатехника сразу же подключилась к операции по тушению лесных пожаров на севере Израиля. Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху связался по телефону с главой правительства Российской Федерации Владимиром Путиным и поблагодарил его, президента России Дмитрия Медведева и весь народ России за немедленный отклик и существенную помощь, оказанную в тушении лесного пожара в окрестностях Хайфы. В разговоре с В.В. Путиным Б. Нетаньяху подчеркнул богатый опыт России в тушении крупных пожаров и отметил, что РФ направила в Израиль самые большие в мире самолеты для тушения пожаров. Состоялась также беседа между главой Совета национальной безопасности Израиля Узи Арадом и секретарем Совета безопасности РФ Николаем Патрушевым, в ходе которой обсуждалась оказываемая Россией помощь[112]. В полдень 6 декабря в иерусалимской резиденции президента Шимона Переса состоялся прием в честь сотрудников МЧС России, участвовавших в тушении пожара на севере Израиля[113].

Между Россией и Израилем осталось немало проблем, от строительства российскими специалистами АЭС в Иране до продолжения военно-технического сотрудничества Москвы с Дамаском, от факта невыдачи Израилем обвиняемого российской прокуратурой во всевозможных преступлениях одного из основателей компании «Юкос» Леонида Невзлина до крайне скептического отношения израильского руководства к лоббируемой россиянами идее проведения в Москве международной конференции по ближневосточному урегулированию. Нынешнее израильское руководство воспринимает коспонсорскую роль России в ближневосточном урегулировании как такую же фикцию, как само это урегулирование, никто в Израиле к этой чисто декларативной роли России всерьез не относится. Однако в условиях общей тенденции ухудшения отношений России со многими другими странами позитивная тенденция в российско-израильском диалоге очевидна.


Глава 3 Внешнеполитический контекст изменяющихся российско-израильских отношений | Россия и Израиль: трудный путь навстречу | Глава 5 Когда профком вершит большую политику: срыв визита президента Д.А. Медведева в Израиль